Седьмая улица

– Парень, не подскажешь, где это я? А то я что-то заблудился. – Слышь, нигер, ты не коп ли? – спросил меня парень лет двадцати, который постоянно начёсывал руку. – А то знаю я эти ваши «фараоновы подкаты»: скажешь ему, что ты тут просто холодок ловишь, а потом тебя заставляют дилеров сдавать. – Не-не, я тут был проездом, тачка заглохла неподалёку… – Да конечно, блять! – вскликнул тот, достал пушку из-за спины и жутко трясущейся рукой направил её на меня, - Документы сюда! Мне пришлось передать ему своё удостоверение и действовать аккуратно. Тот укурыш достал мятую грязную купюру и кинул в меня. – Эй, Дэвис, чего застыл? Харе в справедливого нуар детектива играть, бери это и проваливай, – сказал парень напротив, кинув в меня мой бумажник. – Да так, просто жду, когда один из моих парней подбежит и скрутит тебя в рогалик, нигер. Когда тот обернулся, я схватил его за шею и приставил выхваченный у него пистолет к его виску. – Попался, уёбок! – крикнул я и сжал его шею покрепче. Теперь ты не только за наркоту присядешь, но ещё и за нападение на офицера при исполнении. – А если бы ты сосал мне, то забрал бы бабки? – усмехнувшись, сказал этот обдолбыш, даже не пытающийся выбраться. Я вырубил его одним точным ударом в висок, оттащил подальше от входа в ангар и проверил пульс. – Вроде живой, – прошептал я, накинул ему на руки наручники и принялся осматривать местность. В порту было достаточно тихо, ни мимо проходящие судна, ни собаки, ни единого шума не было, что казалось странным для этой местности. Маяк неподалёку окутывал светом близлежащие строения, судна у пристаней, будки охраны и волны всегда неспокойного океана. Яркость звёзд поражала меня, я только недавно оказался в этом городе, поэтому не думал, что это ужасное место может быть по-своему прекрасным. Жаль, что только на окраине. – Сосредоточься! – сказал я себе, подобрав бумажник с земли. Я подошёл ближе к ангару, который «охранял» тот обдолбыш, и услышал чьи-то голоса. Вход был закрыт по разумным причинам, поэтому я принялся искать другой вход. Побродив вокруг, нашёл небольшую лестницу в офис на втором этаже. – Это будет наивно, но… Пока я поднимался, всё гадал: умные ли эти наркоши, закрыли ли они этот вход? Дверь оказалась не заперта. – Ой, ну конечно. Голоса стали громче. Мне нужно было бы вести себя тихо, иначе так и не побываю в Нью-Йорке. Я достал пистолет и сел у окна офиса, слегка высунувши голову. Источником света был красный Mercury Cougar, вокруг которого была шайка ребят с перекрёстка у Седьмой улицы. По цветам, там были «Рыжие псы», но ещё и парни без всяких цветовых знаков. Вторых по количеству было больше, чем первых, однако, при всём количестве людей в ангаре, было тихо. Кроме звука океана было слышно только двух людей – главных обеих групп. Услышать, о чём они говорят было сложно, но медлить нельзя было. Не успел я высунуться, сказать какую-нибудь крутую коповскую фразу и поиграть в героя, как началась пальба. – Эй, – откуда-то прозвучал грубый мужской голос. Я открыл глаза и увидел свой офис. Табличка с надписью «Офицер Дж. Дэвис» была прямо перед глазами, рядом стояли пустые грязные кружки, от которых несло вчерашним кофе, разные бумаги перед клавиатурой компьютера, на которых я так уютно расположился. – Эй, Дэвис, мать твою! – повторил тот самый голос. Это был капитан нашего участка – Джон Лебовски, белый крутой мужик, по крайней мере, она таковым себя считает. Всё время ходит с угрюмой рожей, странной бородкой и немного душным характером. – Ты долго будешь спать? У тебя дела висят, нигер. Давай работай! Он снова доебался до меня, несмотря на то, что я всю ночь копался в архивах ради своих висяков и чужих, криво закрытых дел, ничего не меняется. Я пошёл умыться, сварить себе кофе и снова сел за свой стол. Да, среди бумаг был беспорядок, но фото той красной машины из сна мне сразу бросилось в глаза. По базе данных я смог определить лишь то, что машина не в угоне и, что хозяин сейчас отсиживается за несколько угонов, убийство и причинение вреда частному имуществу. Мне было ясно, что парень с не самого чистого района и, возможно, заслужил находиться за решёткой, но его дело мне казалось мутным. В свидетелях были парни Рыжих псов и никто больше, записей с камер видеонаблюдения нет, фотографий тоже, но и алиби нет. Напрягало моё чутьё именно то, что эти «свидетели» были активно против члена своей банды, что считалось сучьим поступком среди этого слоя. Как только прочёл имя того, кто вёл это дело, я был в недоумении: такого парня в нашем участке не числилось. Расспросы коллег дали мне понять, что этого продажного уёбка выперли, как узнали, что он был крысой Рыжих псов. Вся картина в моей голове сложилась, я собрал бумаги по этому делу, надел свою коричневую кожаную куртку и побежал к капитану. – Капитан Лебовски, к Вам можно? – спросил я, постучав в дверь его кабинета. – Да, бездельник, заходи. В кабинете было всё чисто, опрятно, будто он нанимал группу перфекционистов, чтобы устроить ему идеальный кабинет. На углу стола сидела приятного вида молодая девушка в вызывающей одежде, которую даже описывать стыдно. – Можешь идти, дома поговорим, Сара, – сказал капитан ей и мило улыбнулся, что было будто легендой, что этот хрен умеет быть добрым и ласковым. Как только девушка вышла, его лицо переменилось на привычное. – А это Ваша жена? – Это моя дочь. – Оу, хорошо, понял. – Слышь, давай по делу, а то как подумаю, что ты ей вдуть захотел, так хочется тебя в реку скинуть в бетонных сандалях, – угрожающе сказал капитан Говнюк. – Да, я тут по делу этого парня, – сказал я, протянув ему папку с бумагами. Он внимательно осмотрел каждый лист, каждое фото вещдоков и каждую букву перепрочёл по паре раз. Несмотря на то, что он иногда был мудаком, со своей работой он справлялся отлично. – Нет, тут всё в порядке, – безынтересно ответил он. – Погодите, но… – Нет, тут всё в порядке. – Я хотел бы… – Завали ебало и иди работать над открытыми делами, – рявкнул он, ударив по столу. – Да, сэр, так точно. Я вышел из кабинета, и встал у его двери. Мне хотелось дать ему по его жирной роже, но потом бы проходил службу в каком-нибудь захолустье под названием «Подзалуповка». На улице было достаточно светло. Я прошёл за угол здания, к парковке, и начал размышлять об этом смутном деле. Нужно было разобраться с этим, ведь парня точно подставили. Закурив сигарету, закинул папку на переднее сидение и опёрся на машину спиной. Это дело было закрыто 7 лет назад, у парня нет ни семьи, ни друзей, ни денег на нормального адвоката. Что взять со шкета, который ошивался в бедном районе с бандой людей, которые за ебучую десятку готовы выдать тебя кому угодно. – Точно! – воскликнул я и быстро сел за руль машины. Первой мыслью было найти какого-нибудь торчка в оттенках красного, который довольно давно числится в банде, второй же – выйти на того продажного копа, что упёк невиновного парня за решётку. – Дэвис, мать твою! – услышал я снаружи. Тем, кто меня позвал оказался парень, сидевший рядом с моим столом в участке. Я не помню его имя, хоть он и любитель рассказать, что у него и как с женой. Сам он был всегда улыбчивым экстравертом, который был готов помочь всем и всегда, но только из офиса. Полноват, всегда опрятно одет, любит съесть лишний маффин из коробки и выпить кофе на ночь. – Хэй, мой молчаливый друг, чем занят? – Слушай, эм… – начал я говорить, а потом понял, что правда забыл его имя. – Джон. – Да, Джон! Привет, я тут работать пытаюсь, на вызов поехал. – Меня не Джон зовут. Совсем ты заработался парень. Не столь важно. Лебовски меня вздрючить решил из-за тебя. – То есть? – А то и есть. Как ты ушёл он сказал мне следить за тобой на работе, так что…– на миг замолчал он и сел ко мне в машину, – Я поеду с тобой. – Он совсем в край охуел в своём офисе сидеть и указывать? – Не отрицаю, сам не очень люблю выходить из своей зоны комфорта ради поездки на всякие там вызовы. – Ладно, хер с ним. – Уилл, – резко сказал он. – Что? – Меня зовут Уилл. – Да, точно. – Джон, мы с тобой работаем уже года 4, а ты так и не запомнил? – Работа, – сказал я, почувствовав неловкость и пожав плечами. Уилл болтал без умолку, всё говорил о чём-то, что меня не совсем волновало. Пока за окном виднелись многоэтажки всё думал, что и Лебовски замешан во всём этом, когда показался мой родной район я считал дома до моего, по приезду к нему, Уилл замолчал. – Погоди, ты куда это приехал? – Хочу домой заскочить. Тут посидишь? – Да, пожалуй. Семье привет, – сказал он с наивной улыбкой на лице. Я махнул ему рукой и вошёл в это потрёпанное временем здание. На лифт надежды не было, он сломан уже как лет 10, поэтому придётся подниматься на 4-ый этаж по лестнице. Стены были всячески изуродованы граффити, всякими пятнами, а чего именно, даже знать не хочу. Единственное, что меня смешило изо дня в день: на первом этаже на стене нарисованы волосатые яйца, которые через две линии ведут до самого верхнего этажа, там эти две линии принимают формы залупы. Понимаю, смешного мало, но удивляет фантазия местной молодёжи. Я открыл дверь в свою квартиру и увидел всё то же, что и каждый день: уже осыпающийся потолок, старая мебель, грязные окна и единственным звуком, кроме скрипа пола от шагов и криков из соседних квартир, был одинокий гул холодильника, в котором давно не было еды битком. Упав в кресло, я начал вспоминать, куда положил их. Минут 10 прошло в поисках, пока я не понял, что коробка лежала под креслом. Я взял её и пошёл обратно к машине. – Ты что-то долго, Дэвис. Я уже заскучал. – Ничего, скоро исправим, – сказал я и закинул коробку в багажник. – Эй, что там в коробке? – с интересом спросил Уилл. – Скоро узнаешь, а пока, дай папку из бардачка. Он подал мне то дело, которым я решил заняться. Там я нашёл имя того бывшего копа, что содействовал заключению невиновного парня. – Знаешь его? – спросил я своего нового напарника. – Не-а. А должен? – Возможно. В папке я нашёл номер телефона этого мужика и решил позвонить. – Здравствуйте, это Майкл Харрис? – Да, а кто это? – Отлично, вы не сменили номер. Я офицер Дэвис, работаю там, где вы работали. У меня есть пара вопросов. Где Вас можно найти? Как только он назвал мне адрес, я сразу выдвинулся к нему. Район был этот среднего класса, ничем не отличался от других подобных, только если библиотекой имени Рузвельта, которая процветает уже лет 30. По приезду на место я выключил зажигание и повернулся к Уиллу. – Слушай, в рапорте пиши что угодно, хоть то, что мы холодильники искали или котят с деревьев снимали, но не то, что мы здесь были. – Всё настолько серьёзно? – Да, – твёрдо и уверенно ответил я. – Хорошо, я понял. Буду молчать, как рыба, и врать, как последний пиздабол. – Спасибо, и ещё. Лучше останься тут. Я не дал ему и слова обронить, как вышел из машины и забрал коробку, что лежала в багажнике. Не успел я позвонить в дверь, она передо мной открылась. – Офицер Дэвис? – Да, он самый. Можно пройти? – Угу, конечно. Может, чаю? – Нет, спасибо, я ненадолго. Мы сели у него в гостиной. Чисто, опрятно, да и сам он не в трусах меня встретил, а в каком-никаком костюме из рубашки, брюк и подтяжек. – А что у Вас за коробка? – с большим интересом спросил он. – Да так, ничего важного. Бумаги для моего свежего дела. – Ладно. Так что же вы хотели выяснить? – Мне попалось одно дело с вашим участием. Там был молодой парень, Рыжие псы в свидетелях. Припоминаете? – Да, посадили мы того уёбка надолго. – Почему вы решили его посадить только со слов тех упырей? – Верил на слово, – ответил он с ухмылкой, потягивая свой кофе. Мне стало не по себе от этого. – Вы уверены, что поступили правильно? – Целиком и полностью, Дэвис. Целиком и полностью. – Где у Вас уборная? – По коридору направо. – Извините, что-то не то съел. Я ушёл от него в ванную комнату и открыл ту коробку, что взял с собой. Когда-то давно звали меня «Детектив Джон Дэвис», я прекрасно справлялся со своей работой, вёл много дел за раз, за мной числилась хорошая раскрываемость. Кажется, что слишком хорошая, раз меня понизили до офицера за превышение полномочий. Я намотал на руки свои старые бинты и, глубоко выдохнув, вышел за дверь. Майкл всё сидел и попивал свой кофе, когда я подошёл к нему сзади. – Ну как Вы, офицер? Всё хорошо? Я выхватил его чашку с кофе и брызнул ему в лицо. – Ты ебанутый, хуйло фараоновское?! – крикнул он. – Сейчас и узнаем. Я толкнул его назад вместе с креслом и разбил чашку о его голову. – Я спрашиваю ещё раз, продажная ты свинья! Что с тем делом? Он ударил меня по лицу и, пока я приходил в себя, встал с пола. – Ты хоть понимаешь, что бывшего полицейского пытаешься отпиздить? – А ты нынешнего. Я в драках участвую ещё с юных лет, по молодости дрался очень часто, что и помогло мне по работе. Все движения Майкла я видел насквозь, он был медлителен и яростен. Ясен хуй, к нему пришли домой и решили отпиздить. – Я тебе кадык вырву и тебе же в жопу запихну, уродец! – Попробуй, жирдяй. Прямой удар в нос, замах в челюсть и удар в живот не помогли повалить его. Он схватил меня и уронил на стеклянный столик посередине комнаты. Я чувствовал каждый кусок стекла, что впивался мне в спину, но от этого становился лишь сильнее. Он не так сильно бил меня по лицу, возможно, возраст сказывался, возможно, не хотел сделать из меня котлету. – Слабо! – воскликнул я и ударил его по голове ножкой стола, что лежала рядом. Он сильно прихуел от такого и упал рядом. Я сел на него, схватил за ворот и начал бить его по лицу, пока не почувствовал боль в руках. – Ты расскажешь, как всё было? Если не расскажешь, то я от тебя мокрого места не оставлю, говнюк! – А тебе не слабо? – еле выговорив все буквы, спросил он уже беззубой улыбкой во все уши. Последним ударом я его вырубил. Поставил кресло обратно, сел в него и стал ждать, когда это говнюк проснётся. Спустя минут 5 он очнулся. Я встал над ним и, замахнувшись, сказал: – По уши в дерьме я не буду от того, что отхуярю тебя до полусмерти, но тебе-то будет очень неприятно. Говори, говноед, что с тем делом? Тот в свою очередь лишь харкнул мне в лицо кровавой массой. Я взял его руку и сломал ему мизинец. Его глотка смогла выдавить громкий крик и крипы от крови. – Если расскажешь, то не сломаю остальные. После этого он рассказал всё в мелких деталях. К нему пришли члены банды Рыжих псов и пригрозили большим ущербом ему и его семье, если он не посадит того парня, чела их банды, зачем это всё, он не спрашивал, лишь взял 2000$, что ему занесли и, спустя пару дней, началась охота на того малого. После его поимки, в свидетелях сидели купленные шлюхи и члены банды Рыжих псов. Так и упекли молодого парня просто ни за что. Я снял бинты, кинул их в коробку и направился к двери. – Если обратишься в полицию, то я потом найду тебя и доломаю остальные пальцы, – сказал я и захлопнул дверь. На улице стояла глубокая ночь, Уилл уже уснул в машине, слушая радио с какой-то попсой. Я сел за руль и, еле чувствуя руки, отправился к участку. Единственное, на что я надеюсь – Уилл будет на моей стороне, и что никто не спросит, почему я выгляжу так, будто меня отхуярили малолетки с района.