Часть 1
14 августа 2019 г., 17:00
Без Багги будет скучно. Наверное, даже грустно: ведь второго юнгу, когда Шанкс был уже на корабле, и так брали со скрипом, а сейчас точно больше никого не возьмут.
Капитан с мастером Рейли тогда впервые поругались, да так, что Шанксу хотелось забиться куда-нибудь в темный угол, в трюм, в обвалившийся кубрик, спрятаться под лавку и трястись там. Переругались половина матросов: говорили, что Багги — безродное создание, ничтожество и грязь. Кто-то даже подрался, да так, что главную мачту пришлось ремонтировать в четвертый раз.
Когда цирковая труппа раскинула свой шатер под небом портового городка и уже отвыступала свои двенадцать дней, в ночь перед отходом Багги перерезал глотки всем своим коллегам. Он забрал выручку — всю, что смог найти, до того, как на место преступления прискакали дозорные, и смылся.
Капитан сразу увидел в худом хмуром мальчишке что-то хорошее. Капитан Роджер и в Шанксе увидел что-то хорошее: так что и удивляться нечего, что Багги он поймал за шкирку на верфи, когда тот пер с Оро Джексона охапку драгоценностей, рассованных в карманы и сапоги, и крайне, крайне дружелюбно и вежливо предложил путешествовать с ним.
Как только Багги ступил на блестящие доски палубы, сзади него рухнул трап. Шанкс вздрогнул и кинулся к бортам: один матрос, рыжий и с веснушками, что вечно угощал Шанкса пивом, лежал на камнях. Роджер отдал приказ, и корабль отошел; тот рыжий так и остался недвижим на каменистом берегу с раздробленной головой.
В тот же вечер Шанкс с ним подрался. С этой… носатой падлой. С Багги. Имя для собаки. Вот что. Собачье имя, и точка.
После ужина (на котором эта… падла два раза потребовала добавку) капитан поручил Шанксу показать этой… падле корабль и кубрик юнг. И носатая тварь сразу заняла шконку Шанкса. И вытряхнула его вещи из правого рундука, хотя слева был пустой. И сразу же получила в и так красный нос.
И дралась безжалостно, как берсерк, что в один момент Шанкс испугался, что падла его заколотит до смерти, держа захват, но под ними провалился пол. И они оба по пояс застряли в пробитых досках: хорошо, снизу был какой-то трюм, а не кухня, или, не дай морской король, котельная. А потом пришел мастер Рейли. Он читал им лекцию так долго, что… минуты, наверное, три. А потом пришел капитан. Он раскатисто захохотал, вытащил Шанкса и падлу за шкирки, дал по профилактическому шелбану и ушел дальше пить пиво, и Рейли с собой увел.
Багги был злюкой и неудачником, рядом с Багги все рушилось, но было весело. А сейчас, наверное, станет грустно.
Как-то они вдребезги разругались из-за рубашки. Эта рубашка была Шанкса — ну его же, черно-белая, полосатая! — но Багги напялил ее на себя, да какого черта? Шанкс уже хотел потянуться за мечом, но тот был где-то в кубрике, поэтому в ярости полез в настоящий мужской кулачный. Они покусали друг другу уши и свалились за борт; на кровищу моментально приплыли две карликовые акулы — метров по тридцать длиной, и успели покусать зауши их.
В лазарете Шанкс очнулся через неделю, с четырьмя здоровенными зашитыми шрамами по телу, а на столике рядом валялась целая горсть, что Шанкс сначала принял на таблетки или конфеты, но это были акульи зубы, которые из него вытащили.
Багги проснулся через два дня, и тогда Шанкс впервые извинился. Полосатая рубашка нашлась за койкой. Потерял, с кем не бывает… Шрамы от акул потом зажили, а вот покусанные Багги уши… еще долго чесались. И все еще чешутся.
Но как бы то ни было, Багги — однозначно собачье имя, только псины чужого не берут, а эта тварь гребет все, что не прибито. Господи, да он даже в последний раз снял вывеску с паба у пристани (хотя стоп, она-то была прибита!). Деревянную плоскую длиннющую балду с названием: «ВЕСЕЛЫЙ ПЛЕННИК».
И повесил над входом в кубрик, да так, что каждый входящий, да и они оба тоже, постоянно долбились о нее головой. И она висела бы и дальше, пока Рейли, в погоне за ними — два негодника ночью! Пока он спит! Пробрались к нему в каюту и рылись там, посмотрите-ка! — не получил сотрясение мозга и перелом носа. Потом, правда, то же самое получили Шанкс с Багги, но уже, так сказать, вручную.
Багги долго стоял на нижней палубе и смотрел в воду, подпирая подбородок руками, и скорбил о «ВЕСЕЛОМ ПЛЕННИКЕ», который безжалостно содрали и бросили за борт. Шанкс тогда подошел и встал рядом, и подумал, что Багги, собственно, хоть неудачник, и приносит неудачи всем окружающим, но с ним, блин, весело. Опасно, но весело. Опасно и весело.
А сейчас будет грустно. Может, когда-нибудь будет опасно и даже весело. Но без него.
Когда Багги в наказание привязали к мачте, она все-таки рухнула. Он едва успел разделиться. Вообще, он разделился бы еще пять часов назад и ушел, но Шанкса с его Волей поставили рядом, и он был совсем не против. В кухню влез он, а не Багги, и пожар в ней устроил тоже он — Багги всего лишь стоял на стреме. И если бы Шанкс ослабил Волю хоть на секундочку, разъяренная голова отделилась бы от шеи и отгрызла бы Шанксу лицо.
Команда Оро Джексона попадала за борт: хорошо, они висели на якоре в открытом море недалеко от порта, и к утру корабль все-таки смогли починить. Шанкс таскался за Багги хвостиком и извинялся, а тот только монотонно повторял «отвянь» и «отвали» вперемешку с «я тебя задушу и сброшу в воду, ублюдок».
Багги — просто конченый неудачник, потому, что когда они устроили бой на мечах, у него отвалилась рукоять. У его долбаного меча отвалилась долбаная рукоять, лезвие звякнуло о долбаные доски палубы… И отчего Шанкс ржал, как скотина, до слез — так это оттого, что Багги, со своей долбаной парамецией получил долбаный шрам на все пузо от его меча.
Теперь у Багги тоже было четыре шрама, как и у Шанкса: три от акул, и один от меча. Да, весело было.
В этот вечер Багги сам не свой. Серый, хмурый и потерянный. Команда веселится на верхней палубе; сюда, на нижнюю, доносится только их отдаленные голоса и взрывной хохот. Он сидит, уткнувшись носом в свои колени, Шанкс садится рядом и ставит между ними открытую бутылку.
— Пошел вон, — слабо возмущается Багги.
Шанкс булькает бутылкой и наклоняет голову:
— Ты чего? Пошли поднимемся к остальным.
— Я плохой. Я чудовище.
— Опять твои загоны, — со смехом выдыхает Шанкс.
Да, они попались дозору. Да, Багги опять пожадничал, и его пришлось спасать, и да, капитан не бросает своих. Да, Рейли ненавидел Багги и все равно пошел в лобовую, и да, мастер Рейли теперь мертв.
Но мастер Рейли никогда бы не хотел, чтобы на его похоронах плакали, и команда — что от нее осталось, — старательно веселится на верхней палубе, вспоминая мастера и заливая раны ромом.
Да, Багги виноват, но Багги не виноват.
И он продолжает сидеть, утыкаясь носом в колени. Наверное, он был бы рад, если бы Роджер выбросил его за борт. Багги — неудачник. Легендарное Жалкое Чудовище.
— Иди сюда, — вздыхает Шанкс, и обнимает Багги за спину рукой.
Багги сомневается полсекунды — и утыкается лицом в полосатую рубашку Шанкса. Мокро. Лицо у него мокрое, так, что на рубашке видно его отпечаток, когда Шанкс берет Багги за плечи и кладет на пол. Тот даже не сопротивляется.
В темноте его волосы кажутся черными. Сегодня они не собраны ни в хвост, ни спрятаны под шапкой — они разметались по доскам. Длинные, оказывается. Почти по пояс будут, наверное.
Багги снизу громко и тяжело дышит, всхлипывает, и Шанкс, упираясь коленями по бокам от его тела, переводит руки на его лицо.
— Ты не плохой, — шепчет он прямо Багги в ухо. Шанкс вдыхает запах волосы — соль, солома и море — и повторяет: — ты не плохой.
Руки сходятся на шее, Багги судорожно вдыхает. Шанкс нажимает сильнее, и тело под ним податливо выгибается, прижимается к нему же впалым животом. Волосы щекочут нос, а изо рта слышится сдавленный стон. Руки у Багги дрожат, и у Шанкса дрожат — у них обоих это впервые, и они оба взмокли; Шанкс нажимает еще, еще и еще, а Багги корчится под ним, царапая его шею, плечи и спину…
Шанкс поднимается на верхнюю палубу, когда все кончается. Роджер берет яблоко из деревянного блюда, откусывает и поворачивается к Шанксу:
— Где бродишь, малой? Садись! А Багги куда запропастился?
— Я искал его, но не нашел, — озабоченно говорит Шанкс, застегивая пуговицы на рубашке и расправляя промокшую челку.
Роджер придвигает к нему тарелку с мясом и здоровенную кружку чего-то сладкого, и возвращается к беседе с механиком. Команда и правда пытается веселиться, поет песни, играет в карты и много, много пьет. Но с Шанксом не болтает никто. Наверное, без Багги теперь будет грустно.
Шанкс незаметно берет из деревянного блюда яблоко и прячет за пазуху, пока оно еще только обрастает бороздами и спиралями Дьявольского Фрукта.
