Ещё одна древняя или Добро Пожаловать в Мистик-Фоллс...

И тут я почувствовала неимоверный прилив сил и теплую, даже приятную, энергию. Было так хорошо, так тепло. Я так соскучилась по этим чувствам. — Что это, черт возьми, было? — прошипел Клаус. Более спокойно отреагировала Ребекка. — Это то, о чем я подумала? — со скрытым страхом и удивлением спросила она. Я кивнула. — И что теперь будет? — Стану наконец той, кем была. Но силы будут возвращаться постепенно. Не сразу, а скорее всего в течение нескольких недель, — в дом влетел на вампирской скорости Кол. В гостиную он не зашел, сразу к себе. Никто даже понять не успел. — Кем? — спросил Клаус, который уже метает молнии. — Огненным ангелом, королевой Ада, — на что Клаус рассмеялся, а следом за ним Элайджа, который не смог сдержать смех. Смех казался ядовитым и издевательским. Молчала лишь Ребекка. Она поняла, что я не вру. Черт, стало так больно. Словно раскаленной кочергой ткнули прямо в сердце. На глаза моментально навернулись слезы. Без слов я поднялась со своего места и пошла к себе. Хочется кинуть что-нибудь в стену, чтобы не чувствовать эту боль. Зайдя к себе в комнату, я плюхнулась на кровать. Через пару минут постучавшись вошла Бекка. — Братья не верят, что такие существа существуют, — она прошла и села на край кровати, а я молча слушала ее. Эта девушка верит мне. — Когда я была маленькая, гуляя в лесу, я заблудилась. Черт дернул меня пойти именно в полнолуние. Оборотни меня чуть не загрызли. Но на помощь пришел ангел. С тех пор я не встречала ни одного ангела. Мне никто не верил. — последние слова девушка добавила тихо. Не раздумывая, я обняла ее. Посидев, вот так обнявшись, мне стало так хорошо и спокойно, а на душе стало так тепло. — Мне нужно ненадолго отъехать, но вечером я к тебе зайду, — отстранившись, сказала Бекка. Я кивнула и она оставила меня одну. Эта девушка верит мне, несмотря на своих братьев… Впервые за столько лет за меня кто-то беспокоиться. Не абы кто, а два первородных вампира. Ребекка хоть и блондинка, но не дура как мне показалось в первую встречу. С Колом я даже сегодня не виделась. Он спас меня. А я в ответ защитила его от клинка в груди. Пролежав в кровати до вечера, я решила переодеться. Сменив джинсы на домашние штаны, а рубашку на ту футболку, которую я прихватила из дома. Чтобы не замерзнуть, я надела теплый и вязаный кардиган. Переодевшись, я спустилась обратно в гостиную, захватив при этом свой ноутбук. В гостиной я обнаружила всех, кроме Ребекки. Без слов, я налила себе в стакан виски и села в кресло у камина. Мне так нравится сидеть по вечерам у камина и думать, это безумно расслабляет и успокаивает. Открыв ноутбук, я решила написать своей подруге-ведьме Габриэлле. Насколько я знаю, она сейчас в Новом Орлеане. Красивый город, хочу я сказать. Черт, я не могу сосредоточиться, потому что кто-то смотрит на меня. Нет, ну даже отдохнуть не дают. Как только я открыла рот, чтобы возмутиться, дверь чуть не слетела с петель. Все уставились на гостя, который вошел без стука. Нет, ну какой он бескультурный. — Ну, я так и думал, что найду тебя здесь, — прозвучал довольно-таки знакомый голос. Стоило мне повернуть голову, как я увидела своего старого друга Люцифера. Люцифер — падший ангел. Можно сказать, он был моей правой рукой. Правая рука…мм… Фу, какая пошлость! Когда я такой стала? Нужно подумать на досуге. — Приехал вымаливать прощение, Люциферушка? — изогнула свою элегантную бровку я. Я знаю, он ненавидит, когда я называю его Люциферушка, но мне доставляет удовольствие видеть, как его аж передергивает от этого. — Я пришел поговорить, — твердо и уверенно сказал он, а мужчины напряглись. — Один на один, — смотря на них, произнес он. Пришел в чужой дом, ещё и качает свои права. Ну, как так можно? Ага, так я и разбежалась. — Всё, что хочешь сказать — говори при них. У меня тайн нет, — пожала плечами я. После того, что случилось днем, я не обращаю внимание на Клауса и Элайджу. Их поведение несколько задело меня. — Как скажешь, — он ухмыльнулся и подпер косяк своим плечом, сложив руки на груди. Из-за того, что он пришел, мне пришлось закрыть и отложить ноутбук в сторону. — Ну, так говори зачем пришел или уходи отсюда, — я выпила содержимое стакана, которое приятно обожгло горло. — Ладно. Так, когда ты вернешься в Ад? — ясно, он пришел по просьбе сестры. Ну, значит, пусть идет туда откуда пришел. — О, так ты пришел по просьбе Луизы? Похвально. Сколько прошло с момента моего ухода оттуда? А? Тысячу двести лет! Никто из вас четверых не пришел ко мне. Никто. И ни разу, — стакан в моей руке треснул, а его осколки с глухим стуком упали на пол. Я зла. Очень зла. Но одновременно мне больно. — Я пришел не по просьбе Луизы, а по просьбе Евы. И все это время мы приглядывали. — Приглядывали? Да никто из вас не приглядывал за мной! Никто! — я бесцеремонно перебила его и сделала шаг навстречу к нему. Сейчас мне плевать на то, что здесь кто-то еще. Я просто хочу выговориться и получить ответы на некоторые вопросы. — Луиза скучает по тебе. Многие хотят, чтобы ты вернулась, — устало вздохнул Люцифер. В этот момент в дом влетела Бекка и непонимающе уставилась на нас. — А что здесь происходит? — Ребекка нарушила молчание, которое воцарилось как только она вошла. — Встреча старых друзей или кого-то еще, — буркнул Клаус, плотно сжимая губы. В его глазах иногда проскальзывала сущность волка, что означало, что он зол или раздражен. И посмотрел сначала на меня, а потом на Люцифера. Ребекка присела к остальным. Странно, но Клаус даже не напал на него. — Меня не интересует то, чего хотят там и там, — я указала сначала на потолок, а потом на пол. — Мне плевать, что хочет Луиза. Ей нужно было думать, перед тем как она укладывала меня в гроб, а после запечатывала мою сущность! — потихоньку — помаленьку я начинаю повышать тон. Конечно же, меня редко, кто доводит до такой степени. — Вернешься? — и тут я задохнулась от возмущения. Да как так-то? — С первого раза не слышишь? Тогда купи слуховой аппарат! — Клаус издал смешок. Ну конечно, я же ему это говорила. — Я не вернусь! — после моих слов воцарилась звенящая тишина, которая безумно напрягала и только ещё сильнее злила. — Да что здесь такого ты нашла?! Ты снова наступаешь на старые грабли! — Люцифер тоже не отстает от меня и начинает повышать тон. Ой, это он зря затронул эту тему. Ой как зряя. — Я нашла то, что искала. Я наконец приехала к брату. Он познакомил меня со своими друзьями! — и я снова сделала шаг к нему. Клаус и остальные мужчины напряглись, чтобы в случае чего вмешаться. — А эти друзья знают, что ты лишилась сущности из-за них? Нет? А теперь вы знаете! Их будет съедать чувство вины. Медленно и постепенно, — ох, это он зря сказал. Ой, как зряя. — А что ты будешь делать без своего колье? Ты будешь жалкой и смертной, — буквально выплюнул сквозь зубы он и сжал кулак. В эту же секунду мое колье, лежащее на столе, загорелось и спустя минуту от него остался лишь пепел. — Они монстры, малышка Рози, — уже более спокойно договорил он, но всё ещё с ядом в голосе. И я остолбенела. Воцарилось молчание. Никто не знает, что сейчас будет. Я сделала еще шаг к нему и тишину в доме разрезала громкая и звонкая пощечина. Он аж отшатнулся от меня. Настолько сильная она была. Ребекка от удивления прикрыла рот рукой, Клаус еле сдержал смешок. Кол немного расслабился. — Не называй меня малышкой Рози! Ты потерял право, так называть меня. Где ты был несколько дней назад, когда меня чуть не задушили? Где? — я выхватила стакан виски из рук Клауса и залпом выпила. — Меня спас именно этот монстр. Именно этот монстр беспокоиться за меня и переживает. Именно у этих монстров я в безопасности, пусть даже и в относительной. Пусть я буду жалкой и смертной, но я буду чувствовать себя нужной. За меня беспокоятся и переживают. Здесь я чувствую себя нужной, — про себя я отметила, что в голосе звучит сталь. Меня редко, кто доводил до такого состояния. — Уходи. — Роз… — начал было говорить он. — Я сказала: уходи, — более твёрдо повторила я. После его ухода воцарилось молчание и тишина. В моей голове сейчас много чего происходит. Много мыслей и вопросов. Не говоря и слова, я ушла быстрым шагом в комнату. Краем глаза я видела, как Кол хотел пойти за мной, но его остановил Элайджа, который сидел рядом с ним на диване. Забежав в комнату, я плюхнулась на кровать и поджала под себя ноги, а колени обхватила руками и лицом уткнулась в них. Больно, чертовски больно. Этому демону я доверяла. Многое доверяла. Но кто же знал, что этот…не хочу матерится, меня предаст. Вместо дружбы, он предпочел власть. Знаете, тысячу лет я слышала, что первородных не жалуют, их ненавидят. Я тоже была такого же мнения, но стоило брату нас познакомить, как я поняла, что они такие же побитые жизнью существа. Скрываются за масками, как и я. Конечно, как и любая другая девушка я плачу, но никому не показываю. Но несколько дней назад эти самые слезы видел тот самый первородный. Младшего Майклсона называют психом или как-то еще. Но ведь это как панцирь у черепахи, будто он защищает его от боли. Колкости, усмешки, он скрывается за ними. Я видела его настоящим. В тот вечер у бара, когда он спас меня. Я видела его беспокойство за меня. Я видела, как Бекка тоже беспокоиться за меня. У меня есть такой принцип, не быть настоящей с чужими. Но с первородными я могу быть настоящей. Ведь однажды, показав свою слабость, ты собственноручно показываешь близкому кругу людей, куда стоит бить. И они бьют. Нет, не то чтобы специально. На чувствах, эмоциях, они совершенно забывают о цене слова. Слова ранят больнее. Близкие никогда не убивают специально. Но убивают, и после их действий следует комичный восклик: «ОЙ!». Да, это забавно. Всё равно, что раскурочить человека, вытащить кишки, поковыряться, подержать на ладони трепетное сердце и засунуть обратно. Вверх дном. Это называется предательство. За мыслями и рассуждениями я просидела до ночи, и решила сходить к Колу. Поблагодарить его за все и просто насладиться его обществом. Мимолетно глянув на настенные часы, которые показывают час ночи. Стараясь не шуметь, я вышла из своей комнаты и прошла к его. Как и положено культурным людям, я постучала три раза. Ответа не последовало, может быть, он спит? Ладно, была не была. Тихо отворив дверь, я вошла. Комната была пуста. Я прошлась по комнате, осмотрелась. Больше всего меня рассмешила бита, стоящая рядом с кроватью. Интересно, а спит он тоже с битой? Фу, какая пошлость! Спят с девушками, а не с битами. Чтобы не ходить по комнате, я присела на кровать. Неудобно. Сейчас пришлось лечь. Почему-то после того, как меня вжимали в стену, у меня стала болеть спина и я не знаю что с этим делать. Может эта скотина мне сломала позвонки или что-то еще? Думая о жизни и проблемах насущих, я не заметила, как упала прямо в руки Морфея, прямо в комнате Кола.