Цена за спасение

Гермиона довольно рано поняла, что она — волшебница. Именно поэтому к моменту поступления на первый курс, Грейнджер была готова с упоением рассказывать историю создания школы Чародейства и Волшебства. Она хорошо изучила особенности каждого факультета, заучила биографии выдающихся личностей. Ее счастью действительно не было предела, как и предела ее рвения к знаниям. На основе этих знаний, без сомнения, девчонка всегда относила себя к отважной, храброй гриффиндорке. Однако распределяющая шляпа же сочла Грейнджер той, что решает проблемы и насущные вопросы в первую очередь хитростью, а не умом и храбростью. Очутившись в просторной гостиной слизерина, Гермиона все еще не могла прийти в себя и осознать, как ей казалось, весь ужас сложившейся ситуации. Юная волшебница хотела полного уединения, поэтому игнорируя веселье, до которого ей не было дела, стремительно направилась в свою спальню. По пути в школу, в Хогвартс-экспрессе, Гермиона успела познакомиться лишь с парой забавных мальчиков, которые представились ей как Рон и Гарри. Хотя вряд ли знаменитому Поттеру следовало представляться. Все ученики Хогвартса были наслышаны о том, что в этом году он поступает на первый курс. За неимением друзей или хотя бы знакомых, логично было бы предположить, что в большей степени ее сокурсникам было плевать на то, что Гермиона будет учиться на слизерине. Но совершенно ненужные размышления не давали девчонке покоя. «Тебе здесь не рады, ты гриффиндорская заучка» набатом крутилось в голове Грейнджер. Сокурсники бросали в ее сторону лишь заинтересованные взгляды, которые сама Гермиона расценивала как оскорбительные и вызывающие. Волшебнице казалось, что она слишком сильно отличается от типичной слизеринской натуры, и ей будут максимально не рады на этом противном, как она считала, факультете. Как только Гермиона очутилась в спальне, блаженно прикрыв глаза, она оперлась на дверь позади себя. Надежды на спокойствие и уединение быстро канули в небытие, потому как неопределенные шорохи и копошения где-то поблизости вырвали ее из омута мыслей. На кровати сидела волшебница, чьего имени Гермиона не знала. Она увлеченно читала книгу по зельеварению, попутно пытаясь принять удобную позу. Заметив, что ее уединение нарушено, девчонка подняла голову и приятно улыбнулась. — Привет, Гермиона, — располагающая к себе улыбка стала еще шире, — меня зовут Белла. Белла Де Феррар, если так будет удобнее. — Как ты узнала? — Грейнджер удивленно вскинула брови, не припоминая, когда она успела познакомиться с кем-то на факультете. — У каждого здесь есть свои секреты, — загадочным тоном произнесла юная волшебница и усмехнулась. — Что ж, в любом случае, приятно познакомиться. Не думала уж, что смогу сказать это кому-то из слизеринцев. Гермиону слегка насторожила такая осведомленность о себе, но она решила, что обязательно разберется с этим позже. — В какой-то степени мы с тобой подруги по несчастью, — девчонка продолжала говорить таинственным голосом, но её прервал глухой звук удара о стекло. Это была сова Поттера. — Первый день в Хогвартсе, а уже свиданки? — Белла звонко рассмеялась. Гермиона не разделяла веселья своей соседки и, открыв окно, впустила Буклю, а затем забрала записку из её лапок. «Встретимся у входа в гостиную гриффиндора через полчаса. Гарри» Гермиона окончательно смирилась с тем, что уединение ждет ее только глубокой ночью, которая будет полна размышлений. Она решила сразу неторопливо отправиться из подземелий на 7 этаж к портрету полной дамы. Через полчаса, как и было сказано в записке, Гермиона ожидала Гарри у входа в гостиную. Поддавшись необъяснимому порыву Поттер, заметив девчонку у входа, обнял ее, надеясь на то, что это ее успокоит. — Будем считать, что эффект неожиданной заботы сработал, Гарри, — Грейнджер измученно улыбнулась в ответ. Она устала от мыслей, которые роились у нее в голове. — Гермиона, ты как? — Глупый вопрос, Поттер понимал, но было важно дать понять, что о ней переживают. В ответ Грейнджер лишь неопределенно пожала плечами. — Как думаешь, может это ошибка? — Гарри, думаешь, я знаю? Мне кажется, что буквально каждый в этом чертовом здании убежден, что я не на своем месте. Кажется, что буквально все будут говорить мне об этом в лицо, до конца моего обучения! Гермиона опустила глаза в пол и начала спускаться вниз по лестницам. Гарри промолчал, давая подруге возможность самостоятельно начать распутывать клубок из мыслей. Он просто был рядом с ней. — Это просто какая-то ошибка, — вымученно выдохнула она. — Что мне теперь делать, Гарри? И почему ты без Рона? — только сейчас опомнилась волшебница. — Давай по порядку? В первую очередь, тебе стоило бы успокоиться, и как бы ужасно не звучало, наверное, смириться. Распределяющая шляпа не ошибается. Грейнджер, словно находясь в вакууме, цеплялась лишь за обрывки фраз, повторяя про себя «не ошибается, не ошибается». — Но это не значит, что не стоит пытаться. Ты же рассказывала нам, какая умная и храбрая! Я уверен, вместе мы что-нибудь придумаем, — ободряющим и воодушевленным тоном продолжил Гарри. — А на счет Рона, он.. — Поттер пытался подобрать слова, но выходило слабо. Он и сам толком не понимал, почему рыжий не пришел поддержать Гермиону. Не смотря на то, что знакомы они были совсем недавно, Гарри чувствовал некую ответственность. В некоторой степени, даже обязанность оказать свою поддержку, помочь добрым словом и своим присутствием. Гермиона поняла, что Поттер пытался донести до нее, и в заключение своих слов лишь сказала: — Что за идиот. Некоторое время пара просто бродила по школе, чтобы отвлечься от гнетущих мыслей. Они и не говорили толком, но Грейнджер ощущала, что Гарри, это человек, на которого можно положиться. Она была благодарна ему. — Гарри, — тихо сказала Гермиона, — Как ты думаешь, я справлюсь? Просто, я все еще не могу понять, как такое произошло, — Гермиона громко вздохнула. — Я не могу осознать, что буду учиться на одном факультете с Малфоем, например, — изучая множество биографий, Гермиона редко натыкалась на позитивные статьи или изречения об этой семье, — Я была убеждена, что буду выполнять поручения Макгонагалл, когда стану старостой! — Тише, Герм, — Гарри в утешающем жесте погладил ее по плечу. — Я уверен в том, что тебе будет непросто. — Лучше ты сейчас не делаешь, знаешь, — грустная ухмылка появилась на ее лице. — Знаю, но я не закончил. Так же я убежден в том, что ты справишься. Гермиона, по тебе видно, что ты храбрая и сильная, и любые трудности тебе будут по плечу, — было видно, что Поттер говорит со всей искренностью, — к тому же, ты всегда можешь положиться на меня! — Гарри Поттер, к твоему сведению, гриффиндор и слизерин ведут вражду едва ли не с первого дня существования Хогвартса. Как я, по-твоему, должна полагаться на тебя? — А вот это уже обидно, Гермиона, — сказал Гарри, но услышав тихое «прости» смягчился. — Герм, не стоит думать об этом сейчас. Я просто верю в тебя и знаю, что все получится. А ты верь мне. Пара вернулась к портрету полной дамы, и Гарри, назвав пароль, прошел в гостиную гриффиндора, обняв Гермиону на прощанье. Девчонка же вмиг оказалась у подземелий, предварительно произнеся согревающее заклинание. Беллы в комнате не оказалось. Гермиона, решив, что, скорее всего волшебница в ванне, начала разбирать свои вещи, потому как до этого момента времени не находилось. И вот, книги уютно устроились на полках, а одежда в шкафу. Грейнджер же тяжелым грузом упала на кровать. Она была измучена вопросами, на которые явно, если и получится найти ответы, то очень не скоро. Волшебница тешила себя мыслями о том, что в любой ситуации можно найти положительные моменты. Однако искать их она будет, на свежую, ясную голову. Уснула Гермиона поздно, из-за чего на завтрак ее разбудила Белла, напомнив девчонке, что если та будет продолжать спать так долго, опоздает не только на прием пищи, но и на занятия. Гермиона же сбивчиво поблагодарила соседку и морально готовила себя к первому учебному дню на факультете, стоя напротив зеркала, и приговаривая, что она со всем справится. На завтрак девушки отправились вдвоем, потому как по необъяснимым причинам Белла не вызывала у Грейнджер отторжения, наоборот, волшебница чувствовала, что они с ней действительно подруги по несчастью. Рон и Гарри уже находились в большом зале, уныло ковыряя завтрак. Как только макушка Грейнджер показалась в проходе, Поттер хотел уж было поприветствовать подругу, но, заметив, что та в компании слизеринки немного поник. — Я же говорил, она сама сделала этот выбор. Ты посмотри, уже и подружку себе завела, — отметил Уизли, когда Гермиона заливисто посмеялась с шутки Де Феррар. Рыжий смотрел на парочку с ненавистью и презрением. Как же так получилось, что его новоиспеченная подруга попала на вражеский факультет? В особенности после того, как она увлеченно рассказывала им свои планы по пути в школу. Планы, связанные с возглавлением старостата гриффиндора. — Рон, успокойся, ты делаешь поспешные выводы. — Да какие поспешные выводы, Поттер? — Прикрикнул на друга Уизли. — Она не более чем предательница, а ты так усиленно ее защищаешь! Навешала нам лапши на уши, а ты и рад развесить их развесить, — младший Уизли со скрежетом провел вилкой по тарелке, еще сильнее размазывая завтрак. Аппетита не прибавлялось. — Рон, успокойся, еще раз тебе говорю. Ты даже не пошел со мной вчера ее проведать! Ты не можешь делать такие громкие заявления. Пыхтящий и злой Рон встретился с глазами Гермионы, которые были полны непонятного ему сожаления. Довольно необычно видеть подругу за слизеринским столом, в окружении Малфоя. Хорька, который в первый же день произвел не самое приятное впечатление. Да и многие первокурсники уже были наслышаны о Люциусе Малфое. Гермиона старательно пыталась сесть как можно дальше от обладателя платиновых волос, понимая, что если этого не сделать, издевок и колкостей ей не избежать. Однако, на удивление всех слизеринцев Малфой сам подсел к сокурснице. — Так, так, каким ветром на наш факультет занесло эту мерзкую предательницу крови, никто не подскажет? — С самодовольной ухмылкой произнес Драко Малфой, получая в ответ смешки со стороны друзей и гневный взгляд со стороны Грейнджер. — К твоему сведению, Малфой, я не намерена опускаться настолько низко. Вступать в бессмысленные перепалки с таким самодовольным болваном как ты, не входило в мои планы, — парировала Гермиона и демонстративно приподняла подбородок. — Посмотрим, как ты заговоришь, грязнокровка, — хищный оскал и презрение во взгляде. — Малфой, ты что, угрожаешь мне? Слишком много свидетелей, не находишь? — К твоему сведению, — дразня, ответил Малфой, — я даже не пытался. Гермиона лишь самодовольно приподняла подбородок, стремясь закончить разговор как можно скорее. Малфой, с ухмылкой, которая, казалось бы, не сходила с его самодовольной морды никогда, подсел к Пэнси Паркинсон и своей новоиспеченной свите — Крэббу и Гойлу. — Что за придурок, — вздохнула Белла, которая молча наблюдала за словесной перепалкой сокурсников. — Во имя Салазара, забыли. Грейнджер уткнулась в тарелку, делая вид, что увлечена завтраком, но девчонку прервал Уизли, появившийся прямо перед ней. — Гермиона, нам нужно поговорить. После ужина встречаемся у входа в большой зал, ясно? — Рон, я не собиралась подчиняться приказам идиотов, которые придумывают себе невесть что. — Что ты сказала? — Лицо Уизли моментально приобрело пунцовый цвет. — Девочки, не ссорьтесь, — в этот раз Белла таки решила вмешаться, и шепнула пару слов Гермионе на ухо. На помощь к пыхтящему Рону уже бежал Поттер. — Ладно, прости, Рон. Я действительно не права, — Гермиона тяжело вздохнула, — Но мне, знаете ли, тоже непросто. Гермиона искренне надеялась на то, что шестеренки в голове Уизли начнут двигаться немного быстрее, и он действительно поймет, что не прав в сложившейся ситуации. Но надежды ее быстро канули в лету. — Так ты придёшь? — Уже в два голоса спросили мальчики. — Да, конечно, — вымученно улыбнувшись, ответила им Гермиона. Первой парой в расписании стояло зельеварение, по несчастью совмещенное между гриффиндором и слизерином. Гермиона предполагала, что ей предстоит тяжелая школьная жизнь, но не с первого же, Мерлин ее возьми, дня.

***

— До пятого курса включительно зельеварение изучается в обязательном порядке всеми студентами. С желающими изучать зельеварение и дальше, мы поговорим позже. Сегодня на занятии мы с вами изучим «Зелье для излечения фурункулов». Кто-нибудь изъявит желание рассказать нам поподробнее об этом зелье? Гермиона с готовностью вытянула руку, едва ли не единственная из всего класса. Северус довольно улыбнулся. — Прошу, мисс Грейнджер. — Для приготовления зелья необходимы следующие ингредиенты: змеиные зубы, рогатый слизень и иглы дикобраза. По сложности зелье считается элементарным. Варя его, следует убрать с огня котел, прежде чем добавить иглы дикобраза. Гермиона, довольная собой, села на место. Учеба — лучший способ забыть обо всем.  — Ты все книги уже наизусть знаешь, а? — Шепотом спросила Белла, сидящая рядом со слизеринкой. Гермиона лишь мило улыбнулась ей в ответ. — 10 очков слизерину. Похвально, мисс Грейнджер. Обговорив ещё несколько важных деталей, профессор Снегг позволил учащимся приступить к приготовлению зелья.

***

— Невилл, что же ты делаешь? — Гермиона украдкой наблюдала за некоторыми уже знакомыми ребятами из гриффиндора. Она заметила грубую ошибку Долгопупса, но, к сожалению, не успела предотвратить ее последствия. Невилл не снял зелье с огня и добавил иглы, из-за чего из котла пошел ядовито-зеленый дым, сопровождаемый громким шипением. Волшебник, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли. На его руках и ногах мгновенно появились красные волдыри. — Невилл, ты же не снял его с огня, — вполголоса проговорила Грейнджер, пока слизеринцы заливались громким смехом. — Посмотрите на него, гриффиндорцы во всей красе. Ваша мамочка не успевает углядеть за каждым, да? — Благодаря Малфою со стороны слизерина вновь послышались смешки. — Мисс Де Феррар и мистер Поттер, могу я попросить вас доставить мистера Долгопупса в больничное крыло? — Но профессор, почему Вы отправляете слизеринку?! — Позабыв обо всем, вспыхнул Рон Уизли. Гарри в ответ на это пихнул друга локтем, и принялся помогать Белле. Профессор Снегг же смерил Уизли испепеляющим взглядом. Достаточно исчерпывающе. Остаток учебного дня прошел без происшествий, не считая столкновения Гермионы и Малфоя в гостиной. Столкновения в прямом смысле слова, потому как Малфой намеренно толкнул плечом задумавшуюся Грейнджер. — Оу, прости, я.. — начала уж было Гермиона, но увидела глаза цвета стали, тут же переменилась в лице, — ах, это ты. Смотрел бы, куда идёшь, Малфой. — А ты, Грейнджер, поменьше бы мечтала о своих дружках, — в очередной раз противно усмехаясь, ответил тот. — С каждым взглядом на тебя, все больше убеждаюсь в том, что ты просто болван, — сказала Гермиона почти шепотом. Скорее даже для того, чтобы убедиться, что последнее слово в их негласном споре было за ней. Она прошла в свою спальню, потому как появилась возможность немного отдохнуть от событий этого дня. Безумно долгого, муторного и противного дня. Гермиона, приятно удивленная тем, что ее соседки не было в спальне, удобно устроилась на своей кровати. Нет, девчонка не была против компании Беллы, но в Хогвартсе довольно сложно побыть одному. Грейнджер, чей мозг кипел и отчаянно просил о помощи, была рада уединению. Первым же делом волшебница схватилась за книги. С самого детства она полностью отдавалась учебе. У Гермионы была какая-то ненормальная любовь к книгам, литературе в целом, и, конечно же знаниям. Она получала удовольствие от этого процесса. Сама же девчонка не видела в этом ничего плохого, ведь найти для себя то, благодаря чему ты сможешь забыться и расслабиться в любой момент — дорогого стоит. Не видела, пока некоторые, слегка малообразованные личности не стали дразнить ее этим. Гермиона тряхнула головой, чтобы отодвинуть мысли о самодовольном хорьке и его свите в глубины подсознания. Волшебница так и провела несколько часов в окружении горы книг, однако время близилось к ужину, и она, не забыв об обещании, данному Уизли, начала собираться. Грейнджер заметно нервничала, потому как Беллы за все это время так и не появилось. Что ж, пусть она и учится на факультете слизерина, храбрость — одно из ее выдающихся качеств, поэтому, храбро спрятав взгляд в пол, она отправилась в большой зал. Юная волшебница уже по обыкновению, села как можно дальше от самого влиятельного слизеринца, и очень удивилась тому, что он не донимал ее на протяжении ужина. Вероятнее всего, он был слишком увлечен общением с главными подлизами факультета, поэтому даже не заметил притихшей Гермионы. Грейнджер же лениво ела свой ужин, постоянно метая взгляды в сторону стола гриффиндорцев. Рон Уизли, вероятнее всего, чтобы еще больше побесить изрядно измучившуюся за эти два дня волшебницу, сидел к ней спиной. Заметив, что парни встают из-за стола, Гермиона, последовав их примеру, тоже встала и вскоре догнала друзей. — Мальчики, привет, — Гермиона по-доброму улыбнулась, в то время как Гарри обнял ее. — Привет, Герм. Нам, — Гарри намеренно сделал акцент на этом слове, грозно взглянув на Уизли, — тебя очень не хватает, честно говоря. А ты как? — Все еще пытаюсь смириться с тем, что все мы ошибаемся, и даже распределяющая шляпа, — с сожалением сказала та. — Рон, давай сразу все решим, — грозным тоном начала Гермиона. — К твоему сведению, от того, что мои немногочисленные друзья обижаются на меня смертельной обидой, мне не становится легче. — Гермиона, об этом я и хотел поговорить, — виновато глянув на подругу, сказал Уизли, — В общем, я был не прав. Гермиона с Гарри ахнули в один голос. — Рон, ты в порядке? Не хотелось бы вести тебя в больничное крыло в первый же учебный день, как Невилла. Кстати, как он там? — С ним все в порядке, Гермиона, и нет, я не болен. Я бы очень хотел, чтобы ты меня для начала дослушала, — было заметно, как Уизли вновь начал раздражаться от того, что его трогательную речь перебивают. — Да, прости, просто.. — волшебница вновь хотела оправдаться, но Рон смерил ее грозным взглядом, на что та замолчала. — Так вот, я был не прав. Я понимаю, что твоей вины в этом нет, но не скрою, нам всем очень будет тяжело вот так общаться с тобой. — Да, — подхватил Гарри под тяжелый вздох рыжего друга. — И мы хотели бы тебя спросить. Ты не думала, невозможно ли перевестись на другой факультет? — Мальчики, поверьте, я читала об этом сегодня, и почти было потеряла надежду, но решила завтра поговорить с Северусом. — Надежда умирает последней? — Грустно улыбнулся Гарри. — Я бы сказала, вместе с надеющимся, — поддержала его Гермиона. Друзья направлялись к гостиной гриффиндора молча, каждый думал о своем. Гарри, например, очень переживал за свою подругу, и боялся даже предположить, что будет ждать их дальше. Конечно же, он надеялся на то, что разговор Гермионы со Снейпом будет удачным. Грейнджер же, в свою очередь, тоже думала о разговоре. А еще о маленьких чертятах, которые сидели в ее голове. Они напоминали юной волшебнице, что вероятность положительного исхода разговора ничтожно мала. Грейнджер старалась отгонять их туда же, куда давеча отгоняла мысли о хорьке. Рон Уизли же просто пытался разобраться в том, что происходит с ним и его друзьями.