Руководство Шинра по выживанию

Клауд обнаружил новую кружку на своем столе на следующий день после того, как согласился состоять в отношениях с генералами и Заком. На ней лежала записка с нарисованными сердцами по краям — знакомый почерк, заставивший улыбнуться карточке. Клауд, Спасибо, что выслушал нас и принял наши авансы. Насколько я понимаю, ты предпочитаешь крепкие кружки приличного качества для своего кофе и не ценишь кофейных воров. Ты свободен в этот четверг? Сефирот. P.S. Сердца нарисовал Зак. Он сказал, что сообщение слишком безлико. Клауд усмехнулся, сунул записку в потайное отделение ящика стола и вынул кружку из накрученной на нее газеты. Она была большой, черной, с одним-единственным словом, написанным прописью сбоку — «Мое». Вымыв и высушив, он использовал ее, и когда он работал с кипами документов, созданными его отрядами, над ней скручивался пар. Зак проскочил мимо его кабинки в тот же день, фиалковые глаза с надеждой смотрели на его кружку. — Да, я использую кружку. Я очень ценю подарок, и я застрял с дежурством в среду, но свободен в четверг, — Клауд ответил на вопросы Зака, прежде чем тот успел даже вдохнуть. Дай Заку дюйм, и он, в конце концов, захватит милю. — Великолепно! Эмм, — взгляд на кружку вновь прояснил ситуацию. — Хочешь попробовать? — криво усмехнувшись, Клауд, прихватив кружку с собой, за руку отвел Зака к кофемашине. — Поймал меня, — смущенно признался Зак, почесывая затылок под длинными остроконечными прядями. — Просто… Я слышал много историй. — Тебе любопытно, и теперь, когда ты подпадаешь под правила, ты хочешь попробовать, — размышлял Клауд, осторожно целуя Зака в шрам. Приготовив кружку, он передал ее, наблюдая, как Зак еще немного повозился с кофейной станцией, прежде чем вернуться к Клауду с чашкой густого сливочного кофе. — Вперед. Выражение абсолютного блаженства, появившееся на лице Зака, заставило Клауда улыбнуться в собственную кружку. В следующую секунду Зак отставил ее, обхватил ладонью щеку Клауда и прижался лбом к его лбу. — Можно тебя поцеловать? — Хм? Да, — Зак имел вкус кофе и любопытное послевкусие, словно лизнул лекарственную материю. — Твои поцелуи должны быть на вкус как материя? — А? О, это Мако. Оно есть во всем, включая нашу слюну. Мы… не обращаем внимания, так как привыкли к этому, извини, — Зак отстранился, но Клауд вцепился в вязаную синюю ткань. — Думаю, вам четверым придется достаточно целовать меня, чтобы я привык к этому вкусу, — пробормотал Клауд дразнящим тоном, после чего Зак наклонился для еще одного поцелуя.

***

Зак ушел с кофе, а старательно взъерошенный Клауд потягивал напиток из своей новой кружки с усмешкой куал-ест-чокобо, которая заставила всех избегать его. Это дало ему больше работы.

***

Через несколько недель — и свиданий — в отношениях, на его окруженном отделением столе нашлась другая кружка, обгоревшие края бумаги указывали на человека, стоявшего за этим. — Кхм-кхм. Разве вам всем не нужно чем-нибудь заняться? — резко спросил не имеющий кофе в руке Клауд, постукивая обутой в сапог ногой. Рассеивание людей не убрало улыбку с его губ. Мой дорогой Клауд, Я в восторге от тебя и других, но ты не возражаешь против свидания лишь со мной? Есть новая пьеса «LOVELESS», которую я хотел бы увидеть. Остальные трое будут безжалостно поддразнивать. Ты свободен в субботу? Генезис. P.S. Надеюсь, тебе понравится кружка, трудно найти еще больший размер. Клауд разорвал обертку и начал смеяться над огромной, полностью стеклянной кружкой с надписью сбоку по уровням «Уходи», «Пока нет» и, наконец, «Чем я могу тебе помочь?» Клауд наполнил ее своим обычным напитком, почти хихикая, когда солдаты слева и справа смотрели на кружку так, будто та могла их укусить. Снабженец хныкал в углу, пока кофе не достиг уровня «Пока нет». Клауд тренировался с кружкой в руке, двигаясь быстрее своего взвода, благодаря размеренному бегу вприпрыжку, превосходящему остальных. Плавному, если все делать правильно, скольжению по земле он научился у нибелевских волков. Клауд одарил догнавшего его Солджера милой улыбкой.  — Привет, Анджил. — Как ты это делаешь?» — А, это? Ты должен изменить свою позицию, здесь и здесь, — Клауд потыкал участки свободной рукой, перебросив кружку в левую. — Чувствуешь? — Хм. Это невероятно эффективно. — Но это работает только на выносливость, — возразил Клауд. — Как ты находишь подарок Гена? — Забавным, потому что снабженец смотрел на него так, словно тот укусил бы его, подойди он слишком близко, — Клауд рассмеялся, заставив нескольких солдат повернуть головы, прежде чем прищурился на ним. Те вернулись к бегу, почти закончив с кругами. — Что привело тебя сюда? Я думал, у вас троих встреча? — Да, но Ген предложил занять мое место, если я спрошу тебя насчет вашего «горячего свидания», если ты действительно сможешь прийти, — подтвердил Анджил, когда они притормозили, остывая в тени гаража Шинры. — Признаюсь, мне также любопытно, могу ли я попробовать немного твоего кофе. Зак сказал, что он хорошо сбалансирован, даже лучше, чем наша с Геном банорская смесь. — Я свободен в эту субботу, так что можешь сказать ему «да», — Клауд предложил свою кружку после того, как налил в нее еще кофе, не особо заботясь о микробах, поскольку они встречались. — Конечно, возьми кружку, когда будешь уходить, только не забудь принести обратно. Зак забыл в своем кабинете. — Я вымою обе и принесу обратно, — пробормотал Анджил, делая глоток и уводя полную кружку. — Мм, очень мило. Мои комплименты создателю упомянутого кофе. — Я передам маме при следующем телефонном звонке, — ответил Клауд, прижимаясь к Анджилу, невзирая на пот и грязь после бега со своим отрядом. Анджил наклонился для поцелуя, но сделал паузу, прежде чем коснуться губ Клауда. — Могу ли я? Щенок хвастался, что получил от тебя немало. Он встретил движение Анджила на половине пути и отстранился с легким чмокающим звуком, чтобы поддразнить. — Ну, тогда, наверное, нам следует постараться не отставать. — Как мне так повезло? — Кофе и глупый Бегемот. Анджил рассмеялся в поцелуй и прикусил горло Клауда под шарфом. — Чудесное сочетание, конечно, но не такое чудесное, как ты. — Льстец.

***

Нежную улыбку Клауда смягчал темный засос, выглядывавший чуть выше его шарфа и касавшийся подбородка, кружка все еще дымилась от свежего кофе, пока он работал.

***

Клауд находился в самом отвратительном настроении за последнее время, а его лицо соответствовало его имени, и все благодаря Холландеру. — Ты спишь с двумя моими подопытными, передай себя для исследования… Гхк! — Что, по-вашему, случилось с последним ученым, который пробовал этот путь, профессор? — спросил Клауд тем же сладким тоном, каким обращался к Ходжо, поворачивая жезл. — Хотя это и не ваше дело, но ни один из генералов, которых вы называете подопытными, не ценит вашего подхода. Видите ли, они предпринимают определенные усилия, — он вытащил дубинку и ударил ею в живот человека, точно туда, куда нужно, — для моего комфорта. — Как… Клауд отпустил мужчину, тот упал к его ногам, и вверх поднялся чрезвычайно неприятный запах. — Мама научила меня этому, когда мне было шесть лет. Она сказала использовать его на хулиганах, к которым вы относитесь, и если я узнаю что-нибудь от генералов, вы можете снова оказаться в подобном положении. Я еще не пил кофе, так что радуйтесь, что я всего лишь заставил вас невольно обгадиться. Спросите у снабженцев, насколько хорошо все идет, когда вы отказываете мне в кофе, — Клауд усмехнулся, вытирая конец дубинки и снова убирая ее в футляр. Быстро идущий Генезис замедлился, плавно остановился, у него вырвался приглушенный смех, когда он зажал рукой нос. — В прошлый раз, когда он был без кофе, профессор, он чуть не убил Бегемота с наименьшим количеством Мако, которое когда-либо видели лаборатории. Во что бы то ни стало проверьте его. Оба оставили ученого в коридоре с разинутым ртом, а Генезис вручил Клауду аккуратно завернутую коробку. — Что это? — спросил он, осторожно отрывая ленту от обертки. — Подарок Анджила на два месяца. Он обязательно должен сделать все вот так причудливо, не так, как мы, плебеи, с которыми у тебя тоже отношения, — Генезис фыркнул, задрав нос кверху, и снова засмеялся. — О, выражение лица Холландера было бесценно. Жаль, я не сфотографировал. — Я сделал это за тебя, — лукаво заметил Клауд, покачав своим PHS, прежде чем прикрепить его обратно к поясу. Он поставил развернутую коробку на стол, аккуратно складывая переливающуюся бумагу, использованную Анджилом. — Феникс благословил меня в тот день, когда я встретил тебя, — пропел Генезис, он обнял Клауда, покачиваясь из стороны в сторону, пока тот открывал подарок вынутым из сапога ножом. Дорогой Клауд, Иногда кажется, что мы не можем расслабиться. Внутри находится предмет для релаксации с прикрепленной к нему просьбой. Пожалуйста, прочтите ее. Анджил. P.S. Ген смеялся, когда увидел, что это. Вероятно, это немного старомодно, но уверен, это заставит тебя улыбнуться. В гнезде из рыхлой желтой папиросной бумаги лежала еще одна кружка, на этот раз белая, с черной надписью, говорящей «Я не несу ответственности за выражение своего лица, когда вы говорите». Моргнув, Клауд заглянул внутрь и нашел вторую записку, прикрепленную желтому пластиковому шару. Это бомба для ванны. Не хочешь присоединиться ко мне и расслабиться? Он покраснел, но мурлыкал, когда Ген прочитал записку через его плечо. — Передай ему, что я принимаю его предложение и предлагаю сегодняшний вечер. Утро было тяжелым. — Передам. Кстати, о подарках… Я должен был вернуть их тебе, — в руках Гена лежали кружки, одолженные Анджилом и Заком. — У них сейчас сеанс VR, иначе Андж сам бы вернул. — Не хочешь присоединиться ко мне за чашечкой кофе? Мне нужна минутка, или я разорву какую-нибудь бедную душу сарказмом, которого не заслуживает никто, — Клауд поставил кружки обратно к своей коллекции, медленно выходящей за пределы коробки, которую он использовал для них. Если его парни продолжат покупать ему новые кружки, ему придется купить другую. — Та же смесь, что ты дал Щенку и Анджу? — Угу. Нибелевский кофе мамы. — Нибелевский кофе. Должно быть по вкусу, — скептицизм Генезиса не был чем-то удивительным, если учесть, что он предпочитал смесь, являющуюся лучшим кофе на планете. Если бы не личный микс ма, Клауд выбрал бы банорский. — Он растет три недели в году, и мама собирает его вручную, прежде чем ударят морозы. Даже в горах цветы могут цвести летом. — Твое желание — носитель жизни, дар богини, — Генезис просмотрел летнюю погоду в Нибельхейме и побледнел. — Я одобряю эти гребаные бобы и тебя, но для меня там слишком холодно. Клауд усмехнулся, протягивая кружку и с надеждой глядя на колени Гену. — Мы справляемся при помощи небольшого количества тепла и большого количества объятий. — Позволь помочь, — Генезис чмокнул его в лоб, приготовил обычный кофе и уселся в единственное мягкое кресло в комнате отдыха. — О, моя богиня, я никогда не вернусь к банорской смеси. — Хорошо, да? — Твоя мама чертовски гениальна — она создала тебя и этот чудесный кофе. Наилучшие две вещи, которые я мог бы выбрать, прости, дорогой, но я не сдвинусь с места. — Даже ради действительно теплых объятий? — хмыкнул Клауд, устраиваясь на кресле рядом с Генезисом, оказавшись в его объятиях. — Я имею в виду… — В твоем предложении нет ненависти, только радость, Клауд. Я… предоставлю эту дружескую услугу. Ты очень убедителен, — произнес Генезис, делая еще один глоток. — Могу я украсть несколько поцелуев перед ужасным тестом по тактике? — Мм, тебе не нужно повторять дважды, — Клауд поставил их кружки на крошечный столик в комнате отдыха, обхватил лицо Генезиса руками и наклонился, остановившись на половине пути. — Можно? — Конечно, — Генезис встретил его, тихая радость смешалась с прерывистым дыханием и поцелуями.

***

Во время работы Клауд напевал банорскую колыбельную, что заставляло его взвод еще больше любить Генезиса, в конце концов, даже у вспыльчивых людей имелись свои моменты нежности.

***

Огромный пакет на столе заставил Клауда рассмеяться, несмотря на усталость после долгой миссии и хороший двенадцатичасовой сон, который он получил благодаря Заку, вставшему перед его комнатой с Бастером и недружелюбным взглядом наперевес. Потянувшись к сапогу, он обнаружил нож перед собой, а знакомый водопад серебряных волос заставил улыбнуться. — Я так и думал, что не увижу тебя какое-то время, — легкомысленно произнес Клауд, принимая прекрасный титановый нож и разрезая коробку. В коробке нашлась еще одна коробка, что означало, что подарок на три месяца являлся делом рук Зака. — Возможно, я… форсировал сроки своей миссии, чтобы вернуться к вам, — тихо признался Сефирот, вытаскивая еще один нож и помогая с каждой коробкой, открываемой Клаудом в его крошечной кабинке. — Это точно делал Зак. — Я надеру ему задницу тренировочным мечом, если после этого мне придется открывать новые коробки, — фыркнул Клауд, разрезая, как он надеялся, последнюю. Кружка заставила покачать головой, и Клауд поднял ее так, чтобы Сефирот тоже мог прочитать — «ZERO FUCKS GIVEN», где второе слово было подчеркнуто толстой линией и украшено цветами. То, как расширились узкие зрачки Сефирота, лишило Клауда дыхания. Сефирот редко, если вообще когда-нибудь, проявлял эмоции публично, поэтому происходящее в кабинке означало, что он наслаждается. Клауд, Извини за коробку, это было запланировано до твоей отвратительной миссии. Если честно, надеюсь, ты имел под рукой нож. Ха, понял? Спасибо, спасибо, я буду здесь всю неделю XD. В любом случае, мне интересно, не хочешь ли ты отправиться на свидание в поход? Только мы и звезды, и тебе не нужно ничего делать, кроме как обниматься и помогать мне готовить ужин для нашего трио генералов, примерно через неделю. Пришли кого-нибудь с ответом, потому что я знаю нас, мы всегда как бы тяготеем к тебе. Люблю, Зак. P.S. Передай тому, кто читает это через твое плечо, милый, влажный поцелуй в лоб от меня, ладно? Клауд протянул руки, и Сефирот подчинился, наклонившись и позволив поцеловать себя в лоб влажным поцелуем, который Клауд тут же стер. Поколебавшись, Сеф предложил свои руки. Когда его подняли, Клауд замурлыкал и обхватил ногами несуразную талию Сефирота. — Переправишь нас к кофеварке? Я знаю, что ты еще не пробовал нибелевского кофе. — Конечно, Клауд. Клауд крепко обхватил ногами талию Сефа, но вывернулся, чтобы оказаться наравне с кофеваркой и его кружками. Ему потребовалось несколько минут, чтобы засыпать Сефа вопросами насчет сливок и сахара, прежде чем они уселись в мягкое кресло. Протянув кружку и потягивая напиток из подарка Зака, он краем глаза наблюдал, как Сефирот пробует кофе. — Как и говорил Генезис: ароматный, но не слишком интенсивный. Согласен, твоя мать талантлива во многих аспектах, включая воспитание детей. — По-моему, он сказал, что единственная хорошая вещь, которую можно выбрать — это мой кофе и я, но он еще не пробовал нибельский эггног, — задумчиво произнес Клауд, прижимаясь щекой к атласно-гладким мускулам выставленной на всеобщее обозрение груди своего парня. — Уверен, это будет восхитительно, как и все, что ты делаешь, — Сефирот грохотал под его щекой, и Клауд прижался ближе. — Тебе нравится слушать мой голос, не так ли? — Самое лучшее место, Сеф. Слышится все громче, а ты находишься в пределах досягаемости для поцелуя, понимаешь, — дерзко ответил он. — Хм, это правда. Можно? — Сефирот поставил кружки, подвинул бедра Клауда так, чтобы тот оседлал его, а затем подождал, первого шага Клауда. Клауд вонзил пальцы в шелковистый водопад, обхватывая затылок Сефирота и замирая перед раскрытыми коралловыми губами. — Уверен? — Да, — выдохнул Сеф, и они окутали друг друга, прежде чем Сефирот отстранился из-за постороннего присутствия в комнате отдыха. Вошел Джонс, насвистывающий мелодию с Востока и совершенно не замечающий их. — Думаю, один из нас случайно поставил барьер, Сеф, — усмехнулся Клауд. — Тогда воспользуемся этим? — Пользуешься положением, да? — Я не… — Двусмысленность, Сеф, ты можешь «воспользоваться» мной в любое время, когда захочешь, — успокоил Клауд. — В пределах разумного, конечно же. — Понимаю, — пальцы Сефирота вытащили рубашку из-за пояса, замешкавшись, но Клауд наклонился к нему и улыбнулся. — Ничего ниже пояса, да? — Учитывая, что у нас у обоих смена через, мм, двадцать минут, думаю, это хорошая идея, — он взглянул на часы, прежде чем многозначительно изогнуть брови. Сефироту тоже пришлось расслабиться под ним, что стало бонусом для Клауда.

***

Пятнадцать минут спустя Сефирот, как и было обещано, основательно насытился тем, что было выше пояса, а улыбка Клауда куал-ест-чокобо вернулась на место. По-видимому, эта ухмылка настолько ужасала, что снабженцы совершенно избегали его.

***

Маленький, аккуратный, почти незаметный пакетик лежал рядом с кофеваркой, вызывая усмешку. Доверьтесь Ценгу в том, чтобы выразить благодарность, замаскировав ее в коллекции кружек Клауда. Открыв коробку и вытащив белую кружку с засунутой в нее запиской, Клауд покачал головой. Страйф, Благодарю за кофе. Поскольку я не склонен к романтическим отношениям с вами, не могли бы мы просто выпить чашечку кофе вместе? Ценг. P.S. Не стесняйтесь развеивать домыслы о том, что мы связаны чем-либо, кроме кофе. Последняя строчка заставила выбросившего коробку Клауда слегка задохнуться. «Сожалею, если вы находите мое спокойное лицо пугающим…» Пастельные цветы прерывали слова, но продолжение заставило Клауда рассмеяться. «Хотя на самом деле я в полном восторге!» Он сполоснул ее, наполнил кофе и углубился в бумаги по обзору производительности, кружка исходила паром, когда он сделал первый глоток. — Кто это подарил? — Зак упал рядом с Клаудом, бедный пластиковый стул заскрипел от напряжения, отодвинувшись примерно на фут. Его любовник застенчиво пододвинул его обратно к столу и сделал глоток из кружки, пока Клауд продолжил работать. — Друг, — пробормотал он, рассеянно принимая поцелуй Анджила, поцелуй в лоб от Генезиса и мягкий, заставляющий сгибаться пальцы ног поцелуй Сефирота. Зак с улыбкой поцеловал его в другую часть лба. — Друг? — эхом повторил Сефирот. — М-м-м-м, — подняв глаза, он увидел изогнутые брови. — Знаете, у меня есть друзья во многих ветвях Шинра. — Я и не говорю, что нет, Спайки, просто это довольно редкое явление, — заметил Зак. — Страйф, я сказал избавить их от подобных мыслей, — сухо вмешался Ценг, забирая кружку с ZERO FUCKS GIVEN. — Я прямо и вежливо спросил о покупке кофе. Это степень наших отношений — Извини, Клауд, — Анджил расслабился первым, остальные последовали за ним. — Ты имеешь право на собственные советы и дружбу. Простишь наше нарушение? — пробормотал Сефирот. Протянув руку через стол комнаты отдыха, Клауд провел большим пальцем по знакомой щеке. — Я знаю, что у меня не самый лучший послужной список, когда речь заходит о друзьях. Вы просто были осторожными. — Я вроде как хочу услышать эту историю, — сказал Зак, подталкивая Клауда, возвращая кружку — нюанс, который понравился Клауду. — Хорошо. Все началось с очередной попытки Рено заполучить мой кофе… … К тому времени, как он закончил рассказ, его любовники уже смеялись, делясь услышанными историями о нем и о том, сколько из них являлось правдой. — Я не удивлен, что большинство из них правдивы, — заметил Генезис. — В смысле, мы встретили Клауда на спине Бегемота, так почему бы остальному не оказаться правдой? — Людям нравится распространять правду, когда им это удобно, — заметил Ценг. — Страйф способен на многое, но из-за его размеров и поведения в целом правда кажется преувеличением. — Все так, как ты говоришь, — Клауд умудрился проглотить бутерброд, который Зак сделал, совершив набег на холодильник пехоты. — Эй, Джонс, это свободная комната отдыха. Либо входи, либо иди к той, что за дверью. Джонс фыркнул, стащил половину бутерброда с большой тарелки и налил себе чашку пехотной жижи. — Я видел гораздо больше, чем просто наши командиры и Турк, сидящие рядом с тобой. Для меня слухи являются нечто большим. — Значит ли это, что вы присутствовали при инциденте с левриконами, сержант Джонс? — подтолкнул Анджил. — Да, сэр, и никогда не было более ужасного солдата, чем этот в погоне за местью за пролитый кофе. Двадцать восемь ублюдков вошли в лагерь, и ни один не выбрался оттуда, — подчеркнул Джонс, для пущей убедительности жестикулируя недоеденным бутербродом. — Возможно, все, что делает Страйф, никогда не превзойдет этого или Бегемота, сэр. — Я слышал, что ты взял на себя Бегемота, но не придавал значения этим слухам, — Ценг приподнял бровь, и Клауд надулся. — Что, во имя прекрасной зеленой Планеты, подсказало тебе, что это хорошая мысль, Страйф? — Мысль, что он собирается убить мой взвод, а у меня есть яйца, чтобы взять его, и я даже не приготовил кофе, не говоря уже о глотке, — он сделал глоток в полной тишине. — Теперь я понимаю, почему Джонса абсолютно не задевает все, что ты делаешь, Клауд, — усмехнулся Генезис, крадя кружку. У Джонса отвисла челюсть, он явно сделал расчеты, а затем пронзительно закричал, то ли от возмущения, то ли от поражения. — Черт возьми, Страйф, неужели ты не мог подождать еще неделю? — Какой пул? — в ответ на острую, как лезвие бритвы, улыбку Джонс заскулил. — Много, да? — Более 10 000 гил, чувак. — Я имею в виду, что никто еще не знает. Держи это при себе, и я подумаю о том, чтобы позволить тебе выиграть. — Я так понимаю, ты хочешь половину? — Джонс закатил глаза, но пожал плечами. — Ты чертовски прав, они спекулируют на моих отношениях. — Вполне справедливо, — пробормотал Джонс, прикончив половину бутерброда и взяв еще один.

***

Язык Клауда высунулся в сторону, когда он заворачивал коробку, оставив ту на столе Зака, и насвистывая нибельские колыбельные по дороге на работу. Он надеялся, что Заку это понравится. … В середине утренней физподготовки Клауд поставил свою кружку, желая уберечь кофе от любой реакции Зака. Он предпочел бы не менять подаренную кружку, поэтому подготовка требовалась, так как Зак был милым, но невероятно разрушительным. Однако он все равно взвизгнул, когда Зак подхватил его на руки и осыпал поцелуями, а его сладкие слова превратили Клауда в кашу. — Спасибо… Поцелуй. — …тебе, прекрасный… Поцелуй. — …чудесный… Поцелуй. — …умный… Поцелуй. — …бойфренд. Как… Поцелуй. —…мне… Поцелуй. — …так повезло? Клауд поймал его лицо, прежде чем он успел еще раз поцеловать и с любовью сказал: — Дыши, Щенок. Надув губы, Зак подчинился, но затем улыбнулся Клауду со всей своей солнечной привязанностью.  — Как ты узнал, что твой кофе помогает? — С тех пор как ты начал пить его, ты успокаиваешься без посторонней помощи, — Клауд погладил милые скулы Зака и улыбнулся, когда тот наклонился к нему. — С тех пор ты начал меньше приседать для того, чтобы сосредоточиться. Это не единственное, что я заметил, Зак. — Да, это очень хорошо, — согласился Зак, осторожно поставив Клауда на пол и вернув ему кружку. — Прости. — Не извиняйся за то, какой ты есть, Зак, с кофе или без него. Ты не можешь быть другим. — Спасибо, малыш, — пробормотал Зак, прежде чем спохватиться: — Черт, слишком рано? Клауд только рассмеялся, потянув Зака за свитер и остановившись прямо перед его губами. — Можно? — Да, черт возьми Он целовался до тех пор, пока Зак практически не растаял рядом с ним, отстраняясь с тихим звуком, пробормотав: — Мне понравилось. Я думаю, Анджил будет первым, но это тоже хорошо. Могу я сказать остальным троим, что все в порядке? Они сдерживаются. — Конечно, можешь, сладкая булочка, — поддразнил Клауд. — Эй, я как раз собирался это сказать! — запротестовал Зак. — Очень жаль, думаю, тебе придется украсть эти слова позже с несколькими поцелуями. — Всеми поцелуями, — пообещал Зак, чмокнул Клауда в щеку и, слегка танцуя, пошел обратно к комплексу Шинра.