White pill

      Чимину до тошноты уже эти люди, эта музыка, этот день, этот чёртов Agust D. А этот стадион, где проходит концерт мечты, Чимин знает лучше, чем собственную квартиру уже.       Он просто хотел сходить на любимого исполнителя. Он просто хотел увидеть его фанатов, почувствовать себя его фанатом. Просто хотел хоть раз побыть на его концерте. Он долго копил ради этой мечты. Сотни часов подработок, бессонные ночи, месяцы на лапше быстрого приготовления, куча прогулов и долгов в институте. Теперь он проклинает тот день, когда решил, что ему побывать на концерте больше жизни нужно. Теперь он крутится в этом бесконечном кругу. — Этот день сурка. Я вновь и вновь возвращаюсь. Так раздражает… Ви, ты слушаешь вообще? — Абсолютно. — Молодой парень по имени Тэхён с неохотой отрывается от холста и оборачивается к другу. С улыбкой, но сожалением в глазах он произносит. — Чего ты хочешь от меня? Ты же знаешь правила этой игры. — Он возвращается к картине. — В нашем мире, если один и тот же день повторяется, значит, ты его увидел. Увидел своего соулмейта. Так найди его. — Тэхён старательно кистью по холсту водит, вырисовывая каждую деталь, ведь это для него важно. — Издеваешься? Прекрасно же помнишь, что сегодня концерт. — Чимин откидывается назад на подушку, устало выдохнув. — Там же десятки тысяч людей… Как я поймаю именно его взгляд.- Он прикрывает глаза, расслабившись на кровати Ви. Да, ему всего-то нужно поймать взгляд того самого, чтобы это прекратилось. Не простой, особенный взгляд. Когда он его поймает, то они оба поймут. — Но ты явно не найдёшь его, если будешь тратить время на нытьё у меня дома. Тем более… — Тэ бережно кладёт кисть на тумбу рядом с собой и рассматривает работу. — Ты же помнишь, что твоё время ограниченно?       Чимин демонстративно цокает, мол, вопрос глупый, и поднимается с удобной кровати. Он вспоминает, как обычно, начинается его повторяющееся утро. Его сердце каждое утро пронзает неведомая боль. Боль тоски по тому человеку, которого сердце запомнило, а вот Чимин понятия не имеет по кому оно так страдает. Эта боль с каждым днём всё ощутимее. — Каждый новый-старый день напоминает мне об этом. — Чимин встаёт рядом с Ви, уставившись на работу. — Это он? Твой соулмейт? — Да. Я его таким представляю. Поспеши, иначе, как и он… не успеешь. — Улыбка с лица Тэ пропадает, а глаза с печалью смотрят на портрет.       Чонгук — соулмейт Ви. Он не успел найти Тэхёна. Теперь Тэ каждое утро просыпается из-за боли. Безумной боли, которая мучает его сердце. Она не прекратиться пока Ви не выпьет «белые» таблетки. Каждый божий день на таблетках. Они по цвету даже не белые. Их называют «белыми» потому, что они дарят спокойствие и свободу от ноющей боли. И жизнь, будто с белого чистого листа. Хотя даже так они не могут полностью заглушить эту боль потери. Потери родного человека.       Чимина дрожью пробивает, стоит ему только представить, что его время истечёт рано или поздно. И почему именно он? Потому что так решила вселенная. Из пары лишь один подвергается этому испытанию. А если он не найдёт? Чимин до жути боится не найти. Его единственному так же придется каждый день закидываться «белыми» таблетками, как и Ви. И даже это не гарантия, что он доживёт до 25 хотябы. В этом мире погибли столько молодых. Нет, только не это. Чимин твёрдо решил, что такого не допустит. Он будет искать. Как идиот, заглядывая каждому встречному в глаза, будет искать.       А Чимина только на 15 день озаряет безумная идея. Идея о том, что он дурак полнейший и не замечал очевидного. Это лишь теория, но, может быть, тот единственный на огромной сцене перед десятками тысяч людей выступает. Может, именно имя того единственного скандирует стадион. А Чимин ведь кроме первого дня в глаза ему больше не смотрел. А система этого мира не такая простая. Первый день не считается. А в последующие дни Чимин искал его среди толпы, а он ведь всегда на виду был. Перед самым носом маячил.       Нужно спешить ведь Чим каждое утро чувствует, что его время вот-вот истечёт. Эта идея поздно в голову приходит. На сегодня концерт закончен. Юнги уже минут 10 как за кулисами. Концерт далеко не последний в туре, поэтому Юнги спешит в аэропорт. Чимин не хотел терять времени, кричал Мину, чтобы тот обернулся, но кто его в такой толпе фанатов услышит. На глаза слёзы навернулись, но Чим не отчаивается. Чуть ли на дорогу под колёса машин не выбегает. Они несутся так, что, кажется скорость каждой в два раза больше дозволенного. Ловит такси. Криком, на нервах, командует таксисту жать на газ со всей силы, будто в формуле 1 участвуют.       Страх упустить переполняет Чима. Будто во сне. Как только подъезжают к нужному месту он буквально вываливается из машины, на ногах ватных спешит ко входу. Кричит. Кричит имя того самого.       Юнги не слышит. Менеджер его вперёд толкает за двери. Чимин как будто марафон пробежал, стоит и ртом воздуха нахвататься не может. За толпой фанатов Мина и не разглядишь уже. Чим будто смысл жизни потерял. Стоит как вкопанный и слёзы по щекам градом.       Следующее утро Юнги на всю жизнь запомнил. Утро, когда он проснулся из-за боли в его сердце. Боли, которая будет его преследовать до конца его дней. Боль потери, боль утраты. Такой ноющей, что само сердце изнутри достать хочется, лишь бы его перестали, будто иглами, пронзать насквозь. Иглами такими швейными большими. Теперь каждое утро по расписанию начинается с приёма «белых» таблеток.