Paradise

Серебряное мерцание луны скользнуло в окно преображая небольшую комнату, настойчиво освещая лицо хмурое лицо спящего человека, заставляя того пробудиться от долгого беспокойного сна. Нахмуренные светлые брови сомкнулись в переносице, побуждая глаза открыться, являя луне свое зеленое свечение расширенных зрачков. Впалые щеки и широкие скулы казались еще тоньше и болезненней в лунном свечении. Пшеничного цвета волосы рассыпались беспорядочным ворохом. Мужчина осел на диване, понуро опустив плечи и устало растер лицо ладонями. Тяжкий вздох вырвался из груди, а затуманенный взгляд все еще не мог сфокусироваться на одной точке. Он не заметил, сколько прошло времени, прежде чем его отвлек звук пришедшего сообщения на телефон. Слепо шаря по дивану в поисках того, что привело его хоть на мгновение в себя, Джон, наконец, выудил из под подушки источник шума, который продолжал пищать, уведомляя о сообщениях так и сыпящихся бесконечным потоком. «Ну надо же, очнулись» - подумал он глядя на количество уведомлений и горько улыбаясь. Повалившись снова на диван и закинув ноги на спинку оного, Джон принялся читать сообщения от друзей. Первые несколько были бесполезны в своих утешениях. Пустые слова, лишь необходимость, чтобы казаться вежливыми, создавая лишь видимость товарищества и участия, которые не вернут того, что ему пришлось потерять. Отпустить. Вырвать с корнем из себя и жить дальше. Еще пара сообщений о работе, и, наконец, хоть что-то стоящее, заставившее мужчину встрепенуться и резко сесть. «Собирайся, мы едем в клуб, без вопросов и обсуждений. Маурици» Спорить с этим человеком было бесполезно и бессмысленно, а иногда и опасно для жизни. Джон вспомнил грозное лицо друга, когда тот выходил из себя и сжимал руки в кулаки. Да чего греха таить, Джону тоже доставалось пару раз, но по делу, что никак не умаляло из столетней дружбы. Сборы прошли на удивление быстро и безболезненно, кажется, он даже сумел найти в себе силы и уложить волосы в более аккуратный беспорядок, приобретая вид респектабельного мужчины, а не подранного воробья, кем он себя и чувствовал где-то в глубине души. Маска скользнула на лицо, как родная, преображая Джона в уверенного в себе человека, знающего в себе цену. Темно-синий костюм, тройка и белая рубашка выгодно подчеркивали натренированное поджарое тело, придавая умеренную массивность его телосложению. Поправив манжеты рукавов и застегнувшись на все пуговицы рубашки, Джон вновь проверил телефон сверяясь с адресом места встречи, следом заказывая себе такси и спускаясь к выходу, на ходу отвечая на рабочие сообщения. Время было уже давно за полночь, но Джона мало волновало, потревожит он кого или нет. Все наши проблемы и неприятности зависят лишь от наших поступков и слов. Большой город пестрел яркими красками, размазываясь по лобовому стеклу такси, исчезая позади. «Кажется, Маури решил в этот раз удивить чем-то неординарным» - подумал Джон, глядя на вызывающую вывеску, обещающую рай любому, кто окажется в стенах клуба.