***
Больно... Черт... Слишком больно...***
— Её состояние должно стабилизироваться... — С ней все будет хорошо? Обеспокоенный голос отца. Папа... Папочка... — Все зависит от девушки... Мы сделали все, что могли.Остается только ждать.
Слова казались такими далекими... Но страшными... — Маша... Как ты? Тишина в ответ. Нужно хоть что-то сказать... — Я... Принесла твои любимые ромашки... И опять... Сколько времени прошло? Не хочу быть здесь. — Молю, Маша, выкарабкайся... Я очень скучаю по тебе... Мы... Все...***
Хрипло дыша, молодая девушка до боли в костяшках сжимала ткань белоснежного одеяла. С трудом открыв изумрудные глаза, она была ослеплена холодным светом больничной лампы. "Где я?" — с трудом пронеслось у неё в голове. Она наконец-то очнулась? Оглянувшись, она едва смогла понять где находится. Неприятный запах спирта ударил в нос, белизна резала глаза, все плыло. Острая боль в груди заставляет зажмуриться. Каждый вздох дается ей с трудом. "Что произошло?" — подумала она. Память постепенно возвращалась к ней. Всплывали ранние воспоминания: как она встает с кровати, умывается, берет сумку с учебниками и тетрадями, идет на пару в универствете… Теперь она смогла, с помощью небольших крупиц, восстановить произошедшее. Смутно и не полно, но все же… Понятно в общих чертах.***
На часах восемь часов и три минуты. Скоро должен подъехать нужный автобус. — Эй, на орбите! Знакомый голос и легкие щелчки вырывают её из мыслей. Оторвав глаза от сенсорного телефона, она улыбается знакомой девушке. — Прости, ты что-то говорила? — виновато улыбнувшись, она быстро убирает телефон в карман теплой куртки. Блондинка недовольно дует губы, а затем обиженно отвечает: — Маша, я три раза тебя звала! Ты где витаешь? — Прости, Катя. Что случилось? Нашла себе новую жертву или что? — рискнув предположить, девушка получила легкий удар в бок, отчего даже подруга улыбнулась. — Нет, конечно! И почему сразу «жертва»? — Да нет, ничего такого... — невинно отведя взгляд, она добавила: — Рассказывай. — Да, ничего особенного! — фыркнула подруга, рассеянно бросив взгляд куда-то за её спину. Голубые глаза в недоумении распахнулись до предела. А затем дикий страх проскользнул в них. Девушка вопросительно подняла бровь и уже обернулась. И воздух расколол отчаянный, полный ужаса крик, от которого Мария вздрогнула. — МАША!!! Резкий удар и темнота. Боль и липкий мрак окутали её.***
В меня… Врезалась фура… Откуда-то издалека доносилось равномерное пищание приборов. Мария тяжело вздохнула. Резкая боль вновь прожгла грудную клетку. Надеюсь, Катя в порядке… Перед глазами всплывали образы близких и родных. Папа… Мама… Катя- единственная лучшая подруга… По щекам скользнули несколько капель. Больно… Очень больно… Мария с трудом дышала. И что-то подсказывало, что это был конец. Такой конец, которого уже нельзя избежать. Он настал, и теперь стоит смириться с этим. Смерть с косой уже на пороге. Не хочется верить в это. "А я ведь не такого конца ожидала…" — с трудом уняв дрожь, девушка перестала плакать. Решительно потянувшись и стерев остатки слез, она закусила губу, но затем, расслабившись, она практически безмолвно прошептала в тишину палаты: — Надеюсь, они справятся. Надеюсь, не будут горевать… Надеюсь… Горло сжало в тисках, а боль в груди стала сильнее. С усилием сдержав слезы, Мария улыбнулась. Через силу, натужно, но все же улыбнулась. В её голове вертелся голос давно забытой покойной матери.«Какой смысл горевать? Встреть смерть с улыбкой, словно старого друга. Кто знает, есть ли вообще конец?»
Последний вздох и… Короткий писк кардиомонитора эхом отразился в голове молодой девушки.