Звездный путь

— Так так. При воспаление легких используются методы повышения неспецифической резистентности организма… С этой целью применяют адаптогены. Я бы вам посоветовала экстракт элеутерококка по 40 капель 3 раза в день, настойку женьшеня по 30 капель 3 раза в день, настойку аралии, родиолы розовой, пантокрина тех же дозах и сапарала по 0,05 г 3 раза в день. Все необходимое я оставлю здесь. И проветрите помещение, пожалуйста. У вас невыносимо душно. — Охринеть — мальчики пораженно смотрели на Вирджи — откуда ты все это знаешь? — Джим дал мне пару книг по народной медицине — на губах спасительницы промелькнула самодовольная улыбка. — Крутяк. Спасибо тебе большое, даже не знаю, чтобы мы без тебя делали — Ари задумался. — Боюсь представить. Не за что, поправляйся, Таурус. Вирджи вышла из душной комнаты и решила проветриться на улице. Уже темнело и за окном начали зажигаться огоньки. Развешанные гирлянды окаймляли сад и отражались в воде озера. Она села на лавочку около берега. Было уже прохладно. Оглядевшись, она с изумлением заметила Джима, спящего под раскидистым деревом. «Еще простудится.» Она подошла к нему и потрясла за плечи, но спал он крепко, впрочем как обычно. Она присела на корточки возле него и вздохнула. «Какой же он милый, когда спит… Да и когда не спит тоже… " Она смахнула с себя минутное помутнение и, встав, подняла Джима своей силой в воздух. Проходя мимо комнаты Огня, она услышала крики: — Отвали, Ари. — Тебе нельзя кричать, горлышко сорвешь. — Если бы ты ко мне не лез, я бы не кричал. — Но массаж входит в комплексную терапию. — Ты где это взял? — Мне Джим сказал. — А ты побольше его слушай. Вирджи улыбнулась. Поднявшись на чердак, она положила Джима на матрас и накрыла одеялом. Когда она оказалась в гостиной, за столом собралась странная компания. Кроме нее там сидели Ари и Канцер, о чем-то споря. «Они вообще разговаривали до этого?» подумала Вирджи. — Я тебя понять не могу — говорил Ари сильно жестикулируя. — Это мое дело, не лезь — Вирджи еще не видела такого злого Канцера — Не понимаешь и не поймешь. — Это намек на то, что я глупый? Ты это хотел сказать? Так говори прямо. — Куда уж прямее. Ты глупый. Ари уже было встал, чтобы перейти в наступление, но тут вмешалась Вирджи: — Что тут у вас происходит? Ари остановился. Канцер притих. — Я пытаюсь доказать этому… вообщем, я хочу ему сказать, что семья это абсолютно ненужное… дело. Столько обязательств, забот. Чего им не живется спокойно и свободно? — Не дорос еще, чтобы такие вещи понимать — вставил Канцер — Семья, это самое важное, что есть в жизни. — Хочу не согласиться… — Прекратить — приказным тоном сказала Вирджи — не понимаю, чем вызвана ссора. У каждого из вас, разный взгляд на этот вопрос и правильного, как казалось бы, не существует и тем немение я… — Ох, как же занудно ты говоришь — Ари схватился за голову. — Да как ты смеешь… — на этот раз завелась Вирджи — Перестань нести всякую чушь. — Это я несу чушь? — Да, именно ты. Канцер понял, что это уже не его ссора и пошел заваривать чай. — А ты несешь… э… — У тебя словарного запаса не хватает даже на ругательство. Сколько книг ты прочитал за все пребывание тут. А? И после этого ты хочешь сказать, что ты умный? — Умным можно быть и не читая книг — Ари начинал искрить — А ты вот, начиталась книг и думаешь, что самая умная? Да я зуб даю, что Руся умнее тебя в сто раз… — Замолчите, девочки, голова раскалывается. И уж если речь зашла об уме, то самый умный тут я. В запале гнева, сидящие в гостиной не заметили, как на пороге появился Джим с чашкой чая в руках, а за ним стоял Канцер: — Кому чаек? Оппоненты продолжали зло смотреть друг на друга. — Ох, да ладно вам. Не стоит ссориться по пустякам. Канцер, налей всем чаечка. Сейчас мы всех помирим — Джим сел между ними и взял их за плечи — А у меня новая кофточка, вы не заметили? Все посмотрели на новую кофточку Джима. Она была радужная и на ней был изображен то ли какой-то медведь, то ли мышь с красными, горящими глазами и завершали картину совершенно наркоманские узоры из травы. — Матерь божья, как же это ужасно — Вирджи закатила глаза. — Полностью согласен — поддержал ее Ари. — Хуже этой вещи, я у тебя еще не видел — подытожил Канцер — Какие же вы бессердечные…