Счастье в подарок

Брагин зашел за стойку регистрации и прикрепил большой лист бумаги. Олег Михайлович довольно засмеялся, разглядывая свою работу. Хромов с Таней, прочитав надпись, весело усмехнулись. — Ну, как вам? — Здорово, Олег Михайлович, — поддержала идею Третьякова. Ирина Алексеевна, проходя мимо, заметила большой белый лист и тоже подошла ближе, заинтересованно читая надпись. — Дорогие коллеги, мы сегодня женимся. Все, кто хочет нас поздравить, приходите в ресторан «Квартира 48» после 19:00. План операции: вино танцы, безобразия…по желанию… — брови заведующей медленно поползли вверх. — Олег Михайлович, Ваше творчество? — Ну, Ирина Алексеевна, это оповещение. Главное, чтобы было не так, как с субботником, когда на него пришли только я, Костик и Куликов. Да? — Он поочередно посмотрел на Таню и Хромова. — А я в баскетбол не играю, — оправдался Иван Николаевич. — Вы по футболу больше, да? — посмеялся Брагин. Иван Николаевич пожал плечами, усмехаясь. Ещё раз полюбовавшись своим творчеством, Олег Михайлович присел на стул и окинул взглядом приёмный покой, где сегодня было на удивление мало людей. — Танюш, когда там скорая подъедет? — облокотившись на стойку регистрации, Иван Николаевич посмотрел на двери, где всё еще не было машины. — Сейчас уже должны быть, Иван Николаевич, — не отрываясь от расстановки папок, ответила Таня. И правда, через две минуты они услышали гул сирен, бригада завезла на каталке молодого мужчину без сознания. — Принимайте, — врач скорой отдал Хромову сопроводительный лист. — Проникающее ранение в живот. Контузия внутренних органов, массивное кровотечение. — Что сделали? — идя нога в ногу с врачом скорой, спросил Хромов. — Пелёнкой заткнули. Че мы можем ещё, Иван Николаевич, при такой травме. Вкололи седативные, он после этого сознание потерял. — А как он травму получил? — Да придурки эти в войнушки играли, вот и доигрались, — вместо врача скорой заговорила молодая женщина, которая шла за ними. — Я жена его. А у них хобби такое. Идиоты здоровые! У них клуб исторической реконструкции: они шьют себе одежду, мастерят оружие, а потом в Подмосковье устраивают бои. Сегодня у них была битва под Можайском. — Я понял, — кивнул хирург и, приподняв плёнку, присвистнул. — Снаряд… — Да, они стреляли там. -Угу, самоделкины… Ладно, удачи Вам, — пожав руку хирургу, врач скорой скрылся за дверью противошокового зала. — А дальше что? — спросил хирург. — А потом там что-то заклинило, он взял и подбежал. Нагнулся там где дуло, а оно выстрелило. — Ага… — Хромов убрал руки от пациента и перевёл взгляд на его жену. — Снаряд какой: холостой или боевой? — Холостой, — пожав плечами, ответила она. — Точно? — Да, — немного подумав, кивнула женщина. Иван Николаевич недоверчиво покосился на снаряд внутри пациента, но работу продолжил. — Спасибо. Вы подождите в приёмном, пожалуйста. — Доктор, а Вы ему поможете? — в голосе женщины слышались нарастающая паника. Она с тревогой посмотрела на мужа, потом на врача, который совершал непонятные для неё действия. — Ну, я постараюсь, — уклончиво ответил тот. Женщина ещё раз кивнула и вышла. Теперь она наблюдала за всем через стекло. — Иван Николаевич, Вам ассистент нужен? — в дверном проеме показался Брагин. — Я помочь могу. — Олег, Вам же в ресторане нужно быть через четыре часа, — не отвлекаясь от работы, сказал Иван Николаевич. — Так и Вам тоже, — ухмыльнулся Брагин и закрыл дверь изнутри. — Но я-то не жених, — с лёгкой улыбкой сказал мужчина. — Я тут сам справлюсь. Собирайтесь на свадьбу. -Да ладно Вам, мне же интересно, — он потер руки и подошел к коллеге. — Ну, как хотите… Когда Брагин посмотрел на пациента, его глаза округлились: — Вот это дырка! — Света, общий анализ крови и рентген, — попросил Хромов. Медсестра кивнула и вышла из противошокового. — Ну че, Иван Николаевич, снаряды мы еще вроде как не вытаскивали из людей, — Брагин с интересом разглядывал предстоящий фронт работы. — Ну, всё бывает впервые… — Так… Печень не задета, вроде. Хотя выглядит страшновато, — Брагин ткнул пальцем в снимок, в то место, где красовался снаряд. — Ну, так мы не поймем пока, — покачал головой Иван Николаевич и еще раз внимательно посмотрел на снимок. — Кровотечения я тут не вижу, но это ничего не значит. Скорее всего, когда вытащим, откроется. — Я думаю, до свадьбы успеем, — весело ухмыльнулся Брагин. Хромов его энтузиазм, кажется, не одобрял. — Посмотрим, — сказал он, забирая снимок. — Пойдемте, там уже готово всё, наверное. — Ну, пойдемте. Мирослава сидела на диване и с любопытством смотрела на бабушку Шуру, которая вязала очередной свитер. Теперь нитки для вязания были синими и свитер предназначался Косте. А рядом лежали уже два готовых свитера. Один сиреневый — для Саши, и голубой — для мамы. Мирослава посмотрела на свой свитер, в который она сейчас была одета и улыбнулась: свитер был таким теплым и красивым. Александра Ивановна услышала, как зазвонил её мобильный телефон. Отложив спицы в сторону, она взяла телефон в руки и ответила на звонок. — Да, Машенька, — заговорила женщина. — Хорошо-хорошо, отдыхайте. Да, и у нас отлично. До завтра, пока. — Александра Ивановна улыбнулась и сбросила вызов. — Мама звонила! — радостно сказал девчушка. — Да, Мирочка. В общем, родители твои придут завтра днем. — А я знаю, они на свадьбу к дяде Олегу и тёте Марине пошли, — Хромова вытащила из коробки пару спиц и покрутила в руках. Потом концом спицы она надавила на кончик пальца. Почувствовал легкий укол, девочка быстро убрала спицу. Мира решила, что так она больше делать не будет. — Бабушка, а ты меня вязать научишь? — А ты хочешь? — Ага! — Мира активно закивала. — Тогда смотри, — сказала бабушка и взяла спицы в руки. Мирослава посмотрела на то, как бабушка держит спицы и взяла их точно таким же образом. Взяв в руки край нитки, женщина сделала пару ловких движений, и на спице появилось несколько петель. Мирослава попыталась сделать то же самое, но успехом это не увенчалось. Она нахмурилась и, распустив нитку, попыталась набрать петли снова. — Не получается… — Ничего страшного, — бабушка Шура ободряюще улыбнулась и подсела к Мире. Взяв её руки в свои, она аккуратно набрала пару петель. — Поняла? — Наверное, — неуверенно ответила ей внучка. Она сосредоточилась и попробовала набрать еще пару петель. На этот раз у неё получилось уже лучше, чем в прошлый раз. — Получилось. — Ну вот, молодец! Пробуй ещё и всё получится. — Сейчас, — Мира кивнула и с серьёзным видом снова принялась за работу. Договорившись со сменщицей, Таня вернулась обратно на свое рабочее место. Она увидела уже переодетую Павлову. Женщина с умиротворенной улыбкой убрала ключ в ящик и повернулась к медсестре. — Танечка, собираетесь? — Да, хочу ещё красоту успеть навести. А Вы? — Да, я тоже. Хромов оперирует уже? — Только начали, там еще Олег Михайлович, — отчиталась Таня. — И он там? — Он сам захотел, — пожала плечами девушка. — Не удивлена… Таня услышала, как открываются двери и на автомате посмотрела на вошедшего. Третьякова вскинула брови, увидев молодого мужчину в военной форме. В старой военной форме. Он подбежал к жене пострадавшего, которого сейчас оперировали Иван Николаевич и Олег Михайлович. — Лена, где Петя? — Петя в операционной, — смерив его недоброжелательным взглядом, процедила женщина. — Ты зачем приехал? Ты понимаешь, до чего доводят ваши идиотские игры? Вместо того, чтобы делом заниматься, вы сидите в своём гараже и делаете эти гранатомёты. Это идиотизм! Вас… — Она хотела продолжить, но мужчина её перебил, вскинув руки: — Лена, Лена! Я приехал сюда насчет снаряда. Это важно. Петя, когда собирал эту штуку, сказал мне, что хочет сделать один снаряд не холостой, а настоящий. Боевой! Понимаешь? Он его красной краской пометил. Его когда увезли, я все ящики проверил, и его там нет. Его зарядили случайно, наверное. И он сейчас может в Пете быть. Он не разорвался, понимаешь? — услышав всё то, что сказал этот мужчина, Павлова и Третьякова напряженно переглянулись. — Бегом вызывайте саперов, никому пока ни слова, — тихо сказала ей заведующая. Третьякова слабо кивнула головой и потянулась за телефоном. Ирина Алексеевна быстро побежала в операционную. Забежав в операционную, она увидела бригаду, полностью готовую к работе. — Остановите операцию, — сказала Павловова, увидев скальпель у Хромова в руке. Хирурги недоуменно посмотрели на начальницу. — Ирина Алексеевна, что случилось? — убрав скальпель от пациента, спросил Иван Николаевич. — Снаряд может быть боевым, — проговорила она, выделяя каждое слово. — Опа! — На выход, — сказал бригаде Хромов. — Аккуратно и спокойно. — Валим… — Брагин отошел от стола и вместе с остальными вышел из операционной. — Ну, и что будет, если он рванет? — Костя с опаской покосился на двери операционной. — По операционной разлетится всё, — стараясь сохранять спокойствие, ответил Хромов. Но в голосе мужчины отчетливо было слышно волнение. — И все. — Добавил он. — Да ладно Вам, Иван Николаевич. Холостой ведь снаряд, — Брагин попытался разрядить обстановку, но, посмотрев на коллег, понял, что ему это не удалось. — Вы так уверены? — нервно усмехнулся Хромов. Олег отрицательно помотал головой: — Не уверен, — отозвался тот. Он, как и все рядом стоящие старался сохранять спокойствие, но паника черной кошкой уже подкрадывалась и к нему. — В любом случае мы будем ждать МЧС, саперов и кого нужно, — строго сказала Павлова и заходила взад-вперёд по коридору, стуча каблуками сапог. — Куда! — в один голос прошипели мужчины. — Что? — Ирина Алексеевна, не нужно. Ходим тихо, медленно и аккуратно, — объяснил ей Хромов. — Костя, а он у нас когда там очухается? — Минут через сорок. Я только вводный дал. — Там приехали из МЧС, — к бригаде подбежала Третьякова, за что получила нагоняй от коллег. — Ждите, я сейчас. Не входите туда никто. — Че мы, дураки, что ли? — Брагин ещё раз оглянулся, через стекло, смотря на пациента. — Сейчас они туда войдут, он проснется, задергается и взлетим мы тут все на воздух. Кость, ты это…добавь ему там. Пусть поспит человек. Давай. — Анестезиолог сначала замотал головой, но потом всё же сдался. — Ага… — он медленно пошел в операционную. — Слушайте, у него если снаряд там боевой, его шевелить нельзя, наверное? — Нельзя, я думаю, — пожал плечами Хромов. — Понятно… Ну че, Иван Николаевич, вы с Костей идите, а я туда, — Олег Михайлович указал головой в сторону операционной. — Нет, Олег, — не согласился Хромов. — Это мой пациент, моя операция. Так что, правильно будет, если я буду оперировать. У Вас вообще свадьба, Вас здесь быть не должно сейчас. — А у тебя семья и ребёнок, — резко ответил ему Олег. Он сам не заметил, как перешел с Хромовым на «ты». Самого Ивана Николаевича это нарушение субординации вовсе не волновало. Тот сейчас задумался над словами Олега. С одной стороны, Брагин вроде и был прав, а с другой — он просто не имел права оставить здесь Олега одного. Не имел такого права. — Там не справится один хирург, Олег. Как только мы вытащим снаряд, откроется кровотечение. Я в этом почему-то уверен. — Да… — он вынужден был согласиться. — Тогда, отпускаем Костю и идем. — Да, — кивнул Хромов. — Только, Олег, без геройства. Ладно? У тебя тоже жена. — Ладно. — Да, оцепляй, — хирурги услышали голоса и обернулись: к ним шли несколько офицеров МЧС, на которых были надеты бронежилеты.  — Здравствуйте, — поздоровался один из офицеров. — В общем, сразу к делу: снаряд шевелить нельзя. Если это, действительно, боевой взведенный снаряд. Поэтому, вытаскивать придется здесь. Всех эвакуировали в безопасную зону. Здесь только моя группа и вы. Заставить я вас не могу, это дело добровольное. Поэтому, кто хочет уйти, может свободно это сделать. — Костик, ты иди. Там наркоза на сколько хватит? — Часа на три-три с половиной. — Хорошо. Ты иди, иди, — мотнул головой Брагин. Анестезиолог согласно кивнул. — Позовете, когда нужен буду, — окинув встревоженным взглядом коллег, он ушел за угол. — Так, вы вдвоем остаетесь, я так понимаю. Надевайте жилеты, я вас в операционной подожду. — Маску наденьте, — бросил ему вслед Брагин. Надев жилеты, оба хирурга подошли к операционному столу. — Перчатки тоже наденьте, — сказал Иван Николаевич. МЧСник согласно покивал головой и сделал то же самое, что и врачи. — Так, я сейчас делаю разрез большой, чтобы получить доступ, — Хромов стал объяснять свои действия. — Да, только аккуратно очень. — Это само собой, — вставил Брагин. — Так, я вытаскиваю эту штуковину, Иван Николаевич оперирует. — Мужики, все делайте очень медленно. Поняли? — офицер вопросительно посмотрел на Хромова. — Понял-понял… — Ты сейчас нащупываешь снаряд и рассказываешь мне, как он расположен, — обратился он к другому хирургу. Брагин молча кивнул, соглашаясь. — Мужики, вас как зовут хоть? — Меня Олег, это Иван Николаевич, — Брагин ответил за них двоих. Хромов просто слегка наклонил голову в знак приветствия. — А меня Егор. А у тебя правда свадьба сегодня? — Да, вот хотим поехать после. Поедешь с нами? — Посмотрим, как Бог даст. Давайте, — дал он отмашку врачам. Иван Николаевич взял скальпель и поднес его к пациенту. Набрав в легкие воздух, он аккуратным движением руки сделал надрез. Дождавшись, когда Иван Николаевич уберет руки от пациента, Брагин подошел ближе, приступая к своей работе. Хромов с Егором с напряжением наблюдали за Олегом, который пытался нащупать снаряд. — Так, есть… — протянул он. — Как снаряд расположен относительно тела: горизонтально или вертикально? — Вертикально, вроде. — Слушай. Сейчас крепко сжимаешь снаряд рукой и очень медленно вытаскиваешь его. Вертикально. Можешь? — А че не смочь-то? Я много чего из людей вытаскивал, — нервно усмехнулся он. Покрепче сжав снаряд, он медленно стал вытаскивать его и одновременно с этим пытался вспомнить все молитвы, которые он только знал. — А у нас проблема… Мы застряли. Иван Николаевич, держите. Всё, я достаю. — Он снова медленно потянул снаряд. Руки охватила мелка дрожь, а паника теперь не подкрадывалась тихой кошкой, а охватила его целиком. Наконец, достав снаряд, он медленно отдал его в руки Егору. Тот стал медленно-медленно отходить от стола. — Так, тут кровотечение, — Хромов быстро взял в руки зажим и стал искать источник. Он пережал артерию. — О, видите, никакой пометки нет! Холостой! Ну че, я зову бригаду? — Зови, только двери мне открой. — Ага, — Брагин судорожно сглотнул и, подойдя к двери, открыл её ногой. Егор медленно вышел за пределы операционной. Брагин уже хотел идти за ним, но его окликнул Хромов: — Олег! Иди сюда, мне помощь твоя нужна. Тут кровь кругом, ничего не видно. Брагин посмотрел в спину Егору и послушно зашел в операционную. Он быстро подошел к столу, включил отсос и вместе с коллегой стал искать ещё один источник. — Всё, вижу, — Иван Николаевич взял зажим, останавливая кровотечение. — Сейчас ушью… — Он потянулся за инструментами, но не успел: громкий звук взрыва оглушил их. Оба инстинктивно пригнулись. Хромов зажмурился и помотал головой из стороны в сторону, стараясь как можно быстрее прийти в себя и сконцентрировать внимание на пациенте. Олег переждал, когда эти звуки перестанут резать ему уши и со страхом в глазах посмотрел на Хромова. — Я…бри-бригаду позову… — еле выговорив эти слова, он отошел от стола и пошел в сторону двери. Ноги подкашивались, а мысли в голове путались. Иван Николаевич посмотрел на монитор, фиксируя показания. Покрепче сжав инструмент в руке, он сделал первый стежок. Оборачиваться и смотреть в окно он боялся… Марина в очередной раз посмотрела на часы. Ей уже надоело который раз высматривать Олега. Она нервно заходила взад-вперед. — Нарочинская, хватит нервничать! Иди и выпей, — позвала её Нина. Раздраженно вздохнув, она подошла к столу, где были Нина, Хромова и Ольга. — Вот что за операция такая, а? — возмущалась Марина, набирая номер Брагина. Услышав уже надоевшую фразу оператора, она сбросила вызов и откинула телефон на стол. — Иван Николаевич тоже трубку не берет? Они вместе, может. — Я звонила, Марин. Он тоже не отвечает. Марин, придет сейчас Олег, — Хромова налила вино в бокал и протянула Нарочинской. Марина благодарно кивнула и сделала небольшой глоток. Услышав, как открывается дверь, все женщины обернулись. — Здравствуйте, Марина Владимировна, — поздоровалась вошедшая Третьякова. Марин, я тебя поздравляю! Ты такая красивая! — Она обняла её и протянула ей большую красивую коробку. — А это мой друг Дима. — Очень приятно. — Поздравляю, — вежливо улыбнулся ей парень. — Вы проходите, раздевайтесь, — сказала Нарочинская. Дима коротко кивнул и пошел в сторону гардероба. Марина же, взяв Третьякову за руку, отвела её к столику, где сидели женщины, которые всё это время с интересом поглядывали на неё. — А теперь объясни мне, что это за операция такая, которую нельзя другой смене передать? Таня немного растерянно посмотрела сначала на Нарочинскую, потом на Хромову. Взглянув в глаза Марине, она забыла все то, что должна была сказать. А, вернее, соврать. — Там МЧС вызвали. Там пациент какой-то с гранатой в животе, — тихо сказала она. Так, чтобы никто кроме своих её не слышал. — Вроде друг его сказал, что она боевой может быть. — Что? — переспросила Марина. — И он там? — Да, они с Иваном Николаевичем оперируют. — Господи… — вздохнула Нарочинская. Она быстро сняла с вешалки пальто и накинула его на себя. Мысленно она готовилась ко всему. Особенно, зная своего Брагина. — Марин, я с Вами, — Хромова, тоже накинув пальто, быстро вышла из ресторана следом за Мариной. Нарочинская с Хромовой вышли из такси и осмотрелись: на улице стояли машины МЧС, полиция, из здания вышли пожарные и стали о чём-то переговариваться с полицейскими. Среди всего этого хаоса металась туда-сюда Ирина Алексеевна, отвечая то на вопросы полиции, то давая указания медперсоналу, то отвечая на телефонные звонки. Марина поводила глазами и, заметив в толпе Брагина, бегом побежала к нему. Сейчас ей очень хотелось его и убить, и обнять. Сама Нарочинская даже не знала, чего больше хочет. Главное, что он целый, а убить его она всегда успеет. — Олег! — на бегу крикнула она. Мужчина обернулся. Сейчас его интуиция подсказывала ему, что он услышит всё, что его новоиспеченная супруга о нем думает. Подбежав к нему, она крепко обняла мужчину, но потом отстранилась и ударила кулаком по груди. — Брагин, ты совсем офонарел? Ты обалдел! — Марин… Нормально всё, нормально. Мы уже закончили. — Закончили они… Ты хоть представляешь, как я за тебя испугалась? — Марин… Хорошо всё, — Брагин вернул её в свои объятия и Марина, прикрыв глаза, стала понемногу успокаиваться. Но желание ему двинуть у женщины так никуда и не делось. Ладно, с этим она потом разберется. Хромова же всё ещё стояла на месте, высматривая мужа. Но вместо мужа в глаза бросилась каталка, на которой лежал санитарный пакет для трупов. И пакет не пустой, как показалось женщине. От мыслей, которые полезли в голову, стало дурно и в глазах начало темнеть. Она стала медленно оседать, теряя устойчивость, но тут вдруг почувствовала, как её кто-то подхватил и аккуратно усадил на скамью. — Маша? — она услышала обеспокоенный голос Вани. Хромов быстро засучил рукав и приложил пальцы к лучевой артерии. Измерив пульс, он достал из её сумки небольшую баночку с таблетками, а из своей сумки бутылку воды, которую он всегда носит с собой. — Так, Маша, пей. — Растормошив женщину, он дал ей таблетку. Она послушно закинула таблетку в рот и запила водой. Через пару минут шуметь в голове перестало, стало немного легче. Она окинула взглядом мужа, который всё ещё с беспокойством на неё поглядывал. Живой, здоровый. Господи, а она подумала… — Вань, ты… — она резко выдохнула и запнулась. — Господи… — Тише-тише, — обняв супругу, успокаивающим тоном заговорил мужчина. — Машенька, всё… — Ребят, всё нормально у вас? — к Хромовым подошли Брагин и Марина. Олег вопросительно посмотрел на них. — Да, нормально, — отозвался Иван Николаевич. Ирина Алексеевна, которой на несколько минут удалось отвязаться от всех служб, подбежала к компании, сгруппировавшейся возле лавки. — О, Ирина Алексеевна, закончилась морока? — У меня она только начинается, — обреченно ответила Павлова, оглядываясь на двери, ведущие в приемный покой. — Иван Николаевич, Олег Михайлович, вы уже на все вопросы ответили? — Оба утвердительно кивнул. — Хорошо. — Ну, мы поедем тогда? — спросил Брагин, поправляя рюкзак на плече. — Вы с нами или потом? — Да, конечно. Я потом, наверное. Спасибо вам, — Павлова поочередно посмотрела на хирургов, которые все ещё не до конца отошли от происходящего и на Нарочинскую с Хромовой, которые до сих шокировано поглядывали то на машины полиции, то на мужей. Разговор с ними, как догадывалась Ирина Алексеевна, мужчинам ещё предстоит. — До свидания. — До свидания, Ирина Алексеевна, — все вчетвером попрощались с заведующей. — Ну, идем? — подмигнул им Брагин. — Идем, — ответила Марина, простреливая мужчину своим фирменным взглядом. — Мы с тобой ещё поговорим. Брагину ничего не оставалось и он согласно кивнул. Маринка точно поговорит… Ближе к вечеру, когда все по очереди поздравили молодых, когда Салам рассказал одну из дагестанских притч, и когда все пожелали им много радости, детей и прочего-прочего, все гости расслабились и в непринужденной обстановке общались между собой. Марина уже немного успокоилась, но временами всё равно продолжала ворчать на Брагина. Мария Валерьевна усмехнулась, наблюдая за ними. Немного отойдя от произошедшего, она накинула на себя пальто и вышла на улицу. Хотелось подышать свежим воздухом. Там женщина увидела своего мужа. Мужчина стоял к ней спиной и с кем-то разговаривал по телефону. Хромова случайно услышала часть разговора: — Да, Вер. Если ты всё ещё уверена, то я с радостью приму твоё предложение. Отлично, будем работать. До встречи, — он улыбнулся и сбросил вызов. — Ваня, — услышав голос супруги, Иван резко обернулся. — Маш, — неуверенно улыбнулся мужчина. — Ты как себя чувствуешь? — Да нормально. — Маш, прости, — начал он. — Я не хотел, чтобы ты волновалась. Вообще надеялся, что… — Что я не узнаю, — закончила вместо него Хромова. — Нет, ну… Не так, как ты узнала. — Вань, — она подняла на него глаза и вздохнула. — Вот…если бы эта чертова граната взорвалась в операционной, то…что было бы? Ну, вот что мы бы делали без тебя? — Голос у женщины слегка дрогнул и она замолчала. Хромов растерялся, не зная, что на это ответить. Мужчина несмело посмотрел на женщину и обнял её. — Маш, ну, это мой пациент был. Не мог же я его бросить и убежать. — Я не знаю почему, но я, когда это всё увидела, подумала, что ты… — Господи, Маша… — он ещё крепче обнял супругу. Женщина положила голову ему на плечо, словно прячась от всего. Сейчас ему стало очень стыдно перед ней. — Я, кстати, с Верой поговорил только что. В общем, Маш, я выхожу скоро на новую работу. — Он попытался переключиться на другую тему и, судя по всему, у него получилось. — Ты серьезно? — она отстранилась от мужчины и удивленно на него посмотрела. На самом деле, она меньше всего ожидала, что Ваня согласится перейти на эту работу. Наоборот ожидала, что он откажется. Но она была этому только рада. Особенно после сегодняшнего. — Абсолютно, — улыбнулся ей муж. — Будет спокойная работа, высокая зарплата, больше времени. — И ты, правда, хочешь там работать? — Да, — немного подумав, ответил ей муж. — Вера покажет моё место работы. Буду работать, осваивать административную работу в том числе. — Это прекрасно, — с радостью выдохнула женщина и Хромов усмехнулся. — О, а вы чего тут? — к Хромовым вышел широко улыбающийся Лазарев и посмотрел на них. Он достал из кармана брюк пачку сигарет, но, заметив недовольный взгляд матери, спрятал их обратно. — Да мы воздухом дышим. — Ну, вы если уже надышались, то советую зайти. Там сейчас Куликов демонстрирует свои таланты. — Я смотрю, у вас там талант на таланте, — проговорила женщина, вспоминая день рождения Миры и Вани, и Павлову, которая открылась для своих коллег с новой стороны. — Идем? — Идем. Но я даже боюсь представить, что там. — Там весело, Иван Николаевич. — В этом я как раз и не сомневаюсь, — с ухмылкой сказал мужчина, заходя в здание следом за Машей и Костей.