Дружим в губы. (Редактируется)

Изуку прислоняет к себе чёрную толстовку и не сдерживается, утыкается в нее носом. Он изначально и не заметил, что та попала в его стопку вещей. Ткань полностью пропахла самыми вкусными духами на всей земле. От этого запаха голова идёт кругом и на лице расцветает дурацкая улыбка, которая обычно злит Бакугоу. Та выходит всегда слишком приторной и заставляет его краснеть, поэтому парень протестует против своего смущения в открытую. Мидория не спешит отправить чужую вещь в стиральную машинку и очень зря, ведь сдержанный кашель за его спиной означает, что он пойман с поличным. — Это слишком мило. — усмехается Катсуки, когда на него уставились два округлённых до придела глаза. — Я уже испугался. — выдыхает Изуку, но щеки по прежнему печёт. — Это ещё мне нужно быть осторожней? — изгибает бровь блондин и облокачивается на одну из стиралок спиной. — Кто знает, что она твоя? — запихивает кофту в барабан зеленоглазый и встаёт с пола. — Все кто имеет зрение? — издевательски предполагает блондин. — Перестань. — цокает Мидория и надувается, сложив руки на груди. — Поиграем в обиженных? — облизывает губы Бакугоу. — А говорил, что ролевые не для тебя. — в резкое движение отрывается от своей опоры он. — Не здесь же… — давится воздухом Изуку, когда парень притягивает его к себе и проводит языком по щеке. — Никого нет. — шепчет он в ответ и тут же поворачивает голову на до пяток знакомый, слабый крик. — Если он заставил ее так вопить, то я его убью. — рычит Катсуки. — Может Куро просто упала и разглагольствует, что ее это бесит, не делай поспешные выводы. — пытается остановить искрящегося парня Мидория. — Сейчас узнаем. — вышагивает уверенными шагами блондин, не замечая, что тащит за собой вцепившегося в его руку зеленоглазого. Бакугоу зажимает рот Мидории и тормошит, когда слова до слуха начинают доносится отчётливо. Вот же дерьмо. Не лучшее решение говорить о своих знаниях в коридоре, но вмешаться он не может. Не хочет, если быть точнее конечно, ведь с одной стороны ему даже это на руку. С другой стороны конечно враньё от сестры и лучшего друга, которое определённо перевешивает. Блондин сжимает челюсть и давит в себе таймер отделяющий его от желания пойти и дать в нос Киришиме. Куро плачет. Он в этом уверен, после того, как услышал рябь в ее словах. Парень ни разу не доводил ее до такого, хоть иногда со всей силы старался. Не он сам конечно, а его характер. Хлопок проходится по его телу холодом и он сглатывает скопившуюся слюну. — Ты только не горячись. — совсем тихо произносит Бакугоу и отпускает своего парня. — Они знают… — мямлит Изуку и тут же поднимает глаза, впиваясь ими в красные напротив. — Это же совсем не страшно, да? — Нет, это не страшно. — соглашается с ним блондин. — Ты ведь не из-за этого трясёшься? — Совсем чучуть из-за этого. — честно сознается Мидория. — Забей. — цокает Бакугоу. — Они уже промолчали, когда узнали и ничего не изменилось. Вели себя, как будто и нет ничего. — А если Киришима расскажет? — спохватывается парень и тут же сжимает вспотевшими ладошками рубашку на груди. — Не расскажет, — уверенно произносит Катсуки. — Это все звучало не совсем для нас. — Значит они не встречаются. Или расстались, или… — начинает подниматься по ступенькам Изуку. — Я должен к ней пойти. — Ага. — кивает Бакугоу — Расскажете друг другу, что врали, а потом споёте песню о предательстве, как в индийских фильмах. Крутое решение. Ты смельчак. — Вот же… — зажимает губы в тонкую полосу Изуку, понимая что точно не вывезет этот разговор. — А что тогда делать? — Лучше я сам разберусь, а ты потом присоединишься. Как тебе? — мимолётно треплет его волосы парень. — Да, так лучше. — вздыхает зеленоглазый. 🍭🍭🍭🍭 Катсуки разбирается со всем сам. Всегда. Поэтому децибелы допускаемые матерью по крикам привысили свою норму. Женщина пристраивает своих детей к перестановке мебели, чтобы те выпустили свой пар, надеясь, что таскание тяжёлого их вымотает и они смогут говорить разборчиво. Ее любимый и самый действенный метод, хотя бы остановил хлопанье дверей. Парень поднимает диван, испепеляя сестру взглядом, которая тоже не даёт попятную в этот стремлени, продолжая участвовать в соревновании «просверли дырку в ближнем своём». Оба пыхтят и тащат его по коридору, не вписываясь в поворот и обмениваясь несколькими любезностями. Один этап преодолён, ведь крик уже исчез и мать скрывается в комнате, покидая свой пост надзирателя. — Ты предала меня. — выдавливает сквозь зубы парень, когда они подходят к лестнице. — Когда я это делала, я не предавала тебя, а вот сейчас да. — резко отпускает диван Куро, который падает прямо ему на ногу. — Ты чего творишь? — выдёргивает пальцы из-под ножки Катсуки и хватается за них руками, прыгая на одном мысочке. — Наглядно показываю, что такое предательство. — усмехается блондинка и отряхнув ладони, начинает подниматься на вверх. — А ну стоять! — ковыляет за ней брат и перепрыгивает многострадальный диван, который сто пудово придётся тащить обратно. — Отвали от меня и так тошно. — выдаёт она, когда парень с силой дёргает ее на себя. Ее нога едит по ступеньке и она впивается в него ладонями, в ответ таща за собой следом вниз. Видимо именно эта встряска их голов и была нужна, ведь встретившись с полом, двое наконец замолчали вообще. Куро моргает пару раз и садится, потирая свой затылок. Катсуки усмехается и трясёт головой, тоже поднимаясь и смотря в лицо сестре. — Я хотела, как лучше. — шепчет она и легонько дёргает уголками губ. — А получилось как всегда. — хмыкает Катсуки и по привычки треплет ее волосы. — Наверное я должна была сказать, хотя бы тебе. — улыбается в открытую она. — Да, Деку не так восприимчив к таким вещам. — соглашается парень. — Меня интересует не совсем это. — А что? — изгибает брови она, когда Катсуки пальцами оттягивает ворот ее футболки. — Липовые отношения такое не оставляют. — вглядывается в засос на ее коже брат. — Все сложно. — убирает его руку Куро и к ней возвращается вся ее грусть разом, а надежда избавится от неё за выходные рушится. — Я могу помочь разобраться, только скажи. — поднимается на ноги он. — С застрявшей ногой в туалете разобрались и это как-то решим. — Ты тогда не помогал. — тоже встаёт она. — Ты ржал и снимал на камеру. — Не важен процесс. Важен результат, поэтому потащили эту бандуру обратно. — обходит диван Катсуки. Каждый из них вбрасывает информацию в разговор, скрывая нюансы и самое ценное. Вопросов у двоих море и маленький прудик. Беседа прерывается только за ужином и после того как мама отправляет их двоих спать. Вот только ни Куро, ни Катсуки не могут уснуть. Они сталкиваются в коридоре, обнимая свои подушки и одеяла, захваченные, чтобы уснуть вместе, как и раньше, когда одного из них что-то волновало. Брат и сестра смеются тихо, боясь разбудить родителей, ведь уже третий час ночи, а завтра первый день практики, где им опять предстоит разбрестись по разным агенствам. В эту ночь обсуждаются все остатки каждого из них и наконец все встаёт по своим местам. Почти все. 🍭🍭🍭🍭 — Эй, а где Баку? — хмурит брови Киришима, ведь именно из-за него и его желания поговорить он пришёл в их любимое кафе, теряя на это много времени из своего перерыва. — Он психанул и вышел. — объясняет Денки. — Это могло быть из-за того что ты просто дышал, но все же спрошу, что случилось? — усмехается Эйджиро, хватая со стола картошку фри и отправляя ту в рот. — Ты знал, что он с Изуку вместе? — Задеает вопрос Серо и тут же хлопает по спине подавившегося парня. — Вот и мы так отреагировали. — кивает Денки. — И что ты ему ляпнул? — подтягивает к себе блондина за грудки красноволосый. — Ничего такого. — опешил Каминари, — Просто сказал «охуеть» и все. — С таким же лицом? — отпускает его из своей хватки Эйджиро — Где ваша дружеская поддержка? — А ты попробуй его поддержать. — спокойно говорит Серо. — Он даже шанса нам прийти в себя не дал. — Вот и попробую. — разворачивается и уходит Киришима. Лёгкий морозец пощипывает открытую шею, когда он открывает дверь и холод рвётся ему в лицо. Одного дорогого человека он феерично проебал. Второго также глупо потерять не хочется. Парень пробирается сквозь толпу. Слишком дофига народу выползло в предверии праздника. Он вообще не уверен, что идёт в правильную сторону, но именно эта улица выходит на одну из лучших спорт-площадок в округе. Эйджиро слышат грохот и дым взмывший вверх и теперь сомнения окончательно покидает его, прибаляя темпа шагам. Обогнув пару зданий и удаляясь подальше от ярких гирлянд и мишуры, он, наконец, выходит туда, куда и было нужно. Снег хрустит под ногами, когда блондин перестаёт взрывать землю и поворачивается в его сторону. — Как ты нашёл меня, нахрен? — выкрикивает его друг и скидывает с себя кртку. — Услышал взрыв и подумал «кто бы это мог быть»? — отзеркаливает его движение Эйджиро. — А тут ты, даже удивительно. Первый удар Бакугоу приходится прямо ему в челюсть. Заслужил, согласен, но врали то они вдвоем, и поэтому Киришима отвечает ударом колена в живот. Оба молчат и вымещают друг на друге то, что нормальные люди обычно обсуждают. Их дружба далека от нормальности. Киришима это знал и добровольно вошёл в близкое общение с Бакугоу. Удар за ударом сыпется, и каждый, как настоящий джентельмен, дожидается своей очереди, пока один получивший приходит в себя. Никаких причуд. Чисто мужские разборки без преимуществ быстро выматывают парней. — Все. — выдаёт первым Киришима и садится на задницу, загребая снег и прикладывая к своей скуле. — Дерёшься, как моя сестра. — фыркает Катсуки и тоже садится, вытирая кровь с разбитой губы рукавом кофты. — О, я получил от неё по лицу, и, знаешь, после этого твои слова как комплимент. — усмехается и шикает Эйджиро. — Странно, что она ещё раньше тебе не вмазала. — вздёргивает подбородок блондин. — Ты знаешь, что я хотел сказать. — В чем разница гей ты или нет? — хмыкает Киришима. — В чем разница, какие были у вас отношения, если ты в неё втрескался? — звучит второй попадающий в яблочко вопрос. — В том, что я тупой. — пожимает плечами и горько улыбается парень другу. — Обожаю твою самокритику. — толкает плечом в плечо Катсуки. — Может ей скажешь тоже самое, а то она себе места дома не находит. — Думаешь стоит? — всматривается в серьёзное лицо друга он. — Я сказал, что я гей, это того стоило? — делает паузу блондин задумавшись. — Определённо. Даже полегчало. — Мы с тобой все ещё друзья? — Откидывает снежок в сторону Киришима. — Боже… Ты заебал… Разводишь слюни, хуже бабы. — встаёт на ноги парень под звук рации друга. Они оба были вызваны на помощь в вытаскивании жертв из завалов. Прямо перед Рождеством. Говорят пришибло много людей. На месте их информируют и дают в руки снаряжение. Бакугоу смотрит на него с нависшим над ним облаком напряжения, когда замечает бело-красную макушку. Логично, что вызвали весь молодняк, так как про-герои ещё воюют со злодеями. Только вот белобрысой макушки и не видно, а Тодороки слишком дёргается и пытается, что-то объяснить своему наставнику. — Она там. — выдаёт парень, а Киришима не знал, что с такой болью может стучать его сердце. — До кого она дотронулась? — выкрикивает Катсуки тому в лицо. — В этом и проблема — обречённо отвечает Шото. Киришима пробегает по лестнице, до того, как его успели остановить профессионалы. Он слышит «не сдохните» от друга, которого сжали чужие руки, в свою спину. Эйджиро никогда не был смелым. Обычный парень, который имел достаточно много страхов, умело пряча те за улыбками. А сейчас эта уверенность в каждом своём шаге бралась будто из ниоткуда. Пол под ногами осыпается, но ему плевать. Металл трещит со всех сторон, но ему на это тоже плевать. Он хочет просто успеть. Не имеет право не успеть. Эйджиро разбивает очередную бетоннную стену и наконец может начать дышать. Девушка стоит около стены в неестественной позе. Вот же черт. Дело дрянь. Она держит ладонями металлическую балку, которая все ближе к ее груди. Таких вокруг дофига. Словно минное поле. Киришима не спеша пробирается к ней, стараясь не задеть ни одну, чтоб те по принципу карточного домика не посыпались. — Что за дурацкое лицо? — выдаёт Куро, когда тот влезает между ней и металлом, активируя свою причуду и закрывая ее голову от осколков стен. — Улыбнись своей дурацкой улыбкой, как обычно, или я начну думать, что все действительно очень плохо. — Возьми у меня причуду. — быстро произносит парень и действительно улыбается через силу, когда металл надавил в его спину своей тяжестью ещё больше. — Ты чего? — округляет она свои глаза — Я не буду. Ты хоть понимаешь, что тогда произойдёт? — Прячет руки за спину Бакугоу. — Это было капец, как необдуманно. — хмурится Киришима, когда она пинает его ногой, перебрасывая руки в сторону, чтоб не коснуться. — Мы так в двоем умрем! — повышает он свой голос. — Я думала ты оптимист. — уворачивает свою ладонь девушка. — Когда ты стоишь в рушащемся здании, у всех есть право быть пессимистом. — цепляется пальцами за ее кофту парень. — Перестань уже. — У меня есть дома решето, второе мне не надо. — прикусывает губы она, когда он тянет ее на себя. — Если с тобой что-нибудь случится… — хватает ее запястья Киришима и вжимает в остатки стены. — Я себя не прощу. — Нет. — дёргается она. — Ты не можешь решать за меня! Пол начинает осыпаться. Да, он не может решать за неё, он уже решил. Парень впивается в ее губы и дотрагивается своими ладонями до ее. Киришима стонет в поцелуй и чувствует привкус металла на губах и соли, когда в его плечо входит балка, делая дыру. Девушка каменеет и только тогда он отрывается, выпуская ее ладони. — Используй причуду обратно. — хватает балку Куро, пытаясь ту сдержать, но процесс уже запущен и все вокруг крошится. — Перестань плакать. — ловит слезы на ее лице пальцами он. — Ты кретин! Идиот! — кричит она и сильнее прижимается щекой к его. — Тебе идёт моя причуда. — каменеет парень и сжимает зубы от боли, которая пронзает все тело. — Прости, что опять ты влип из-за меня. Прости. — прижимается к нему сильнее Бакугоу, ловя всем телом необходимое и родное тепло. — Нет… — говорит парень и все продолжение его фразы заваливает остатками жилого дома вместе с ними. 🍭🍭🍭🍭 «Я бы пошла с тобой, но я уже влюблена». «Я без твоих сообщений не могу уснуть, поэтому не переживай, ты не поздно». «Смотри это ты, я прямо на биологии нарисовала. Свет так хорошо падал.» «Твоя любимая лапша уже приехала.» «Когда-нибудь точно запомню имена всей команды» «Была твоя кофта, стала моя, так бывает.» «Твои глаза так переливаются, не замечал?» «И почему тебе не нравятся твои зубы? Они крутые» «Ты такой тёплый» «А моя ладошка меньше, но так даже мило.» «Нам нельзя расставаться, ты умеешь меня смешить» «Надень шапку, а то заболеешь.» «Ты точно позавтракал?» «Давай я сама разбужу Катсуки, не хочу чтобы тебе было больно с первых секунд вашей встречи.» Все произнесённые ей фразы проносятся в его голове на флешбеке и парень резко садится, запуская руки в волосы. Она признавалась ему в любви, в каждой из них. Так не замысловато и легко. Куро много раз спрашивала его, что между ними, завуалировав свои вопросы, а он и не догадался. Он выругивется в слух. — Ты так расстроен, что жив? — усмехается друг. — Чего? — наконец полностью приходит в сознание Киришима и осматривается. Больничная палата и спящие на стульях друзья. Серо тянется на стуле и падает головой на его кровать, причмокивая. Бакугоу спрыгивает с подоконника и засовывает руки в карманы. Денки принимает ещё более странную позу в кресле и с его лица сползает журнал. Эйджиро хочет повернуться, но его спину пронзает боль, он косится на бинты на своём плече и медленно опускает запястья на колени. — Говори тише, а то они опять начнут выносить мне мозг. — фиркает Бакугоу. — С ней все впорядке? — тут же бойким шёпотом спрашивает Киришима. — Лучше, чем тебе. — протягивает ему ладонь блондин. — Спасибо. — Было бы за что. — улыбается он и пожимает руку другу. — А теперь выбирайся от сюда побыстрей и наконец скажи то, что должен. — разжимает пальцы Катсуки. — А то пока ты на половину мужик. — издевательски добавляет он. — Я могу это сделать. Я ее люблю, она меня. Больше нет смысла стеснятся и оттягивать. — он вскидывает брови, когда Бакугоу протягивает ему мобильный. — Она просила меня позвонить, как ты придёшь в себя, раз уж ты так настроен, то можешь сделать это сам. — ухмыляется блондин. — Я в тебя верю. — Да, как нечего делать. — нажимает на вызов он, но как слышит ее голос тут же сбрасывает. — Похоже это сложнее, чем я думал. 🍭🍭🍭🍭 — Изуку перестань. — подталкивает в спину друга блондинка. — Я не уверен, что это хорошая идея. — упирается ногами в асфальт он. — Это всего лишь вечеринка. — останавливается за пару домов от Мининого Куро. — Я же болею. — специально кашляет в шарф Мидория. — И что? Хватит уже стесняться или ты не любишь моего братца, который над подарком всю ночь хлопотал? — вскидывает брови она. — Люблю. — тут же отвечает парень. — Так и забей на остальных. — начинает двигаться вдоль по заснеженному тратуару она. — Умеешь ты убеждать. — начинает идти в след за ней Мидория. Она кое-как вытащила его из дома. Впрочем все как обычно. Он всегда не любил шумные сборища. А теперь они с Катсуки стали привлекать к себе очень много внимания. Куро к такому привыкала и советовала сделать им двоим тоже самое. Им она много чего советовала, а сама ступорит, когда натыкается глазами на парня сидящего на крыльце. По коже побежали мурашки, когда он поднял свой взгляд с красных кроссовок. Внезапно в ней закралась мысль, что это просто мираж. Изуку улыбается и побыстрее проскакивает в дом. Киришима поднимается на ноги и перебирает пальцами почищенные мандарины в кармане. Когда-то она говорила, что мечтает о принце на белом коне, который будет чистить ей мандарины, ведь от них ее ладони печёт. Он аккуратно счищал каждую шкурку и складывал их на своём столе. Килограмма два начистил, те еле влезли в коробку. Парочку пришлось съесть самому, а оставшийся Эйджиро замкинул в карман прямо перед выходом. — Почему ты здесь сидишь так поздно? — хлопает она глазами, делая шаг в его сторону. — Это ты поздно. — подходит ближе парень сам, когда понимает, что ей слова даются с трудом. Ей тяжело находится с ним рядом. Она боится сделать первый шаг снова. Хотелось, чтобы Киришима автоматически все знал. Но мир так не работает. Девушка долго не могла признаться себе, что влюблённа в него до одури. Эти глаза, руки, губы, даже его пристрастие к кроксам настолько стало идеалом для неё, что жутко становится. Перед глазами кружатся снежинки, а в висках стучат нервы. Она не может сдержать порыв дотронуться до его щеки. — Я думала, ты ещё в больнице. — одёргивает свои пальцы за секунды от касания девушка. — Знаешь, я не принц. — протягивает ей цветастую коробочку парень. — И коня у меня нет. — усмехается он. — Но это я могу делать до конца жизни. — Пытаться умереть? — старается перевести все в шутку она, беря подарок в свои руки и быстро вытирает проступившие слезы. — Я в порядке, — машет он руками. — Видишь? — улыбается во все тридцать два Киришима, пока Куро пытается развязать ленту. Она поднимает на него свой взгляд и пропускает лёгкий смешок, когда наконец запах цитрусов заполнил все вокруг. Вот оно счастье. Его так точно, оно где-то под ее кожей живет. Киришима получает слабый удар ладонью в грудь и готов стерпеть ещё сотню таких. Этот жест один из составляющих блондинки, а значит нечто прекрасное в его понимании. — Мы не друзья. — подходит к нему в плотную она. — Потому что я тебя люблю, дурак. Она говорит эти слова намного быстрее, чем он сам. А чего он ожидал от сестры Катсуки? Тут как не крути, она всегда будет сверху. — Однажды ты сказала, что я влюблюсь и даже не замечу. — ловит коробку, которая чуть не выпала из ее рук парень. — Так и случилось. Он касается ее губ. Киришима понимает, что девушка вкладывает в поцелуй все своё сердце. Она точно хочет, чтобы он понял, что это были не просто слова от неё. Киришима верил. Куро сжимает куртку в руках и целует так, как ещё не целовала. Парень не был уверен, что его поцелуи, когда нибудь вообще смогут вызвать такие же чувства, поэтому решил ещё раз уточнить словами. — Чтобы точно было понятно. — произносит он выдыхая, когда их лбы соприкасаются. — Я совершенно схожу по тебе с ума. — Я не буду повторять. — пожимает плечами она. — Не надейся. — обходит его и закидывает в рот дольку мандаринки, который утащила из его кармана блондинка. — Ещё разок и все. — подрывается за ней парень и кладет свою руку на хрупкие плечи. «Неудачи абсолютно не страшны.»: Подпись Киришима «Ведь кто-то будет любить тебя, не смотря на то, что ты Ходячая Катастрофа.»: подпись Бакугоу.