Холод

Порой, некогда Мистеру Буму хотелось знать не всю правду жизни, учитывая ещё, как она с ним обращается. Особенно о её жизненном цикле и всяких творениях, созданных от рук садистки, во благо чужой боли. Но жестокая судьба не пощадила и в этом случае и теперь он – болезненная жижа, что на этот раз приняла форму входного коврика, терпя невыносимую боль и смотря на неё глазами, полными ненависти. — Отпусти... — Хм... Походу я долго засиделась, раз коврики разговаривают. — Фальшиво и лукаво произнесла Мисс Проделка, заправляя розовые волосы в свою повседневную причёску. А потом так же нахально произнесла. — Ах да, это же ты. Ему уже давно надоела эта одноразовая шутка, что повторялась уже неизвестно сколько раз. Но он терпел, ибо знал, что ей по нраву, когда кто-то страдает. — Тебе не удержать меня, Мисс Проделка. Я рано или поздно выберусь отсюда! — Да неужели?.. Она смеялась над ним, даже не подавая на это голоса. Её взгляд хитёр и лжив, а жажда внутреннего садиста только возрастала, но об этом было известно лишь ему. И весь этот кошмар эффективно скрывался в лживой, невинной оболочкой, что прикрывал её от любопытных глаз людей. Маленькая мисс, в подтверждении его бесполезности, бесчувственно вытерла об него ноги, стирая его измученное жизни лицо. Парень кричал. Кричал от невыносимой боли. Но она лишь хихикнула, прославляясь в своей внутренней победе. — Ты бесполезен. Бесполезен как и при жизни. Но зато ты мне оказываешь огромную услугу. И выскользнула из своей комнаты, словно её и никогда тут не было...

***

Мало кто знает, но даже у таких шутников есть чувства, помимо ярких вспышек злости и непреодолимое желание навредить кому-то. Бесконечной наглости и бессердечия к остальным мистерам и мисс, как казалось многим. Природа с рождения наградила её множеством запасов идей, которых можно воплотить в жизнь. Да так, что при взгляде даже на какой-то объект, можно было уже придумать кучу вариантов развитий, как с ним взаимодействовать. Такая уж она – Мисс Проделка. И таких, как она, увы, немного. Многие умники узнав бы о таких умственных способностях попытались приманить шутников на свою сторону, во благо всему миру. А ей то что? Она жаждет приносить всем неприятности, а не совершать во имя науки скучные и бесполезные открытия, которые и ёжику не нужны. Хорошими делами повеселиться да нельзя. Так ведь?...

***

Он – раб, без права свободы. Мнения и собственного тела. Он лишь игрушка в руках назойливой дамы, что окутала в сети безмолвия и боли. Словно антистресс, который можно было мять, как угодно. Но отличие одно – парень жив, а не бездушная вещь. Но она считает это совсем по другому. — Ты такой мягкий и приятно-горячий. Словно разогретая подушка, ты так не считаешь? Мистер Бум молчал. Терпел мучительную боль, чувствуя, как его желеобразное тело мнут, как нагретый пластилин или глину. Сколько он тут? День? Два? А может неделю? Парень сбился со счёта, более того, мистер стал даже забывать, как выглядело первоначальное тело. Но уж точно не виде желеобразного существа. — Уа-ха-ха... Ты с каждым разом становишься всё послушнее и послушнее. Мне это нравится. Интересно, из тебя можно сделать непослушного мистера, как я? — Н-никогда. — Ха-хи-хи... Тебя никто не спрашивал. Фальшивая усмешка заставили чуть было не зареветь от несправедливости этого мира. Хотелось кричать, плеваться всякими оскорблениями, лишь бы этого всего не было. И понимание бесполезности и осознавание своей беспомощности перед ней, он терпел все издёвки со стороны маленькой мисс. И проблема только в том, что игрушки рано или поздно надоедают. И неизвестно, что проказница с ним сотворит, когда он будет и в этом деле бесполезен.

***

Она никому и никогда не выдаёт о своих умственных способностях. И о своих эмоциональных переживаниях. На это есть причины. Да и кому это надо? Но при этом мошенница не только сумела скрывать факты о своём гениальности, а ещё эффективно умела прятать свои настоящие эмоции и чувства, прикрывая их за хитрой улыбкой. Нет, это ни как не было связано с умом. Мисс Проделка просто ненавидела, когда её об этом упрекают. Считаю её эмоциональной и слабой. Пользуются этим во благо её нежеланного перевоспитания. Нет... Она холодна. Она жаждет чужую боль. И какие-то эмоции не могут изменить её мнения.

***

Маленькая мисс с любопытством осматривала синюю жижу, что благополучно расползлась в небольшую лужицу. Мистер Бум совсем не понимал, почему она так заинтересовано его осматривает, хотя вчера она чуть было не использовала парня в качестве туалетной бумаги. Благо проказница быстро опомнилась, ведь он же не бесконечный и тратить на это ерунду было бессмысленно. Хотя суть одна и та же. — П-почему ты на меня так смотришь? Ответа не последовало. Её ухмылка превратилась в совсем нездоровую и... странную. Не ту, что она использовала ранее. Фиолетовые пальцы погрузилась внутрь жижи с нижней части стороны, уходя в глубину. Он пискнул, хотя старался сдерживаться, дабы не дать ей насладиться этим во время процесса. Но это было практически невозможно, так как страдалец чуть было не ощущал её пристального дыхания. — Нет, пожалуйста Мисс Проделка. Стоп! — Залепетал беспомощный Мистер Бум, осознавая, к чему это всё идёт. Его зрачки увеличились в панике, а в глубине души он молился всем богам, лишь бы дело до этого не дошло. Но его мольбы не были услышаны...

***

И спустя столько лет проживание в Диллидейле она начала замечать странные изменения. Чувства, что были отложены в самый мрачный уголок своего разума, всплыл и расцвёл, словно цветок, на одного регулярно страдающего паренька – Мистера Бума. Всё произошло спонтанно. Резко. Ярко. И... Невозможно-существующее. Такие, как она не должна хоть что-то на подобии чувствовать. Это будет сильно мешать. И особенно к такому мистеру. Это закончится для двоих слишком плохо...

***

"...Если у баб нет члена, это не значит, что она не может стать активом. Обязательно найдётся та, что научиться делать это и без него..." Столетняя фраза Мистера Умника, случайно вылетевшая из уст гения во время яркой френдзоны от одной маленькой мисс, чьё имя он уже не помнит. Да и не обязательно, ведь это не его дело, а услышанная фраза была всего лишь чистой случайностью. Проходя мимо его домика, пока хозяин депрессировал и шептал всякие слова. Правда, прошло уже много времени, а эта фраза словно пластинка, заела в голове. Мистер Бум даже переехал из этого города, лет так 10 назад, но эти слова он не забыл. Возможно, причиной являлось то, что редко можно услышать от кого-то о сексуальной жизни, даже если оно является шуткой. Особенно, если это особо-одарённый мистер, как мистер Умник. Слишком идилизованные жители являлись таковы. И Дилидейл не был исключением. Мистер Бум, хоть и запомнил эту фразу, но смысл её понять не мог. Задумываться о ней слишком глубоко парень не стал – итак у него слишком много проблем, чтобы думать о половой жизни. Но находясь в плену, он понял, что не все входят в планку воздержания и приличия. А фраза, что поговаривал Мистер Умник действительно приобретала смысл. Маленькие мисс действительно могли трахаться без члена. Резкие толчки горячих пальцев окутала его. Боли не было, но в этом и была проблема. Ему не хотелось, не хотелось это ощущать. Он не давал согласия, от чего ему на душе становилось гадко. Но против животного возбуждения не попрёшь, хочешь ты это или нет. И это только подливало масло в огонь. — Х-хватит... — Едва прошептал парень, чувствуя, как его психика крошится на мелкие осколки. Но всем плевать. Плевать и то, что он сейчас чувствовал. Душевная пустота разрасталась, словно рак, с каждым толчком пальцев и телесного возбуждения. А отголоски гордости, что хоть как-то делало его собой, медленно и мучительно рассыпались на атомы, не оставляя после себя ничего. Тем самым делая Мистера Бума действительно бесполезной вещью. Мисс Проделка победила в этой схватке...

***

...Она не романтична, увы. Непослушная не умела правильно исполнять свои чувства в реальность. Не умела правильно воспринимать любовь. Да и не удивительно, если в детстве у неё никогда не было настоящей любящей семьи. Жестокость и безразличие ко всему было у неё в порядке вещей, и единственное, что помогало окончательно не сойти с ума это – пакости. Мистеры и мисс ненавидели пакости и жестокость. Но для неё это было в порядке вещей. Она ненавидела свою семью. И упоминать о ней тоже не стоит...

***

Мистер Бум дрожал. Дрожал от безысходности и слабости. Слёзы катились по изломанному телу, капая на пол, смешиваясь с белой дрянью, противной грязью и прозрачной субстанцией. Чувство беспомощности захватило власть над разумом, делая его жалким и пустым. Растоптанным и брошенный, словно старая, поношенная тряпка, которая годилась лишь на выброс. Он поднял взор на неё, в надежде увидеть в ней хоть какие-то отголоски совести. Но вместо этого парень увидел лишь яркое наслаждение в глазах непослушной дамы. На руке так и оставались следы белой и склизкой субстанции, от чего при виде этого ему становилось худо. Мисс Проделка гордилась своей работой, не испытывая к нему хоть каплю сострадания. А имелось ли она у неё вообще? – он уже сомневался...

***

Когда хоть и лёгкое щекотное и ласкающее чувство начало переполняться к "синему перевязанному придурку", было уже достаточно, чтобы начать потихоньку сходить с ума. Делать пакости теперь стали куда насыщенней и приятней. А ощущать, как парень страдает, приносило ей изысканные удовольствия. Душа словно трепыхала от переполняющих эмоций, что так не привыкла она сама. То, что недополучила в детстве от родной и так ненавидящей семьи. Но Мисс Проделка вскоре осознала, что силы сдерживать наплыв эмоций практически иссякли. Мозг сильнее перетруждался и превращаться в варёную кашу. Уже казалось, что без него пакость не пакость, хотя раньше творить шутки, не причиняя ему вред казалось нормой. Мистер Бум стал для неё, как никотин, который не подозревая ничего, утаскивал её в бездну безумного сломанного разума. Теперь она жаждет не чужой боли, а именно его боли. И не просто боли, а адские мучения от её же рук. Она хочет его...

***

...— Ненавижу! Плоть скрипела и растягивалась, словно тесто, только не рвалась от наплыва прикладываемой силы и не кровоточила от ран. Мистер Бум вопил, кричал о помощи, но только никто его не услышит. Руки побаливали от напряжения и предлагаемой силы, но пакостнице словно было плевать даже на собственную боль, разрывая его на куски. Что же случилось? Всё просто – очередная пакость не удалась. И чтобы выпустить весь пар, дама рвала его на куски, била, царапала и делала ещё кучу других мерзких вещей. Она на самом деле оказывается довольно-таки вспыльчивой и хорошо умела эффективно скрывать это. Да так, что никто из жителей об этом даже не подозревал. Возможно, это одна из причин, почему его до сих пор не нашли. Да и искали ли? — Мистер Бум... — Прошептала Мисс Проделка, запыхаясь. С её тела тёк пот, каплями падая на измученную жижу. Но спустя секунду на её лице появилась усмешка. — Ничего личного, я не хочу, чтобы кто-то увидел мой гнев хи-хи... Непослушная приблизилась к нему, сжимая покрасневшую синюю плоть в своих тисках. — Ты моя любимая игрушка. Ты знаешь то, о чём другие не знают... — Лучше об этом я никогда не знал. — Бездушно признаётся он. — Но теперь знаешь. И от меня ты никуда не денешься... Мистер Бум почувствовал, как она, словно кошка, притёрлась к его "телу". Ласка, что не премемленны ей, водит его в ступор. Чужие руки бережно тискают желеобразное тело, горячим языком проходя по синей плоти. Тихий, короткий смешок едва пронёсся из уст садистки, но это не помешало ей продолжать тереться об него телом. Паренёк лишь тихо сопел, боялся хоть что-то против сделать. Такое поведение было крайне неожиданным учитывая то, что секунду назад она чуть было не разорвала его на части. И тихий, едва разборчивый шёпот раздался из неё: — Я люблю тебя. Люблю и буду любить. И тут их губы соприкоснулись в глубоком поцелуе. Неожиданно и страстно. Мистер Бум лишь тихо промычал, то ли от неожиданности, ну или явного выраженного несогласие на это. Но особо-то рисковать не стал. Ибо знал – любое неверное действие может замкнуть что-то в её голове и последствий не избежать... Чужой язык ловко просочился в рот и ловко стал наводить свои порядки, дотрагиваясь до всего, чего можно. Её движения тела были плавными и... Сексуальными. Парень бы никогда об этом не подумал, что однажды, при виде неё он подумает, что она – сексуально-привлекательная. Конечно, это были лишь животные инстинкты, заставляющие думать об этом, а никакие там душевные чувства. Да можно ли чувствовать что-то, помимо ненависти и страха, после того, что она сотворила? Вряд ли...

***

А потом ей пришла в голову мысль. Весьма гениальная мысль. Использовать его в качестве игрушки. Вещью, умеющий принимать любую форму. Дамочка знала, что он на такое способен, хоть это и случалось только по несчастным случаям. Но... Плевать. Плевать. Плевать! Непослушная знает, как ловить его на живца. Как сделать так, чтобы о нём никто не вспомнил, а если вспомнят, то не найдут. Она готовилась к этому слишком долго и терпеть больше не может. Дама хочет его, во чтобы бы не стало. И этот процесс не остановить. Мисс Проделка сдерживаться большее не может. Безумная любовь захватила её здравый рассудок, который был нацелен лишь на него. Непослушная хочет питаться его болью, чувствами и страхами. И никто не остановит её от желаемой цели... Никто...

***

Дверь растворилась. Бледная, уставшая и явно измученная Мисс Проделка вваливается в дом, закрывая на замок. Она не в состоянии была даже обратить внимание на Мистера Бума, что принял форму вазы, ибо слишком утомилась за день. Непослушная ложит рядом с ним испачканный в чём-то нож и уходит... Нож. Обычный кухонный нож, которым большинство людей режут хлеб на завтрак. Нож. Мистер Бум не отрывает взгляда с него. В отражение просачивалась он сам. Измученный и разбитый мистер, что когда-то был человечным. Он не видел себя за столь долгого времени и теперь... Нож. Парень потянулся к нему, как к спасительному лучику света, что наконец просочилась сквозь гущу тьмы. Отрасль, что постепенно превращалась в подобие руки, тянулась к холодному оружию, жаждая взять его. В глазах, за долгое время, блеснули искры умершей надежды. А личность гордо выходила из пепла, словно феникс после смерти. Мисс Проделка победила в этой схватке... Но Мистер Бум теперь требует реванша...