Через несколько лет

Накахара не мог терпеть ложь. Он просто ненавидел когда люди врали ему в лицо. Метеорологи каждый раз ошибаются. По старому ящику каждый раз давали неверный прогноз погоды. Когда говорят солнечно – на улице туман. Когда говорят дождливо – на улице снег. Когда говорят облачно – на улице град. Вот и сегодня предсказывали дождь на вечер, хоть на небе ни облачка. Чуя наплевав на этих экстрасенсов, пошёл на работу пешком, без зонта. Собрание в главном зале, встреча новых участников в лице мафии, опасное задание на пару с Рюноске. Всё как обычно. Дождь не хотел прекращаться, свинцовые тучи надвигались с новой силой, а нервы сдавали ход. Хотелось прибить чёртовых предсказателей с новой силой. Все уже ушли по домам, автобусы и такси не ездят в такое время. Пришлось идти на своих двоих. Голова была пустой, чёлка падала на лицо, закурить не было возможности. Обувь хлюпала в лужах, одежда была до ниточки мокрой, воздух разрезала тишина. Неожиданно за ближайшим переулком послышался жалобный скулеж. Чуя даже внимание не обратил на это, но ноги почему то обрели свою волю и пошли за угол. В тени старого здания лежала большая коробка, внутри же прятался щенок. Это даже щенком назвать было трудно, скорее мальчик с щенячьими ушами и хвостом. Бродячий пёсик весь дрожал, а издаваемые звуки резали уши. Чуя давно бы прибил его, но что-то останавливало его. Что-то непонятное внутри тихо шептало: «Возьми его с собой. Не будь таким жестоким, приюти его.» Неизвестные приказы Чуя не привык выслушивать, но он не мог сопротивляться чувству долга, или скорее жалости. Взяв щенка на руки, он продолжил путь. Тот неприятно дрожал в руках и Чуя не знал какие силы удерживали его от желания быстрее выбросить этот комок шерсти в мусорку. Чуя жил в не самом безопасном районе со старыми зданиями и всякой мелкой шпаной. Но и здесь можно было неплохо устроиться. Девятиэтажное здание было самым большим и дорогим убежищем. Накахара снимал двухкомнатную квартиру на восьмом этаже. Небольшой ремонт и обшарпанное место казалось раем. Попав в квартиру, Чуя в первую очередь пошёл в ванную. Наполнив тазик водой, он начал приводить в нормальный вид нового знакомого. Смыл всю грязь, аккуратно почистил уши, тщательно вымыл хвост. Закончив мучиться, он забросил всю грязную одежду в стиральную машину и окунулся вместе с щенком в горячую ванну. Маленькие, коричневые ушки. Узкие, тёмно-карие глаза. Маленькие ручки помещались в ладони Накахары. Пушистый хвостик. С виду ему было лет семь, если сравнивать с человеческими детьми, но черт знает сколько ему лет по собачьим меркам. – Ты... – Произнёс первые слова песик. Честное слово, Чуя до последнего не знал, говорит ли он или лает. Голос был тихим и скрипучим, а на лице не было эмоций. – почему меня забрал? – Сам не в курсе. – Просто ответил Чуя и прикрыл глаза. Незваный гость всё никак не мог оторвать взгляд от Чуи. – Ты лучше скажи, как звать тебя? И как ты на улице оказался? – В коробке, в которой лежал малыш, был разорванный ошейник. Написанное было невозможно прочесть, и мало что заставляло подумать, что это когда-то было ошейником. – Дазай... Дазай Осаму. А ты? – Проигнорировал второй вопрос щенок. – Накахара Чуя - член исполнительного комитета Портовой Мафии. – Не особо скрывал свой род деятельности Чуя. – Не знаю зачем я тебя подобрал, но выкидывать не собираюсь, зря что ли тебя вымыл? Тебе сейчас надо будет обработать раны и поесть. – Осматривая малыша, сказал Чуя. Детской одежды у Чуи не было, Дазаю пришлось отдавать одну из старых футболок. Она висела на нем мешковато, но на первое время хватало. Забинтовал правый глаз, наклеил множество пластырей, испачкал перчатки в зелёнке, пришлось их выкидывать. – Готово. Твоё лечение закончилось, можно и поесть. Что ты кушаешь? Тебя можно кормить нашей едой? – Поинтересовался Накахара. Холодильник был полон продуктов, только готовил он редко, всегда заказывал еду. – Фрукты... – Тихо произнёс Дазай. Такой маленький, такой тихий, и как он будет развивать свой социум? Чуя не знал, и знать не хотел. – Фрукты значит, посмотрим... У нас есть яблоки, мандарины, бананы, ананас и груши. Что будешь? – Мандарин. – Держи. Закончив ужинать, если ужином можно назвать поедание мандарина и то, как за этим наблюдали, Чуя и Дазай пошли спать. Чуя до конца не сошёл с ума и устроил Дазая на диване. *** Проснувшись в обед, Чуя чувствовал усталость. Мышцы затекли и голова болела. Не найдя Дазая в гостиной, он уловил вкусный запах с кухни. Нежный запах молотого кофе и блинчиков. – Ты умеешь готовить? – Удивленно спросил Чуя. Запах был настолько восхитительный, что вкусовые рецепторы затрепетали. – Ода всегда готовил, вот и я научился. – Умелым был твой Ода, однако. А ты? Ты позавтракал? – Да... У тебя есть книги? – Неожиданно спросил Дазай. Чуя удивился, но ответил. – Нет, но я иду на работу. У Мори-сана целая библиотека есть, может там что-нибудь найдёшь. – Как долго ехать до офиса? – Вдруг спросил Дазай. – На мотоцикле минут 10. – Отлично. – Это настораживало. Но Чуя не придал этому смысл. Прибыв в офис, Чуя в первую очередь отвел Дазая к Мори. — Кто это? Твой новый друг? – Заинтересовался Огай, делая причёску Элис. – Скорее дворняга. Сказал, что хочет почитать книги. Можете присмотреть за ним? – Попросил Чуя чувствуя неладное. Живот резко призвал к белому другу. – Чуя, тебе скорее нужно уходить, живот разве не болит? – Ухмыльнулся Дазай. Такое необычное заявление привело в ступор находящихся в комнате. Пугающий оскал и горящие глаза нагоняли холод. Ухватившись за живот, Накахара резко покинул присутствующих. – Мори-сана, где у вас тут лаборатория? Судя по виду, вы врач и не самый простой. – Ахаха, ты мне нравишься. – Скрестил руки на столе Огай, и даже оставил волосы бедной внучки в покое. После встречи со старым другом, Чуя пошёл искать Дазая. Этот кусок говна ещё поплатиться за содеянное. Слабительное. Мать его, СЛАБИТЕЛЬНОЕ! Накахара Чуя - член исполнительного комитета Портовой Мафии, один из опаснейших людей в Йокогаме. Услышав его имя, люди разбегались по сторонам и не дышали в его сторону. И этого человека обвела вокруг пальца какая-то дрянная псина! Его гордость была растоптана в грязь, да ещё и перед боссом! Найдя негодника в личной библиотеке Мори-сана, Чуя пошёл в отрыв. Не сдерживая силы, он начал жестоко избивать Дазая. Он не кричал, не плакал, не звал на помощь, просто улыбался. В улыбке не было желания напугать или насмешки над Чуей. Он просто улыбался. Легко, радостно, спокойно. Это раздражало ещё больше. Чуя наслаждался мучениями других. Любил слушать как люди захлебывались в собственной крови, как они лежали в конвульсиях и звали на помощь, как в слезах просили о пощаде. Чуя был садистом до нервных клеток в мозге. Когда Чуя сломал правую руку Дазаю, а тот даже не пискнул, Чуе это всё надоело. Он швырнул Дазая в стеллаж с книгами, а он сильно ударился головой и потерял сознание. – За что это свалилось мне на голову? — Задал вопрос Чуя. Делать было нечего, пришлось отводить пёсика на приём к врачу. *** Дазай проснулся уже в знакомой ему обстановке. Белый потолок с абстрактной люстрой, неудобный, кожаный диван с жёсткой подушкой и молочно-белый, мягкий ковёр. Он в гостиной у Чуи. На правую руку наложили гипс, перевязали обе ноги и хвост, обработали глубокие раны и забинтовали почти всё лицо. Когда он хотел было подняться, чья то рука остановила его. – Лежи смирно. Раны могут открыться. – Приказал Чуя. В правой руке он держал нож, а что было в левой, Дазай не видел. – На, жри. – Сказал Чуя, буквально запихивая кусок апельсина в рот Дазая. Раненый не оказывал сопротивления, наоборот, даже захотел побольше. – Сколько... – Тихо прохрипел Дазай. Горло болело и саднило, словно тебя недавно душили. За окном была темень, ничего нельзя было разглядеть, даже звёзды. – Три дня. Послезавтра пойдём к Мори-сану на осмотр. – Спокойно поведал Чуя. За спиной послышался тихий храп. – Вот же. – Обречённо вздохнул Чуя, размышляя, что делать с оставшейся едой. Накрыв Дазая одеялом, Накахара наблюдал за его сном. Волосы вихрем лежали на подушке, левый глаз, на котором красовался красивый синяк, мельком дрожал, из маленького ротика редко вырывался свист. С появлением этого животного, что-то сильно изменилось в Чуе, вот только что - он не знал. Зачем он его подобрал? Зачем избил, а потом ухаживает? Зачем наблюдает за ним сейчас? Мафиози не знал ответа. Не знал, что пожирает его изнутри. Что съедает остатки здравого смысла в его сознании. НЕ ЗНАЛ. Не знал почему хочется погладить его по голове. Не знал почему хочется почесать за ухом. Не знал почему хочется прогуляться с ним по городу. Ничего не знал. Как и было обещано, через день они пошли на осмотр к Мори. – Всё нормально. Раны более или менее затянулись, а гипс снимем через два месяца. Можешь отдыхать. – Сказал Мори и снял медицинские перчатки. *** Так прошёл месяц. Дазай вырос, теперь ему на вид было лет двенадцать. Он носил чёрный плащ с развязанным поясом, белую рубашку и чёрные брюки, туфли были под тон брюк. Повязку с глаза он не снимал, хотя в ней не было необходимости. Последнюю неделю Дазай был как в тумане. Тормозил и был рассеянным, быстро отвлекался и уходил в себя, постоянно над чем-то размышлял, но над чем, он не делился. Он не обращал внимание на Чую, его подшучивания или когда тот приводил его в себя жёсткими методами. Казалось, он ничего не чувствует. – Я на работу, если захочешь кушать - еда в холодильнике. Вернусь поздно. – Крикнул Чуя, надевая обувь. Сегодня облака бушевали с утра, вечером точно пойдёт дождь. Осаму никак не отреагировал. После будней работы, Акутагава предложил выпить. Это было не то что бы неожиданно, а странно. В мафии все знали, что из команды Накахара и Рюноске, пьяницей был всегда первый, а второй даже рюмку в рот не брал, на памяти остальных. Но так ли это на самом деле? – Вы не будете пить? – Удивлённо спросил Акутагава, когда Накахара заявил об этом. – Не сегодня. Я же вижу, что тебя что-то беспокоит, и кому-то придётся тащить тебя домой. – Сказал Чуя усаживаясь за стол. Сегодня у него было спокойное настроение, хотелось поговорить с кем-то по душам. – Так что начинай. *** – ...а потом он сказал что я плохой и обиделся на меня. Я ему в самом начале сказал, что я мафиози, но он только сейчас назвал меня плохим, и только потому, что я не захотел смотреть его дурацкие мультики. – Никак не унимался Рюноске. Он поведал Чуе историю о том, как у него появился котёнок, а звали его Ацуши Накаджима. – Вы представляете?! Мультики! – Мда, серьёзная проблема. Видимо не один Чуя изменился. – Я думаю с тебя хватит. – Сказал Чуя и перехватил руку Акутагавы, когда тот хотел выпить еще один стакан. — У нас завтра работа есть. Если мы продолжим в том же духе, напьёмся до отключки. – У Чуи не хватало выдержки не выпить хотя бы один стакан. Как итог: Рюноске 5 стаканов джина, Накахара 2 фужера портвейна. За руль сел Чуя, так как был в сознании. Ацуши так сверлил взглядом Чую, когда тот притащил пьяного Акутагаву домой. Разъяснив ситуацию, Чуя ушёл со спокойной душой. Дождь прекратился, только редкие капли падали с небес. Было жарко, сыро, нечем было дышать. Открыв окно, Накахара позволил порыву ветра ударить его по лицу. Атмосфера была приятной. Можно было подумать и посидеть в тишине. В квартире было темно. Свет выключен, лунный свет проникал через открытые шторы. Включив свет, Чуя не обнаружил Дазая в гостиной. Сердце ушло в пятки. Кухня, спальня, ванная - никого не было. Пусто. Дазай ушёл. Исчез. Стёр следы своего пребывания здесь. Оставил это место девственно чистым. Ничего не говорило о его существовании. От этого становилось досадно. От этого становилось... больно? Чувствуешь себя виноватым, но перед кем? Рёбра ломит, дышать тяжело, но почему? Мысли путаются, сердце говорит одно, а мозг твердит совершенно другое. Что нужно делать? Как правильно поступить? Сперва нужно остудить голову. На кухне, по центру стола, лежала свернутая вдвое бумажка. Чуя не заметил её в первый раз. «Я вернусь через несколько лет» Краткое послание адресовано Накахаре Чуе. Оперевшись о ближайшую стену, он скатился по ней вниз. Руки положил на колени и уткнулся в них. За окном светила полная луна. Красовалась, танцевала, блистала в одиночестве. Звезд не было. Никто не мог выделить её еще сильнее. Со временем белый свет тускнел, пока и вообще не исчез. Хотел бы Чуя исчезнуть как луна. *** Утром Акутагава чувствовал себя скверно. Голова трещала по швам, а что-то тяжёлое лежало на нем. На лбу лежал компресс, рядом стоял стакан с водой и таблетка от головы. Эту тихую идиллию разрушил дверной звонок. Звон отдавался эхом в барабанных перепонках и усиливал боль. Рюноске поклялся убить любого, кто бы это ни был. Быстро разбудив Ацуши, Акутагава пошёл открывать дверь. В проёме стоял Чуя. Весь бледный и холодный, а глаза были красными и опухшими. — Что случ... – Не успел спросить Акутагава, как Чуя прижался к нему. – Он ушёл... – Прошептал и пустил одинокую слезу. *** Прошло четыре года. Чуе 24 и он живёт полной жизнью. Он член исполнительного комитета Портовой мафии и сегодня ночью ему поручили одиночное задание. Нужно было с кое кем встретиться и забрать информацию. Местом встречи был старый заброшенный завод. Ровно в полночь должен был прийти информатор. Чуя пришёл за полчаса раньше и томился в ожидании. Дверь со скрипом открылась, а в проёме стоял... он... Чуя не верил глазам, не верил мозгу, не верил сам себе. Там стоял Дазай. Дазай Осаму - с ушками и хвостом, которого подобрал Чуя. Накахара швырнул нож, но тот легко уклонился. Чуя вытащил пистолет, но Дазай увернулся от каждой пули. Это правда он. – Эй, мы не виделись так давно, а ты меня встречаешь таким образом. – Драматический произнёс Дазай, приложив руку к сердцу. – По тебе давно плачет ад. – Сказал Чуя и выдавил что-то наподобие улыбки. – Как жёстко. Ты не изменился. – Дазай обнял Чую, прижал к себе и гладил по спине. – Я вернулся – Я скучал. – Признал Чуя и прижался сильнее. Чувство полноценности вернулось, а знакомое тепло согревало сердце.