I Choose You

Чимин с Тэхёном ходят по магазинам уже второй час, а всё потому, что Пак слишком сильно любит свою работу и друга, поэтому не останавливается на том, что вроде бы как подошло, но не идеально. Поправочка: не совсем то, что нужно. Тэхёна хоть в мешок обмотай, он всё равно идеально смотреться будет. Чимин в очередной раз поражается фигуре Кима. Вот вроде бы ест всё подряд, а худой и красивый такой, что любая модель бы позавидовала. Нет, ну серьёзно! — Чимин, я устал, — хмуро сообщает Тэхён, когда они заходят в очередной магазин одежды. — Я уже не рад, (а он и не был) что прошёл этот кастинг. — Тихо, не ной. Я уверен, что тут мы найдём именно то, что надо, — говорит Чимин, начиная перебирать одежду на стойках. — Вот чем тебе не понравилась та рубашка? По-моему она была классной, — выдыхает, начиная тоже подыскивать одежду. Хотя бы джинсы они уже купили, и то радует. — Не спорю, но у тебя таких одним местом жуй, а я ищу совсем другое. — Что именно? — То, в чём ты будешь неотразим настолько, что все судьи будут у твоих ног, — Чимин подмигивает. Тэхён устало смеётся. — И всё же? — Вот! Это должно подойти! — почти визжит Пак, когда находит видимо то, что нужно. Тэхён смотрит на друга, не понимая, шутит ли тот сейчас или серьёзно. Он машет перед ним белоснежной огромной рубашкой размера XXL, когда Тэхён обычно носит полноценную M-ку. — Ты шутишь? Она на три размера больше меня. — В этом-то и вся фишка, — Чимин вручает другу рубашку и отправляет в примерочную. — Надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. — Иди уже, — говорит Пак, а сам с прищуром смотрит в спину уходящему Тэхёну. — Тут определённо нужно ещё кое-что, — бубнит себе под нос Пак, направляясь в сторону аксессуаров.

***

— Тэхён, ты где? — спрашивает Чимин, чтобы случайно не зайти не в ту примерочную. Ким высовывает руку и Пак с улыбкой заглядывает к нему. — Та-а-к, — тянет друг, играя бровями и рассматривая Кима с ног до головы. Ему определённо нравится то, что он видит. — Тут кое-чего не хватает, — Чимин протягивает брюнету галстук, что специально нашёл для него. — Надень его, только не затягивай сильно, — Тэхён недоверчиво выполняет то, что говорит ему друг. Ну, он стилист, ему видней. — Идеально, — улыбается. — Ну, скажи хоть что-нибудь. Тэхён рассматривает себя оценивающим взглядом. Да, ему определённо нравится то, что он видит, но такой образ для него пока ещё непривычен. — Мне нравится, — и легко улыбается. — Ты, как обычно, на высоте. — У меня просто лучшая модель, — подмигивает. — Только представь себя на сцене в этом. Тэхён хмурится. — Сложно. Но, думаю, будет неплохо. — Будет бомбезно, я тебе обещаю, — и Тэхён верит.

***

— Ну, что ты мне не звонишь и не говоришь ничего? Я, вообще-то, волнуюсь, — раздаётся на другом конце трубки возмущённый голос Сокджина. — Ты прошёл? — Прошёл. — Отлично! Я не сомневался в тебе. Когда слепые прослушивания? — старший хоть и на работе, но оживлённый до чёртиков, чего не скажешь о Тэхёне, который проходил кучу времени по магазинам, и теперь они с Чимином наконец-то идут домой. — Через три дня. — Не слышу радости в твоём голосе. — Сокджин... — Ладно-ладно, я молчу. Просто, в любом случае, я рядом, хорошо? Всё будет отлично, я уверен. Такую же уверенность бы Тэхёну сейчас. За последние годы он ни в чём не был так неуверен, как сейчас. Он правда не знает, почему и зачем он согласился пойти на этот кастинг; возможно какой-то знак свыше, знак судьбы, в которую Тэхён не верит, или просто прихоть старшего брата. В любом случае, раз он за это взялся, он доведёт дело до конца. Чимин ему не даст опустить руки никогда. Пусть даже это не так важно для Тэхёна, и ему было бы всё равно, если бы он провалился. В любом случае: взялся за дело – доведи его до конца. Это девиз Пак Чимина по жизни, и он все эти годы приучает к этому Тэхёна. Что-то вроде полезной привычки. — Я помню, спасибо. — Обнимаю, — и сбрасывает трубку. У него много работы и мало времени, но Тэхён ценит каждую секунду, которую ему уделяет Сокджин. — Чего нос повесил, м? Что сказал Джин? — интересуется Пак. — Ничего особенного, — поджимает губы. — У него много работы. Чимин понимающе кивает. Он смотрит на Тэхёна, который сам не свой последнее время. Да, он слишком долго не выходил из своей зоны комфорта, у него была размеренная жизнь художника, и его всё устраивало. Ким совершенно не был готов к таким экспериментам. — Слу-у-ушай, — задумчиво тянет Пак. — А пойдём в сауну сходим? Расслабимся, отдохнём, пивка закажем, идёт? Давно мы с тобой никуда не ходили. Тэхён тихо смеётся. А в принципе можно. Почему бы нет? К тому же, они действительно очень давно никуда не ходили. А выставки Тэхёна не считаются. — Пойдём, — соглашается. Чимин сегодня не даст скучать другу.

***

Они снимают на весь вечер комнату с небольшим бассейном, сауной и парилкой. Заказывают роллы, несколько бутылок холодного пива, и жизнь удалась. Правда, сначала Тэхён был хмурым, витал в своих мыслях и несколько раз переспрашивал Чимина, что тот сказал, но после двух кружек всё отошло на задний план, и теперь Тэхён тоже чувствовал себя расслабленным. Они фоткались, снимали глупые и смешные видео, прыгали бомбочкой в бассейн после жаркой сауны, смеялись и просто хорошо проводили время за душевными разговорами. И Чимин не был бы Чимином, если бы не затронул беспокоющую на сегодняшний день тему Тэхёна. Ему важно, чтобы тот смог выговориться, потому что переживать вдвоём что-либо намного легче и проще, чем в одиночестве. — Ты мне никогда не рассказывал, почему перестал петь. Думаю, пришло время наконец рассказать, раз уж всё так получилось, м? Ты же знаешь, что для меня важны твои переживания, Тэхён. Ким смеётся. — Ты меня затащил сюда и напоил пивом, чтобы я тебе рассказал о своём прошлом? — щурится. — Отчасти, — улыбается. — Для меня так же не менее важны твои чувства и переживания, ты и так слишком печёшься обо мне, Чим. Ты действительно хочешь знать это? — Тэхён вздыхает. — Я же тебе говорил, что всегда становится легче, когда ты рассказываешь о том, что тебя гложет. Вместе переживать любые проблемы гораздо легче, чем в одиночку. Ты же это знаешь. Тэхён в подтверждение кивает, делая глоток холодного пива, задумывается и начинает с самого начала. Как впервые в шесть лет его отдали в музыкальную школу, как он сначала не хотел заниматься, вредничал, плакал, что не хочет никуда идти, а потом он постепенно рос, ему начинало нравиться в музыкальной школе, ему нравилось, как начинал ломаться его голос и он открывал новые возможности, начинал с двенадцати лет записывать каверы для себя, показывал их друзьям и родным, получал кучу поддержки, чувствовал, что всем нравится то, что он делает, и ему нравилось. Его в школе просили одноклассники спеть какую-нибудь песню, потому что любили его голос, особенно с него пищали девочки в старших классах. На любом школьном мероприятии, если было нужно, Тэхён пел и вся школа восхищалась им. Ким чувствовал, что он на правильном пути, что это его призвание. Он был уверен в этом на сто процентов, поэтому даже никогда не задумывался о том, что будет, если вдруг не это его призвание. Просто не могло быть по-другому. А потом... Случилось то, что перевернуло жизнь Тэхёна с ног на голову. В один день, в одну минуту всё изменилось. Всё сломалось, в том числе и он. Больше он не мог петь, потому что всё напоминало ему об этом дне, о его слезах, о тех глазах и пустоте, боли в сердце и во всём теле. Тогда с ним рядом был Сокджин, поддерживал его как только мог, даже к психологу записал, за что Ким очень благодарен ему сейчас. Он хоть и не сказал тогда почти ни слова о наболевшем, зато коротко рассказал об этом Сокджин; понимал, что может он делал и неправильно, но помочь брату у него стояло в приоритете. Тогда психолог посоветовал рисовать. Просто рисовать, когда снова накатывают слёзы и воспоминания. Тэхён наотрез отказывался, кричал, что ему это не поможет, это не склеит его разбитое сердце и ни за что не сотрёт его память. Но и тогда Джин в стороне не оставался, он всё время (и до сих пор) был рядом, и это он тогда заставил Тэхёна послушать психолога и начать рисовать. Он выплёскивал все свои эмоции на листах бумаги, Тэхён до сих пор помнит все его те первые рисунки, которые были скомканы после и валялись в мусорном ведре в его комнате с многочисленными такими же попытками выплеснуть свои эмоции. Да, на Тэхёна много тогда всего навалилось, он часто плакал, так ещё и возраст давал о себе знать. Ему было семнадцать. У него на носу выпускной класс, поступление в университет, экзамены школьные и вступительные, так ещё и это всё. Сокджин никогда не сердился на брата, терпел все его выходки и прикрывал перед родителями, когда тот скрывался в своей комнате со смачным хлопком двери. Именно тогда, когда Тэхёну и вправду становилось легче после того, как он берёт в руку кисть или карандаш, в нём проснулся художник. Он начал стараться, пытался срисовать что-то, рисовал натюрморты, пейзажи, портреты, и у него получалось. Как оказалось, к рисованию у него тоже был талант. Тогда, после тяжёлых нескольких месяцев, когда у Тэхёна по крайней мере начало всё налаживаться, он попросил Джина записать его в художественную школу. Тэхён хорошо учился, учителя сначала естественно записали его в класс для новичков, но потом поняли, что они ошиблись, и за несколько месяцев обучения в разных классах, Тэхён оказался в выпускном классе. Ну, вундеркинд, не иначе. За год закончил художественную школу, поступил в университет, и тогда всё и началось. Его картины заметили, их хотели купить, и Тэхён продавал. Не без помощи брата конечно же. За небольшой период времени всё завертелось у Тэхёна и вот сейчас Чимин знает его тем, кем знает. Ким никогда не рассказывал подробностей другу о своём прошлом, было и было, прошло и прошло. Сейчас всё нормально, зачем ворошить прошлое... — Изо всех сил держусь, чтобы не пустить скупую мужскую слезу, — смеётся Чимин. Тэхён улыбается. — Всё в порядке, не нужно ничего говорить или жалеть меня. — Я одного не понимаю, Тэ. Сокджин тебя вытащил буквально на своих плечах из того состояния, — Ким кивает, делая глоток пива. — И он сейчас снова хочет, чтобы ты вернулся к музыке? — Он просто хочет, чтобы я был счастливым. Не передать словами, как я любил петь. И он помнит это. Если действительно есть возможность сейчас, когда я уже состоялся как личность и стою твёрдо на своих ногах, почему бы не попытать удачу ещё раз? К тому же, не должно быть всё абсолютно так же, как и тогда, я его понимаю, хотя мне страшно. — Не бойся, не давай никому растоптать тебя снова. Я уверен, что всё хорошо будет. Я, правда, не знаю что чувстовал бы сейчас на твоём месте, но я в тебя верю. Возможно, это шанс всё исправить и залечить твоё сердце хоть немного? — Оно давно залечено благодаря Джину, — говорит Тэхён. — По крайней мере, оно больше не кровоточит от воспоминаний. Чимин бросает на него скептический взгляд. Конечно, он бред сморозил, никто и ничто не способно так быстро вылечить сердце. Даже время не всегда помогает. Это как косметический ремонт: снаружи вроде всё хорошо, но если копнуть глубже, то далеко всё не так. Всё равно сердце будет болеть. — В любом случае, мы с Джином за тебя горой, — Тэхён пьяно смеётся. — Ладно, пойдём пару раз ещё в бассейн прыгнем и будем собираться. Мне ещё сегодня работать ночью, — Тэхён ставит кружку на стол и встаёт с кресла. — Не представляю, как ты живёшь, — Чимин следует его примеру.

***

Три дня проходят как пара часов, и вот сегодня уже слепые прослушивания. Тэхён до ужаса нервничает, но не показывает это ни Чимину, ни Сокджину. Они оба слишком заботятся о нём. Сокджин ходит вокруг и только ахает от того, насколько круто сделал свою работу Чимин. Образ, причёска, даже лёгкий мейк идеально сочетаются между собой. Тэхён никогда в жизни не делал себе кудри, пусть даже и совсем лёгкие, но даже такого у него не было. Что ж, он приятно удивлён. Чимин и правда бог своего дела. — Тэхён, прости, но даже твои картины не сравнятся с твоей красотой, — смеётся Джин. — Не знаю даже радоваться мне или плакать. — Плакать конечно, только от счастья, — подхватывает Чимин. — Обязательно, — смеётся. — Слова не забыл? Голос в порядке, ты проверил? — хмурится брат. — Я спел буквально десять минут назад, ты прикалываешься? — Я просто волнуюсь за тебя, — Тэхён на это только вздыхает. Он тоже волнуется. Чимин профессионально выполняет свою работу до конца, слегка залачивая кудряшки Тэ. — Готово, — заявляет Пак, смотря на Тэхёна в отражении зеркала. — Красавец, не иначе. Тэхён смотрит на себя и улыбается. Чимин молодец, действительно выглядит всё очень круто. — Нам выезжать через десять минут, я вызываю такси, — говорит Сокджин и выходит из комнаты. Тэхён теребит рукав рубашки. Оглядывает себя ещё раз. Его совершенно не узнать. Он никогда не выглядел так, как сейчас. Узкие чёрные джинсы, заправленная спереди объёмная белая рубашка с приспущенным галстуком, длинная серёжка в ухе, завитые волосы и заканчивают весь этот образ любимые тонкие колечки Тэхёна на трёх пальцах. Он выглядит волшебно, в голосе своём он тоже уверен, ведь он хорошо поёт. Чего тогда волноваться? — Не бойся, всё хорошо будет, — Чимин как мысли читает, ей богу. Тэхён выдыхает. — Пойдём. Нам уже пора.

***

Дорога занимает немного времени, сегодня без пробок. Они оказываются на месте уже через полчаса. До очереди Тэхёна ещё почти час, поэтому он может немного расслабиться. — Как думаешь, тебя узнают? — спрашивает Сокджин. Чимин, засмотревшийся на других участников конкурса, обращает внимание на друзей. — Кто-нибудь, возможно, — пожимает плечами. — Я всё ещё действующий художник, как никак. Джин тихо смеётся, Чимин улыбается и продолжает рассматривать участников. — Тэ, — тихо зовёт Чимин. Тот обращает на него своё внимание. — Тут буквально нет никого, кто был бы лучше тебя. Я просто просканировал каждого человека, ты затмишь их всех, — Ким улыбается. — Да ладно тебе, вон тот парень тоже неплохо выглядит. Очень даже ничего такой, — указывает на подтянутого брюнета. — Нет, ты лучше, — Чимин не воспринимает никаких других красавчиков. Тэхён тут один такой в своём роде красивый, и всё тут. Ну, так и не поспоришь ведь. За разговорами время пролетает быстро, кто-то уходит расстроенный, кто-то вообще только что пришёл, (а так можно было?) кто-то говорит, что команды у наставников почти набраны. Ну, конечно, у них же недобор был, поэтому сегодня Тэхён и сидит тут в ожидании. Запрыгнул в последний вагон в последний момент, так сказать. В прочем, как и все присутствующие. А может ещё и не запрыгнул. Подходит очередь Тэхёна и вот он уже вздыхает последний раз возле брата и друга, слышит их слова поддержки и видит, как тех провожают в комнату «болельщиков и поддержки», а сам идёт в другую сторону со стафом. Ему дают оборудование и микрофон. Ох, как же Тэхёну это всё знакомо. И вот он стоит перед дверями на сцену, прикрывает глаза, вздыхает глубоко и выходит. Он видит музыкантов слева, наполненный зал людей и три отвернутых от него кресла с именами наставников. Честно, ему они ничего не говорят, он ни одного не знает. Наверное глупо то, что он не узнал их до того, как сейчас встать сюда, и выбрать, к кому же ему пойти, если к нему повернутся. Но он подумает об этом потом, сейчас же времени совершенно не осталось. Он ещё раз осматривает весь зал, поворачивается в сторону, где за окном стоят Сокджин и Чимин, видит их зажатые кулаки и улыбается им. Прожекторы направлены на него, начинает играть его мелодия, проигрыш в десять секунд. Всё. Тэхён прикрывает глаза и начинает петь, он отлично вступил, он чувствует, уже хорошо. А теперь нужно не налажать дальше. Нужно отключить мозг и просто отдаться песне, как он умеет. Он умеет. И он вкладывает всего себя в песню, проникается лирикой и совершенно забывает о том, что к нему, вообще-то повернуться должны. Он глаза не открывает, не слышит посторонних звуков, не видит никого. Существует только он сейчас и эта песня, которая, между прочим, ему близка. У него совершенно нет сейчас волнения, все отступило на задний план, и он просто поёт, наслаждаясь, вспоминая, как это было пять лет назад. У него невольно сейчас проступают слёзы, но он держится, всё хорошо. Поёт безумно красиво и чувственно. Only fools fall for you (only fools) Лишь дураки влюбляются в тебя (только дураки). Only fools do what I do (only fools) Лишь дураки повторяют за мной (только дураки). Only fools fall for you (only fools) Лишь дураки влюбляются в тебя (только дураки). Only fools do what I do, only fools fall... Тэхён слушает проигрыш песни, смотрит себе в ноги, вытирая проступившие слёзы, слышит, как затихает мелодия, и зал взрывается апплодисментами. Ему апплодируют стоя все, абсолютно. Он смотрит на развернутые кресла, два из них горят красным — кнопку не нажали, но на среднем кресле горят ярким белым светом три слова: «Я выбираю тебя». Тэхён поднимает взгляд на человека, который также апплодирует стоя, как и все в этом зале, и его сердце пропускает гулкий удар. Этого просто не может быть...