Неудачный

      — Знаешь, тебе стоит чаще выходить на улицу,— Юнги распахивает окно в комнате, впуская свежий воздух, и поворачивается лицом к Тэхёну, закутавшемуся в огромную толстовку. «Будто бы она спасёт»,— грустно думает Мин и присаживается на край кровати. Ким и не думает ничего говорить. Просто лежит и смотрит в потолок, почти не моргая. Он вообще жив? Мин вздыхает, ложится рядом и в упор смотрит на друга, мягко роняя ладонь тому на грудь.— Тэхён, ну скажи что-нибудь.       — Мне и здесь неплохо,— слабо отзывается Ким и шумно выдыхает через нос. Он кусает нижнюю губу и начинает часто моргать.       — Что-то случилось дома?— Юнги двигается к другу ближе и только сейчас замечает, как сильно дрожит Тэхён. Даже не так. Его колотит.       — Папа родил,— сипит Тэхён и заходится в тихих рыданиях, закрывая лицо руками.— Сказал, что у меня братик омега.       — О боже,— шепчет Мин и прижимает парня к себе сильнее.       Ким Тэхёну просто не повезло. С жизнью не повезло. С семьёй не повезло. Не повезло родиться омегой.       Отец умер, когда ему было десять. Для маленького ребёнка это стало настоящей трагедией, потому что отец был всем. Самым любимым и самым любящим человеком в мире. Даже спустя три года омега до сих пор не мог принять смерть родителя. Ещё больше не мог принять того, что спустя эти же три года папа снова вышел замуж. За своего начальника.       Сюжет, достойный сопливого романа.       Сюжет с цензой «восемнадцать-плюс».       Сюжет не для хрупкой психики Тэхёна.       Ким в тот злосчастный день остался дома из-за течки. А отчим пришёл с работы раньше папы что странно. Омеге было тринадцать. И он никогда бы не подумал, что в свои тринадцать он получит метку от своего же насильника. Тэхён думал, что хуже уже ничего не случится.       Случилось. Когда папа вернулся домой, этот ублюдок сказал, что мальчишка сам его соблазнил. Мол не пил таблетки специально, чтобы привлечь запахом.       Тринадцатилетний Тэхён в тот момент был готов поверить в любых богов и молиться им, чтобы папа ему поверил. Его изнасиловал отчим, никого омега не соблазнял. Он жертва, а не провокатор. Неужели и так непонятно?       Видимо, бога всё-таки нет, потому что родной человек ему не поверил. Это такая шутка, верно? Пап, неужели ты больше веришь этому человеку, чем своему ребенку? Пап, не поступай так со мной.       На следующей неделе Тэхён переехал к родителям своего отца в Тэгу. Папа предложил, а Тэхён не отказывался. Он не мог находиться под одной крышей с человеком, который сделал ему больно. Киму всегда казалось, что альфы — благородный сильный пол, который должен всегда защищать свою семью. Таким был его отец.       Но с реальностью пришлось столкнуться слишком рано. Слишком. Мир не состоит из одного только хорошего. Плохое тоже есть, его много. Тэхёну просто не повезло с ним столкнуться.       В Тэгу Тэхёна, закрытого пострадавшего ребенка, которого сторонились в новой школе буквально все из-за метки, подобрал Юнги. Он бета и ему «абсолютно похуй на запахи, мелкий, поэтому расслабься». Мин старше на два года и «не знаю, что за хуйня у тебя там произошла, но выкинь всё из головы, пока оно тебя не сожрало».       Хён спасал его от трёх попыток суицида за первые полгода их знакомства. Будил дедушек среди ночи, выбивал дверь ванной, сам бинтовал порезанные руки и слушал. Много-много слушал и успокаивал. Юнги первый человек, которому омега полностью доверился.       Первый год проходит очень тяжело. У Тэхёна на руках безобразные шрамы, пустота в глазах и искреннее непонимание, почему он до сих пор жив. Зачем? Для чего? Всё, что могло с ним произойти, уже произошло.       Папа не отвечает на его звонки, отчим пишет в сообщениях, что убьёт, если Ким на него заявит в полицию. Возможно, будь омега немного старше и смелее, он бы обратился в правоохранительные органы. Но он всего лишь подросток, которому сделали очень больно и испортили ему жизнь. Киму очень страшно и не хватает родителей. Конечно, дедушки о нём заботятся, но где папа, который обещал не давать в обиду? Пап, неужели обманул?       Только через некоторое время Тэхён осознал: его пометили. Присвоили себе, а потом решили избавиться, как от использованной вещи.       По ночам Тэхён глухо рыдает в подушку и ненавидит свою жизнь. Почему это происходит именно с ним? Где он успел так облажаться? ***       Сейчас у Тэхёна первый курс экономического, жизнь в Сеуле и Юнги. Прошло уже шесть лет, Ким уже начал потихоньку приходить в себя. Адаптировался в столице, подружился с однокурсниками, начал выходить из квартиры больше одного раза в день. Альф всё так же боится и старается обходить их за километр.       Папа начал нормально общаться с ним только через два года после переезда Тэхёна в Тэгу. Они созваниваются раз в несколько дней и говорят о примитивных бытовых вещах, избегая той самой темы. Папа до сих пор ему не верит. У них был скандал по этому поводу год назад, и тогда омега решил, что бесполезно что-то доказывать человеку.       Сегодня папа сообщил, что родил. Родил от человека, который испортил Тэхёну жизнь.       У омеги действительно всё начинало налаживаться. Правда.       Но новость о рождении братика снова загнала его в это состояние. Конечно, это прекрасное событие.       Но. Если раньше Тэхён надеялся на то, что папа может развестись с этим человеком, то после рождения ребенка об этом и речи идти не может.       Страшно. Обидно. Киму снова кажется, что его предали.       — Папа хочет, чтобы я приехал на зимние каникулы домой в Ильсан,— Тэхён утыкается носом бете куда-то в шею и заходится в новом приступе рыданий.— Что мне делать? Я не смогу находиться рядом с ним.       — Тише, тише,— Мин успокаивающе гладит по спине и позволяет омеге полностью улечься на себя. За шесть лет Юнги научился гасить истерики Тэхёна, но в этот раз он опоздал — стресс снова взял своё.— Тебе не обязательно к ним ехать, ты же знаешь.       — Знаю,— отозвался омега, шмыгая носом.— Но я так давно не видел папу. И хочу посмотреть на брата.       — Ребёнок, этот человек поверил твоему насильнику и предпочёл его, отказавшись от тебя. Ты уверен, что хочешь с ним встретиться?       — Не знаю,— шепчет Тэхён и хныкает, кусая пальцы до отметин. Бета беспокоится за эту привычку младшего, но кусать себя в любом случае лучше, чем резать.— Хён, я вообще ничего не знаю. И ничего не хочу. До каникул чуть больше месяца, и мне надо быстро что-то решить. Если я не поеду к семье, папа ещё больше на меня обидится, а если поеду — умру на месте, как только увижу этого дьявола.       Тэхён замолкает, а Юнги нечего сказать сейчас. Наверное, и не надо. Тэхён уже взрослый мальчик, справится со всем сам, Мину нужно лишь поддержать. Если что, Юнги всегда рядом.       — Пойдём покурим?       — Ага.       Тэхён боится отвечать на звонки родителя всю следующую неделю. Не знает, что ему говорить. И надо ли? Юнги всё правильно сказал тогда.       Этот человек предал.       Поверил насильнику.       И избавился от сына, отправив в Тэгу.       Папа года, блять.       Что ж, пусть хоть у маленького Лиёна всё будет хорошо. Тэхён просто неудачный эксперимент судьбы. С этим надо как-то смириться. Пока получается плохо. ***       Ким понимает, что что-то во вселенной сдвинулось не в ту сторону, когда на традиционные посиделки в четверг в маленьком кафе недалеко от института Чимин — его хороший друг и однокурсник,— приводит альфу. Тот представляется Чонгуком, а у Тэхёна сердце отказывается работать. Не то чтобы омега боялся «сильного пола»... Вообще-то да, боялся. В непосредственной близости — тем более.       Чимин не знает о том, что произошло с Тэхёном, поэтому глупо было бы его винить за то, что привёл альфу. Ким не решился рассказывать, потому что решил похоронить этот момент вместе с собой.       Юнги напрягается, в первую очередь, потому что знает о страхе своего мелкого, а во вторую: «блять, мы дрочили друг другу в душе и сосались на твоей кухне, пока ты курил. Неоднократно, Тэхён». А сейчас Чимин привёл альфу. Нет, определённо, что-то не так.       За столиком почти тактильно ощущается напряжение, Юнги и Тэхён даже не пытаются принимать участие в разговоре с Чимином и этим альфой. Кажется, вечер пошёл по пизде, как сказал бы Мин.       Омега вежливо отсиживает первый час, а потом срывается домой под предлогом незаконченной курсовой и утягивает Юнги с собой: «Хён, там темнеет, проводи меня».       В квартире Тэхёна Юнги валится на кровать прямо в одежде и долго возмущается на тему суки-любви «пусть в аду горит синем пламенем». Чимин или любовь — не уточняется.       — Давай после института поженимся, усыновим двух собак и будем посещать уроки бонсая?— бурчит Юнги, когда Тэхён приносит в комнату ноутбук, мороженое и ещё не начатую пачку сигарет.       — Хён, это так не работает,— Тэхён тихо смеётся и толкает Мина к стене, укладываясь рядом. —«Балто» или «Король Лев»?       — «Король Лев». Хочу поплакать от своей ущербности. ***       Тэхён устало трёт глаза и бросает взгляд на часы. Половина девятого. Кажется, он снова засиделся в библиотеке. Приближающаяся сессия буквально высасывает из него все силы.       Ким возвращает все книги на место и уже двигается к выходу, но в дверном проёме сталкивается с кем-то.       — Ой, извини, Тэхён,— омега пару раз моргает, уставившись на того самого альфу, с которым пришёл Чимин в кафе на прошлой неделе. Как там его звали?— Всё нормально?       — А? Да, прости,— Ким опускает голову и обходит альфу бочком, собираясь как можно быстрее уйти.       — Может, тебя проводить?— Тэхён невольно останавливается и смотрит на парня.— На улице уже темно.       — Не стоит.       Тэхён почти срывается на бег, когда выходит из здания. Он-то понимает, что никакой опасности от этого альфы нет, не все же они насильники в конце концов. Но омега ничего не может с собой поделать, ему страшно от того, что всё может повториться. Эта боль и предательство... Ким не знает, что ему с этим делать. Юнги предлагал пойти к психологу, но на втором сеансе стало понятно, что это бесполезно. «Бояться — это нормально»,- сказал тогда специалист. Ну да, нормально. Ненормально бояться почти до обморочного состояния.       — Вы отвратительны,— говорит Тэхён, когда Юнги и Чимин засасываются. Прямо. В. Коридоре. Где. Полно. Студентов.       Сука?       Ким смотрит на это безобразие и не понимает всего одной маленькой детали: вчера эти придурки игнорировали друг друга. А сегодня... вот.       Наверное, стоило всё-таки пойти на психолога, чтобы понять, как это, блять, работает. ***       С этой сессией и вытекающей из неё нагрузкой Тэхён и не заметил, как пролетело время. Наверное, осознал, когда перед ним лежал открытый пустой чемодан, а на руках — билет на поезд в Ильсан, оплаченный папой.       Что ему делать? Ехать к брату? Остаться с друзьями и дедушками?       Ким вздыхает и идет на балкон курить. Хоть он и обещал себе, что бросит, но... серьёзно? С такой жизнью только бросать курить, ага.       Через полчаса Тэхён всё же принимает решение. Но прежде чем осмеливается его озвучить, в первую очередь, для себя, его отвлекает сообщение из общего чата.

Юнги-хён 19:38 У кого собираемся бухать? Чимини 19:39 Не бухать, а культурно отдыхать, попрошу Юнги-хён 19:39 У кого собираемся бухать? Чимини 19:39 Засранец. Как я с тобой встречаюсь У тебя, наверное, как обычно Юнги-хён 19:40 Ок. Тэхён, ты вообще жив?

19:41 Да, хён, я здесь Если честно, даже не знаю, буду ли я в Сеуле на праздники

Чимини 19:41 Ты хочешь поехать в Ильсан к родным? Юнги-хён 19:41 Ким Тэхён, не смей, блять Ты остаёшься в Сеуле и празднуешь вместе с нами Тем более твои дедушки приедут А они давно хотели увидеться с тобой Пятнадцать минут, и я буду у тебя, мелкий Чимини 19:42 Что такого, если Тэ в этом году поедет к родителям? И почему Юнги так остро реагирует на это? Ничего не пойму.

19:43 Как-нибудь потом объясню, ладно?       При Юнги Тэхён звонит папе и говорит о том, что не сможет приехать в Ильсан, пару минут извиняется, просит передать привет отчиму и сбрасывает вызов. Правильно это или нет — без понятия.       Хён пинает чемодан под кровать и с чувством выполненного долга идёт на кухню за едой. Билет на поезд летит в мусорное ведро через минуту. *** Месяц спустя       — Может, попробуем встречаться?       Тэхён вообще-то на свою жизнь почти перестал жаловаться. У него были замечательные каникулы и любимые люди рядом. Он почти забыл о том, что является каким-то неудачным, неправильным омегой. Впервые за долгое время ему было х.о.р.о.ш.о       Тэхён даже набрался смелости и начал общаться с Чонгуком, когда возобновилась учёба. Его Ким боялся чуть меньше остальных, потому что Чимин по секрету шепнул, что альфа не чувствует запахов. Совсем. Нельзя так говорить, но это к лучшему. В компании омеги, беты и альфы, которые не могут воспринимать то, что Ким меченый, Тэхён чувствует себя почти обычным. Ему и правда становится немного лучше.       Надо сказать, Чонгук и Тэхён редко остаются наедине друг с другом. Точнее Юнги не позволял этому случиться. Но сейчас тот самый случай, когда Тэхён снова не заметил, как засиделся в библиотеке, на улице срывается дождь, а у альфы есть зонт.       ...Может, попробуем встречаться?... Тэхён надеется, что это просто слуховые галлюцинации, но Чонгук смотрит выжидающе и, кажется, не дышит.       — Наверное, это не самая хорошая идея,— говорит на выдохе омега, стараясь не смотреть парню в глаза.       — Почему?       — Навряд ли я когда-нибудь смогу встречаться с альфой,— говорит Тэхён, стараясь размеренно дышать. Он чувствует накатывающуюся истерику, но мысленно уговаривает себя успокоиться. Только не сейчас. Потом. Когда Ким останется один.       — Потому что я меченый,— Тэхён кусает нижнюю губу и смотрит вниз с трудом перебирая ноги. До дома совсем немного осталось. Некоторое время они шли в молчании, Тэхён боялся посмотреть на Чонгука и вслушивался в его дыхание. Возможно, альфа сейчас просто развернётся и уйдет. Но так будет даже лучше. Чонгук хороший. Лучше многих. Ему нужен другой омега. Не Тэхён.       — Чимин говорил, что у тебя нет пары,— наконец говорит альфа, когда они почти дошли до подъезда Кима.       — Это было изнасилование. Не знаю, зачем он оставил на мне метку,— омега почти пугается, пока говорит это. Он обещал себе, что никто кроме Юнги больше не узнает, но сам же себя предал. Молодец.       — Вот как,- Тэхён по голосу слышит, как сильно удивился Чонгук, и буквально почувствовал, как тело альфы напряглось.— Слушай... ну, не ставить же на себе крест после всего.       — Я не ставлю...       — Именно это ты и делаешь,— Чонгук останавливается перед подъездом Тэхёна и смотрит в упор на омегу. Киму немного не по себе, но он больше не отводит взгляд.— Я понимаю, что знаю тебя не так давно, но мне кажется, что ты потрясающий. Ты всегда в себе, но потрясающий.       — Со мной сложно,— покачал головой Тэхён.— У меня фобия, и навряд ли я смогу подпустить тебя к себе так близко, как хочешь ты.       — Ты ведь даже ещё не пробовал. ***       Тэхён не совсем понимает, как нужно вести себя в отношениях, хотя перед глазами живой пример в лице Юнги и Чимина. Возможно, сосаться на каждом углу это, конечно, очень круто, но Ким к такому не готов точно. Но надо отдать должное Чонгуку, который на близости не настаивает. Он держится на том расстоянии, на которое его может подпустить омега, и какое-то время ждёт, чтобы Ким к нему привык.       А потом произошла драка. Тэхёну всё объяснили в общих чертах уже по факту после произошедшего. Вроде бы кто-то что-то сказал про него, а Чонгук... ну, в общем он начал первый. В итоге, оба оказались в медпункте, где Ким рыдал на плече альфы, сам не особо понимая почему. То ли от осознания своей безнадёжности, то ли от того, что за него впервые в жизни заступился альфа. Наверное, рассеченная бровь и синяк под глазом не самое лучшее состояние для первого поцелуя, но разве это кого-то волнует? и Тэхён даже не собирается скрывать, что ему понравилось.       Ким и сам не замечает, как начинает чаще улыбаться, меньше загоняться и почти перестаёт курить. Юнги-хён ноет о том, что теперь не с кем после третьей пары «пропустить по сигаретке. Мелкий, ты перестал меня уважать», а омега лишь жмурится от поцелуев своего парня и прячет сигареты на черный день.