S t a y

      Появление новых людей в семье Винчестеров породило новые обсуждения. На обложке Times Джон придерживал Диану за плечи, только слепой не заметил, как отцовская ладонь крепко сжимает девичье плечо. Сэмми стоял справа от Ди, заглядывая на столь похожую блондинку. Мальчик Адам стоял рядом с Кейт и нежно улыбался в камеру, Винчестер старший нежно приобнял второй новоявленную супругу.       Каждое лето Ди уезжала к Бобби, она продолжала видеть в близком друге семьи — отцовскую фигуру. Они отправлялись в походы, а в дни открытия салонов, Сингер разрешал продвигать ту или иную марку.       Но со временем Диана перестала испытывать радость в окружении близких ей людей. Сэмми постепенно становился закрытым и не по годам сообразительным пареньком, Адам был на полтора года старше её самой. Ссоры с отцом, чрезмерная грубость в сторону Кейт и абсолютное равнодушие к новостям от Бобби стали нормой.       Шестнадцатилетние Ди встречала в компании друзей и незнакомых людей. Тот день стал отправной точкой к нескончаемым выпивкам и попаданием в полицейские участки, что непременно портило репутацию старшего Винчестера.

***

— И снова, малышка Ди! — окликнул меня голос молодого копа. Я недовольно зашипела от толчка по ребрам. Мерзкое чувство просыпаться на голой земле. Особенно в прохладную осень. Поднявшись с третьей попытки, отталкивая ладонь Самандриэля, заметила, как он нахмурился, замечая торчащий косяк из моего тренча. — По протоколу, я должен увезти тебя к социальному работнику, но признаться я заколебался писать отчеты. — Ты сама любезность, — пролепетала, аккуратно поворачиваю шеей из стороны в другую. Этим и он нравился мне, — Подвезешь домой? — Не бросать же тебя. Залезай.       Послав воздушный поцелуй, я запрыгнула на переднее кресло отгребая ненужные рапорты, которые в итоге упали под ноги. Офицер Джорджонтон ничего не сказал, но и проследил, чтобы ремень безопасности защелкнулся с моей стороны, а затем завел машину. Проезжая по знакомым улицам мой взгляд оказался направлен в экран смартфона. Джо и Анна выложили наше совместное фото, продолжая веселиться в баре, неподалеку откуда меня и забрал Сам. Не заметив, что мы оказались у моего дома, офицер не пытался вытаскивать наружу. Он терпеливо дожидался, пока моё любопытство с погружением в социальные сети утихнет. Светлело и от попавших в глаза лучей света, я нелепо зажмурилась и перевела взгляд на смотрящего на меня человека.       Наше знакомство состоялось несколько лет назад, на громкой вечеринке выпуска старшеклассников. Мы все были застенчивыми, Джо нашла для нас запрещённые таблетки, и мы заперлись в комнате старшеклассников с бутылкой абсента. Переодевая бутылку и выпивая из горлышка, нас прорвало на смех. Как оказалось, комната принадлежала брату Саммандриэля, а сам он на утро вернулся с участка и обнаружил нас — обдолбанных и хохочущих громче, чем колонки в праздничную ночь.       Захлопнув дверь, я поняла насколько устала за несколько бессонных ночей. Прислуга накрывала на завтрак, на что, отмахнувшись, побежала уже через три ступеньки, а не две как привычно. Захлопнув дверь, я рухнула лицом в подушки и уснула ровно на три часа. Меня разбудил громкий оклик отца, отчего сгруппировавшись, я моментально выпрыгнула из кровати и понеслась в комнату брата. В последнее время отец и Сэм часто спорили по поводу компании. Джон хотел, чтобы Сэмми продолжал его бизнес, но Сэм к своим четырнадцати годам хотел совершенно другого — свободы и поступить в колледж на другом конце государства. Врываясь в комнату, я задеваю плечом косяк и моментально подлетаю к отцу, одергивая его от удара, подставляюсь сама. Кулак почти долетает до носа, но Джон берет себя в руки и грозно смотрит через плечо. — Иди к себе, Диана. — Нет, сэр, — в последнее время нас разлучают отъезды отца с братом, после которых Джон возвращается рассерженным. В те моменты я не знаю, что именно творится с этими двумя.       Дверь захлопывается, и я резко оборачиваюсь, сжимая в объятиях некогда щуплого мальчика. Мой брат вырос ещё больше, он не на голову, а теперь даже три выше. Утыкается носом в макушку и сопит. Из нас двоих именно он всегда принимал осознанные решения. — Тебя снова привез тот офицер. Всё в порядке? — Тебе не следует из-за этого переживать, Сэм, — присаживаюсь на его нижний ярус кровати, весело болтая ногами. Раньше он делил эту комнату с Адамом, но со временем он решил отстоять свое мнение в пользу личного пространства. — Надо будет заказать тебе другую кровать. — Не стоит, — резко прикрикнул Сэм, взмахивая руками и чудом не ударяясь об балку. — Ладно, Сэмми, как скажешь!       Он рассказал мне о своих успехах в учебе, показывая табель, но я и так верила в него. Моя учеба закончилась настолько рано, а другая намертво застряла. Если Сэм соберется уехать, я непременно его поддержу, более того мы сделаем это вместе.

***

      Воскресенья были хороши, народа в клубах становилось всё меньше, а тело продолжало раскрепощаться. Пританцовывая, руки проходили по волосам и опускались ниже. Мне необходимо отвлечение, кто-то, кто не станет осуждать.       Заметив взгляд на себе, но не приглядываясь, медленно дошла до бара и опустошила несколько рюмок за раз и закусила лимоном. Пожарная дверь резко захлопнулась, вместе с ней в помещение резко поступил поток долгожданного воздуха.       Как оказывается эти двери можно легко открыть. Никого не волнует безопасность, видимо и меня моя тоже. Незнакомые руки резко обхватили за талию, но они походили на рывок, отнюдь не объятие. Резкий разворот и в голове срабатывает резко-забытое воспитание.       Эти глаза, столь знакомые и повторяющиеся каждую ночь. Карие, как крепкие виски, прожигают и вызывают страх. — Вот мы и встретились, малышка Ди.

***

      Первый прилетающий удар, выбивает из равновесия. Диана кричит, но громкая музыка закрывает этот еле уловимый хрип. Удары наносятся всё сильнее и жестче, плечо протыкает кинжал, Азазель прокручивает его и с губ срывается хрип. Последним, что запоминает юная Винчестер в беспокойный вечер резкий удар по голове об металлическую трубу.       Поднимаясь, Азазель проводит кровавой рукой по лицу жертвы и медленно вынимает кинжал. Только потеря сознания и редкий пульс спасает её в бесконечную ночь.       Она отрывочно помнит, как приходит в себя и шатаясь бредет по опустевшим улицам. Как сворачивает в знакомый переулок и еле передвигает ногами. Как Джон ловит дочь и кричит Кейт о скорой и полиции. Застывшие лица Адама и Сэма погружает одна темная пелена.