Одержимый

За окном льёт дождь, словно из ведра, небо серое, пасмурное, затянутое угнетающими облаками. Люциус поправляет длинные до плеч платиновые волосы и тяжело вздыхает. Ему больно, больно было всегда и больно сейчас, но кому есть до этого дело? Сыну, который живёт в счастливом браке с прекрасной женой, или жене, которая ходит налево уже довольно долгое время? А может Поттеру? Уж подавно нет, разве нужен он святому Гарри Поттеру, мальчику-который-выжил, национальному герою? Он так сильно нуждается в Поттере, что сводит скулы, от крепко сжатых зубов, когда он видел его — мальчика, которого желал и желает всегда — в цепких лапах Джинни Уизли — чистокровной, но нищей шлюхи, которой нужны лишь деньги Гарри и его влиятельность. Люциус так отчаянно прятал свои чувства, эмоции и самого себя от всех, что в конечном итоге остался один, совсем один, оттолкнув всех своими бездушными и такими бесчувственными масками. Сев в своё кресло, за идеальный деревянный стол из темного дерева с красивой и изящной резьбой, Люциус взял в руки Пророк, на первой же странице сверкала колдография на которой были Джинни Уизли и Гарри Поттер, такие счастливые и такие красивые, он издает звук, похожий на животный рык и отбрасывает от себя злосчастную газету, резко поднимаясь с кресла и подходя к мини бару, из которого достает огневиски и стакан. Но не успевает он налить его себе, как дверь кабинета распахивается, а в проёме показывается Гарри, заставляя Люциуса шумно выдохнуть. Поттер выглядит, как модель, сошедшая с обложки: идеально уложенные темные волосы, яркие изумрудные глаза, пухлые губы, дорогой черный костюм и черная мантия с синей окантовкой. — Люциус, как же они заебали меня! — парень вваливается в кабинет Люциуса, попутно расстегивая мантию и снимая её, а после пиджак и вешая на стул. Блондин сглатывает ком образовавшийся в горле. — Может, тебе пора притворяться, Гарри? — стальной, хрипловатый голос разрезал тишину и зелёные глаза встретились в серо-голубоватыми. Люциус был другом для Гарри, просто хорошим другом, который раскусил его, но молчал, и в итоге, Поттер понял, что отец Драко не бесчувственная глыба льда, а человек, имеющий чувства и способный сострадать и их некая, странная дружба длится уже около шести месяцев. — Нет, станет только хуже, а я не желаю снова давать интервью и множество объяснений, я так хочу свалить куда-нибудь подальше от всей этой суматохи и проблем, но Сириус… — он замолк, тяжело вздыхая и лохматя темные волосы, уложенные лаком. — Тебе рано или поздно придется сделать выбор, Поттер, — голос Люциуса был холоден. В ушах звенело «свалить куда-нибудь подальше», а сердце громко стучало в груди. Блондин подошёл к Гарри и встал рядом с ним, не отводя взгляда. — Почему ты так добр ко мне, Люциус? Это чертовски странно и ты порой напоминаешь маньяка, смотря на меня, как на жертву, — улыбка тронула пухлые губы Поттера, а на лице Люциуса отразился страх, будто его поймали с поличным. — Думаю, тебе этого лучше не знать, — он отвернулся от Гарри к окну, не желая видеть зелёных глаз, которые никогда не будут смотреть на него с любовью и лаской. — Люциус, расскажи и может я пойму, — он дотронулся до широкого плеча блондина и тот вздрогнул. Гарри хотел видеть его глаза, следить за эмоциями, которые читаются на лице. — Что, ты хочешь знать, Гарри?! — его голос сорвался на крик безысходности и он обернулся, встречаясь с разгневанным полным болью взглядом серых глаз с зелёными непонимающими, но желающими помочь. — Хочешь знать, что я схожу с ума от тебя?! Что мучаюсь ночами, думаю о тебе и о чертовой Уизли, которая всегда с тобой?! — он кричал, говорил всю правду, надоело жить с этим, пусть лучше он будет знать и отвергнет, нежели никогда не узнает, что его любит сам Люциус Малфой — истинный чистокровный аристократ. — И это ты сможешь понять, Гарри?! — очередной крик, серые горящие глаза, словно у хищника, но в них плескается боль, будто пытаясь перелить за края, выплеснуться. Но Гарри молчал, а после сделал шаг вперёд и его теплые губы накрыли ледяные, нежно целуя. И Люциусу не нужны были слова, чтобы понять зачем Гарри целует его. Он ухмыльнулся в поцелуй, притягивая Поттера ещё ближе и зарываясь пальцами в густые темные волосы.