То, что я тебя люблю, не знаешь только ты.
27 августа 2019 г., 21:31
Утро началось, непростительно рано, с непонятного громкого звука. Хейзел подскочила с кровати озираясь по сторонам, но в её комнате никого не было и установить источник звука не получилось. Вокруг стояла тишина нарушаемая тиканьем часов. Посмотрев на них, девушка поняла, что засыпать обратно смысла нет, и, поднявшись, пошла умываться. Всё тело болело и ныло, но делать было нечего, и девушка начала собираться в школу. Надев мужские шорты для гольфа и рубашку поло кислотно-зеленого цвета, она накинула на плечи ветровку, и обув кеды, спустилась вниз. Мама уже хлопотала на кухне, а Хез налила себе кофе и, поцеловав маму, села за стол отпивая свой кофе.
— Родная, ты что-то рановато сегодня, что-то случилось? — обеспокоенно спросила женщина, наливая себе в кружку горячий напиток.
— Просто я проснулась от странного шума и решила больше не засыпать. Ты, кстати, ничего не слышала? — вгрызаясь в булочку спросила она смотря в окно.
— Вроде сигнала от машины, дорогая?
— Возможно, я с просонья не поняла, да и проверять не стала. Но это точно не мой будильник.
— Свити с кем-то приехал под утро и посигналил, что бы предупредить, что не один. — проговорила её мама улыбаясь. — Они с отцом уже давно это практикуют, мне папа рассказывал, вот я и не удивлена.
— Ого, у крошки Свити появилась девушка? — глаза Хейзел заблестели от предвкушения встречи с этой загадкой.
— Или парень, кто ж знает… — усмехнулась мать, ставя на стол небольшую коробочку с лукумом и свою кружку. Она уселась напротив дочери за стол, беря булочку и заинтересованно ее покрутив, откусилая
Они пили утренний кофе и смеялись, непрерывно болтая о всяких пустяках. Вскоре с лестницы раздались шаги и на кухню вышел кудрявый блондин в тёмных джинсах и расстегнутой рубашке. Рельефный живот двигался в такт его дыхания. Хейзел и её мама затаили дыхание, наблюдая за этой картиной.
— Мам, ты была права, но кто ж знал что это будет он? — сглатывая спросила Хейзел. На это её мать промолчала ехидно усмехаясь.
— Доброе утро, извините за такой вид. — смущённо пробормотал парень, поспешно застегивая пуговицы на рубашке. — Я хотел забрать Хейзел утром, но мы со Свит Пи случайно вместе убегали с места потасовки… И вот я тут. — пробормотал он густо краснея.
— Эх, Питерс, умеешь же ты разочаровывать. Только я тебе признаться решилась, а ты с моим братом встречаться начал… — с горечью проговорила девушка вздыхая и, отведя глаза на столешницу, снова отпила свой кофе.
— Хейзел, что ты там себе понапридумывала? Не встречаюсь я с твоим братом, мне девушки нравятся… — возмутился парень и обиженно насупился, закладывая руки на груди. Это вызвало истерический смех у обеих дам сидящих за столом.
— Проходи, Кей Джей, я сейчас налью тебе кофе. Угощайся булочками и… И конфетками. — проговорила мать семейства пытаясь унять смех и, поднялась наливать парню кофе.
— Спасибо вам большое, миссис Бредсбер. — проходя к столу и усаживаясь на один из стульев, проговорил Кей Джей. Он внимательно посмотрел на Хейзел и задумавшись изрёк. — Что ты имела ввиду под словами «решилась признаться»?
— Не заморачивайся, Питерс. Я уже поняла что твоё сердце принадлежит моему брату… — серьёзным тоном проговорила она, пряча в глазах лукавых чёртиков прыгающих через костёр её воображения.
— Хез, я серьёзно, мне важно это. — настаивал парень нахмурив брови.
— Кей Джей, то, что я тебя люблю, не знаешь только ты. — со злостью сказала девушка вставая из-за стола и направляясь к раковине. — Спасибо, мам, булочки просто объедение! — поставив кружку, девушка вышла из кухни.
Кей Джей сидел и недоумевая смотрел в след уходящей брюнетке.
— Она серьёзно? — спросил он скорее у себя, но получил утвердительное угуканье от мамы девушки.
— Она в детстве только тобой и грезила, а когда мы уехали, то продолжала думать о тебе, потом бесконечные больницы, лечебницы, и в итоге она замкнулась в себе, но продолжала любить тебя. Не суди её строго, она ещё не до конца поняла, что только что случилось. — женщина поставила перед ним кружку кофе. Он подорвался со своего места и побежал за девушкой, что скрылась за дверью собственной комнаты.