Кактус по имени Яхико

Не успел Яхико переступить порог родного института, как на него, откуда не возьмись, запрыгнула Конан, поджидавшая его. Парень вновь подскочил от удивления, умела же эта девушка появляться в самые неожиданные для него моменты. Ему казалось, что еще пару таких её появлений, и он скоро поседеет. Но, что более удивительно, каждый раз, когда она появлялась возле него, вокруг все начинали шептать. Никто не упускал из виду тот факт, что Яхико и Конан стали достаточно тесно общаться. Естественно, они общались не так уж близко, но переубедить толпу уже было невозможно. Сплетни – очередное массовое помешательство, ставшее привычным делом. Стоило только кому-то увидеть или услышать что-то необычное, как сразу же это становилось достоянием общественности. И каждый обязан был добавить что-нибудь свое в эту удивительную историю. Чаще всего сплетни не приносили никакой пользы, но от этого становилось даже интереснее. «Копаться в чужом грязном белье», что может быть интересней?! Ведь у каждого есть свои секреты, только вот вся забава заключалась в том, чтобы узнать об этом первым. Победителю доставались все почести, он возвышал себя над всей толпой, коей не удалось раздобыть нужную информацию. Конан всегда старалась избегать слухов, но почему-то они постоянно преследовали её. Еще в младшей школе её имя было у всех на устах, но не из-за того, что Конан была безупречно красива или как-то выделялась из толпы. Скорее слава её матери отразилась на ней не лучшим образом. Она поглощала девушку всецело, затмив тем самым саму Конан. Затем скандальный отказ её матери от собственных детей послужил очередной волной для слухов по всей средней школе. Некоторые шептались о том, что так и надо, некоторые же наоборот жалели Конан. А в старшей школе ей и вовсе скучать не пришлось, наверное, хуже времен в её жизнь еще не было. Поступив в институт, Конан надеялась быть не замеченной, но вызывающие и странное поведение девушки стало самой горячо обсуждаемой темой всего университета. Что только не говорили о ней. Многого она за свою жизнь о себе наслышалась. И хоть Конан жила недалеко от университета, буквально в двадцати минутах ходьбы. Они обоюдным выбором предпочли автобус прогулки пешком. Сегодня Конан была в достаточно хорошем расположении духа, все улыбалась да и рассказывала ему о своих удивительных лекциям по биологии. Дело в том, что Конан с детства увлекалась различными видами растений, никогда не пропускала мимо себя ни одного цветка, ни одного дерева. Это отразилось и на её будущей профессии, девушка училась на биологическом факультете. Естественно, рассказы о строение растений не особо его увлекали, но все лучше, чем ехать молча. С того времени, как Яхико был у неё дома в последний раз, ничего не изменилось. Дом просто таки трещал от старости, хотя это даже домом назвать было сложно, скорее это был старый подвал, в котором раньше кроме зерна ничего и не хранили. Снимать обувь она ему даже не предлагала, к тому же он и не снял бы. Кто знает, вдруг бы он еще здоровенную занозу бы себе загнал. — Как у тебя получилось сломать сразу четыре ножки? — кухня была просто крошечная, в два раза меньше, чем единственная комната. Пожалуй, два человека там с трудом помещались. Стол да небольшой старый холодильник занимали почти все свободное пространство, оставляя небольшой проход между плитой с одной конфоркой и табуреткой, заменяющей стол. — Вчера вечером выбежала гигантская крыса, а я так испугалась, что запрыгнула на стол. А он взял и «бабах», — резко хлопнула она в ладоши, прямо перед его лицом, так что парень вновь вздрогнул от удивления. — Зато он упал прямо на крысу, — победно заулыбалась она. — Я-то думал, ты спасаешь все живое в этом мире, а ты оказалась убийцей, — саркастично проговаривал он. Подсознательно он думал о том, что эта девушка точно не боится ничего в этом мире, раз даже под машину была готова попасть, лишь бы отдать детям мяч. — В детстве, когда я была у тетки, я упала в подвал полный крысами. Их было там штук пятьдесят, а может даже больше. Как только я упала, они все подбежали ко мне. Ощущения были ужасные. Не знаю, чтобы со мной было, если бы мой дядя не помог мне, — увлеченно рассказывала она о своих детских похождениях. На мгновение Яхико даже показалось, что приключения поджидают её на каждом шагу, куда бы она ни ступала. — С тех пор я с крысами на «вы», — закончила она свою историю. — У тебя ведь есть инструменты? — он мог, конечно, посочувствовать ей, но решил, что это будет лишним. — Да, у Нагато есть целый ящик с инструментами, — девушка несколько раз осмотрелась вокруг себя после чего выбежала в коридор и все бела туда-сюда пытаясь найти заветную коробочку. Девушка никогда не разбиралась в ремонте, поэтому и знать, где хранятся инструменты, ей не было потребности. — Нагато хранит свои инструменты у тебя? — прошипел он. Этот факт казался ему странным. Эти двое будто бы жили вместе, какое-то необъяснимое чувство подсказывало ему это, но никаких доказательств тому не было. Кроме, оставленной в её доме коробки с инструментами, не было никаких мужских вещей. При входе в дом стояла одна пара тапочек, к тому же на кухне был всего один табурет – все указывало на то, что она живет одна. Правда, вот кровати было две, что тоже показалось ему странным. — Ну да, где же им еще быть? — принесла она ему старую и потрепанную коробку из-под обуви, набитую инструментами. Яхико лишь вырвал у неё из рук коробку да со всей силы перевернул стол, так что тот чуть не развалился на мелкие кусочки. Через двадцать минут стол вновь стал, как новый, если можно было его таковым назвать, ведь ему было уж больше пятнадцати лет. После того Конан любезно отправила его в комнату, дожидаться пока она приготовит им обоим чай. Таким образом она можно сказать благодарила его за оказанную ей услугу. Тем временем Яхико разглядывал скудно обставленную комнату, в которой даже самого маленького телевизора не было. Не раз в его голове пробегали мысли о том, как вообще возможно так бедно жить. «Неудивительно, что она такая худая», — верно заприметил он. В самом углу комнаты на небольшом кофейном столике возле единственного окна стояло подряд несколько комнатных растений. Удивительно, но они так и цвели, несмотря на то, что солнечный свет лишь еле пробился сквозь крошечное окошечко. Все они были ухоженными и политыми. Подойдя поближе, парень увидел, что каждый горшок был подписан, и каждый из них имел свое имя. Очевидно, очередная причуда Конан. Так, например, Орхидею звали «Мэри»; фикуса – «Наполеон»; папоротник – «Розалия», а маленький и увядавший кактус – «Яхико». Сначала, он просто не поверил, своим глазам, но протерев их и несколько раз моргнув, вновь увидел на горшке кактуса имя «Яхико». — Ты назвала кактус в мою честь? — налетел он на неё, как только она вошла в комнату. Яхико поедало любопытство, ему не терпелось узнать действительно ли это так. Правда, вот тот факт, что он оказался кактусам, а не цветущей розой, например, немного огорчил парня, оставив неприятный осадок. — Может, это тебя назвали в честь моего кактуса? — абсолютно спокойно рассуждала Конан. Её взгляд остался все таким же непоколебимым, в то время как Яхико, так и пожирал её глазами. — Меня не могли назвать в честь твоего кактуса, — опешил он. Это девчонка с каждой их встречей сводила его с ума все больше. Что не встреча, так обязательно должно произойти что-нибудь из ряда вон выходящие. Что-то, что еще никогда с ним не случалось. -— Но это никак не я кактус в твою честь назвала, — поставила она две чашки с чаем на табурет перед диваном, заменявший стол. После чего она подошла поближе к столику, где стояли цветы, оказавшись тем самым прямо возле Яхико. — Не лги, скажи уже правду, — не выдерживал он. — Ладно, — недовольно надула она губы, словно ребенок, коему запретили, есть сладкое целый месяц. — Я нашла его возле мусорного бака две недели назад. Потом забрала домой, но ему не становилось лучше, и я назвала его «Дохляк». Но вдруг ты попросил называть тебя по имени, и я специально назвала растение «Яхико», чтобы не забыть твоего имени, — потрясающая история, он стоял и внимательно слушал каждое её слово. И только спустя некоторое время понял, что она вновь попыталась его оскорбить. Возможно, сама она этого не осознавала, но он-то это прекрасно понимал. — Но почему я кактус? У тебя столько красивых растений, а я именно кактус, — ныл он, будто шестнадцатилетняя девчонка. В данный момент было задето самое важное, что было у него, а именно самолюбия. Она так часто задевала его чувства собственного достоинства, что он уже подумывал о том, зачем вообще с ней возится. — Кактусу ведь было обидно, что у него такое некрасивое имя по сравнению с другими, — кажется, мнение Яхико волновало её в последнею очередь. — Не волнуйся, в моих руках он зацветет, как никогда ранее. Вон он уже начал отходить, — Конан нежно оглянула все свои творения, после чего отошла и присела на диван. — Надеюсь, ты станешь самым красивым из них всех, — будто сумасшедший, прошептал он кактусу да последовал за Конан. Они сидели, молча, попивая чай. Можно сказать, Яхико даже был немного обижен на Конан, но что толку объяснять что-то девушки, которая больше заботится о чувствах растений, чем о человеческих. От нечего делать Яхико принялся рассматривать так называемый «интерьер» её нищей комнаты. Стены были голые, даже обоев на них не было, что вызвало у него еще большее отвращение. Когда он приходил к ней в первый раз, то не заметил этого, но сейчас это прям, бросалось ему в глаза. — Ты бы хоть картины, какие сюда повесила, а то совершенно голые стены у тебя дома, — прервал он их игру в молчанку, заставив тем самым Конан осмотреться вокруг. Она смотрела на все это, словно впервые. Будто бы раньше она никогда не замечала того, что на стенах нет даже обоев. — Правда, тут так тоскливо. Решено, нарисую что-нибудь и обязательно повешу, — вскрикнула она, дожевывая печенье. Только вот такая её реакция скорее рассмешила парня, уж точно не этого он ожидал. А впрочем, Конан была и остается для него девушкой-загадкой. — У тебя, что нет никак семейных фотографий? У меня дома мама все стены увесила моими фотографиями, наградами с музыкальных конкурсов, грамотами да медалями, — дом Яхико находился в пригороде, до него было около двух часов езды на метро, поэтому родители снимали ему небольшую однокомнатную квартиру недалеко от института. Конечно, по сравнению с домом Узумаки его съемная квартира была простая и маленькая, но, если сравнивать с сараем Конан, то просто шикарная. — Нет, я их все сожгла еще после того, как от нас ушла мать, — Конан заметно погрустнела. Она погрузилась в свои мысли, особо не обращая никакого внимания на Яхико. — Она бросила вас? — только сейчас Яхико начала грызть совесть. Раньше он особо не задумывал о том, почему она так скудно живет. Но узнав, что она осталась без матери, сильно посочувствовал ей. — Она была известной скрипачкой и ей не нужны были неприятности. Она вышла замуж второй раз за дирижера и отказалась от нас, — она была похожа на побитого щенка. Бездомного и никому не нужного щенка. Сердце Яхико сжималось лишь от одного взгляда на неё. Сейчас он так бы хотел её обнять, но в итоге лишь положил руку на плече, — Выходит, ты живешь с отцом? — возможно, девушка не хотела бы дальше продолжать этот разговор. Но любопытство Яхико снова взяло над ним верх, он так хотел узнать её лучше. — Нет, я живу без отца, — она смотрела в одну точку на стене, будто бы пыталась просверлить там дырку. На Яхико же она не обращала абсолютно никакого внимания. Она ждала следующего вопроса, как проклятая, ведь наперед знала уже его реакцию. — Но где же он тогда? — посмотрев прямо ему в глаза, Конан пыталась ответить на поставленный вопрос. Она долго собиралась с мыслями, пока, наконец, ответила ему. — В тюрьме. Он серийный убийца, — выпалила она. Мгновения и чашка, которую Яхико держал в руках, полетела на пол, разбившись вдребезги. Он широко раскрыл глаза и буквально вскочил со своего места, после чего еще долго ходил туда-сюда по комнате, пытаясь собраться с мыслями. Конан в свою очередь спокойно наблюдала за его реакцией, он не первый, кто об этом узнал. Теперь осталось лишь два варианта: либо он смирится с этим, либо просто начнет её избегать. И вероятней всего он выберет второе. — Мне надо идти, — Конан лишь кивнула ему головой, даже провожать не стала. Он бы и так нашел выход из квартиры, все бы сделал лишь бы уйти прочь отсюда.