Кина не будет

— О, наш профессор решился, м? — рассмеялся Тони, окидывая вмиг покрасневшего Беннера заинтересованным взглядом. — Стивен, ты располагаешь необходимыми материалами? — Тебе даже не снилось всё, чем я располагаю, — хмыкнул Стрэндж, трогая бородку. — Брюс, ты правда хочешь заново пересмотреть свои похождения в роли тупого зелёного мутанта? Смело, очень смело с твоей стороны. — Тебе кажется, что не стоит? Нет, конечно, если ты собираешься показывать во ВСЕХ подробност… — Нет, что ты, — перебил его маг, ухмыляясь. — На каждом фрагменте стоит рейтинг 16+, так что никакой порнухи в увеличенном масштабе не ждите. Кажется, кто-то разочарованно вздохнул. И это, кажется, был Тони. Но, наверное, всем действительно просто показалось. — Ну что ж, тогда я не вижу препятствий, — пожал плечами Беннер. — Стивен, врубай! Перед ними снова заклубился дым, только на этот раз — зелёный… — Ого. Вот это житьё, конечно, — прокомментировала Наташа, добравшаяся наконец до маленькой бутылки с прозрачной жидкостью внутри, начало эпизода, где Беннер находился где-то в дебрях бразильских фавелл. — Похуже, чем в Союзе. Потом сделала глоток, подумала несколько секунд и помотала головой в отрицание собственным словам.  — Нет, хуже, чем в Союзе быть просто не может… — Не сказал бы, — хмыкнул Брюс. — Не хочу спорить, кто жил хуже, но вряд ли тебе приходилось каждые полчаса измерять чёртов пульс, чтобы в самый неподходящий момент не превратиться в огромного зелёного монстра, которого, к тому же, разыскивает всё американское правительство. — Ну… — протянула Наташа. — Знаешь, в детстве я каждое утро просыпалась с мыслью, что мать могут забрать. А потом всё вышло ещё хуже, наш дом подожгли, а меня мама выбросила из окна в руки незнакомому человеку. И потом каждое утро я просыпалась с мыслью, что могут забрать и убить и его тоже. Зимой я замерзала, и летом, впрочем, тоже. Мечтала попробовать тропические фрукты, которых попросту не было там, где я жила. Мечтала купить себе книги, но не могла. О многом мечтала, и ничего не могла. Ах да. У нас в школе стоял гипсовый бюст Ленина, как-то я случайно задела его, и он упал на ковёр. Это увидел стукач, рассказал нашей учительнице и меня выпороли на глазах всего класса. Я ненавижу СССР, Брюс. Тони решил прервать неловкое молчание громким предложением заказать ещё пиццы.

***

— Поймали-таки, — вздохнул Соколиный Глаз, видя, как Беннер пытается скрыться от преследователей, паралелльно изо всех сил стараясь не стать Халком. — Ох и лошара ты, Брюс. Взглядом профессора в этот момент можно было, наверное, заморозить насмерть парочку китов. И спасти несколько айсбергов от скорой «смерти». Ну, несколько в этом случае — где-то около ста шестидесяти трёх с половиной. — И это мне говорит человек, который просрал лучшие деньки где-то в Будапеште. — Уел… Все восхищённо молчали, когда Халк в одиночку расправился с целым отрядом военных. — Ты, конечно, тем ещё лихачом был, — хмыкнул Америка, отпивая из трубочки холодный апельсиновый сок. — Не могу не согласиться, — поддакнул Питер, весь вымазанный кетчупом, в который макал пиццу. — Вот бы мне так… — Не каркай, — строго оборвал его Брюс. — А это что за девушка? — поинтересовалась Романофф, с сожалением глядя на стремительно пустеющую бутылку, а потом снова поднимая взгляд на экран, где Беннер целуется с какой-то особой. — Это… Не важно, — на фоне радостных чириканий прошлого нынешний Брюс звучал как-то чересчур тихо и грустно. — Ты не расскажешь, кто был твоей бывшей? — обиженно вздёрнула нос Романофф, чуть не потеряв при этом и так шаткое равновесие. — Наташ, не называй её так, очень тебя прошу, — прошептал едва слышно бедняга профессор. — И ещё. Тебе явно хватит. С этими словами он отобрал у не успевшей даже среагировать девушки едва полную уже бутылку. — Хэй, отдай, — Вдова обиженно надула губы и опасно качнулась в сторону Брюса. — Мне То-они дал! А ты со своей шалавой… — Наташа… — остолбенело произнёс Роджерс. — Зачем ты… Лицо Романофф медленно покрылось бордовым, рот открылся в попытке ответить, сказать, извиниться, сделать что-нибудь, чтобы Беннер перестал смотреть так горько-обиженно. — Прости, — алкоголь перестал давать о себе знать, словно его и не было, и Наташа только ярче с каждой секундой осознавала, что позволила себе высказать. — Я… Я не хотела, правда. На экране Брюс нежно целовался с девушкой, которую назвал «Бетти», а в Башне Брюс сидел с каменным лицом, сжимая и разжимая ладони. — Нат, ну ты и баклажан, конечно, — хихикнул Тони. И никто не удивился, что ему в очередной раз удалось разрядить обстановку. Подтверждением этому мог служить немного сухой, но всё же смех профессора.

***

— Вот это у тебя там драки были, — хмыкнул Тор, с интересом наблюдая, как Халк пытается справиться с очередной ватагой «нехороших человеков». — Да, — Беннер потянулся, немного задевая уснувшую на нём Наташу. — Но знаешь, повторить я бы точно не хотел. — Оно и понятно, — Бог Грома усмехнулся. — Я бы тоже не хотел повторять свои прошлые сражения. Так много было потеряно в них… Но знаешь. Я ведь и нашёл многое тоже благодаря сражениям. Например, лучших друзей, и даже девушку в каком-то роде. — Увы, друг мой, — грустно улыбнулся Брюс. — Мои сражения лишь забирали, ничего не отдавая взамен. Когда Халк, сильно побитый, нёс на руках Бетти куда-то в горы, Мстители молчали. Даже болтливый Старк заткнулся, перестав шёпотом обсуждать с Роджерсом изъяны нового костюма. На Беннера даже смотреть было жалко, видимо, нахлынули забытые воспоминания. — Нет, ну какая же сволочь! — возмущённо сказал немного абсолютно не врубающийся в сюжет Бартон, когда нагло улыбающийся с экрана Блонски (почти никто не понимал, кто это, но, то что это кто-то нехороший — было очевидно) приказал влить себе кровь Халка, чтобы получить его способности. — Это ж надо так… Взять, и спереть чужую кровь. Нет, чтобы свою сосать, вампир хренов! Тони уже раскрыл было рот для шутки, но Стрэндж тихо шепнул ему на ухо: «Рейтинг», и рот, без ведома хозяина, закрылся самостоятельно, состроив грустную рожицу. — Обломщик. Тем временем происходил эпик. Уже два, к тому времени, зелёных чудища дрались между собой, причём с явным превосходством злодея. За Халка болели все, кроме так и не проснувшейся Наташи. Тони даже умудрился придумать кричалки, что-то вроде: Все мы за Халка здесь горой! Сдохни, грёбаный антигерой! и Не удастся победить, Халк сильнее! Хочу пить… В дополнении к последней строчке его нельзя было винить, Старка и вправду мучила страшная жажда. Так что он потратил некоторое время на спуск в бар и поиск чего попить, и едва не пропустил собственное эпичное появление в… Баре. Удивительно и очень символично. Слова «Герои объединяются» тронули за душу всех, даже мирно дрыхнущая Романофф умудрилась во сне прохрипеть что-то вроде «за Америку!». А патриотичный Роджерс вскочил и положил правую руку на сердце. — Так, товарищи, — подал голос Стивен. — Предлагаю последний на сегодня фильм и спать. Остальное завтра. — Чур следующий — про меня, — пискнул молчавший до этого Паркер.