S t a y

      Квинсленд не зря называют одним из засушливых городков США. Даже зимой можно купаться в лучах солнца, оставаться с загаром и слушать сплетни городских жителей. После неожиданной засады в баре прошло немало попыток поймать нас при выходе из мастерской, покупках в гипермаркетах и поездках до заправки. Со временем люди переключаются на другие сенсации, и ты снова можешь зажить спокойной, счастливой жизнью.       Но затем наступают сезоны дождей. Ты бежишь к дому промокая до нитки, смотришь на мигающие огни служб спасения и просишь Бога, чтобы они успели, добрались вовремя до пациента и спасли его жизнь. Порой у меня промелькивали мысли вернуться обратно в службу спасения. Даже курсы нашлись, в любой момент теоретические знания можно превратить и в практические.       Близилось рождество: время чудес и надежд. Я смотрела на проходящие полные семьи с любовью и щепоткой грусти. Дети всегда надеются на исполнение своих желаний, получения подарков от Санты и радуются. Так радуются, что заражают всех блеском в своих глазах, смешками и неподдельно детскими эмоциями. Сколько раз мне хотелось вернуться в те времена, когда Сэмми только родился и мы с мамой смеясь бегали вокруг ёлки наряжая один ряд за другим.       Закрыв багажник Импалы не поднимая взгляда прохожу в дом и сбросив ботинки плетусь к кухне. Продукты оказываются быстро разложены, словно тех трех сумок не было в моих руках. — Диана, подойди пожалуйста, — голос Кастиэля заставляет подпрыгнуть. Он всё также продолжал находиться на больничном и часто ворчал, жалуясь на затворничество в четырех стенах. Я думала наоборот, приободряла и смотрела с ним все фильмы, мы лениво целовались и касались друг друга, были как-никогда счастливы. Его гипс сняли неделю назад, поэтому к работе ему велено приступать уже после рождественских праздников. В нос ударил запах хвои, мои глаза внезапно стали слезиться и губы дрогнули в болезненной улыбке. — Милая, прости. Как я мог забыть! — Нет, нет. Елка просто замечательная, такая пушистая. Очень красивая, — я неловко поцеловала его в щечку, чуть разочаровалась в себе, когда он отошел с грустной улыбкой на два шага назад, — Будем наряжать? — Я могу отдать её Бальту. — Не нужно! Такую красотку грех отдавать кому-то ещё. — В этой комнате их двое.       В помещении раздался синхронный смех. Кас сказал, что пойдет забрать коробки с чердака и отказался от помощи. Взгляд перешел на окно, где ровными линиями струились огни гирлянд. В доме напротив с месяц назад поселилась семья из четырех людей, старшего брата, родителей и мальчика подростка. Все они стали часто встречаться в нашем городке, а на замену Тайлеру в автомастерской стал работать глава семейства Говардов Томас.       Игрушки гармонировали. При их распределении Кас часто рассказывал о истории их появления, некоторые из них остались со времен проживания Захарии, но многие Джулия решила выбросить, и они обзавелись несколькими десятками новых рождественских украшений. Пока Кастиэль украшал фасад, он категорически отказывался пускать меня на крышу, мои мысли летали где-то неподалеку. Вместе с ним мне взаправду не думалось о прошедшей жизни. Просто в один тяжелый день появился он и сделал жизнь иной, изменил моё существование и показал причину жить ради не для кого-то, а в первую очередь ради себя самой.       Автомастерская закрылась чуть раньше, Кас ответил, что непременно ждет меня и начинает готовить ужин. В девятнадцать двадцать я пробежалась от машины к дому и холодные капли дождя вынудили спуститься к дому, когда курица уже запекалась в духовке, а мой человек резал ровными ломтиками яблоко. Обхватив его обеими руками за талию, поцеловала его в предплечье и хихикнув отобрала кусочек, хрустя яблочной долькой. — Так, ты мыла руки? — Не только руки. Хорошо, что мы сможем отпраздновать рождество вдвоем! — Я ждал этого всю мою жизнь.       Поцеловав меня в висок, Кастиэль отошел к холодильнику и поручил приготовить традиционный глёг. Готовила я его не в первый раз, а вот Кастиэль попробует впервые. Тогда под надзором Джона он не решился взять заранее приготовленный стакан. Сейчас у нас был литр на двоих. Комфортно усевшись в гостиной, мы смотрели друг на друга с улыбкой и рассказывали о том, что произошло за неделю. Сэм переписывался со мной уже не так часто, его знакомство с Эйлин продолжалось, и он показывал ей Бостон. Её знакомые черты лица вскоре всплыли в памяти и Алексия первой позвонила мне, радуя приятным известием о начале отношений между её дочерью и моим братом. — Честное слово — это время чудес, — я взмахнула рукой и наклонилась к столу, чтобы взять напиток, — Ты ведь чувствуешь, как волшебно ощущаем мы себя и по сей день. — Знакомство с тобой стало моим самым желанным подарком в моей долгой жизни, — я улыбнулась и в бокале чуть убавилось ароматной жидкости, — Надеюсь, ты разделяешь мои чувства, и я намерен надолго задержаться вместе с тобой. — Да, ты уже говорил об этом… — И всё же, я хочу спросить. Диана Винчестер, ты станешь моей женой?       Буквально за мгновение Кас опирается на колено и открывает бархатистую коробочку. Мои глаза смотрят не на идеальное кольцо, представляемое мною в давних мечтах, а в эти бескрайние синие глаза. Он ни на секунду не сомневается в своих словах, позволяет отойти от шока и заражается моей улыбкой, ловя в свои объятия. Мы чуть не падаем на пол, смеемся и липнем к друг другу. — Да, да! Конечно же, да, — шепчу ему на ухо и оставляю поцелуй на любимых губах, — Ты моя бесконечность. Моя радость, мой будущий муж! — Мне нравится, как ты произносишь это слово, — его пальцы надевают кольцо на безымянный палец, и я вижу легкую грусть в его глазах, — Будь по-другому, я сначала познакомил тебя с мамой и спустя время попросил благословения от её лица, прося отдать это кольцо для тебя. — Важная семейная ценность. Обещаю, что буду беречь. Боже, я не могу поверить! — Я тоже, моя любовь, я тоже.       Взрыв пиротехники заставляет нас оторваться друг от друга. Говарды запускают четвертый запал, и мы тихо выходим на задний двор, целуясь вновь и готовимся стать молодожёнами. И с тех времен уходит грусть, уходят и проблемы — мы начинам жить в бескрайнем счастье.