Красно-чёрная рубашка

Утро, 6:40. Квартира Грелля.        Время раннее, но летом, солнце всходит очень рано. Квартира выполненная преимущественно в красных тонах, была освещена оранжево-розовыми лучиками солнышка, но в дальних углах комнат до сих пор царит тьма. Приятный, еле уловимый запах лаванды царил в воздухе давая проснуться с утра и набраться бодрости на день. Кроваво-красные оттенки смешиваясь с утренними, ещё несмелыми лучами, создавая довольно приятную, уютную атмосферу. Уильям стоял с кружкой горячего, крепкого утреннего кофе и смотрел, на пока ещё не полностью проснувшийся город. Кофейный аромат распространился по всей кухне, перебивая запах сиреневых цветов. Уилл стоял полностью погрузившись в раздумья и казалось бы, ничто не могло отвлечь его от этого занятия. Брюнета переполняли эмоции. Вчерашний звонок кардинально переменил все его планы на этот день. Волнение, страх, предвкушение, злость на Сатклиффа за то, что он до сей поры спит.        Вдруг гробовую тишину прервали очень тихие шорохи. Это были шаги. Кому они принадлежали, Спирс сразу догадался, хотя, он даже не гадал, он знал точно. Шаги были очень тихие, мягкие, медленные. Человек, а точнее жнец, явно не хотел чтобы его услышали или как-то заметили. Уильям слышал как кто-то становится к нему всё ближе и ближе. - Что это ты так рано, Сатклифф? - не отрывая взгляд от окна медленно, с расстановкой спросил темноволосый жнец. - А я думал, ты меня не заметишь.. - сонным, ещё не проснувшимся голосом промямлил Грелль. - Индюк думал, да в суп попал. Про тебя поговорка. - То есть, ты хочешь сказать, что я индюк!? - возмутился владелец квартиры. - Как это низко - оскорбить даму! - Одевайся. Нам нужно скоро ехать в аэропорт, предварительно посетить департамент. - Ах, Уилли, ты хочешь уехать из этого ужасного города со мной! Как это замечательно! Только куда? Париж? Рим? Или может.. - Мечтай больше. Нам нужно встретить двух жниц из Глазго. - перебил аловолосого Уилл. Грелль лишь обиженно фыркнул и удалился из кухни. Уильям допил кофе и стал собираться.       Спустя около пятнадцати минут Уильям стоял у двери и ждал никуда не торопящегося Сатклиффа, это ожидание сводило его с ума. Он всё время нервно поправлял очки и неряшливые пряди волос падающие на его лицо. Уильям уже давно не подстригался, свои волосы Спирс собирал в небольшой хвостик. Но некоторые пряди были коротки, их было очень сложно правильно уложить, поэтому он их просто-напросто убирал за уши. "Боже, неужели." - пронеслось в голове у главы отдела по сбору душ, когда он увидел алую фигуру на другом конце коридора.       Грелль тоже изменил свой имидж. Работать с длинными, непослушными волосами стало невыносимо, ибо его шевелюра заканчивалась на середине щиколоток. Короткие прежде пряди, отросли и стали лезть в глаза. Пускай зелёно-желтые глаза Грелля и были спрятаны за очками, но пряди всё равно мешали работе. Он нашёл довольно простое решение - заплетать волосы в косу. Грелль был очень похож на своё обличие дворецкого с подобной прической. Плащ Анджелины Даллес, стал висеть на плечиках в отдельно отведенном для него шкафу, как настоящему трофею, а ему на замену пришёл другой, более новый плащ. Их различало не многое, самое заметное различие - цвет. Плащ Мадам Рэд был более яркий, более красный, как считал сам Грелль. Цвет нового плаща был темнее, это было видно невооруженным глазом. И ещё одной отличительной чертой были довольно сложные узоры, расположенные на передней части плаща. Они, то заканчивались цветами, то превращались в ромбы и шестиконечные звезды; то переплетались как лианы, образовывая что-то похожее на сеть, то просто обрывались. Края плаща, также как и воротник с манжетами, был обшит чёрной бархатной тканью. Единственное, что осталось неизменным - шейная лента Грелля и его ботильоны на высоком каблуке. Жилет с коричневого, переменился на вишнёвый. Брюки со стрелками - заменились чёрными джинсами, с кожанным ремнем, украшенного вышивкой в виде двух переплетающихся волн, кофейного цвета.       Уильям давно привык к тому, что Сатклифф чуть ли не каждый месяц меняет наряды, но это одеяние, стало его повседневной одеждой для работы в департаменте. В этой одежде, Сатклифф выглядел то мужественнее, то наоборот - женственнее. Это зависело от настроения самого Грелля. Многие из жнецов-новичков, думали, что Грелль - женщина, ну а те, кто знали Алую Бестию уже довольно приличное время, смеялись над новичками.       Грелль посмотрел на Уильяма так, как будто ждал от него комплимент. Уилл это понял, но вместо того, чтобы сказать пару похвальных слов об облике своего коллеги, лишь молча открыл дверь. - Идём, у нас и так времени из-за тебя нет. - холодно отрезал брюнет. Грелль ничего не сказал, лишь вновь обиженно фыркнул.

***

Утро, 8:30. Департамент жнецов.       За всю дорогу никто из наших жнецов не проронил ни слова. Департамент уже вовсю занялся работой. Коридоры переполненные шинигами так бесили Грелля, что он еле сдерживался, чтобы не заорать на просто мимо проходящего работника. Также его бесило молчание. - И чего это ты так рано соскочил? - спросил Сатклифф своего начальника. - В отличии от Вас, диспетчер Сатклифф, у меня полно работы, тем более, скоро нужно встречать выпускников академии. - пояснил Уилл. - Хорошо, еще один ма-аленький вопросик, зачем мы идем к начальству? - снова задал вопрос аловолосый шинигами. - Нам скажут как зовут девушек и выдадут их личные дела. - ответил Спирс. - И последний вопрос, почему именно мы встречаем этих жниц? Разве женское дело не в архивах? Уильям утомленно вздохнул, ему уже порядком надоели вопросы его коллеги. - Нет, а точнее не все жницы работают непосредственно в одном здании департамента. Те дамы которых мы должны встретить как раз работают в отделе сбора душ. - ЧТО!? Я НЕ ОСЛЫШАЛСЯ!? - встав перед Уильямом и начав размахивать руками изумился Сатклифф. - Диспетчер Сатклифф, придержите свой энтузиазм при себе. Нет, Вы не ослышались       Грелль ещё долгое время не мог прийти в себя после услышанного. "Девушки - собирать души?! Уму не постижимо!" - рассуждал шинигами.       Вот уже они стоят напротив двери их начальства. Уильям очень сильно волнуется, ибо несколько жнецов вовремя не сдали отчёт, включая алую жницу. А Грелль просто стоял скрестив руки на груди и недовольно осматривал окружающее его пространство. - Проходите, мистер Ди Прима ожидает вас в своём кабинете. - голос секретарши прервал раздумья обоих жнецов. - Спасибо. - отрезал Спирс.       Грелль и Уильям зашли в не особо большое помещение с белыми, голыми стенами на которых висели небольшие картины. Рядом с дверью стоял книжный шкаф в котором было полно папок разной толщины и цвета, помимо этого, в том шкафу были ещё книги и куча прочей "необходимой" ерунды. Прямо напротив входа стоял большой рабочий стол за которым сидел сам глава всего департамента - Габриэль Ди Прима. - Здравствуйте, сэр Ди Прима. - приветствовал свое начальство Уилл. - Здравствуйте. - с откровенным недовольством сказал Грелль. - Приветствую. - грубо произнес начальник. - Не будем тянуть с разговорами ибо самолет скоро прибудет в Лондон. Если бы до прибытия было чуть больше времени, я бы обязательно с вами поговорил на счет не сданных отчетов. - Он укоризненно посмотрел на парочку стоящую перед ним. Ладно, держите личные дела Долорес Филиппс и Грейс Петторсон. - Габриэль положил две папки на стол. Уильям взял их и посмотрел, кому какая принадлежит. Грелль же заметно заволновался. Причина этого волнения никому не была известна.       Шинигами спустились вниз и молча сели в рабочую машину Уильяма. Они ехали молча, лишь изредка Грелль издавал какие-то звуки по типу оханья.       Когда жнецы стали подъезжать к аэропорту, волнение Сатклиффа увеличилось, это было довольно сильно заметно, Уилл списал это на неумение общаться с девушками, но причина этого волнения, была намного более весомой...

To be continued...