Цветок Китая

Намджун пригубляет стакан виски, чувствуя, как алкоголь привычно обжигает горло. Мужчина хмурится, слушая, казалось бы, бесконечные гудки. На улице шёл дождь, что выглядело очень странно вкупе с лежащим снегом за окном. Капли били по стеклу, отбивая только им самим известный ритм. Намджуна такая погода успокаивала. Его любимая жена больше же предпочитала яркое солнце такой смурной погоде. — «Да?» — В трубке наконец раздался хриплый голос. — «Юнги, я звоню, чтобы уточнить. Как идут поиски?» — Голос Намджуна ленивый, будто скучающий. Словно мужчине совсем и неинтересно, где сейчас прячется его омега. Хотя все на самом деле было далеко не так. Намджун не спит ночами, стал более агрессивным. Желание найти сбежавшую жену и проучить ее растёт с каждым днём в геометрической прогрессии. Намджун слышит голоса в голове. Те самые, которые рокочут подобно грому и заставляют свирепеть. Ким боится, что может сделать с омегой, как только она попадётся ему в руки. Мужчина боится, что голоса окончательно сведут его с ума и Намджун потеряет контроль бесповоротно. — «Да. Информация на Вашу жену у нас на руках. Скоро Лалиса Ким будет у Вас. Не беспокойтесь и доверьтесь нашему многолетнему опыту.» — Будто заученная фраза, сказанная монотонным и безразличным тоном, заставила Намджуна напряжённо свести брови к переносице. — «Я уже в Сеуле. Имейте ввиду, если Лисы не будет со мной рядом в течение двух-трёх недель, вас с Ким Тэхеном ни одна шавка не найдёт! Я все сказал.» — Намджун прервал связь. Мгновение в гостиной квартиры тишина, а вскоре слышится звук бьющегося стекла. Намджун замахнувшись кинул стакан с недопитым виски в стену, после тут же хватаясь за голову. — Хватит! Хватит! Оставьте меня! — Рычит мужчина, ударяя несколько раз себя ладонями по голове. Альфа запускает пальцы в волосы, оттягивая их в разные стороны, будто с корнем собирается прямо сейчас их вырвать. — Прекратите трепаться! Намджун слышит где-то на задворках сознания тихий и мерзкий смех. Будто тысячи гиен сейчас находились рядом с ним и потешались над беззащитным человеком. Страх в груди заставил соскочить с места и начать судорожно оглядываться, в поисках посторонних в квартире. Кроме самого Альфы в помещении никого не было. Телевизор не работал. Стены были звуконепроницаемы. Но до слуха упорно доносились шипящие голоса, пробуждающие невиданную панику и одновременно с ней страшную ярость. *** Лиса удивлённо смотрит, как по окну стекают капли дождя. Сегодня с самого утра была непонятная погода. Сначала шёл снег, потом был дождь, потом град с дождем и сейчас опять просто дождь. Что-то удивительное творится. — У нас такое не в первый раз. В Сеуле не совсем стабильная погода. — Ответила Дженни, напугав Лису тем, что подкралась к омеге так бесшумно. — Извини, что напугала. Я просто в тапочках, поэтому хожу неслышно… — Ким неловко улыбнулась, одарив подругу взволнованным взглядом. Лиса до сих пор пугается малейшего неожиданного шума. — Сегодня у меня меньше работы. Сейчас одна несложная операция и потом мы можем с тобой спуститься в кафетерий. Ужасно хочу кушать! — Дженни состроила страдальческое выражение лица, схватившись руками за живот. — Умру, если не съем любимую вишневую булочку! Лиса засмеялась. — Хорошо. Тогда я к Джису. — У неё сейчас посетитель вроде. Но ты можешь проверить, может он уже ушёл. — Дженни пожала плечами, не замечая того, как лицо Лисы вытянулось. — Посетитель? — Переспросила для достоверности услышанного омега, выжидающе глядя на шатенку. — Уважаемый господин Чон. — Кивнула Дженни, поправляя белый халат на плечах и незаметно кидая внимательный взгляд на рыжеволосую. — Ладно, я ушла. У меня операция. Если что, обращайся к Бэкхену или Чимину. — Хорошо… — Запоздало ответила Лалиса, когда Дженни уже вышла из кабинета, оставляя девушку наедине со своей нарастающей паникой и неверием. — «О Боже, мой Альфа сейчас на этаже!» — Мысль набатом пульсировала в висках, заставляя Лису соскочить с места. У омеги мигом вспотели ладони и сердце забилось в бешеном ритме. Предвкушение будущей долгожданной встречи сладкой патокой разлилось по телу и девушка готова была запищать от радости. Лиса так долго ждала этого момента. С самого своего детства. Омега не знала, как правильно нужно себя вести и что говорить. — «А вдруг я ему не понравлюсь? — Пугающая мысль посетила голову девушки, заставив омегу замереть. Когда она последний раз видела своего истинного Альфу тогда, то явно было ясно, что он мужчина опытный и взрослый, а она из ниоткуда взявшаяся омега, буквально падшая женщина. Нет, нет, нет. Мысли опять вернулись к тому жуткому вечеру. Только не снова и не сейчас. Но образ Намджуна упорно всплывал страшной вспышкой в голове. Лиса обратно села на кушетку, съедаемая сомнениями. А действительно, что будет, если мужчина все-таки грубо откажет ей? Девушка выдохнула и встала, уверенно направляюсь к двери. Будь, что будет, решила Лиса. Даже если мужчина отвергнет ее чувства, не обратив внимание на истинность, то она не расстроится. После того, что она пережила, ее больше ничто и никогда не заставит плакать так сильно. Даже если истинный от неё отвернётся. Лиса будет сильной, ведь уже обещала себе, что более со всем справиться. Одна. Омега направилась вдоль коридора, попутно здороваясь с медицинскими работниками. Лиса встретила по пути Чимина, но он был бесповоротно проигнорирован. Альфа удивлённо хлопал глазами, замерев посреди коридора и глядя удаляющейся медсестре вслед. — Совсем уже обнаглела, девчонка… — Прошипел Пак. — А с самого начала так мне понравилась. — Мужчина вздохнул, но долго грустить ему не пришлось. Мимо проходящая омега-врач, кокетливо ему подмигнула, улыбаясь, обнажая ряд белоснежных зубов. Чимин моментально подобрался, переключив все своё внимание на светловолосую европейку, и походкой хищника, включив все своё альфье обаяние, двинулся вслед за девушкой. Лиса быстрым шагом умело лавировала мимо врачей и пациентов, а вскоре завернула в уже знакомый коридор, вдруг с кем-то сталкиваясь. Омега испуганно взвизгнула, еле удержавшись на ногах; крепкая и горячая рука обняла за талию, поддержав и по инерции притянув к груди. Лиса моментально подняла голову, чувствуя, как ноги снова резко подкосились, но упасть все также не давала рука, сжимающая талию девушки уже увереннее. В нос ударил запах топленого молока, вмиг окутавший теплом, безопасностью и спокойствием. Поток такого количества различных эмоций ввёл Лису в ступор, а все тело пробила сладкая дрожь. Девушка стиснула челюсть, почувствовав, как низ живота болезненно свело. — Вы целы? — О Боже. Этот бархатный, хриплый голос с просачивающейся ноткой властности. Лиса тихо выдохнула, испугавшись, что чуть было из горла невольно не вырвался стон. Все внутреннее естество вопило о том, что перед ней сильный Альфа и ее предназначенный. А мужчина? Он почувствовал то же самое или…? Стреляющая боль в животе снова отозвалась и Лиса моментально согнулась, заставив и Альфу согнуться следом в волнении. — Что? Что такое? — Лиса невольно заулыбалась, уловив заботу и беспокойство в голосе. С ней давно так никто не говорил, кроме Дженни. Сердце горько заныло в унисон с резью в низу живота. — Больно. — Только и выдохнула омега, накрыв ладонью живот. Девушка никак не могла понять, что случилось? Неужели началась… — Позовите врача! — Лиса вздрогнула, услышав грозный бас мужчины, который осторожно поддерживал ее сейчас за талию. Медсестры где-то недалеко засуетились, словно муравьишки, и все голоса превратились в какой-то неясный гул. Лиса разочарованно простонала. Ну только не сейчас. Почему встреча с ее истинным началась таким ужасным образом? Последнее, что Лиса чувствует перед тем, как потерять сознание, это горячие сильные руки, подхватывающие ее ослабевшее тело. *** Дженни со вздохом прикрывает за собой дверь, тут же натыкаясь на обеспокоенный взгляд потемневших глаз. — Можно к ней? — Господин Чон, я не думаю. У неё началась течка и я сомневаюсь, что Вы сможете себя контролировать. Ей нужен отдых. — Мужчина схватил Дженни за запястье, когда омега уже собиралась уйти и сверкнул глазами, заставив Ким замереть на месте. Подавляющая аура Альфы заставила девушку задрожать. — Это она? Эта омега Лалиса Манобан? Та самая? — Чонгук выжидающе глядел на жену своего лучшего друга, вовсе не замечая, как невольно применил на омеге на уровне инстинктов подавление. Дженни судорожно бегала глазами по лицу мужчины, не издавая ни звука. — Господин Чон, — Раздалось где-то со стороны и Чонгук тут же выпускает запястье Дженни. Хирурга дергает на себя незнакомый доселе врач. — Я солидарен с Доктором Ким. Подождите, пока хотя бы подействует лекарство и мы Вас впустим. Я Вас прекрасно понимаю. Это сложно. — Чимин спрятал Дженни за свою спину, укоризненно глядя на Чонгука, стараясь умело скрывать свой страх перед более сильным Альфой. Чон в ответ глядел не менее угрожающе, показывая, что перечить ему в данный момент явно не стоит. Тем более, стоящий напротив сейчас другой Альфа воспринимался более враждебно. Срабатывали первобытные инстинкты защитника и чувство собственничества. — Хорошо. — Кивнул Чонгук, удивляя Чимина тем, как быстро мужчина согласился. У самого Пака бы выдержка сдала давным давно, если бы он сейчас оказался на месте господина Чона. Чонгук не собирался спорить или выяснять отношения сейчас. Он вальяжно присаживается на диван около палаты, приподнимая края дорого чёрного пальто. — Я подожду. — Хорошо. — Также отвечает Пак, расслабляясь и благодаря всех известных ему богов за то, что его скромная персона не шибко разозлила грозного бизнесмена. — Чимин, ты можешь идти. Мне нужно поговорить с господином Чоном. — Дженни положила ладонь на плечо Альфы. Он обернулся на девушку, пристально вглядываясь в ее глаза, словно пытаясь понять, все ли в порядке. — Чимин. — С нажимом повторила Дженни. — Если что, то я здесь рядом. — Шатенка кивает, улыбаясь, а Пак стреляет глазами в сторону Чонгука, заставляя последнего сверкнуть глазами в ответ. Конечно, Чимин если что скорее просто вызовет охрану, потому что лезть в драку с этим высоченным накачанным мужиком наравне с самоубийством. А Пак вообще-то, как опытный врач, знает цену жизни. Когда в коридоре становится тихо, Дженни осторожно присаживается около Чонгука, глубоко вздыхая. — Она. Это она. Я устроила ее к себе в больницу медсестрой. — Почему мне об этом никто не сообщил? — Хмурится Чонгук. Дженни поджимает губы, чувствуя, что и правда поступила неправильно, не сказав об этом будущему жениху Лисы. — Ты бы не разрешил ей работать. А девочка хочет, понимаешь? Она рассказала мне, как сильно мечтала стать хирургом. Прямо как я в детстве. — Ким усмехнулась. — Ты сильно злишься? — Ну я не сказал бы, но неприятно. — Чонгук вдохнул полной грудью, резко задержав дыхание, как только понял, что поступил опрометчиво. Запах истинной, которая сейчас находилась совсем рядом за дверью, словно отключал здравый рассудок. Чонгук держался из последних сил. — Извини меня за тот спектакль. Я не контролировал себя. — Мужчина взглянул на шатенку, замечая, как Дженни растянула губы в улыбке. — Ого, первый раз слышу, чтобы Вы, большой начальник, извинялись перед кем-то. — Дженни удивлённо подняла брови, но ей было приятно, что Чонгук все-таки попросил прощения за то, что, пусть и непроизвольно, но применил свою силу Альфы над ней. — Перестань. — Отмахнулся мужчина, краем глаза замечая стоящих в конце коридора секьюрити, внимательно наблюдающих за ними. Чонгук жестом указал охране «отбой» и они сразу же скрылись, будто растворившись в воздухе. — Ладно, я скоро приду, а ты зайди к ней минут через десять. Так уж и быть, разрешаю. Только без резких движений. — Дженни нахмурилась, пригрозив указательным пальчиком, заставив Чонгука хмыкнуть. — Я серьезно. Лиса была очень напугана и по сей день ко многим недоверчива. У неё психологическая травма. К ней нужен особый подход и огромное проявление терпения. Раз уж девушка все-таки оказалась твоей истинной по удивительному стечению обстоятельств, думаю, теперь она действительно будет под надежным и сильным крылом. Дай ей защиту. Чтобы она чувствовала, что не одна. Чтобы она поняла, что ей помогут, ее не оставят и она имеет право быть слабой, беззащитной, какой и должна быть омега априори. Она много пережила за те три года, что была замужем за тем ужасным человеком. Ты должен понимать. — Дженни была как никогда серьёзна и напряжение на лице только подтверждало ее настрой. — До сих пор боюсь вспоминать ее тогда, во время светского вечера…ее глаза были такими пустыми и не выражали ничего кроме безысходности. — Шатенка прикрыла глаза, чтобы сдержать неожиданный порыв расплакаться. Горло сковало болезненным спазмом. — Я не буду тебе обещать, что она будет в безопасности, потому что поклялся себе в этом ещё давным давно. Теперь, когда я уверен, что Лиса является моей, то она не будет ни в чем нуждаться. Поверь, она будет самой счастливой. — Чонгук похлопал девушку по сложённым на коленях рукам и подбадривающе улыбнулся. — Мне позвонить Чонину, чтобы он забрал тебя? — Нет, нет. Все в порядке. Сейчас я успокоюсь. Спасибо. — Дженни отрицательно замотала головой и тут же принялась утирать слёзы с щёк. Девушка и не заметила, как слёзы все-таки покатились. Дженни ушла через пять минут, оставляя Чонгука наедине со своими мыслями и крышесносным ароматом любимой. Это было настоящей пыткой, но он бы не был настоящим джентльменом, если бы позволил себе сейчас какую-то вольность. Тем более, он уже давно не юный мальчишка, чтобы кидаться на течную омегу, даже если она его истинная. Чонгук хочет начать их отношения с Лисой с нежной романтики, но никак не с необузданной страсти и затуманенным разумом инстинктами. Конечно, непристойные мысли норовили посетить голову Альфы, но он старательно контролировал себя. Его омега, его Лиса, нуждается в его защите на данном этапе. Чонгук обязательно даст ей это чувство и поможет девушке вновь обрести в себе силы и уверенность. Теперь Альфа в этом уверен. Он сделает все возможное, чтобы его будущая жена, а Чонгук в этом даже не сомневается, теперь девушка от него никуда не денется, забыла навсегда о той боли, которую пережила. Чонгук не планировал так скоро увидится с Лисой, но у судьбы свои планы на этот счёт и если честно, мужчина даже счастлив, что все так получилось. Правда Альфа до жути испугался, когда его омега упала ему прямо в руки без сознания. Сначала мужчина не понял, что это Лалиса Манобан собственной персоной. Чонгук думал, что сердце остановиться от испуга, а потом он почувствовал ее сладкий запах мёда и пряностей. Тогда все встало на свои места. Мужчина действительно думал, что разорвёт любого, если к ним сейчас подойдут. В тот момент его накрыло такой волной инстинктов, что здравый рассудок затмило туманной пеленой. Благо, Дженни подоспела вовремя. Она прервала операцию, оставив ее на своего коллегу, и забрала Лису. Сейчас Лиса отдыхает в палате, ей поставили капельницу и вкололи обезболивающее. Дженни предупредила, что течка у девушки болезненная, так как была очень долгая задержка, поэтому тревожить омегу не стоит. К вечеру боль должна спасть ненадолго и Кимы заберут ее домой. Чонгук хотел было возмутиться, но понимал, что пока он фактически незнакомый для Лисы человек. Но это теперь точно ненадолго. Мужчина не замечает, как пролетает двадцать минут, погруженный глубоко в свои мысли, поэтому когда смотрит на наручные часы, тут же соскакивает с места. В груди забился трепет, дыхание захватило, будто перед прыжком в пропасть, и Чонгук осторожно открыл дверь в палату, заглядывая. Лиса лежала на мягкой кушетке с закрытыми глазами. Лицо было неестественно бледного оттенка, от чего Чонгук нахмурился, подходя ближе и замечая, что игла от капельницы уже не была под кожей. Девушка вытащила ее, а значит, уже приходила в себя. Альфа внимательно посмотрел на лицо Лалисы, отмечая про себя, какая же омега была очаровательная и красивая. Ещё с детства Чонгук запомнил эти самые пухлые губки бантиком, которые когда растягивались в широкой улыбке, отдаленно напоминали по форме «сердечко». У Альфы сжалось сердце и ярость внутри зарокотала, стоило вспомнить, что ему рассказывал Чонин о том, что девушка пережила. Желание найти немедленно Ким Намджуна и научить его уму-разуму росло в геометрической прогрессии, кулаки чесались, а из горла невольно рвался рык. Как можно девушку-омегу хотя бы пальцем тронуть? Тем более Лису: хрупкую, нежную, маленькую…в голове не укладывается. Чонгук слышит громкий вздох со стороны койки, тут же встрепенувшись и обращая все своё внимание на омегу. Глаза Лисы открылись не сразу. Ресницы затрепетали, будто крылья бабочки. Девушка какое-то время пустым взглядом глядела в сторону окна, чуть щурясь, а потом медленно повернула голову. Глаза Лисы расширились и от Чонгука не скрылся жест, когда омега крепко сжала рукой одеяло в кулак, скомкав его. Мужчина постарался успокаивающе и ласково улыбнуться девушке, чтобы омега поняла, что ей ничего не угрожает в данный момент. И с этой минуты больше в принципе. — Как ты себя чувствуешь? — Поинтересовался Чонгук, внимательно наблюдая за любой эмоцией на лице Лисы потемневшими глазами. Девушка в ответ наблюдала за Альфой и Чонгук видел любопытство в глазах рыжеволосой, на что по-доброму усмехнулся. Лиса тут же смутилась, стремительно краснея, и спряталась под одеяло, оставляя только глаза, чтобы была возможность наблюдать за истинным. Мужчина был статным, от него веяло силой и властью. Темные волосы красиво зачёсаны, открывая лоб и нахмуренные чёрные брови, антрацитовые глаза красиво отливали на солнце янтарем. Альфа был одет в деловой костюм и дорогое пальто, будто только-только вернулся с работы. Лиса чувствует манящий запах топленого молока, но реагирует на него уже не так бурно, как и мужчина на ее запах, ведь специальные подавители уже успели подействовать. Теперь они могли спокойно обговорить сложившиеся обстоятельства без затуманивая рассудка инстинктами. Но Лиса зато прекрасно чувствовала аромат духов, мужского одеколона, от которого в душе разливалось приятное тепло. — Мне лучше. — Тишину в палате нарушил хриплый тонкий голос Лисы, заставивший сердце Альфы пропустить удар. — Но живот болит… — Девушка еле слышно бубнит из-под одеяла, смущенно глядя на мужчину. Омеге показалось или она действительно сейчас попыталась пожаловаться своему Альфе? Нет, она действительно хочет, чтобы ее пожалели. Инстинкты во всю громко вопят, требуя ласки и горячих, сильных рук на коже. — Обезболивающее не действует? — Обеспокоенно спросил мужчина. — Я могу позвать врача. — Только Альфа хотел двинуться в сторону двери, как почувствовал, что его за руку неуверенно хватают маленькие пальчики. Чонгук почувствовал, как по коже пробежали мурашки. Ее кожа была такой мягкой и нежной. — Останьтесь, пожалуйста. Мне так…спокойнее. — Лиса тут же отпустила руку мужчины, заметив на себе слишком пристальный взгляд. Омега и поверить не могла, что можно чувствовать ещё более сильное смущение. Альфа на удивление действительно остался, присаживаясь на стул около кровати и продолжая прожигать в девушке дыру своими чёрными глазами. Для Лисы этот взгляд уже был невыносим, а затянувшееся в палате неловкое молчание давило на виски, но мужчина вдруг заговорил через какое-то время. — Чон Чонгук. — Представился шатен и Лиса нахмурилась, вдруг понимая, что где-то уже слышала это имя и фамилию. — Лалиса… Манобан. — Омега почему-то снова запнулась перед тем, как произнести свою фамилию. Девушка дождаться не может, когда разведётся со своим мужем и наконец сможет со спокойной душой говорить везде свою настоящую фамилию. Конечно, если совсем скоро в этом не будет нужды. Сидящий мужчина напротив… Лиса стремительно покраснела вновь. Чонгук заметил замешательство омеги, мгновенно хмурясь. Мужчина незаметно стиснул руки в кулаки, делая себе пометку в голове, чтобы немедленно подать на развод Лалисы как можно скорее. Он подключит всех своих лучших юристов и фамилию Ким девушка забудет навсегда, как страшный сон. — Рад знакомству. Мы же можем перейти на «ты»? Обращайся ко мне неформально. Я не так стар, как кажется. — Чонгук тепло улыбнулся, от чего в уголках глаз образовались еле видные морщинки, и Лиса улыбнулась в ответ. От этой улыбки в душе мгновенно стало спокойнее. — Хорошо. Вы…то есть ты…что теперь делать? — Лиса неуверенно взглянула на Альфу. Сердце волнительно заныло и девушка невольно прикусила нижнюю губу в ожидании. Жест не остался незамеченным Чонгуком, который внимательно проследил за тем, как белые зубки осторожно прихватывают вишневого цвета пухлую губу. Мужчина усиленно и нехотя оторвал свой взгляд от созерцания этой картины, упорно отгоняя все непристойные мысли, которые вихрем ворвались в сознание. — А что делать? — Удивлённо изогнул бровь Чон, закидывая ногу на ногу и скрещивая руки на груди. — Что делать, что делать… — Хмыкнул Альфа, глубоко вздыхая. — Тебе отдыхать несколько дней, а потом сразу же со мной на свидание. И это не обсуждается. — На последнем предложении Чонгук предупреждающе сверкнул глазами и нахмурился. Лиса же почувствовала, как неописуемая радость заполняет все нутро. Захотелось счастливо запищать и захлопать в ладошки, словно маленькая девочка. Боже, ее истинный, детская мечта, только что позвал ее на свидание! Как же волнительно… Неужели после всего того, что она пережила, в ее жизни наконец-то наступит светлое время и повод счастливо улыбаться, а не горько плакать и выть от боли? Так страшно, что это лишь сон. Слишком хорошо, слишком нереально. Разве она имеет право на то, чтобы быть счастливой? Намджун бы не одобрил ее улыбки. Точно нет. По коже пробежали мурашки от одного только воспоминания, поэтому девушка резко вернулась обратно в реальность из пучины дум. — Не смею отказать. — Лиса мягко улыбнулась, вызывая улыбку и у Чонгука, в глазах которого плескалась нежность, будто обволакивающая всю девушку с ног до головы. Мужчина кивнул. — Я очень рад такому ответу. — Вздохнул Альфа облегченно. — Я оставлю тебя, хорошо? Ненадолго. Мне нужно поговорить с врачом. Ты побудешь немного одна? — Конечно. Я подожду. Идите…иди… — Тут же исправилась Лиса, увидев нахмуренные брови и недовольное выражение лица. Девушка неловко улыбнулась, снова заалев щеками. Кажется, смущаться в присутствии своего истинного Альфы она теперь будет постоянно. Чонгук считает же это до одури умилительным. Как же долго такое сокровище находилось от него вдали? Как он только себе позволил оставить такое беззащитное чудо. Нужно срочно исправлять положение. Главное сейчас Лисе рассказать о том, что на самом деле они давным давно знакомы и их судьба была предначертана ещё даже до рождения, потому что девушка явно ничего не вспомнила. Потом девушку нужно будет осторожно адаптировать к обычной жизни и показать, что ей больше ничего не угрожает. Далее останется только разобраться с Кимами, компанией «Lis Group» и, конечно, подать на развод. Чонгук должен будет завтра заехать к отцу как раз по этим вопросам. Как же так они все запустили до такого уровня… Мужчина закрыл за собой дверь, оглядывая коридор на наличие своей личной охраны. Беты оказались недалеко. Чонгук жестами подзывает к себе секьюрити и наказывает следить за палатой; пропускать сугубо только врачей до его прихода. Мужчины лишь молча кивают, преданно смотря своему господину в глаза. — Я на вас полагаюсь. Скоро подойду. — Предупредил Чон, одергивая пиджак и направляясь в сторону кабинета Дженни Ким. Тем временем Лиса в палате устроилась поудобнее и удовлетворенно прикрыла глаза, невольно счастливо улыбаясь, с придыханием вспоминая темные раскосые глаза. *** — И когда ты собираешься ей рассказать обо всем? — Дженни выжидающе глядит на Альфу, наливая кипяток в кружку из чайника. — В ближайшее время. Думаю, она и сама что-то вспомнит. Пусть она и была слишком маленькой тогда. — Чонгук благодарит шатенку и берет в руки горячую чашку. — Только пойми, что к ней нужен особый подход. Она ещё не окрепла в эмоциональном плане. Если ей вдруг станет плохо на свидании, то немедленно вези ее домой, хорошо? Лисе не стоит испытывать стресс. По крайней мере на данный момент. — Дженни замолкает, замечая, как опасно блеснули глаза Альфы. — Что? — А чем ты думала, когда устроила Лалису к себе медсестрой в отделение хирургической онкологии? Она не будет здесь работать. Уволь ее, пожалуйста, как можно скорее. Она не должна переживать и испытывать постоянное угнетение. Пациенты, которые вот-вот скоро могут покинуть этот мир, не самая лучшая компания после пережитого. — Чонгук пригубляет чашку, делая небольшой глоток и глядит на Дженни в ожидании. Омега в ответ скрестила руки под грудью, с высока посмотрев на Чона в ответ и опасно сощурила глаза. — Не тебе решать, Чонгук, где и кем она будет работать. Это полностью ее дело. И не скаль мне зубы, я тоже умею, поверь. — Ким неодобрительно взглянула исподлобья на мужчину. — Лиса только недавно вырвалась из «золотой клетки», а ты снова хочешь ее в неё посадить? Она — человек. Живой, свободный и независимый. Если она хочет связать свою жизнь с медициной, то так оно пусть и будет. Не перечь ей, не вырывай долгожданную свободу из рук. Не будь таким, как Намджун.  — Чонгук мгновенно рыкнул на слова омеги, вставая с места. — Ничего не говори мне о нем! Клянусь, я не могу слышать это имя! — Грозный бас раздался по всему кабинету и Дженни могла поклясться, что даже хлипкие с годами стёкла пошатнулись. Шатенка незаметно закатила глаза, чуть слышно хмыкая. Чонгук всегда был таким сильным и страшным, пытается внушить себе и каждому, что палец ему в рот не клади по локоть откусит, хотя на самом деле является очень добрым и душевным человеком. Дженни знает, поэтому никогда не боится подобных выходок или повышения голоса Альфы. Тем более, девушка, имея в мужьях не менее большого начальника, привыкла к грозным рыкам, ведь чаще всего, с подчиненными по другому нельзя. — Хорошо-хорошо. — Омега подняла руки вверх в жесте мира. — Ты прав. Я сама не люблю говорить о нем, но нам все равно ещё надо будет иметь с ним дело, пока не разберёмся окончательно. Главное чтобы Лиса навсегда забыла о его существовании. — Дженни и Чонгук синхронно вздохнули, понимая, как это будет трудно сделать. Раны сойдут, кости срастутся, но рубцы в душе останутся, а ужасные воспоминания острым клинком будут впиваться каждый раз в голову. Дженни часто слышит, просыпаясь посреди ночи, издаваемые Лисой крики ужаса; девушку не покидают кошмары уже которую ночь. Ким думала, что тревожные сны оставят омегу сразу же, как только она окажется в безопасности и вдали от мужа, но, к сожалению, ошибалась. — Я заберу ее через два-три дня. К этому времени, думаю, малышке станет лучше. — У Чонгука бабочки в животе запорхали от одной только мысли, что его истинная омега теперь рядом с ним. Мужчина впервые испытывает что-то подобное. Он чувствует себя каким-то неопытным юношей в школьные годы, полностью одурманенный ангельской красотой своей истинной омеги. Так оно и есть на самом деле, только Чонгук давно взрослый мужчина. — Куда поедете? — Поинтересовалась Дженни, тепло улыбаясь. — Хочу свозить Лису в загородный дом рядом с горнолыжной базой. Снег, камин, горячее какао… — Мужчина невольно представил Лису в огромном белом, вязаном кардигане, принадлежащем ему, в котором омежка утопает, словно в одеяле. Она сидит, поджав свои стройные ножки под себя, сжимает кружку руками, а языки пламени в камине освещают ее умиротворённое личико и огненно-рыжие волосы. Чонгук наслаждается ее ароматом, ощущая себя дома. По настоящему дома. Не в своём дорогом пентхаусе на 25 этаже жилого комплекса бизнес-класса в центре Сеула, не в особняке отца, не где-либо еще, а только рядом с ней. Дженни наблюдает за потеплевшим взглядом Альфы, удивляясь тому, как же истинность меняет людей за абсолютно короткое время. И действительно, Чонин также из грубого, неотесанного ловеласа когда-то, превратился в ласкового, верного и ответственного мужчину, как только они встретились с Дженни. Это было незабываемо. Чонгук прощается с омегой, желая той хорошего дня, и выходит из кабинета, направляясь обратно в сторону палаты своей омеги. Секьюрити кивают боссу, Чон кивает в ответ, а потом дергает ручку, открывая дверь в палату. Лиса мирно спит, завернувшись в одеяло. Девушка выглядит такой умиротворённой, что Альфа не решается ее будить, но отказать себе в том, чтобы заботливо подоткнуть одеяло со всех сторон и напоследок полюбоваться чертами лица омежки, не может. Чонгук тихо прикрывает за собой дверь, махнув охране, чтобы те следовали за ним, и направляется вдоль коридора к лифтам, на выход. Мужчина вряд ли сегодня сможет также спокойно уснуть, как его любимая, потому что девушка не рядом, он не обнимает ее, а ее запах не будет чувствоваться. На уровне инстинктов Альфа после встречи с истинной не может надолго с ней разлучаться, ведь кажется, что омега где-то, не с ним, ей может угрожать опасность. Поэтому Чонгук заранее готовится к бессонной ночи, но все равно просит водителя заехать по пути в аптеку за снотворным. Может повезёт и он сможет поспать хотя бы два часа перед работой. *** Лиса спускает ноги на пол, чувствуя кончиками пальцев холод, от чего тут же по всей коже пробегают мурашки. Девушка чуть наклоняется вперёд, стараясь таким образом уменьшить боль внизу живота, но это мало помогает. Лиса бы сейчас не отказалась принять обезболивающее и снова лечь в кровать, завернувшись в одеяло. А ещё желательно погреться в объятиях истинного Альфы. От воспоминаний Лиса залилась краской. Чонгук был таким мужественным и серьезным, но в то же время его взгляд был нежным, а тон голоса ласковым, что ну никак не вязалось с его грозным внешним видом. Лиса совсем не так хотела встретиться со своей детской мечтой, но девушка не сильно расстраивается. Течки давно не было, поэтому омега только рада, что встреча с истинным вызвала ее, причём довольно бурно. Лиса никак не может избавиться от мысли о том, что мужчину она уже этого где-то видела. Но ведь если это правда было так, то она бы вспомнила? Тем более запах истинного она с трудом бы заставила себя забыть. Омега почему-то уверена, что эти раскосые темные глаза она помнит из самого детства. Очертания лица Альфы похожи на лицо того взрослого мальчика, который играл с ней в детстве, но может, это лишь совпадение? Странное стечение обстоятельств, но Лиса пока не хочет об этом думать. Единственное, что ее сейчас волнует, это режущая боль в животе. Дверь в палату вдруг открывается, являя взору Лисы Дженни, от чего рыжеволосая облегченно вздыхает. — Дай мне, пожалуйста, обезболивающее . Или вколи уже что-нибудь, я умоляю. Это невозможно терпеть! — Жалобно проскулила омега, вцепившись до побеления костяшек в края кушетки. — Боже, девочка моя, ты почему раньше меня не позвала? — Дженни сорвалась с места, подлетая к шкафу с медикаментами, упорно начиная искать нужное. — Я к нему хочу… Дженни, очень сильно… — Стонет на заднем плане Лиса, вынуждая Ким стиснуть зубы и мысленно дать оплеуху нерадивому джентльмену Чонгуку, который сейчас наверняка мучается не меньше омеги дома. — Сейчас-сейчас! Сейчас… — Дженни достаёт из стерильной упаковки шприц и тут же набирает в него лекарство до нужной дозы. Шатенка подходит к подруге, беря ее за правую руку. — Сожми кулак. — Лиса выполняет указания Дженни, послушно дожидаясь, когда обезболивающее окажется наконец в ее крови. Омега морщится от небольшой боли в руке, чувствуя, как прохладная жидкость постепенно начинает распространяться под кожей. — Спасибо. — Выдыхает Лиса, откидываясь на подушку и прикрывая глаза. — Сейчас ещё дам тебе подавители, потерпи. — Когда мы поедем домой? — Интересуется Лиса, так и не открывая глаза. Все кружится. Палата ходит ходуном. — Скоро-скоро. Чонин позвонил мне, сказал, что уже едет. — Успокаивающе ласково говорит Дженни, перебирая таблетки в шкафу, удивляясь тому, что все подавители уже закончились и нужно идти в лабораторную за новой пачкой. — Так быстро…? — Прошептала себе под нос Ким, оглядываясь на бледную омегу на кушетке. — Лиса, я больше не могу тебе сегодня дать. Доза большая и есть риски. Столько подавителей в день принимать нельзя. Ты должна это знать. — Дженни виновато вздохнула, прикрывая стеклянные дверцы шкафа. — Я могу принести тебе грелку, если очень сильно больно. Надо? — Шатенка подошла к подруге. Рука омеги мягко легла на горячий лоб Лисы, чуть поглаживая. — Температура, родная… — Прошептала Ким, пытаясь быстро сообразить, как же облегчить боль девушке. Мало того, что течка пришла с огромной задержкой, от чего априори должна была быть болезненной, да ещё и встреча с истинным Альфой подлила масла в огонь. Лиса сейчас должна быть рядом с Чонгуком, хотя бы просто держать его за руку и наслаждаться его запахом. Это бы уменьшило спазмы. Все симптомы — природа. Медицина бессильна в этом плане и единственное, что может предложить пока Дженни, это обезболивающее и подавители, коих теперь стоит сократить потребление, ведь целую пачку таблеток за один день выпить — это настоящее губительство для организма юной омеги. Дженни не может подвергать подругу такой опасности, как бы Лиса не просила. Ким в первую очередь врач, специалист в своей области, а уже потом сочувствующая омега омеге. — Я понимаю. Не надо ничего. Я просто отдохну… — Лиса кивнула, накрывая приятно прохладную руку Дженни своей горячей. — Скоро поедем домой, девочка моя. Не переживай. Ласковый голос, жутко похожий на мамин, коим она убаюкивала дочь перед сном, дарил чувство спокойствия. Лиса мгновенно провалилась в неглубокую дрему. Охваченный высокой температурой и ослабленный течкой организм отнимали все силы. Единственное, что сейчас хотела Лиса, это уткнуться в грудь своего мужчины, вдохнуть аромат его терпкого одеколона и умиротворяющий запах топленого молока, почувствовать сильные руки на своей талии и просто выспаться. Без кошмаров, без боли. Просто глубокий, спокойный сон рядом с истинным Альфой. Рядом с Чон Чонгуком. *** — Показатели в норме. Рад, что Вам стало лучше, госпожа Чон. — Чимин сделал какую-то пометку у себя в блокноте, одновременно с этим внимательно вчитываясь в бумаги, которые были прикреплены к папке-планшету. — Вчера у Вас была рвота и в ней были обнаружены сгустки крови. Вы должны понимать, что это не очень хорошо все-таки… — Альфа красноречиво посмотрел на брюнетку. Девушка даже не удостоила врача взглядом, безразлично глядя куда-то вперёд перед собой. Экран кардиомонитора тихо пиликал, нарушая воцарившуюся в палате тишину. — Где Лалиса Манобан? Почему моя медсестра не зашла? — Тоном не терпящим лжи или отсутствие ответа поинтересовалась Джису, резко поднимая глаза на Альфу. Взгляды схлестнулись, будто в поединке. Чимин поежился от пристального и жесткого взгляда омеги, сдаваясь первым и опуская глаза вниз. С братом у них явно много общего, как успел заметить Чимин. Оба стоили друг друга. Пак и представить не мог, что омега-девушка, да ещё ослабленная болезнью на больничной койке, может источать такую властную ауру. Кем работает эта девушка, Чимин даже знать не хочет. Альфе достаточно информации о том, что ее брат, уважаемый господин Чон, владелец крупной корпорации «Jeon Entertainment» и на каком-то там месте в строчке «Forbes». Чимин не интересовался, чтобы знать. — Медсестра Манобан взяла небольшой отгул на несколько дней по причине недомогания. Надеюсь, Вы не будете против, если Вас будет навещать другая медсестра? — Чимин не задавал вопрос, скорее это было риторическое высказывание. — Буду. — Пак замер, недоуменно взглянув на брюнетку. — Я буду против. Лалиса обещала мне. — Чимин горестно вздохнул, словно весь мировой груз только что осел на его плечах неподъёмной ношей. — Госпожа Чон, понимаете… — Мне не нужна другая медсестра. — Прервала оправдания Альфы Джису на корню. — Если Лисы нет, тогда другую не надо. Вы, как мой врач, меня устраиваете. Пока. — Чон сделала акцент на слове «пока», проговаривая его более чётче и с нажимом. — Мне будет достаточно Вашего присмотра. — Хорошо. Тогда без другой медсестры. Будете ждать Лалису? — Чимин улыбнулся, стараясь как можно незаметнее облегченно выдохнуть. Спорить с госпожой Чон себе дороже. Только настроение испортишь и в итоге все равно на поводу у молодой девушки пойдёшь, как не старайся. По крайней мере, если не убедит Джису, точно убедит грозный Чон Чонгук одним своим видом и целая свита охраны за его спиной. Нет, Чимин знает, что нервные клетки не восстанавливаются, поэтому предпочтёт постараться выполнить все указания омеги. Сегодня ему с Чонгуком встретиться довелось. И больше не хочется. Точно нет. — Да, буду. Передайте ей, чтобы она поправлялась. И ещё, сообщите моему брату, что я хочу его снова увидеть. Мы не договорили сегодня. — Конечно. Доброй ночи. Джису лишь молча кивнула в ответ, одиноким грустным взглядом глядя в окно на блики ночного города. ***