starboy.

      Примерно спустя час моего разговора с ребятами, бутылки пива и нескольких бокалов вина я составила психологический портрет каждого.       Кирилл сперва показался мне несколько высокомерным, но спустя некоторое время разговора я не чувствовала дискомфорта в общении. Ему двадцать один год, он почти самый старший, не считая Глеба. Он душа компании и очень хороший собеседник.       Артём довольно грубый парень, это можно понять по его токсичным шуткам, над которыми я всё равно смеялась, потому что они были восхитительны. Он довольно скрытный человек, поэтому я плохо узнала его за это время.       Удивительно, но Паша, хоть и является его лучшим другом, совершенно другой по своему характеру. Он очень общительный, часто задавал мне вопросы по поводу моих увлечений и жизни в целом. Я пыталась обходить эти темы, чем смущала его и вызывала некоторое подозрение. Ну, иначе никак. «Оу, привет, меня зовут Екатерина Соколова, я дочь известного депутата Александра Соколова. Да, вы все считаете, что он ворует ваши деньги, наверное, так и есть. Вообще, если кто-то узнает, где я сейчас нахожусь, уже завтра все будут говорить об этом, а дома я получу знатных, ну, вы поняли чего…»       Энн и Ева тоже лучшие подруги. Замечая поведение одной из них, я могу сделать вывод, что она неровно дышит к Артёму, но это не совсем моё дело, хотя это часто вызывало мою улыбку. Энн милая русоволосая девушка, которая с самого начала очень хорошо ко мне отнеслась. Сразу узнала мои контакты, чтобы я не затерялась. Ева же была высокомерна, но, я думаю, она просто очень ревнивая, поэтому я вызвала у неё смутные чувства.       Что говорить, касаемо Глеба… Знаете, я, наверное, не смогла бы подобрать определённых слов, если бы меня попросили описать его одной фразой. Его личность интересовала меня больше, чем любая другая. Он был неразговорчив, но внимательно слушал то, что каждый говорит. Казалось, что он анализирует всё это в своей голове. Пару раз на его губах вырисовывалась улыбка, которая больше была похожа на ухмылку. Часто поправляя длинные волосы, он привлекал к себе моё внимание. Его внешность была довольно необычной, но по-своему привлекательной. Несмотря на то, что он был молчалив, лишь изредка смеялся и пускал грубую шутку, я смогла в ходе разговора узнать о нём некоторые факты. Опять же, сказал их не он. Ему, как и Кириллу, двадцать один, он оканчивает третий курс и не имеет особых планов на жизнь. С Кириллом они очень похожи, оба пишут музыку, которую пока никуда не выпускают, потому что делают это для себя. Максим даже включил один трек. Учитывая то, что мне понравилось, хотя я не особо люблю этот жанр, сделано это хорошо. – Почему бы тебе не выпустить её? – я решила завязать с ним диалог, желая узнать о нём побольше. Это было моё желание как человека, изучающего психологию. – Я работаю над этим, – он обратил своё внимание на меня и, не отрывая взгляда, чуть наклонил голову набок. – Думаю, аудитории это зайдёт, – я слегка улыбнулась, но, не получив ничего в ответ, отвела взгляд первой, хотя раньше никогда такого не делала. – Как насчёт продолжения вечера на притоне? – Кирилл быстро сменил тему. – На притоне? – я вопросительно взглянула на него. Ева недовольно цокнула и закатила глаза. – А, ну мы так нашу общую квартиру называем, на которой обычно только пьём, – вмешался Макс. – А это чья квартира? – я решила полностью замучить их своими вопросами. Так держать, Соколова! – Моя, – сказал Макс. – Но отсюда никто не свалит до утра, так что… – Блять, заебали трепаться, давайте быстрее, – Глеб встал со своего места и двинулся к выходу. За ним пошли остальные ребята, но только Энн решила пойти наравне со мной.       Мы вышли на улицу и пошли следом за парнями и Евой молча, пока Энн не нарушила тишину. – А ты местная? Я раньше никогда тебя здесь не видела, – она посмотрела на меня, улыбнувшись. – Нет, я не отсюда. И тут я вообще в первый раз, – я поджала губы. – А откуда? Ты вообще москвичка? Недавно переехала? – девушка завалила меня своими вопросами. – Хамовники. – Ого… – Нет, не удивляйся. Просто наследство от каких-то дальних родственников, – соврала я и сжато улыбнулась. – Мне бы таких родственников, – девушка рассмеялась.       Мне не очень этого хотелось, но к нашему разговору присоединилась Ева, которой, видимо, стало скучно с парнями. – Ты учишься где-то? – и она решила задать мне вопрос. – Да, заканчиваю одиннадцатый класс, – я попыталась быть с ней милой. – Это так мило, – она наигранно улыбнулась. Бесит. – Я тоже заканчиваю одиннадцатый, – добавила Энн. – А Ева на первом курсе.       Мы обсудили ещё некоторые вещи, а я опять же попыталась избежать неловких тем, которые могли бы навести на меня какие-либо подозрения. Я иду на огромный риск, появляясь вот так вот в незнакомом районе поздно вечером. Ну, журналисты тут, конечно, не обитают, но риск есть всегда.       Мы подошли к девятиэтажному зданию, находящемуся в паре километров от квартиры Макса. Поднявшись на пятый этаж, мы зашли в квартиру. Здесь было довольно уютно, совсем не похоже, что здесь только выпивают. – Пройди с ребятами в зал, а я на кухню, – Макс улыбнулся мне.       Я прошла в комнату и села на диван. Рядом со мной через пару секунд сел Глеб. От него приятно пахло. На самом деле, я достаточно много внимания отдаю именно запаху человека. Это простой психологический приём – если от человека приятно пахнет, он автоматически становится привлекательнее. Ну, согласитесь, вы бы охотнее стали общаться с человеком, от которого приятно пахнет, нежели с человеком, который обладает более приятной внешностью, но совсем не следит за гигиеной. – О чём задумалась? – блондин, что-то перебирая в своих руках, решил начать со мной диалог. Если бы в комнате был кто-то ещё, я бы не приняла эти слова на свой счёт. – О том, что ваши девушки не особо рады мне, – я решила обойти стороной комплименты о том, что у него приятный парфюм. – Энн нормально к тебе относится, это видно, – он продолжал что-то крутить в своих руках. – С ней всё понятно, но она не единственная, – я тяжело вдохнула. – Ну, если будешь продолжать с нами тусоваться, тебе придётся привыкнуть, – он подмигнул мне. – Что у тебя в руках? – я решила сменить тему, так как моё пребывание в этой компании находилось под вопросом. – Самокруточка, – он поднял её и поместил в рот, зажав губами. – Каннабис? – я удивлённо вскинула бровями. – Она самая, – он сделал первый затяг. – А ты шаришь, в принципе, – он посмотрел на меня, расплываясь в улыбке. – Хочешь попробовать? – он протянул мне. – Нет, спасибо, – я отрицательно покачала головой. – Не в этот раз. – Другого может не быть, – его ухмылка стала ещё заметнее. – Я давно не курила, – снова соврала я. – Как хочешь, я не заставляю. flashback. 29 октября, 2017. – Ты серьёзно? Наркотики!? – худшее, что я могла услышать, находясь в таком состоянии. Я еле поднялась по лестнице, перед глазами всё плыло, а ты даже сейчас решила выебать мой мозг. – Да, мамуль, они самые, – как же я не хотела возвращаться в таком состоянии домой, но у меня не было выбора. – Я терпела твои выходки с алкоголем и сигаретами, но наркотики! – на её крик выбежала Эля, которая увидела меня в потерянном состоянии, наверное, раз третий только.       Дальше криков я не слышала, потому что просто отключилась. Видимо, последняя доза была лишней. Сны после кокаина и травы, конечно, прекрасные. Я пришла в себя, когда услышала посторонние звуки. Запах медикаментов, яркий свет – всё это помогло мне прийти в себя. Рука ужасно болела. Посмотрев на неё, я поняла почему. Капельница. Ненавижу. – Что ж, Катерина, – передо мной стоял мужчина сорока лет на вид. – Радуйтесь, что жива.       Совсем не понимая, что он там несёт, я осмотрела комнату и нашла календарь. Третье ноября? Простите? – Думаю, ей стоит пройти реабилитацию где-нибудь за границей, – сказал он, обращаясь уже к моей матери. Кажется, та и рада не была, что её ребёнок жив. – Да, конечно, – она кивала ему, будто нервничая. – Я дам вам номер телефона и адрес одного центра в Барселоне, – он положил руку на плечо матери и поджал губы. end of flashback.       Это именно та причина, по которой я улетела в Барселону на несколько месяцев. Передозировка, которая довела меня до комы. Знаете, я чувствовала себя ужасно и даже какое-то время клялась самой себе, что к наркотикам я больше не притронусь. Самое обидное то, что моих родителей беспокоило то, что скажет пресса, но никак не факт того, что я могла умереть.       Это именно та причина, по которой я больше не могу общаться со своими старыми друзьями и ищу любой способ социализироваться. Мне тяжело было оборвать связи с теми друзьями, но моя семья не могла допустить того, что это могло повториться. В реабилитационном центре со мной работали психологи, которые объясняли мне, до чего это может дойти. Что в столь юном возрасте мой организм ещё очень слаб, поэтому тяжёлые наркотики могут убить меня. – Знаешь, давай, – я посмотрела на него и ухмыльнулась. Заметив и его ухмылку, я взяла косяк в свои руки и сделала затяг. Ну, с другой стороны, марихуана это не тяжелые наркотики, а просто травка. И вот я уже ищу себе оправдание.       Это именно та причина, по которой я сейчас согласилась.