Все самое интересное о Фикбуке у нас на канале
Присоединяйся!

Роллеры

Гет
NC-17
Завершён
13
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
174 страницы, 30 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
13 Нравится 12 Отзывы 4 В сборник Скачать

Глава 15. Странный сон

Настройки текста
      Неделю спустя в школе ко мне подошëл разъярëнный Артëм. Вернее, он положил рюкзак на парту, демонстративно отвернув от меня голову. Я оторвал взгляд от телефона и посмотрел на товарища. Тот, кажется, только этого и дожидался:       — Вот так ты со мной, да?! — он наигранно-злобно скрестил руки на груди.       — Не понимаю о чëм ты, — я отложил телефон с разбитым защитным стеклом.       — Ты уже неделю не зовëшь меня в пати! — Григорьев обиженно отвернулся от меня.       Я изогнул бровь:       — Не понял что-то, — уголки моих губ слегка приподнялись.       — Ты играешь каждый вечер по несколько часов, и даже СМСку не напишешь, что ждëшь меня! — чувственно воскликнул одноклассник. — Что это значит, Никита?!       Мы посмотрели друг на друга в полном молчании и неожиданно синхронно засмеялись. Он весело, я с натяжкой. Последнее время мне вообще было очень трудно смеяться, особенно беззаботно. Несмотря на то, что с Астрой мне было легче, я до конца не мог смириться с потерей. Через некоторое время, уже расслабленный Артëм, посмотрел на меня из-под лобья:       — Не, братан, я серьëзно. Что происходит? Помимо того, что не зовёшь меня, так ещё и больше недели в чëрном ходишь. — Артём оценивающе поглядел на мою рубашку.       Я, пытаясь не поддаться заманивающей депрессии, с усилием улыбнулся и шутливо задрал нос:       — Во-первых, — начал мой наигранно-самодовольный голос, — у меня теперь стиль такой. А во-вторых, — я опустил голову и замолк.       Несколько мгновений я пытался выстроить порядок букв, которые должен был произнести. Уже привычно защипало глаза. Неделя рыданий дала о себе знать. Я шумно выдохнул и с тяжестью на сердце, которое норовило вот-вот разорваться, сообщил:        — Рей… умер.       Мой одноклассник шокировано приподнял брови и посмотрел мне в глаза. На его худом лице отразилось удивление и сожаление.       — Что ж ты раньше… Не сказал… — он притих.       — Не мог, — только и прошептал я.       Мы замолчали. В следующий миг Артëм с чувством положил руку мне на плечо.       — Братан, у тебя всегда есть я! — сказал он, включая всë свою убедительность и понимание.       Я горько, но благодарно улыбнулся.       — Я знаю, Тëм, — я отвëл взгляд, — и не только ты.       Он непонимающе на меня посмотрел, пытаясь снова встретиться взглядом.       — Сегодня вечером познакомлю тебя кое с кем, — ответил на немой вопрос товарища мой тихий голос, — именно она помогла мне принять случившееся.       — Это ты с ней играл? — он чуть кивнул, догадываясь.       — Да, — я слабо улыбнулся, — а сегодня ты будешь с нами.       — Посмотрим, что из этого выйдет, — ответил Артëм, раскрывая рюкзак.       Я вновь погрузился в воспоминания о Рее. Последние дни я только и думал о нëм, постоянно находясь в расстроенном состоянии. Этим же вечером, как я и пообещал Григорьеву, мы встретились в Дискорде с ним и Астрой. Я кратко их познакомил, а затем мой одноклассник сразу завалил Астру вопросами, с каждым из которых мне всë больше хотелось его заткнуть:       — А вы давно с Ником дружите? — спрашивал он.       — Ну, не так давно… — ответил спокойный голос девчонки.       — А он тебе нравится?       — А что такое? — Астра вдруг развеселилась, — Боишься, что я стану тебе конкуренткой?       — К сожалению, Никита уже давно не по мальчикам, — хохотнул Григорьев. Послышалось удивлённое сквозь смех: «Что?» — голосом роллерши.       — Тëм, ты ничего не путаешь? — вмешался я в допрос.       — Тихо, Ник, не мешай, — тон Артëма улыбнулся.       — Это кто у нас тут ещё уже «давно не по мальчикам», — разошёлся я. — В отличие от тебя, я всегда готов.       Астра засмеялась в голос, мы с Артёмом ограничились тихим смешком. Впереди нас ждал довольно весёлый вечер. В конце мы обусловились, что как-нибудь ещё раз вместе соберёмся. А на следующий день, когда мы с Григорьевым устроились на нашей любимой последней парте средней колонки, он заметил, как я с улыбкой кому-то пишу.       — Астре пишешь? — он посмотрел на меня, игриво улыбаясь.       — А? — я отвлёкся на секунду от экрана, — Да, кому же ещё. — Я облокотился на парту, повернувшись к однокласснику боком.       — А у неё и вправду такая фамилия? — поинтересовался вдруг Артём.       Я посмотрел в светлые глаза низкого худощавого одноклассника, а затем пожал плечами. Включил запись голосового сообщения:       — Артём интересуется, правда ли у тебя такая фамилия? — я убрал палец от треснутого стекла и через некоторое время зачитал вслух ответ: «Да, а что?»       — Включи запись голосового, — попросил Григорьев, и стал наговаривать в телефон: — Да просто слишком красиво сочетается с твоим именем, обычно девчонки сами себе придумывают подобные интересные имена.       — Ты ещё скажи, что её не Астра зовут, — вставил я своё слово, выключая запись и, незаметно для соседа по парте, включая её вновь.       — Ну вообще, у неё очень классное имя, — оправдался Тёма, — вот поэтому я и стал спрашивать.       — Забавно, — произнёс я, — Слышишь Астра, у твоего имени тут уже поклонники появились, — я, довольный, стал наблюдать за реакцией Артёма.       Лучше бы отправил сообщение так!       — Ты влюблён в неё? — неожиданно спросил он.       — Ч… Чего? — я поднял удивлённо-испуганные глаза на парнишку. — Что за вопрос? С чего ты взял?       — Так да или нет? — он нахально улыбался.       Я, поджав губы, удалил запись голосового. Выключил телефон и отвёл взгляд:       — Ну ты и зараза, — я неловко убрал мобильник в карман.       — Значит, ответ положительный? — не успокаивался Артём.       Я сел за парту, ответил тихим: «Не знаю», — и погрузился в серьёзные размышления. «Влюблён? — удивились мои мысли, — В Астру? Я?.. — брови незаметно для меня нахмурились, — Я как-то не думал об этом… Наверное, нет. Или да?..» Я поднял голову, бегая глазами по классу, пытаясь зацепиться за кого-то или за что-то. Этот вопрос неожиданно ввёл меня в заблуждение. Я никогда раньше не думал на подобную тему. «Влюбился в Астру?»       Время шло незаметно. И слишком быстро. Закончилась первая четверть, начались каникулы. Я так и не выполнил задание. Астра уехала за город с родителями. Мы не могли даже списаться. Учитывая то, что в последний раз мы виделись в тот день, когда она вернула мне ветровку, а с тех пор прошло почти полтора месяца, я находился в весьма расстроенном состоянии. За эти дни роллерша стала для меня в буквальном смысле лекарством. Разговаривая с ней, я мог смеяться, шутить, радоваться каждой мелочи. А теперь, когда мы не могли связаться, я безумно скучал. Непонятной силой меня тянуло к девчонке, сумевшей зашить рану после смерти Рея. У неё это получилось так легко, я даже и вообразить не мог, что уже через месяц смогу вести себя как ни в чём ни бывало.       Сейчас я пребывал в странном состоянии. Вроде бы на душе было спокойно, а вроде бы тяжело. Я не знал, чем себя занять.       Однако занятие само нашло меня. Вернее, меня нашёл Артём. Он написал посреди каникул с странной просьбой: «Чтобы ни случилось, Никит, ты ведь меня спасёшь?» — гласило его сообщение.       Я непонимающе посмотрел в экран, защитное стекло которого успел поменять, и набрал ответ: «Что случилось?»       — «Давай встретимся, и я кое-что расскажу тебе», — по давней привычке я вслух прочитал текст сообщения, и опустил взгляд на коврик. Понял, что уже никто не предложит мне свой вариант событий весёлым лаем, и вновь обратился к экрану.       В этот же день, когда мы увиделись с Артёмом, он рассказал мне о своих успехах с Катей, об их отношениях и намекнул на какой-то «неоднозначный поступок», о котором я не узнал ровным счётом ничего.       — И понимаешь, в чём шутка, дружище, — произнёс Артём, поправляя серую шапку, — я собираюсь её проучить.       Я удивлённо покосился на товарища и попытался расспросить его о подробностях. Артём держал интригу. Я, полный каким-то нервным любопытством, даже вечером не мог перестать думать о том, что у моего друга какие-то хитрые и, кажется, зловещие планы на нашу одноклассницу.       В эту же ночь я увидел странный, совершенно не связанный с моим одноклассником сон, который удивил меня до глубины души.       Дворы. Ночь. Туман. Свет рыжих фонарей, освещающих дом. Тот самый высокий дом, на крышу которого мы Астрой забирались ещë в сентябре. Сыро. Вокруг не было ни единой души. Я стоял в своëм сером худи, чëрных джинсах и осматривал босые ступни. Затем я поднял глаза, стал оглядываться вокруг. Столбы фонарей уходили в две стороны: вдоль дома налево и прямо. Я внимательно рассматривал каждую из сторон, пытаясь уловить что-либо сквозь стену тумана, местами подсвеченного рыжим. Пар выходил из меня вместе с воздухом, однако холодно мне не было.       Я неожиданно двинулся с места и пошëл прямо по дороге, устелённой сырым асфальтом. Неспешно переставлял ноги, вглядываясь в каждый сантиметр тумана, окружающего меня. Через завесу начали проглядываться парадные серо-коричневого дома слева от меня. Справа виднелся высокий чëрный забор, ограждающий, кажется, школу. Но еë я не мог разглядеть. Я обращал внимание на одинаковые чëрные машины, припаркованные у забора. В этот момент меня не настораживал факт однообразия автомобилей. Я чувствовал абсолютное спокойствие.       Неожиданно впереди меня появился чей-то хрупкий силуэт, казалось бы жавшийся от холода. Я ускорил шаг и передо мной появилась она.       Девчонка шла в лëгких тëмных джинсах и простой серой свободной футболке. Также босиком. Она с некоторым усилием прижимала руки к себе, очевидно пытаясь согреться. Я не остановился, а наоборот, ещë больше ускорил шаг, намереваясь как можно быстрее оказаться рядом с роллершей.       Астра подняла взгляд, заметила меня и замерла. Еë глаза переполнились удивлением и странным для меня испугом. Я остановился в двух метрах от неë, чуть улыбаясь.       — Что ты здесь делаешь? — тихо спросила Астра, делая полшага назад.       — Тебе холодно? — спросил я, игнорируя вопрос.       — Откуда ты тут? — не переставала пугаться девчонка делая ещë полшага от меня.       — Я не знаю, — кратко ответил я, не двигаясь, затем повторил свой вопрос — тебе холодно?       — Есть такое, — она немного успокоилась и смущëнно отвела взгляд.       Я сделал два шага к девчонке, оказываясь с ней почти вплотную. Наши взгляды встретились. Я скрестил руки, захватывая края худи, и за секунду снял его с себя. Девчонка ошарашенно поглядела на меня, оставшегося в чëрной футболке и с худи в руках. В следующий миг она потеряла видимость: я молча стал натягивать толстовку на роллершу.       Она опустила капюшон, убрала волосы с лица и подняла на меня свои серые с цветочным узором глаза:       — А сам? Не замëрзнешь? — Астра едва приблизилась ко мне, завораживая своим взглядом.       — Меня согреешь ты, Астра, — прошептал я и, поддаваясь какому-то невообразимому новому чувству, мягко притянул девчонку к себе, заключая в кольцо объятий.       Роллерша подняла руки и положила ладони мне на плечи, не сводя с меня глаз. Я ощутил нашу разницу в росте: мои губы были на уровне середины лобика Астры. Я перевëл взгляд на еë милый носик, затем на чуть приоткрытые розоватые губы. Разум помутнился. Ладони, повинуясь необычному желанию, прижали девчонку ближе, а голова чуть наклонилась к роллерше. Она же не сопротивлялась. Напротив, обвила руки вокруг моей шеи и подняла подбородок, чтобы смотреть прямо на меня.       — Сегодня этот сон слишком странный, — прошептала она, приопуская ресницы.       — Это неважно, — ответил мой внезапно охрипший голос.       Я медленно стал приближаться к мягким, странно манящим меня губам. Астра тянулась вместе со мной. Появилось лëгкое сладостное головокружение. Нас обоих стал окутывать туман, всë больше сгущаясь в спирали. Всë, что я мог чувствовать, это дурманящее желание коснуться губ Астры. Казалось, девчонка испытывала те же эмоции. Мы с каждой секундой приближались друг к другу…       В тот момент, когда между нашими губами оставалось буквально несколько молекул, а разум практически поглотило цунами, мир вокруг резко поблëк, и я проснулся.

≫-------->•×•<--------≪

      Я резко открыла глаза. «Ник, — бушевали мысли в моей голове, — что делал Ник в этом сне? — спрашивала я сама себя. — Ведь этот сон… снится мне без Ника…» Я резко села, вызывая потемнение в глазах, погружаясь в воспоминания обычного сна:       Ночь. Сыро. Дворы. Холодно. Я иду вдоль одного из домов, прижимая к себе руки, чтобы не замёрзнуть. Вокруг меня припаркованы тысячи одинаковых машин. Но я не обращаю на них внимание. Я спешу к высокому дому. Туда, где открыт проход на крышу. Зачем? Не знаю. Просто спешу в тот дом. Вокруг пусто и тихо. Оранжевый свет фонарей позволяет мне видеть, куда я иду. Но глаза всё равно смотрят только под ноги.       Я слышу чей-то окрик. Поднимаю голову, мысленно готовясь защищаться. Вижу перед собой Яна.       Парень как обычно выше меня на полторы головы, как обычно самодоволен, как обычно собирается надо мной шутить. Я резко останавливаюсь.       — Уйди с дороги, — произношу строго, хмуря брови, — у меня нет на тебя времени.       — Хочешь сказать, что ты не хочешь мне отомстить? — вместо Яна на меня смотрела Волкова, сверкая злыми глазами и дьявольской усмешкой.       — Уйди с дороги, — повторяю я, делая шаг на Диану.       — Так я тебе и уйду, — передо мной снова стоял Бекман, хитро и довольно прищуриваясь.       — Что тебе надо? — смотрю из-под лобья.       — Чтобы ты молила о пощаде, — произнесла синеволосая.       — Чтобы ты признала себя никчёмной, — рядом с ней встал блондин.       Я грозно осмотрела своих врагов, оценивая ситуацию: кому же вмазать первому? Вдруг они исчезли. Я с ужасом начала судорожно оглядываться. Почувствовала сильный толчок в спину.       — Признай себя никчёмной, — смеялся голос Дианы.       Меня толкнули вбок, я едва сдержала равновесие. Повернулась, чтобы хорошенько ответить обидчику, тут же почувствовала пинок в спину.       — Ты ничего не можешь, Белая, — хохотнул Ян.       Меня толкнули ещё раз. И ещё. И ещё. Я упала на колени, попыталась встать, но руки резко приклеились к асфальту. Я занервничала. Удар в спину — и я легла. Ещё один удар. И ещё. По спине. Я могла лишь кричать:       — Хватит! — вырывалось из горла, пока на меня обрушивались многочисленные удары, сопровождаемые зловещим смехом. — Прекратите! Перестаньте!.. Пожалуйста!       Темнота. И после этого я просыпаюсь в холодном поту.       Сейчас же, вспоминая то, что приснилось мне только что, я находилась в шоке. «Ник… Там просто был Ник. — Глаза всё больше увеличивались от удивления. — Ни Дианы, ни Бекмана, Никита. Один. Рядом. Он обнял меня! Он отдал своё худи! И никакого подвоха… Только Ник».       Я упала головой на подушку, продолжая перебирать возможные варианты: «Может, это Диана с Яном так подшутили надо мной? Или это ещё чья-то злая шутка? Или мне просто повезло, и я не досмотрела сон до конца? Почему он другой? Почему в этот раз именно Ник?!»       Мне неоднократно снился подобный кошмар. Не одну ночь я переживала события этого сна. И сегодня, когда я шла по мокрому асфальту, я уже знала, что впереди меня остановит Ян. Но нет! Сейчас я увидела Ника! Так неожиданно, так нежно, так тепло…       Я закрыла глаза и тихо прошептала:       — Пожалуйста, приснись мне ещё раз. Вместо тысячи кошмаров и драк. Ник…

≫-------->•×•<--------≪

      Я лежал на спине с распахнутыми от удивления глазами. «Что же это за сон такой? — подумалось мне. — Почему Астра испугалась меня вначале? Почему не сопротивлялась? Почему меня потянуло обнять её? А потом… Мы ведь почти поцеловались!» Я взъерошивал и так растрёпанные волосы и не понимал ничего. Казалось, сейчас произошло что-то очень, очень важное! И это что-то я никак не мог уловить…       — В следующий раз уж точно не буду таким медленным! — недовольно проворчал я, переворачиваясь на бок и закрывая глаза.       Прошло несколько дней. Закончились каникулы, с Астрой я так и не увиделся. Странный сон быстро вылетел из моей головы ещё той ночью, когда я смог во второй раз уснуть. Мысли о нём совершенно меня не тревожили.       В первую пятницу второй четверти перед третьим уроком я находился в раздевалке. Ничего не подозревая, я переодевался на физкультуру, оставшийся один. Вдруг дверь распахнулась, в помещение буквально влетел взъерошенный и испуганный Артём, плотно закрыл за собой проход, и прижался к деревянному покрытию.       — Ник! — он смотрел на меня безумными от страха глазами, — выручай. Мне конец.       Я мгновенно натянул футболку, попутно спрашивая о произошедшем.       — Ты разве не слышишь? — спросил Артём, вжимаясь в дверь всеми силами.       На весь коридор раздавались недовольные крики бушевавшей толпы. Я приложил ухо к щели и стал вслушиваться:       — А ну выходи, трус! — в разнобой, перебивая друг друга, доносились грозные голоса.       — За свои поступки надо отвечать!       Я прыснул. Прижал ладонь к губам и захохотал, дёргая плечами. Григорьев продолжал всеми силами сдерживать дверь, в которую беспрестанно стучали.       — Ник… — жалобно позвал он, — Не смешно, дружище! Что мне делать?!       — А что ты натворил хоть, — я, улыбаясь, отодвинул низкого худого товарища от двери и чуть приоткрыл её, заглядывая в щель одним глазом.       Моему небольшому взору открылась толпа злых, практически разъярённых девчонок. Я немного похохотал, затем не без усилия сделал равнодушный вид, и высунул голову в коридор:       — Что случилось, девчонки? — я внимательно рассмотрел присутствующих.       — Выпусти к нам Григорьева! — ответила разозлённая Нина.       — Сначала объясните, в чём дело, а потом я подумаю, — произнёс я, довольно хмыкнув.       — Григорьев мудак, — послышалось громкое заявление со стороны другой моей одноклассницы. Её поддержали прочими оскорблениями в сторону Артёма.       — Это я и без вас понимаю, — я слабо кивнул, — в чём он провинился-то?       Мне на перебой начали объяснять ситуацию. Слышались какие-то обрывки фраз, не составляющих для меня никакого смысла. Полминуты я просто пытался слушать всех вместе. Внезапно Нина прикрикнула, заставляя толпу в пятнадцать человек замолчать и разгорячённо на меня посмотрела:       — Всё началось с того, что твой этот товарищ стал ухаживать за нашей Катенькой, — говорила брюнетка, — сначала у них всё было нормально. Развивались отношения и прочая малина. — Я внимательно слушал. — А потом они вдруг поругались. По какой-то причине. Никто из них не говорит, в чём дело. По классике, они помирились, и все девчонки успокоились, хотя мы уже тогда собирались с ним разбираться.       Григорьев попытался высунуться вместе со мной, но я бесцеремонно запихнул его обратно в раздевалку, кивая Нине, чтобы она продолжала.       — Так вот, — одноклассница упёрла руки в бока, — После того, как они помирились, всё вновь стало прекрасно. Катенька рассказывала о доброте Артёма, о их весёлом времяпровождении, ничего, как говорится, не предвещало беды! И вдруг сейчас она заявляет нам о том, что знать больше не хочет Григорьева. Я сразу спросила у неё о произошедшем. И знаешь, что она мне ответила?!       — Даже представить не могу.       — Катя сказала, что Артём параллельно ухаживал за какой-то другой девчонкой из другого города, присылал ей сердечки и всё такое! — Нина покраснела от злости, а я изогнул бровь. — И я, нет, мы! — продолжала распаляться брюнетка, — Мы требуем у него объяснений и ответа за свой поступок! Это, считай, измена!       Я вышел из-за двери, плотно закрывая её и заслоняя собой. Посмотрел на толпу, половина из которой отчего-то огорчённо выдохнула. Обратился к Нине:       — Не согласен, — только и произнёс я.       — Чего?! — послышались возгласы.       — Я не согласен с тем, что Артём изменил, — я посмотрел в лица девчонок.       — Но это же измена! — воскликнула Полина.       — Вот именно! — поддержал её чей-то голос из толпы.       — А он встречался с Катей? — я изогнул бровь, улыбаясь. — Вот официально они состояли в отношениях?       Девчонки замялись и стали переглядываться. Я усмехнулся:       — Очевидно, вы не знаете, — я скрестил руки на груди, — что Артём с Катей даже и не встречались, — мои слова буквально заставили толпу замолчать и одновременно с этим привели в шок. — Да, у них были тёплые отношения, они вместе общались и все дела. Но официальной парой никогда не являлись. И тот факт, что он присылал какой-то другой девчонке сердечки, — вполне нормальное явление.       Одноклассницы находились в растерянности. Никто не расходился, Нина продолжала хмуриться, другие просто недоумевали.       — Я понимаю сейчас ваши чувства, — произнёс я, — вышла глупая и неприятная ситуация. Вам, вероятно, жаль Катю, которой не безразличен Артём, но вот такими жестокими иногда бывают отношения. — Я пожал плечами, отводя глаза. — И никто здесь не виноват. Никто вас не обманывал, никто не вводил в заблуждение. Просто так вышло. Я бы на вашем месте сейчас поддержал Катю, объяснил, что так бывает, что падений не избежать. Но эти падения в будущем делают людей сильнее. Ведь теперь она и мы все будем знать, что иногда происходит. И ругать Артёма я вам не позволю. Парень не виноват, что так вышло.       Толпа смотрела на меня со странным уважением в глазах, внимая каждому моему слову. Когда я договорил, одноклассницы успокоились, пожали плечами, покивали своим мыслям и молча разошлись. Большинство направились искать Катю, а я, мягко улыбнувшись, вернулся в раздевалку.       Там сидел ошарашенный Григорьев. Он с чувством пожал мне руку, когда я сел рядом с ним, облокачивая голову на стену и обращаясь взглядом к потолку.       — Я не знал, что ты умеешь мозги пудрить! — хохотнул он.       Я в ответ только усмехнулся.       — Мы ведь с ней встречались-то! — продолжал дивиться Артём. — И расстались вчера из-за этого случая!       Я перевёл на него взгляд и улыбнулся:       — Ну, а с этих пор вы даже не встречались, Артёмчик!       — Главное, что они — мой друг кивнул в сторону двери, — убеждены в этом.       Мы немного помолчали. «Наконец-то я увижу Астру, — пролетела мысль у меня в голове, — я выполнил задание! Встал против толпы. И даже переубедил её! Я справился…» Я отчего-то был счастлив и мысленно благодарил друга за предоставленную ситуацию.       — А знаешь, что тут самое смешное? — спросил одноклассник, лукаво улыбаясь. Я молча поймал его взгляд, задавая немой вопрос. — А то, что девчонка, которой я сердечки отправлял — моя фейковая страница.       Из мужской раздевалки послышался наш хохот.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.