Можно было и без этого всего

- Вау, ты такой молодец, хён, наконец-то смог признаться в чувствах, - громко раздался наигранно холодный голос Доёна, кажется, не только в небольшом помещении, но и в голове Тэёна. - Можно было и получше отреагировать, - буркнул в ответ тот. - Просто сделал вид, что удивлён, не больше, - натянув наглую довольную ухмылку, Ким вернулся к чтению книги, от которой ранее его оторвал Ли. На самом деле, Тэён не собирался признаваться. По крайней мере сейчас. Именно сейчас, в данный момент, когда в общежитии было полно людей, и они совершенно случайным образом могли всё услышать; парни сидели на балконе и говорили довольно громко, пусть и за прикрытой дверью, но в теории заявиться сюда точно кто-то мог. - Хуёво получилось, - Тэён грузной тучей сидел в кресле на другом конце балкона напротив донсена и посматривал то на него, то куда-то на улицу. Его не устраивала такая реакция вокалиста, он тут, вообще-то, в любви признаётся, а ему за это хуй с маслом. А ведь Тэён действительно в нём души не чаял, пусть и редко показывал это. Поэтому, как младший мог догадаться о чувствах к нему, для Тэёна было загадкой. После недолгого молчания, что воцарилось после слов Ли, на балкон буквально ворвался макне иличилей. - Чону-хён там приготовил токпокки на всех, идёмте обедать, - и сразу же выбежал. Доён без колебаний отложил книгу на рядом стоящий журнальный столик, встал с кресла и, задержавшись в проходе, обратился к старшему: - Идёшь есть? - Спасибо, не хочу, - Ён попытался изобразить наплевательство и даже не повернулся в его сторону, на что Доён только покачал головой и вышел. Весь оставшийся день Тэён ходил сам не свой; его в самом деле ранило то, что Доён после признания не то, что ничего не сказал, а упорно делал вид, будто ничего не произошло. Ладно бы он там понял, если бы Ким начал его сторониться, ведь его друг буквально сделал перед ним каминг-аут, да ещё и в любви признался, но тот вёл себя, как ни в чём не бывало, и Ли это бесило. Как и сам Ким. Доён до жути бесит Тэёна. То ли его вспыльчивым и властным поведением, чопорностью и постоянным стёбом, то ли своей идеальностью. Статная ровная фигура, прекрасные руки, в которых буквально хотелось раствориться, ровные черты лица, тонкие губы, которые так хочется попробовать на вкус, тёмные глубокие глаза, Тэён порой мог рассмотреть в них вселенную с миллиардами звёзд, ровные брови, которые он иногда так мило хмурил, что между ними образовывалась морщинка; даже такая мелочь в младшем его бесит. Но больше всего Тэёна раздражает эта улыбка - такая широкая и яркая, что могла затмить собою солнце. Настолько сильно раздражает, что он не может совладать со своим сердцем, что выбивалось из груди каждый раз, как он её видит. А видит он её часто. Так и до проблем со здоровьем недалеко. Ещё Тэёна раздражало, что Доён строит из себя человека, которому позволено играться с чувствами других. Он не знал мотива его поступка, почему он игнорирует эту ситуацию; одновременно раздражает и удивляет, ведь Доён никогда не был тем, кто избегает проблем, какими бы сложными они не казались. Но что же сейчас произошло? - Хён, почему Доён такой бесчувственный? - Тэён бесцеремонно расположился на кровати Тэиля, прикрыв глаза. - Не знаю, спроси у него, - сначала Тэиль не придал этим словам никакого значения, но после унылого ворчания младшего, он всё же оторвался от телефона, - что-то случилось? - Я люблю Доёна, - Мун чуть не подавился воздухом от услышанного, - и пару часов назад я признался ему в этом? - И что он ответил? - Всё ещё пребывая в небольшом шоке, спросил у него самый старший. - "Молодец", - каждый слог в этом слове Ли пытался выделить язвительными передразнивающими нотками. Ему нравилось, что Тэиль-хён не задавал лишних вопросов, так как по своей сути он был очень толерантным, поэтому Тэ и обратился к нему. - Неоднозначный ответ. - Ну, он немного не так сказал. Не знаю как, но он догадался о моих чувствах, а молодцом назвал, потому что я решился открыться ему. - Тогда ты и правда молодец. - Но ведь он мог ответить что-то другое?! Типа, хотя бы "прости, я натурал и не могу принять твои чувства" или "извини, я подумаю над этим". Но нет, - с раздражением в голосе выпалил Тэён и прикрыл лицо подушкой, вероятно, надеясь задохнуться. - Я уж точно не знаю, спроси у него сам. - Ты не помогаешь. Но как Тэён мог просто подойти и спросить его? Это же всё-таки признание в любви, он не хотел ещё больше рушить их дружбу. Хотя, если так посмотреть, то сейчас это и дружбой уже нельзя было назвать: просто Ли, избегающий объект своих чувств и, собственно, сам объект, который вёл с ним какую-то непонятную и невидимую для глаз человека игру, будто Тэён - это жертва, а Доён - хищник, который долго высматривает более удобное место или случай, чтобы неожиданно напасть и разорвать в клочья бедное травоядное. В принципе, он был прав. И это пугало Ли. Поэтому, как и последние несколько часов, он продолжает избегать Доёна вплоть до того, что вечером, когда уже начинало темнеть, он не решает прогуляться. Проветрить голову, так сказать, и отвлечься от мыслей о младшем. Это лето выдалось на удивление прохладным, поэтому Тэён накидывает на себя джинсовку и выходит из общежития, что несомненно не остаётся без внимания самой причины самобичеваний Ли. - Что он о себе возомнил вообще? - Ён ступал по лужам, понурив голову, и бился о них ногами, разбрызгивая воду по всему асфальту. Так как без разрешения менеджеров им было не позволено выходить за пределы общежития и прилегающей к нему территории, Тэ оставалось довольствоваться небольшой спортивной площадкой и палисадником. Он настолько погрузился в свои мысли, что и не заметил, как за ним всё это время аж до другого конца поля, мимо гаражей, кто-то бесшумно следовал. - То же самое я хочу спросить и у тебя. Тэён подпрыгнул от испуга, что слегка ударился плечом о кирпичную стену гаража. Обернувшись, он увидел перед собой Доёна. Тот был в своей домашней вязаной кофте оверсайз, надетой поверх белой футболки, заправленной в спортивные штаны, и любимых кедах, на носу красовались круглые очки; такой вид придавал Киму уют и тепло, к которому так привык рэпер. Сердце пропустило громкий удар, который, по ощущениям, можно было услышать на другом конце площадки. Только спустя секунд тридцать он смог прийти в себя. - И что ты от меня хочешь услышать? - Прокашлявшись, говорит Тэён. - Услышать, не услышать, а хоть что-то, - Доён чуть нахмурился, тем самым выставив напоказ такую обожаемую старшим морщинку на переносице. - Ты не дал однозначного ответа. Снова. - А ты не предпринял однозначных действий, - парень начал медленно приближаться, - снова. Тэён цыкнул на это, попытавшись выглядеть как можно круче непонятно для кого, но скрыть некую тоску в глазах было не в его силах: - Я тебе прямо сказал, что люблю. А ты разыграл какой-то спектакль, ещё и весь день делал вид, будто ничего не произошло. - Да ладно, неужели тебя так прогнула эта ситуация? Загоняться не начал случаем? - Может и начал, какое твоё дело? - Ну вообще-то моё дело, - Доён стоял уже буквально в четверти метра от старшего. Оперевшись о стену руками по обе стороны от головы Тэёна, он буквально навис над ним, устремив пронзительный взгляд прямо в его глаза. И как его глазам удавалось сверкать даже при такой пасмурной погоде, думал Тэ. - Нет, мои з-загоны - мои проблемы, - пытаясь справиться с внезапно накрывшей тахикардией, пролепетал прижатый к стеночке Ли. - Боже, ну ты и целка. Не дав Тэёну возразить, Доён накрыл его губы своими, прикрыв глаза. Щёки старшего мгновенно покрылись румянцем, а дыхание остановилось. Он был в откровенном шоке от происходящего, но глаза всё равно прикрыл и не пытался прерывать поцелуй. Спустя каких-то несколько секунд он начал отвечать на него, в то время, как руки автоматически уже скользили под кофтой на талии Кима и медленно притягивали к себе всё ближе. Младшего начала бесить такая неуверенность в действиях хёна, поэтому он плотно прижал его к стенке и, разместив свои руки, которые так любит Тэён, на его талии, он углубил поцелуй. Если бы не начавшийся дождь, они бы так и продолжили стоять и наслаждаться друг другом. Но, к сожалению обоих, пришлось прервать этот момент. Взявшись за руки, они быстро добежали до самого входа в общежитие. Мокрые и запыхавшиеся, они посмотрели друг на друга. В глаза Тэёна Доён читал смущение, а Тэён в Доёновых - нежность и любовь вместе с теми же миллиардами любимых звёзд. - Придурок. - И я тебя люблю, хён, - улыбка расползается по лицу младшего, от чего у Ли, кажется, снова сердце в пятки ушло. - А можно было вообще без всего этого сказать, что любишь меня?! - Возмущается Тэён, на что Доён лишь, продолжая лыбиться, берёт его за руку. - Можно, но мне хотелось подразнить тебя. Тэён дует губы, изображая обиженку. - Пойдём, ты весь мокрый. - Ты тоже, идиот. Поднимаясь по лестнице наверх, Тэ отводит взгляд в сторону; щёки горели и даже не от бега, он всё ещё был очень смущён после поцелуя, поэтому боялся смотреть в глаза Доёну. - Будешь обижаться - больше не поцелую. - Я не обижаюсь. - Вот и молодец. Зайдя в общежитие, на входе их встретили дикие крики со стороны гостиной и Тэиль с Донхёком - единственные, кто не участвовал в этой вакханалии. - Хёёны, где вы были? Там просто пиздец происходит, - макне иличилей заметил, что оба держатся за руки, но не решился ничего говорить. - Ах, хён позвонил мне и сказал, что потерялся, - невозмутимо ответил Доён, что заставило Тэёна скривиться в глубоком возмущении, - пришлось идти и искать его, а потом начался дождь. Хён вообще не о себе позаботиться, как ребёнок, ей богу. Ли закатил глаза и вырвался из руки Кима, направляясь в ванную; младший последовал за ним, покачивая головой и попутно стягивая с себя влажную кофту. Самый старший и самый младший, провожая их взглядами, улыбнулись друг другу: - Наконец-то родители вместе, - выпалил Хэчан, на что Мун лишь тихо засмеялся. - Сегодня мы купаемся вместе! - Раздался из ванной голос Доёна. - Отстань от меня, придурок, - крикнул ему в ответ Тэён. - Я тоже люблю тебя, хён.