YandereSwap

Фриск

Я спокойно елозила щеткой. Мутная пена наполняла рот. Такая же мутная, как и моя голова. Иногда, ловля себя на мысли о том, что я просто пялюсь на себя, застыв как статуя, я снова принималась двигать рукой. — Прошу! Нет! Нет! Нет! НЕТ! НЕТ! Я замерла с щеткой в руках. Липкие веки заерзали. Может показалось? Уши больше не улавливали ничего кроме капающего крана. Я простояла секунд десять и только потом вновь продолжила двигать рукой. В последнее время мне и впрямь мерещится всякое. Кошмары, крики, видения… Я потёрла голову. Еще и эти непонятно откуда взявшиеся приступы. — А-А-А-А-АРГА-А-А-а-а!!! Я услышала громкий, душераздирающий крик, сопровождаемый кашлем. От неожиданности, вся моя пена во рту оказалась на зеркале. Похожий на крик ребенка звук, который затихал с каждой секундой. Я выронила щетку. Если мне это и померещилось, то это было слишком реалистично для моей фантазии. Бросив все, я прямо в халате кинулась к выходу из дома. Выбив дверь, так, что та чуть не сорвалась с петель, я встала в дверях, прислушиваясь. Гробовая тишина. Ни звука. — Э-эй? — неуверенно позвала я. Я понятия не имела, что делать. Я тупо стояла в дверях, с пеной во рту, перекатывая в руках веревки от халата. Я обошла дом и деревья, окружавшие его. Ничего. Я никогда не верила, что трудоголики или трудяги сходят с ума от количества работы, но сейчас потихоньку начинала верить в это. Звонящий телефон отвлек от всего. — Привет, дорогая! — Привет Маффет, — улыбка поползла по лицу. — Что такое? Нужно прийти? — Ты что, издеваешься? Фриск мне кажется, ты слишком сильно напрягаешься. Я решила сделать сегодня выходной. Я буквально сегодня получила приглашение сама знаешь от кого. Хочу закончить пораньше. И да, я знаю, что ты хочешь остаться дома и вдыхать аромат жареного масла. Я протерла лицо. — И почему ты такая умная? — Потому что ты выдаешь себя с головой. Не беспокойся, мои ребятки мне помогут. Ты честно заслужила право остаться дома. — Ладно, ладно. Хорошо. Но обещай, что позовешь, если что-то серьезное случиться. — Отдыхай. Я подумала, что неплохо бы было пожарить картошки. Чара точно съест ее. Каждый раз, она все больше начинает вредничать насчет обеда или ужина приготовленного мной. И что самое пугающее, я начинаю серьезно злиться на нее, что совсем не похоже на меня. Эти постоянные головные боли уже порядком надоели. Готовка все же лучше, чем просто валяться без дела в кровати. Я положила картофельную соломку в сковороду и включила плиту. Недавно вспомнила, как Альфис кричала на Чару: Сильнее, делай огонь сильнее!!! И как Блу так легко научился хорошо готовить без всяких фокусов Альфис? Словно почувствовав, что я думаю о нем, скелет тут же материализовался в кухне. Он подошел ко мне и встал за мной. В нос ударил страшно знакомый затхлый запах чего-то до боли знакомого. — Ты чего, Блу? — улыбнулась я. — Семпай, что будет, если ты уйдешь? — спросил он, обхватив мой живот. — Мне так тошно без тебя. Блу по прежнему умилял меня, но мне следовало сосредоточиться на сковороде, бросающей острые иглы масла. — Блу, я знаю, тебе скучно, я составлю тебе компанию, когда освобожусь… Он лишь сильнее прижался к моей спине, еще больше сжимая мой живот. Я уже не могла удержать свои мысли на месте. Я любила его объятия, но сейчас меня это напрягало… — Почему ты не замечаешь меня, Сенпай? — стонал Блу, прижимая свое лицо между моими лопатками. — Блу, пожалуйста… — я попыталась убрать его руки. Мне не хватало воздуха, и я начала громко дышать. Его правая рука скользнула вверх, к моему подбородку. Большой палец захватил нижнюю губу. «Нужно оттолкнуть его! НУЖНО ОТТОЛКНУТЬ ЕГО!» — крутилось у меня в голове. Но руки не слушались. Больше всего мне хотелось сбежать… Но я так устала убегать от своих ошибок. Я аккуратно убрала его руки и развернулась к нему. — Блу, пожалуйста… — я вновь предприняла попытку мягко переубедить его. Но видимо, он воспринял мой жест по-своему. Потому что его руки залезли под свитер и обхватили мою спину. Я смотрела в его голубые глаза, которые казалось, вот вот пустят слезы. Позвоночник обдало таким холодом, будто на нем не было сверху кожи. — Это все из-за НИХ, в-верно? — спросил он. О чем он черт возьми, говорит? — ОНИ мешают нам, Семпай! — настаивал он. Они? Мешают? Я ничего не понимаю. Я продолжала растеряно рассматривать его. — Если ты только пожелаешь… — продолжал он, сжимая пальцы на моей талии. — Я сделаю, все, что ты захочешь… Никто не посмеет встать на твоем пути, никто не посмеет расстроить тебя, никто… Его голос становился все тише и тише. Лицо постепенно приближалось к моему. Мне становилось страшнее с каждой секундой. Но тело не желало подчиняться мне, слушая движения его рук. Меньше всего сейчас мне хотелось, чтобы он заходил за пределы дозволенного. Я уже чувствовала теплое дыхание на моей шее. Я отвернула лицо. Тело покрылось мурашками. Его руки обхватывали меня за подмышки. Очень сильно хотелось заплакать. Я…я не хочу… не хочу!.. не хочу!.. Или хочу?.. — Фриск! — раздался спасительный голос из глубины дома. — Я могу попросить приготовить шоколадные кексы, пожалуйста? Я облегченно выдохнула с ощущением свободы. — Да, конечно! — крикнула я в ответ. Блу в одно мгновение отлип и уставился туда, откуда кричала Чара. Я услышала его тихое рычание. — Прости… — прошептала я. ПОЧЕМУ? ПОЧЕМУ Я ЧУВСТВУЮ ВИНУ ПЕРЕД НИМ?! Это же, неправильно… Его глаза, источавшие смесь грусти и гнева, отвели взгляд от меня. Блу просто ушел. Ничего не сказав. Мне показалось, или его белые зрачки покраснели? Я смотрела на свои руки. Что это сейчас было? Почему у меня не получилось, просто отвергнуть его и убежать в объятия Чары? Я спустилась вниз, прислоняясь спиной к плите. Желание творить исчезло. Я просто сидела, державшись за голову. Я не хотела думать об этом. Но и не хотела отвергать того факта, который произошел. Когда Блу успел так раскрепоститься? Что он имел в виду? Голова кружилась. Реальность чернела. Я уже ничего не слышала. Ни мыслей, ни звуков. Очередной приступ уносил меня из кухни. Благодаря толкающим движениям по моему телу, мне удалось увидеть испуганное лицо Чары. — Фриск! Как ты меня напугала! Все хорошо?! Ничего, не болит?! Я молча покачала головой. Чара приобняла меня за шею и прижала к себе. — Не делай так больше… — испуганно попросила она. Я обхватила ее за плечо. Как же я люблю ее. Она права. Чара-часть моей семьи, словно младшая сестра. Она помогла мне приподняться и повела меня в кровать. — Что случилось? — спросила она, перестав обнимать меня. — Голова закружилась… — отчасти призналась я. Не думаю, что ей нужны подробности… — Наверно, ты переутомилась, — предположила Чара. — Ты заслужила отдых! Пойду, заварю тебе чаю! Она похлопала по одеялу и поспешила удалиться. Как мило с её стороны. — Закрой дверь, пожалуйста… Я не хочу чтобы Блу заходил. Я стала смотреть в открытое окно. Странно, но я не слышала детский смех, который должен был доносится с улицы. Может, дети не хотят сейчас играть? Глупо. Хотя сейчас было обеденное время. Вот это звучит более логично. Но еще меня беспокоило то, что я давно не видела своих ребят. Я стала зевать. Сегодня ночью мне не спалось. Мне постоянно казалось, что кто-то кричит. Может, стоит заночевать в другом месте? В одиночестве. Там, где потише? Я наконец-то уснула. И к счастью, я ничего не видела. Лишь пустоту. Проснувшись, я увидела Чару сидящей на коленях, возле моей кровати. — Что-то не так? — Знаешь, мне иногда мерещатся крики… — она подняла обеспокоенное лицо. — Тебе тоже? — Угу. — А какие? Из геноцида? Я вздрогнула, будто замерзла. — Нет, такие… Молящие. Фриск, можно я посплю с тобой? Бабочки в животе ожили. — Ну, ладно… Я отодвинулась. Чара залезла под одеяло и положив голову на меня, улеглась, обняв меня. Мне стало жарко. Я гладила свои любимые светло-каштановые волосы. — Фриск? — Да? — А у тебя сердце колотиться. — Неужели? — спросила, чувствуя свой старый, добрый румянец. — Угу. Сильно-сильно. — Я… Я просто беспокоюсь за тебя. — Я знаю. — Все будет хорошо. — Я тоже на это надеюсь.