S t a y

      Мне нравилось сидеть на ступеньках во дворе. Воспоминания уносили в те тихие деньки, когда мы с Сэмом только начинали жить у Бобби. Со временем мужчина разрешил уходить чуть дальше — к его, по тем временам, небольшой автомастерской со старыми и непригодными машинами для вождения. Помню, как забиралась вовнутрь неподлежащих ремонту и изображала дрифт. Сингер смеялся, называя меня юным Шумахером — с выпавшими молочными зубами. Завернувшись в плед, продолжала любоваться всходящим солнцем. — Диана, — удивленно спросил Джон, ступая по скрипящим половицам. — Кошмары? — О, впервые за четырнадцать лет ты всё же решился об этом спросить? — он сразу устремил взгляд в чащу леса, но глаза так и бегали из стороны в другую. — Меня редко можно поднять в три утра, а оказывается на улице так красиво. — Когда мы начинали встречаться с Мэри, я забирал её с работы в это же время, — вновь стало тихо и по звуку, а также сокращению места слева, стало понятно — отец присел слева. — У меня есть подарок для тебя.       Я не праздновала свой день рождения последние четыре года. В те времена мы только вернулись вместе с Сэмом к Джону, я стала трудным подростком. Поправка, вы наверняка видите, что такой и продолжаю быть. Нервно вздохнув, отказалась от протянутой отцом ладонью и пошла за ним. Мы минули гостиную, прошли в гараж и от резкого перепада темноты и включившегося освещения, меня слегка ослепило. Промогравшись, долго не могла понять почему в гараже отца стояла знаменитая Chevrolet Impala 1967, которую он купил в свои двадцать и потом подарил Мэри, дабы ей было удобнее добираться со смен в больнице домой.       А потом пришло осознание. — Ты даришь её мне? — С девятнадцатым днём рождения, Диана. Движок перебрал Бобби, он давно просил забрать машину, угрожая торговаться со своими клиентами.       В данную минуту я забыла обо всех злобах и резко прильнула к отцу, сжимая его в крепчайших объятиях.       Знала бы я тогда, что стану средством для достижения цели…       Я проехала около семи кругов в домашней пижаме и тапочках по округе, прежде чем услышала сигнал от полицейской машины. Мгновенно притормозив, порылась в бардачке, благодаря Джона за подсунутые автомобильные права. Их я получила года два назад. Первым экзамен с теорией принимал Бобби, дотошно спрашивая обо всем. — Ваши права, мисс… Диана, вау. Мне стоит беспокоиться о угоне? — Пф, Самандриэль. Правда хороша? Джон подарил мне Детку пару часов назад. — Ты как сама? Слышал про недавний инцидент у Бара на Дороге. Этот психопат словно под землю провалился. — Видимо проложил себе дорогу. Прямиком в Ад, — сухо пробормотала себе под нос.       Проболтав порядка ещё двадцати минут поняла, что дико хочу есть и вместо дороги к дому, отправилась к Макдональсу. Поверьте, даже не заходя вовнутрь бургерной, ощущала порядка десяти взглядов со стороны окошка выдачи. Персонал нервно бегал и впервые заказ оказался готов за пятнадцать минут. Решив не испытывать судьбу, притормозила уже у дома и начала поглощать нежную булку с вкусной котлетой. Входная дверь приоткрылась и на пороге замер Сэм.       Мотор был заглушен ещё минуты три назад, оставалось только наблюдать за громким разговором между ним и Адамом. — Поверить не могу! Вы врали всё это время, прикрываясь за спиной Джона. К чему это приведёт? Нравится быть популярными, ощущать славу, казаться… — Эй, мелюзга, — оба поворачиваются с застывшими гримасами в виде ужаса, в то время, как дверь мгновенно захлопывается. Мне нравится этот звук, — Что застыл, иди собирайся, — Адам лишь закатил глаза, в то время как Сэм снял с себя куртку набрасывая на мои плечи, — Спасибо, Сэмми. Поделишься секретом? — Не сейчас. Пойду пешком, пускай Кас отвозит его одного. — Эй. Я отвезу тебя. Кстати, знакомься это — Детка.

***

      Новость о моем дне рождении разлетелась по всем соцсетям. В фейсбуке, паренек, отдавший мне заказ в маке, писал, что его первым клиентом стала я, добавив «omg, будь сыта, Диана, и приезжай снова». Для поездки в школу всё же переоделась в джинсы с зеленой паркой. Поцеловал Сэмми в щеку, заметила, как он неловко выбирается из машины и салютует около входа в здание. Рядом притормозил Кас, Адам резко вырвался из автомобиля и посмотрел на меня, словно я знаю его самый ужасный секрет. Из Сэма же вытянуть что-то было трудно, мы молчали большую часть пути. Захочет — расскажет. — Хей, Ди, — я подпрыгнула на сиденье, едва не ударяясь об крышу машинки. Только Кас мог так тихо и беззвучно подойти. — Есть планы на вечер? — Хм, дай покопаться в мыслях, — минута молчания. — Ммм, вроде бы нет. А что? — Просто доверься мне.       Что ты делаешь с моим сердцем и душой?

***

      Припарковавшись с разницей в несколько минут, первой устремилась в дом. Он был полностью пуст и развалившись на диване, уткнулась в телефон. Бредбери написала краткое поздравление, отчего на губах промелькнула улыбка. Кас уселся чуть дальше, углубляясь в чтение книги. Вскоре он уснул, поэтому решая не будить — спросила у Сэма, сможет ли он ехать вместе с Адамом обратно домой? Попробую       Дорога до дома сопровождалась в еле слышимым пением Фила Коллинза, буки продолжали смотреть в разные окна. Они одновременно захлопнули дверь и теперь я понимала всю боль, что испытывает Кастиэль, когда захлопывала дверцы ещё сильнее. Заглушив мотор, устремилась в дом, где Кас готовил обед и по звукам общался с Сэмом. — Я достал билеты. Начало в семь. — Спасибо, Сэм.       Решив подождать ещё минуту, выдвинулась на кухню. Они стали непринуждённо разговаривать об учебе и о том, что Сэму не нравилось парировать бедных животных. Вегетарианец до мозга костей.       Мой наряд остался почти неизменным, Кас ведь не говорил, чего стоит придерживаться, а чего нет. Мы вышли на крыльцо и изо рта вылетело облачко пара. — Поедем на твоей? — Хорошо-о-о, — протянула я, дожидаясь пока Кас сядет в машину и плавно закроет дверцу. Затем выехала и с улыбкой посмотрела на него. — Прокладывай маршрут, штурман.       С навигатором по имени Кастиэль дорога казалась попросту забавной: словно кто-то вернул меня в то время, когда мы с мамой отправлялись за покупками в Валмарт, а я подсказывала ей дорогу.       Удивление вперемешку с ностальгией небольно сжало сердце. Автокинотеатр подсвечивался несколькими неоновыми лампочками, мы стояли третьи в очереди. Вскоре молодой человек взял билеты у Каса и указал на свободное место. — Сначала я хотел пригласить Сэма вместе с нами, но он отказался в последний момент. — Это лучший день рождение в моей жизни. — Меньшее, что могу для тебя сделать.       Показывали — Достучаться до Небес, хороший фильм, который я смотрела несколько раз на кассете. Я смеялась из-за шуток Абдула и Хэнка, утирая выступившие слезы пальцем. Кас тоже поддерживал мой смех. Спустя минут сорок мое тело затекло и оставив ботинки возле педалей, несмело облокотилась о плечо Кастиэля. Он слегка вздрогнул, но отодвигаться не стал, наоборот обнимая и прикасаясь подбородком о мою голову. — Моя мама, Джулия, тоже болела глиобластомой головного мозга. В то время я заканчивал школу и копил сбережения не на колледж, а на цветочный бизнес и здоровье, — я замерла, слушая его историю. Вырываться из объятий, чтобы посмотреть не решилась, поэтому переплела пальцы своей правой с его левой ладонью. — Но потом я нашел объявление, по службе. Платили неплохие деньги, они покрыли старые расходы, мы смогли закрыть кредит и как оказывается она постоянно откладывала сбережения. — Мне жаль, Кас.       Не всегда люди могут договорить о своей утрате, но я давно знала этот тон. Он был слишком мне знаком. — А потом я похоронил четверых парней, своих сослуживцев. Наш отряд «Ангельской силы» стал ничем. Никогда не забуду их лица застывшие… Извини, Диана. — Мне тоже часто снятся кошмары. Сон за сном, порой мне кажется, что я так и не смогла выбраться, — поерзав, я отстранилась и посмотрела в его опущение глаза. — Наши мамы хотели, чтобы мы жили. Кас, мы с тобой бойцы. Иногда мне хочется поехать к старому дому и отдать маме Детку, как Мартин исполнил своё желание — подарить своей маме, поклоннице Элвиса Пресли, такой же розовый кадиллак, какой певец подарил своей матери. Мы с ним похожи, согласись? — сравнивая себе с Брестом. Кас коротко усмехнулся. — Значит я — Руди? — Ты — это ты, Кас. Но да, ты определенно олицетворяешь Вурлитцера.       Он снова улыбнулся, коротко шепча спасибо. И в тот момент я решила — сейчас или никогда, резко приближаясь и мягко целуя губы со вкусом меда.