Daoist Master of Qing Xuan / Даосский мастер Цин Сюань

      

Прежде чем отправиться в путь, Шэн Лянь еще раз взглянул на свое тело.       

Окна вовсе не препятствовали Шэн Ляню, ему понадобился всего один легкий прыжок, чтобы выйти во двор.       Облака уступили место луне, и цветы сливы танцевали с их тенями. Небо было усеяно звездами, дополняющими бледную и ясную луну. Казалось, что небеса случайно пролили туманный дождь в царство смертных.       

Шэн Лянь чувствовал легкость воздуха своим духом.       

Шэн Ляню внезапно пришла в голову мысль, что если вместо того, чтобы пропустить лунный свет сквозь него, подобно течению реки, поглотить его?       

Лунный свет собрался вокруг Шэн Ляня, окутывая его, как прозрачный слой перьев.       

Шэн Лянь почувствовал жжение, как будто на него светило полуденное солнце.       

В некогда пустом дворе светилась тень в форме человека. Он дрейфовал между обретением и не обретением формы в этом физическом мире.       

Лицо и линия волос размытой тени испускали мистическую ауру.       

Охранники, посланные Старым Мастером Шэном, были размещены по всей комнате Шэнь Ляня. Двое охранников в ночную смену прислонились к двери, чтобы укрыться от ветра.       

Один из них открыл глаза и закричал, увидев светящуюся тень. Его крик насторожил его спутника рядом с ним.       

Шэн Лянь не хотел вызывать переполох. Он тут же пожелал, чтобы лунный свет рассеялся.       

Поскольку духи не имели физической формы, смертным было нелегко разглядеть их не вооруженным взглядом.       

Напарник охранника ничего не видел, когда проснулся. Он сердито отругал охранника, прежде чем снова заснуть. Охранник, увидевший Шэн Ляня, быстро потер глаза и не увидел ничего странного, что заставило его подумать, что его глаза подшучивают над ним.       

Без лунного света вокруг него Шэнь Лянь дрожал на холодном ветру.       

Как будто он стоял голым на холодном ветру и на него нападали клинки ветра и мечи мороза.       

В этот момент Шэн Лянь был лишен эмоций. Страдания его духовного тела его совсем не беспокоили.       

Это привело его к пониманию того, что опыт нахождения вне тела не был похож на то, что он испытывал раньше. Это было весело, но опасно.       

Это было выполнимо, только в ночное время. Если бы он сделал это днем, то не смог бы выдержать палящего солнца даже с его сильным духом.       

Слух о том, что призраки и им подобные, как правило, появляются ночью и никогда днем, не было необоснованно.       

Без какого-либо предшествующего опыта, Шэн Лянь должен был тщательно изучить нить, когда дело доходит до опыта вне тела. Он знал, что ходит по тонкому льду и должен быть предельно осторожным.       

Он был благодарен за связь с его физическим телом. По крайней мере, он знал, что он не одинок в этом суровом мире.       

Это было похоже на полет воздушного змея; его дух всегда был привязан к его телу и не был потерян для огромного мира.       

Физическое тело было тюрьмой, но это был также бамбуковый плот, который проплывал сквозь трудности смертного царства, у него были как плюсы, так и минусы.       

«Беззаботные облака плывут из-за холмов, уставшие птицы знают, что они должны вернуться». Точно так же, как в стихотворении, духу было определенно легче покинуть тело, но так же, как птицам, которым нужно было вернуться в свои гнезда, тело должно подпитывать дух.       

Шэн Лянь пытался контролировать свой дух, и он экспериментировал в процессе.       

Он осознал нечто уникальное в духе — он способен проникать в физическую материю.       

Воссоздавая то, что он сделал с лунным светом, он попытался связать ветер со своим духом. Ему казалось, что он растаял на ветру и может двигаться под его напором.       

Когда он, наконец, отделился от ветра, он больше не мог чувствовать гравитацию.       

Он просто парил над землей.       

Получив основные параметра опыта нахождения вне тела, он расширил область своей деятельности.       

Он прошел сквозь стены и здания без сопротивления.       

В этом мире не было электричества и электрических лампочек. Люди рано ложились спать.       

При таких обстоятельствах любой источник света становился чрезвычайно ярким.       

Этот приступ опыта нахождения вне тела должен был стать экспериментом и был совершенно бесцельным. Заметив источник света впереди, Шэн Лянь решил войти в комнату.       

Как обычно, когда он входил в комнату, сопротивления не было. Однако он услышал плач женщины.       

Женщина плакала в отчаянии, от нее веяло печалью.       

— Почему ты плачешь? Жоси просто болеет, тебе просто нужно лучше о ней заботиться, — Шэн Лянь услышал, слова Шэн Цинсаня.       

— Но с течением времени она худеет. Она не разговаривает и не ест, врачи сошли с ума. Как я могу не волноваться? Вам не кажется, что Шэн Лянь приносит несчастье с собой везде, куда бы он ни пошел? Сначала Он убил свою мать, теперь он медленно убивает Жоси. Жоси не заболел бы, если бы не глупая идея женить на ней Шэн Ляня!       

Женщина обратилась к Шэн Цинсаню, вытирая слезы.       

Шэн Лянь был в комнате. Он видел и слышал разговор между Шэн Цинсанем и его женой Чэнь.       

Шэн Цинсан нахмурился, а Чен сидела напротив него.       

«Итак, Шэн Жоси заболела», — подумал Шэн Лянь. Что касается утверждений Чена, то он совсем не обиделся. Даже в обычные дни он не был бы возмущен такими обвинениями, тем более, когда он был лишен эмоций.       

Его посадили на месяц. Во время, которого он не поддерживал никакой формы контакта с внешним миром. Вот почему он не знал о положении Шэн Жоси.       

— Шэн Лянь был арестован в течение последнего месяца, а Жоси заболела всего пять или шесть дней назад. Как это может иметь какое-либо отношение к нему? Пожалуйста, не слушайте свою невестку. Хотя Шэн Лянь не злился, этого нельзя сказать о Шэн Цинсане. Из-за влияния Старого Мастера Шэна он относился к женщинам, как к мужчинам. Кроме того, он знал, что над его дочерью не будут издеваться, если она будет замужем за Шэн Лянем. Чэнь не собиралась отступать от своего мнения.       

— Мне все равно, Шэн Лянь — хороший он человек или плохой, но просто взгляните на него. Он такой нейтральный и отстраненный от всех. Более того, он себе на уме. Даже если вы будете относиться к нему искренне, я не думаю, что он оценит этот жест!       

— Вы ошибаетесь в этом. Шэн Лянь надёжнее, чем кто-либо другой. Несмотря на то, что он не отвечает взаимностью на вашу доброту, он будет помнить об этом. Более того, как семья, мы не должны ожидать никакого возвращения к истокам, — Шэн Цинсан ответил, вспоминая, что он узнал в гостинице. Он действительно расследовал то, что произошло между Шэн Лянем и человеком в зеленом в гостинице. Без сомнения, двое телохранителей, посланных для защиты Шэн Ляня, были убиты человеком в зеленом ханьфу. Что его удивило, так это поведение Шэн Ляня в тот день.       

— Это человеческие жизни, о которых мы говорим, как я должен просто забыть о них? Я дорожу человеческими жизнями, которые вы так небрежно прервали. Неважно, если это наша собственная жизнь, у всех нас есть только один шанс. Управляющий Юэ Ке Лай повторил точные слова Шэн Ляня.       

Шэн Цинсань верил, что каждое сказанное Шэн Лянем слово правдиво.       

Шэн Лянь вступился за двух незначительных телохранителей и был бесстрашным, когда столкнулся с человеком в зеленом одеянии.       

Шэн Цинсань никогда не видел такого поведения у двенадцати или тринадцатилетнего ребенка, пока не появился Шэн Лянь.       

Шэн Лянь был достоин того, чтобы на него возложили большие обязанности, семья Шэн далеко пойдет только в руках кого-то вроде Шэн Ляня. Шэн Цинсань знал свои собственные пределы — он даже не был способен вести семью Шэн, что еще больше привело его к большим высотам. Более того, его брат был еще менее способным, чем он.       

Из-за состояния, в котором он находился, Шэн Лянь не был тронут тем, что только что сказал Шэн Цинсан. Однако он должен был признать, что этот дядя, с которым он был связан кровным родством, был прав насчет него.