Голубой крейсер

"Наши мёртвые - нас не оставят в беде, Наши павшие - как часовые..." В. Высоцкий

***

Геленджик. Декабрь 1942.

      За небольшим столиком в пивной сошлись в жарком бою полдюжины офицеров. - Камень, ножницы, бумага, раз, два, три! - Танкист вышел. У него бумага. - Да я бы один чёрт не донес бы, руки то заняты. - офицер, подтверждая свои слова, хлопнул ладонями по костылям. - Давате дальше. - оставшиеся раскачивали кулаками. - Камень, ножницы, бумага, раз, два, три! - Морпехи с артилерией больше не участвуют. - Ну что, морфлот против авиации да? Камень, ножницы, бумага, раз, два, три! - Товарищ капитан-лейтенант, товарищ старший лейтенант, с вас, как с побежденных, принести двенадцать кружек пива. И рассказать чего-нибудь. - На пиво неплохо бы и скинуться, товарищи офицеры. - собравшиеся зашарили по карманам собирая мелочь, - А рассказать это со всех, но так и быть начнем. - Скоро вернемся. - моряки отшли от стола, оставив товарищей перешучиваться, в ожидании обещанных баек.       Вернувшись, моряки первым делом расставили на столе тяжелые кружки. А после капитан-лейтенант, поправив бинты на предплечье, спросил у окружающих: - Что с "Ташкентом" случилось ведь все знают? - Ему вроде на пути из Севастополя сильно досталось, да? - старлей-танкист явно не знал всего. - Не только. В начале июля на Новороссийск налёт устроили, одних Юнкерсов штук шестьдесят было. Нас тогда на перехват поднимали, ведомый говорил, вот видел как лаптежники на него заходят, а вот его и нет уже. Затонул мгновенно. - с минуту офицеры молчали, каждый о своих. - Ну так вот, недели две назад мы выходили на минные постановки. Вышли в нужный район, сделали своё коварное дело, на обратный курс ложимся, и вдруг из облаков два юнкерса падают прям строго по вертикали, и не уйти из-под них, и возвышения достать до них не хватит. Боцман пытался пулемёт задрать, но не вышло. Зато вышло у "Ташкента" - Так, погодите. Две недели назад был конец ноября. "Ташкент" почти полгода лежит на дне. И вы мне хотите сказать, что он вас спас? - артиллерист перебил рассказчика, выразив общее недоверие. - Ну мы тоже поначалу слегка подохренели. - Слегка!? - голоса морпехов слились в один. - Ну по сравнению с тем, что мы испытывали после, это было слегка. Когда неведомая хренотень, один в один затонувший "Ташкент", хрен пойми как появляется из тумана в двух кабетовых от твоего борта, ставит тебе ультиматум, выметайтесь мол и ближе десяти кабельтовых не подходите, берет тебя на прицел, и при этом светится какими-то узорами, палуба пустая, экипажа нет от слова совсем, и тишина стоит абсолютная, а у нас ещё и дизеля накрылись, когда пикировщики упали. Вот тогда то мы основательно так охренели.