starboy.

– Итак, Екатерина, вы сами как считаете, наша терапия дала должные результаты? – мужчина внимательно посмотрел на меня, словно оценивая, как я поведу себя дальше. – По крайней мере сейчас я чувствую себя лучше, – я вяло улыбнулась, оставляя ему повод для размышления. – Мне кажется, мы проделали долгий и трудный путь, и у этого пути есть результаты. – Вы бы оценили эти результаты как положительные? – он отложил мою карту пациента в сторону, скрепив пальцы в замок. Следом он откинулся на спинку стула, дав мне возможность рассмотреть его тело и костюм. Он явно стоил огромных денег. И я не только про одежду.          Мужчина, на вид лет тридцати-тридцати пяти, выглядел опрятнее многих других. Такие не ходят в массмаркеты, не читают дешевую литературу и не гуляют в парках. Они дорого одеваются, их парфюм стоит больше месячной зарплаты официантов ресторана, где они ужинают. На запястье – дорогие часы, дорогие настолько, что продай их – десять бабушек с глухой деревни можно обеспечить до конца жизни. Он в хорошей форме, с красивой и аккуратной бородой в цвет волос. Костюм идеально сидит на его нестандартной фигуре, сразу видно – он сделан на заказ. На нём ни ниточки, ни пёрышка, ни складочки. – Я думаю, мы сделали достаточно, – я подняла взгляд на него, смущаясь тем, что только что рассматривала его с ног до головы.          Он наклонился к столу, поставил на него локти и заговорил тише обычного. – Катя, если я отпущу тебя сейчас, то должен быть уверен, что не лишусь после тебя работы, – он говорил так, будто на жизнь он зарабатывает только психотерапией.          Психотерапевты, даже в Москве, не настолько богатые, чтобы иметь возможность так выглядеть. Он явно занимается чем-то помимо этой работы, тем более учитывая то, что я ни разу никого больше у него в кабинете не видела, даже когда приезжала в истерике без предупреждения. Он просто хочет знать правду, но не может спросить прямо. – Вы хотите спросить, не захочу ли я снова покончить с собой? – я повторила его движения, поставив локти на стол, и заговорила тише. – Я не это имел ввиду, – он хотел выпрямиться и отодвинуться, но замер на месте, когда я наклонилась ещё ближе к нему. – А что тогда? – я наклонила голову в сторону и хитро улыбнулась. – Просто я переживаю за тебя… за Вас, Катя, – он томно выдохнул, опустив свой взгляд ниже. – И не хочу, чтобы всё это повторилось. Поверьте, это просто удача, что вам удалось избежать принудительного лечения в клинике. – И я за это вам безумно благодарна, – я положила руку на стол, едва касаясь его руки.

Москва 10 ноября, 2022

         Холодный кафель ванной комнаты сейчас был меньшей проблемой для меня. Я встала на носочки, чтобы дотянуться до верхней полочки над раковиной, на которой лежала аптечка. Руки дрожали от количества выпитого алкоголя, а в голове больше не было никаких мыслей. Сейчас я точно знала, чего хочу, и это желание жгло мне лицо, проникало своими длинными черными корнями прямо в глазницы, застилая их пеленой. Схватившись за край аптечки, я потянула её на себя, но не смогла удержать в руках, почувствовать, как подкосились мои ноги. Я упала следом за аптечкой.          Буквы на блистерах были размытыми и двоились. Я улыбнулась мысли о том, что даже не увижу, что меня убьёт, и за этой мыслью пришла ещё одна – нужно выпить больше и из разных пачек, так будет наверняка. Выдавливая таблетку за таблеткой, я прокручивала в голове воспоминания, которые грели мне душу больше всего.          Когда горка в руке становилась такой, что её невозможно было держать, я высыпала её на пол и продолжала выдавливать таблетки уже в ту кучу. Они были разными, каждая своей формы. Интересно, могла ли я представить их предназначение, когда покупала их в аптеке? Когда руки начали болеть от постоянного давления, я с силой сжала пальцы и заплакала.          Что будет дальше?          Достав из кармана пачку сигарет, я закурила и выбросила зажигалку в дальний угол комнаты. Набирая на телефоне самые родные для меня цифры, я на секунду понадеялась, что сейчас он ответит мне и всё будет хорошо. Наверное, в другой вселенной так и произошло, он приехал и был рядом. Его родные руки грели мои и всё плохое закончилось. Но здесь и сейчас номер снова был недоступен. С силой швырнув телефон в сторону зажигалки, я громко заплакала. Сейчас мне больше всего хотелось оказаться в родных руках и понять, что всё это закончилось. И с каждой выпитой таблеткой я приближалась к желаемому. Голос в голове говорил, что ещё чуть-чуть, и он будет рядом. Голос говорил, а я ему верила.          Я не понимала, сколько времени прошло, но с каждой секундой боль становилась тише, мыслей в голове – меньше. Силы постепенно кончались, я уже почти ничего не видела и не понимала, где я нахожусь и что происходит, но я знала, что потерпеть осталось чуть-чуть.          Я медленно легла на пол, пожимая к груди ноги. А я увижу маму? Она, наверное, уже скучает по мне, ведь она там совсем одна. А что там?          Что будет дальше?          Дрожа то ли от холода, то ли от количества всего во мне, я медленно закрыла глаза и наконец-то услышала его голос. – Что же ты наделала, милая? – тёплые руки коснулись моих холодных щёк, поднимая голову на колени. – Глеб… – я приоткрыла глаза, но вокруг всё было размытым и нереальным. – Ты пришёл, – я почувствовала слёзы, которые текли по лицу, словно соединяя мои щёки и его руки воедино. – Тише, моя девочка, – он медленно наклонился ко мне и оставил лёгкий поцелуй на губах.          Я улыбнулась, бессмысленно хватаясь за остатки реальности. Мне нужна ещё хотя бы минута побыть с ним. Последняя минута.          Что будет дальше?

Москва 11 октября, 2024

– Буду считать, что это твоё мне обещание, – он положил свою руку на мою и грустно улыбнулся. – Если это повторится, я уже не смогу тебе ничем помочь. Но пока я всё же не уверен, что мы закончили.          Я встала со своего стула и, обойдя стол, встала между ним и креслом мужчины. Он с недоумением посмотрел на меня, но препятствовать не стал, наоборот – с интересом наблюдал за происходящим. Я медленно села на его стол, отодвинув бумаги в сторону. – Саша, – я медленно подняла одну ногу и поставила её на стул мужчины, затем вторую поставила так, что его бёдра оказались между моих ног. – Со мной всё в порядке, – я пододвинула его стул ближе к себе ногами и теперь смотрела на него сверху вниз.          Мужчина внимательно изучал меня и мои движения, очевидно, задумываясь насколько далеко я смогу зайти. А ради этой бумажки с его печатью и в дальнейшем беззаботной жизнью я готова на многое. Он молчал, наслаждаясь своим положением и провоцировал меня на дальнейшие действия. Я понимала, что просто так сегодня вряд ли уйду, но и останавливаться на недостигнутом я не собиралась.          Саша приподнялся, намереваясь встать, но я поставила правую ногу ему на грудь, прижимая обратно к креслу. Сейчас никому не было дела до дорогой рубашки, которой явно светила прачечная от моих вольностей. Молчание продолжалось недолго, нервно сглотнув, он заговорил. – Это неправильно, – поглаживая мою стопу, он словно ждал от меня одобрения и отрицания его слов, но не получил. Я слегка оттолкнула его от себя, чтобы у меня была возможность встать. Он наблюдал.          Встав со стола, я поправила платье и намеревалась уйти, когда он схватил мою руку и завёл её мне за спину, разворачивая спиной к себе. Встав с кресла, он прижал меня к столу своим телом и поднял мою руку, которая была за спиной, вверх, чтобы я наклонилась к столу. Почувствовав грудью холод стола и боль в руке, я невольно пискнула, чем вызвала у него ещё большее желание. – Что же ты наделала, – он наклонился ко мне и прорычал это мне на ухо.          Оценивая всю ситуацию, я поняла, что заигралась, но как это исправить – я не могла даже предположить. Мужчина свободной рукой приподнял меня за шею, заставляя выгнуть спину. – Больше никогда так не делай, – он отпустил меня, оставив лежать на столе, отошёл в сторону и закурил.          Я встала, поправила одежду и хотела что-то сказать, но нас прервал стук в дверь. Затем она открылась и моему взору предстал Влад. – Вы закончили? – он кивнул в сторону стола и прошёл внутрь. – Да, – Александр Николаевич подошел к столу, поставил печать на бумаге и отдал её мне. – Отлично, едем домой, у нас ещё много дел, – Влад кивнул мне в сторону двери, и я поспешно схватив сумку и пальто, направилась к выходу. – Счастливой вам семейной жизни, Екатерина, и с предстоящей свадьбой, – Александр Николаевич многозначительно улыбнулся мне и, кивнув, сел за стол, продолжая заниматься своими бумагами.          Я добежала до машины быстрее, чем хотела, и села на пассажирское сиденье. Откинув козырёк, я поправила размазанную помаду в зеркале и кинула сумку на заднее сиденье. – Объяснишь, что там произошло? ­– Влад сел в машину, раздражённо хлопнув дверью. – Объяснить что? – нервно пропищала я, пытаясь уткнуться в телефон, чтобы куда-то деть свой взгляд.          Напряжённое молчание повисло в машине и осталось с нами до самого дома. Войдя в квартиру, я понимала, что сейчас начнётся очередной скандал, от которого я никуда не смогу спрятаться. Я надеялась, что он просто решит не продолжать начавшееся в машине, и он молчал. Если я сейчас не заговорю, то он продолжит молчать до конца наших дней, поэтому лучше скорее закончить эту драму. – Прости, это могло показаться чем-то…– не дав мне договорить, он с силой ударил меня по лицу, отчего я пошатнулась и едва не упала. – Какая же ты шлюха, Катя, – он подошёл ко мне ближе и взял за подбородок. – Ты серьёзно решила, что трахаться с каким-то ублюдком за пару дней до свадьбы отличная идея? – он схватил меня за волосы, оттягивая мою голову назад, чтобы я смотрела ему прямо в глаза. – Я ни с кем не трахалась, – я не сдержала слёзы, ведь всерьёз боялась за свою жизнь. – Пожалуйста, отпусти, мне больно, – я проскулила это сквозь зубы, стараясь лишний раз не крутить головой, чтобы не лишиться своих волос. – Ты врёшь мне! – он с силой швырнул меня в стену, и, не удержавшись на ногах, я упала на пол. – Ты всё такая же шлюха, которой и была! ­– Влад, пожалуйста, – закричала я, закрывая голову руками. Следующий удар пришёлся в живот. – Влад, прошу, нет! Только не в живот! – Ты меня ещё в своём положении просить о чём-то вздумала? – он снова ударил меня. – Прошу тебя, Влад... Я беременна.