Потерянное лето

Ты яблоко, что берегут

Я – лист в венце твоём

И я, когда тебя сорвут,

Иссохну под лучом.

      

***

      Когда последние лучи ледяного солнца коснулись его костяной короны, Король Ночи спустился со склона заснеженной горы, тихо стоящей в Землях Вечной Зимы. Армия мертвецов замерла внизу, и ничто не тревожило тишины наступающей ночи, кроме завывания снежной бури, надвигающейся с запада. Остальные верные всадники стояли чуть поодаль от него, как бы образуя неровный полумесяц, который выглядел не столько зловеще, сколько красиво.       Лёгким кивком головы, Иной отдал приказ своим всадникам сменить позиции – теперь они спустились вниз по покатому склону и встали на равном расстоянии друг от друга. Что его ведёт вперёд? Злоба и ненависть к роду людскому, которую несёт осколок обсидиана в его груди или память…?       Память о бескрайних летних землях, память о тёплом ветре, ласкающим кудри цвета пшеницы, или память о ритуальном убийстве простого человека, привязанного к стволу чардрева?       Ничего из этого давно нет. Тысячи лет ледяного изгнания сковали его разум безумным холодом отмщения. «Вперёд».       Его названные дети повели орду мертвецов на юг. «Назад дороги нет».       Надо убить эту память, которая осталась с ним, память хоть и человеческую, но живую в отличие от него.       Когда армия ночи медленно двинулась на юг, Король Ночи, оседлав своего мёртвого коня, двинулся на Север. Он нагонит их, конечно он их нагонит и снова поведёт вперед, на Суровый Дом, чтобы пополнить ряды вихтов силами диких людей, живших к Северу от Стены. Но сейчас у него есть дело.       Он всегда возвращался туда. Несмотря на мёртвых, несмотря на бурю, несмотря ни на что. Он возвращался и понимал, что память никуда не деть. Раз за разом он оставлял своего коня на границе с вековым лесом, и раз за разом проделывал остальной путь пешком. Снег окутывал его ноги, ветки сосен проводили своими колючими лапами по его лицу, но он не замечал ничего, кроме видневшегося впереди разрушенного алтаря. По мере приближения к нему, он чувствовал застарелую фантомную боль в груди, если можно это назвать болью. Выйдя на заснеженную пустошь, он остановился. Много веков он посещает это место – то самое место, откуда он начал своё существование. Высокие заснеженные камни стояли по кругу, образуя причудливый спиральный узор, который Король Ночи каждый раз повторял, выкладывая каждый новый виток замерзшими трупами. Вот оно. Такое же, как и тогда.       Побелевшее ещё больше со временем, но также крепко стоявшее здесь, в промёрзлой навечно земле, когда-то принадлежавшей Детям Леса — Чардрево, где он обрёл свое последнее пристанище как один из Первых Людей и начал своё существование как ледяной монстр. Дети Леса отобрали у него человеческую жизнь, но не отобрали то, из-за чего он уничтожил остатки их расы. Память. Память о потерянном лете.       Он приложил ладонь к мёртвому стволу и закрыл синие глаза. И ты покоришься мне, бескрайний простор летних земель. И я с радостью уничтожу тебя, как когда-то уничтожили меня.