Телохранитель

— Мм... как у тебя все загадочно... — действительно, был поражен тем, что Том и Эрик хорошие друзья. Этот дизайнер был ещё той оторвой, любил вечеринки, выпить, курил... манерами он как-то не отличался, но при этом он лучший дизайнер с изысканным вкусом... Очевидно все хорошее в этом парне привито именно Томом. Когда Том увлеченно разглядывал эскизы уже готовых интерьеров, мы с Эриком ушли под сопку, где он хранил адреса мебельных салонов с которыми сотрудничал. — А как вы познакомились? — Наши семьи были тесно связаны и мы с самого детства вместе. И знаешь... сколько в юношестве я не пытался подкупить на плохую привычку — он умел отказаться и при этом не обидеть меня. За его потрясающие качества я бы все отдал, но увы мои родители не были такими идеальными... — Но ведь он повлиял на тебя? — Да, он не дал мне упасть в грязь лицом, с тех пор, как принадлежим сами себе. Если бы не он, я бы давно потратил все имущество родителей и был бы абсолютным «никем». Именно он открыл во мне талант дизайнера... И знаешь, тебе повезло... — Чем же? — Он выбрал тебя не случайно. Тогда у него был широкий выбор звезд: каждый хотел такого телохранителя, как он, но Том почему-то отказал всем, когда узнал, что ты вот уже вторую неделю отчаянно ищешь замену его коллеге Сакки. — отказал всем ради меня? — Хмм... — Не знаю как, но похоже ты вскружил голову неприступному Томасу Трюмперу. До сих пор не могу забыть откровение Эрика, ведь Том... не возможно сказать что он так сильно желал работать со мной, я вообще думал, что он выбрал меня лишь из-за не занятости, а на деле... После мы вернулись ко мне на квартиру. Там я приводил себя в порядок, поскольку через пару часов намечалось одно важное мероприятие, где я был главным гостем, все внимание было обращено только на меня... Уже становится не по себе, но что поделать, таким уж я себя слепил на глазах миллионов: предстал перед ними дерзким, критичным, модным, креативным и невероятно талантливым парнем. Томас, в отличие от меня, предпочел сегодня больше не менять свой внешний вид. В принципе, я бы ему сам не позволил этого, уж больно он мне понравился в выбранном мною look’e. Не дает мне покоя лишь одно — пирсинг в губе. Он такой серьезный, кажется, что он самый натуральный зануда начала XXI века, но при этом всю эту скучность разбавляет сережка, которая двумя металлическими бусинками озорно переливается на свете, приукрашая пухлые губы. Признаю, мой фетиш — губы и руки. А у него эти части тела просто идеальны. И вот, сейчас, я рассматриваю моего телохранителя, минут пять точно, а он в недоумении, заметив мои бегающие глаза, не сводит с меня испытующего взгляда. Поняв, что будучи расфуфыренным до неприличия, будто раздеваю Томаса взглядом и он все это видит, невольно заливаюсь краской и поспешно отвожу взгляд. «Влюбился...» бормотало внутри что-то сладким шепотом, а я мысленно пытался отмахнуться от назойливого голоска, а тот, в свое время мило хихикал, будто следя за моими попытками прогнать его, укрыться опровержением чувств. Но другой ангел, что уже стоял рядом, ждал объяснений по поводу моего поведения. — Билл, вы в порядке? — А? Что?.. Эм, да-да, все в порядке... — подлая кровь так и подскакивает к щекам, а глаза бегают по комнате, в поисках вещи, что отвлечет от настойчивого взгляда, полного беспокойства за меня. Хорошо, что на моем лице полбаночки грима. — Может нужно отдохнуть? У вас ещё есть время... — Нет-нет, я должен заявиться как можно раньше. Сегодня. Раньше. Все знают, что я жутко люблю потрепать нервы и задерживаю разные шоу... сегодня, я хочу разорвать в клочья этой стереотип. — Именно сегодня? — Сегодня мой первый выход в свет с момента окончания тура. — И это значит, что вы с этого дня изменили в корне не только мою жизнь, но и вашу. — Выходит что — да... — и тут мне в голову стукнула неприятная мысль — черт! — Что-то не так? — За мной обещали прислать машину, но они-то не подозревают, что я намерен появиться раньше... — Проблема в транспорте? — в ответ я лишь кивнул, и уже было хотел со всего маху «поцеловаться» лбом с косяком дверного проема, как Том опешил мое действие, обхватив мои плечи руками и затащив вглубь комнаты, подальше от прохода — А вот это лишнее, Вильгельм. — Я не Вильгельм! — Простите, Билл... — фыркнуть, вот что оставалось мне — Я живу рядом с вами, буквально через дорогу, а моя машина, можно сказать, стоит у вашего окна. — однако он расчетлив, — я действительно увидел из окна спорткар, фирмы Audi. Не думал, что у него может быть такая машина... ожидал увидеть укороченный лимузин серии S-класса, фирмы, которой доверяет любой уважающий себя предприниматель. Довольно глупо будет не понять, о каком гиганте авто-мира идет речь. — R8? — Вас не устраивает? — Хм, да нет... просто... — Не мой стиль... — Ну как бы... — Я сначала был не доволен подарком отца, но когда опробовал машину на пустыре, загородом, понял что ошибался на счет этого красавца...,- однако у него нездоровая любовь к «железным малышкам»... — То есть обустройство авто для тебя далеко не главное? — Для меня главное — функциональность и экономичность. А стиль... если в этом суть, то предпочел бы последние выпуски автомобилей семейства S, фирмы Mercedes Benz — что и требовалось доказать. Сейчас стою и, прикрыв ладонью рот, сдавлено хихикаю, а Томас опять не понимает моей реакции. — Что-то не так? — Нет, все так. Просто на этот раз мои догадки по поводу твоих предпочтений оправдались... — Не удивлен вашей догадливости... — на лице появилась тень улыбки. — Ну что? Так и будем стоять у входа в гостиную и ждать, пока не придет время для опоздания? — Ни в коем случае... Прошу, — жестом рук пропуская вперед, прошел за мной. Я все никак не мог уняться, а точнее смущение так и норовило отразиться на щеках, которые сейчас покрывал грим, толщиной в миллиметр, и странное ощущение бабочек в животе, что порхают, щекоча все внутри бархатными крылышками. Мы наконец-то покинули квартиру. Чуть позже — дом. Подойдя к своей машине, Томас услужливо открыл мне дверь и, усадив, обошел авто и сел на водительское место. Было несколько боязненно, я никогда не ездил с ним, и фиг знает, как он поведет себя: окажется отчаянным Шумахером. А нет, он достаточно уравновешен и ритмичен. Набирая допущенную скорость, он не сбавляет её, стрелка спидометра даже не шевелится — она застыла. Так бы и наблюдал за бедным парнем, если бы он вновь не почувствовал на себе мой взгляд и не отрываясь от дороги, отвлек меня своим голосом: — С Вами точно все в порядке? — А? Что? Да-да... — Может Вам душно? — Да... приоткрой окно, пожалуйста... — Хорошо... — беспрекословно, он приоткрыл окно с моей стороны: ветер тут же стал играть с моей укладкой, немного прибивая её. Шикарно. Не смотря на то, что мы ехали не столь быстро, на месте очутились довольно скоро. Как обворожителен Том! Этот мерзавец одним своим присутствием заставляет мое сердце затаенно биться, а глаза и разум проводят время с пользой, разглядывая своего охранника. Кажется я опять в своем пространстве. Он осторожно теребил меня за плечо и звал, а я все это время смотрел на ноги. — Герр Каулитц... — это было лишним. — Я не Герр! Я — Билл! — Прошу прощения, Билл... — он отвернулся. Нет, ну вот почему я так груб с ним? Ох, как-нибудь ответит ласково по почкам... Стоп. Я снова в своей нирване. А Том, где он? — Вы меня ищете? — повернувшись на голос, я увидел его улыбку: белоснежная, она без излишеств, такая скромная... — Ох, прости, я что-то забылся... — главное чтобы поверил мне. Накрываю рукой лоб. — Пройдемте в здание, пока мы не привлекли внимание... — Да, пойдем... Ещё пять минут до начала шоу. Вокруг меня вертится моя стилистка. Ещё три ассистента стоят над ухом, поясняя, что как и когда говорить, где улыбнуться, где подмигнуть, где пошутить, как посмеяться — команда капитана Очевидность. Ещё рядом стоит девушка, которую поставили рядом со мной с целью, чтобы та диктовала мое расписание в этом здании: когда выйти в студию, когда уйти, куда и насколько я могу выйти. Ещё около пяти человек помогают мне приодеться, все-таки из представленной одежды выбрать нелегко что-то одному. Один показывает, другой сортирует, третий собирает, очевидно, что левые шмотки, четвертый стоит подобно вешалке около меня, пятый следит за дверью, чтобы если кто и вошел, то не так стремительно при моем переодевании. Вся эта свита безумно утомляла мои глаза и мой мозг своим мельтешением и галдежом. И тот единственный, лишь которого я хотел сейчас лицезреть, спокойно стоял возле двери и, сложив руки на груди, следил за каждым, кто за чем-либо приближался ко мне. — Вильгельм, ваш выход через 15 минут... — Поскорей бы... — и снова вздыхаю. Этот день определенно вымотал меня, но взамен он подарил мне Томаса. Этот телохранитель, он... он просто мечта. Он добрый, отзывчивый, галантный... Его семья имела приличный статус в светской жизни, что не помешало ему быть интеллигентным и при этом иметь прекрасное телосложение и великолепные знания. В его арсенале лишь полезные привычки и хобби, не считая культурного помешательства на авто, качества, позволяющие осваивать новую сферу за рекордно короткий срок. Он идеален, повторюсь. — Вильгельм, ваш выход! — Ну неужели! — я буквально выпрыгиваю из кресла, как тут же за мной устремляются все, — в первую очередь стилист: ей не понравилось то, что моя блуза немножко задралась. Одна из ассистенток жужжит над ухом, вновь поясняя мне, куда я сейчас попаду и что мне делать... но я чувствую лишь Тома, он шел сзади. Не слышу девицу в строго-откровенном костюмчике, она видно не знает, кому объясняет правила чайников. Могу даже поспорить, что она знает о шоу меньше, чем я... тем более я вижу её здесь впервые. — ...Встречайте, — Билл Каулитц! — и тут же включается фон к моему выходу. Фанаты вновь рвут голосовые связки, почти истерически визжа и крича мое имя. Я вышел из-за кулис, мило улыбаясь каждой девушке. Осматриваю так всю аудиторию, при этом, подобно ясновидящему, предугадываю вопросы, которыми меня будут осыпать следующие полчаса. Подойдя к гостевому креслу, ещё около десяти секунд приветствую моих обожателей, не желающих замолкать. — Добрый вечер, Билл! — Добрый, Ханс... — этот тип лишь на людях такой приветливый и добрый. Не смотря на то, что между нами разница в три-четыре года, этот мерзавец позволяет себе то, что делает юноша лет шестнадцати, то есть пристает с банальным юношеским флиртом, погружаясь в процесс не по-юношески серьезно. — Как ты знаешь, сегодня мы будем говорить о тебе и обо всем, что тебя окружает... — Всегда рад говорить на эти темы — стреляю взглядом в зал, после на Ханса. Девушки тут же взрывают аудиторию визгами. — Окей-окей, девочки. Начнем, пожалуй. А началось все с нудных вступительных речей. Как проходит запись моего альбома, волнуюсь ли я перед представлением новой коллекции, собираюсь ли заводить ещё щенков или кошечек. После последовали более серьезные, но не менее ожидаемые вопросы: как обстоят дела с поиском телохранителя и долго ли я буду доступным, прибывая без охраны. Естественно я отрезал всю эту канитель ответом: «Накануне я нашел себе телохранителя». Но подлец Ханс, на то и ведущий, что может из любой тупиковой ситуации сплести дорожку к «светлому выходу» — он стал расспрашивать о нем. Но моя гордость и изысканное упрямство наотрез отказались от комментариев, и прежде чем уйти на очередную рекламу, он добавил фразу из своего любимого репертуара: «Не скрывает ли Билл что-то от нас?». Вот-вот завершится шоу. Меня порядком бесит Ханс. Всех порядком бесит Ханс. Но все улыбаются, видя напротив меня — свою отраду... жаль, моя сейчас вне этого маскарада. Ещё несколько раз перекидываемся парой ласковых фраз, улыбаемся друг другу и... — Увы, но наша программа подошла к концу. С вами был гость программы — Билл Каулитц и я — Ханс Франклинштейн. До встречи. — выдумывать себе «имена» этот прохвост мастер. Но мне не до него. Команда «Стоп камера» и все поднимаются с мест, а я тяжко вздыхаю, потирая затылок. Ханс все ещё улыбается и с этой, отнюдь не искренней, миной он подкатывает ко мне. — Ну что, Билльхен, может, все-таки завершим этот вечер вместе? — Отвали Ханс... — даже моя искривленная гримаса заводит этого подонка — какая «прелесть»! Он уже расплывается в улыбке — ему нравится добиваться неприступных крепостей. Надеюсь, что если я сдвинусь с места, этот идиот не воспользуется приемом «захват из-за спины». — Нуу, ты чего опять мне грубишь, милый... — его прикосновения мало того жесткие, они грязные и пошлые: так и хочется приукрасить его костюм от D&G своим обедом. — Руки, Ханс! — Да мыл я их... — опять эта игривая насмешка. Бесит. — Я пошел... — отсалютировав, развернулся и направился к выходу. Этот оборванец ещё секунду оценивает меня с ног до головы и потом стремительно нагоняет меня и... — Пардон, молодой человек, — чей-то голос заставил меня обернуться, -Том? — Он притормозил Ханса ладонью, став между ним и мной. Боже, как он вовремя — могу я вам помочь? — В твоем обслуживании я не нуждаюсь... — обернулся — а вот его... — Его персона желает поскорее покинуть это здание и оставить свою работу на втором плане. — Томас как всегда непоколебим. Я вижу бешеный вид Ханса — как меня это забавляет! — А ты кто такой? — А ты ещё не понял? — не мог не вставить я, скрестив руки на груди и расплывшись в самодовольной улыбке. — Аа... Тот самый «телохранитель»... — его манера оценивать личность по одежде меня просто добивает — Не знал, что телохранители и хип-хоперы это одно целое... — ещё усмехаться смеет. — Стиль несостоявшейся личности, примите к сведению, сейчас теряет популярность... — я бы, на месте Томаса, врезал бы... но он — не я. Том лишь деликатно сдвигает его с пути и, приложив другую ладонь к моей спине, так же спокойно сказал «Пойдемте, Билл...» и повел, пытаясь без капли напористости проводить меня в гримерную. Его касание заставляет меня таять, как воск от огня. Но не зря же я прослыл местным актеришкой — Ханс видит на моем лице лишь самодовольную улыбку и вызывающий взгляд, которым я люблю его провожать после очередного облома. В гримерке мы наконец-то были одни. Стилист и прочие ассистенты были отпущены после напоминания о конце шоу. Том стоял там же, где и находился до представления, только отвернулся от меня... — Неужели я действительно ассоциируюсь с девушкой? —решил, что подумал, но оказалось, сказал, застыв с майкой у локтей. — Почему вы так считаете? — Том немного повернул голову. Его профиль просто идеален. А этот взгляд... — Ты отвернулся так, будто я девушка и переодеваюсь сейчас, не имея бюстгальтера.... — Нет... — немного смущенно улыбнулся, — просто я думал, что вас это будет смущать... — Да ничего я не... — если бы не чертовы штаны, в которых я запутался, я бы не упал... и Том бы не подошел ко мне и не помог встать. — Билл, будьте осторожней... — Боже... — что ещё делать, я прикрыл лицо рукой. Было очень смешно... смешно и странно, почему он даже в такой идиотской ситуации не смеется, а лишь помогает и успокаивает? — Я такой растяпа... — Вы просто устали... — он ищет мне оправдание? Нет, мне это показалось... Он стягивает с моих ног джинсы и аккуратно кладет на диван, рядом со мной и подает мою одежду... но я же не прислугу нанимал?! — Т-том... — шок я не мог скрыть, уж извиняйте. — Зачем ты... — Вам нужно было лишь немного помочь... — он встал на свое место, снова отвернувшись от меня, будто боясь опять встретиться со мной взглядом... А ангел во мне шептал «Он рано или поздно полюбит тебя, мой хороший...» и демон язвил: «Да ему вообще противно касаться такой мечтательной певички как ты. Не стоит ждать от него взаимности, помни: „Это бизнес, ничего личного“» и чему довериться я так и не понял. — Вот мы и приехали. — а я снова в своей нирване, разглядывая парочку, что целуется у подъезда напротив. — Билл? — А? Что? — вздохнул — Прости Том, я опять забылся... — эта глупая улыбка на моем лице... — Вы очень устали. Давайте я провожу? — Н-нет Том, спасибо, не нужно... — выйдя из машины, сначала не понимаю, почему он тоже входит из машины, но похоже мой мозг уже напрочь отключен и... — Боже, Вильгельм! — он подхватил меня у самого асфальта... как он смог? — Кажись, переработал малость... — и снова ладонь заслоняет лоб, и снова я глупо улыбаюсь... Что со мной творит этот парень... — Я настою на своем и провожу вас, но теперь вплоть до вашей постели... — подняв меня, как легкий манекен, на ноги, обхватил мою талию и закинул мою руку на свои плечи и повел в дом. Силы покидали меня, но я старался не нагружать моего телохранителя и держался из последних сил. Не зря я ему доверил запасной ключ от моих апартаментов — он завел меня и, раздев сначала в прихожей, и потом, сняв остальное уже в комнате, помог мне лечь... признаюсь, было стыдно. — Ты свободен, Том... — кое-как перевернувшись на бок и укутавшись, пролепетал я. — Но Билл, вы... — Иди домой Том, ради Бога... — Спокойной ночи, Билл... — Спокойной ночи, Томми... POV’s Author Не прошло и дня, как суперзвезда влюбилась в собственного телохранителя как типичная школьница. Но сильнее ли его любовь, первой школьной? Это и он толком не знает... лишь время покажет.