Кто твоя семья?

— Я помогу вам найти Рамзи, но на этом моя помощь заканчивается. Если бы ещё неделю назад кто-нибудь сказал бы мне, что я стану чувствовать себя настолько разбитой, то я бы просто послала этого хренова предсказателя в зад, напоследок оставив на его «прекрасном» лице напоминание о нашей недавней встрече, в виде парочки «симпатичных» кровоподтеков. Хоть мою жизнь вдали от семьи, вдали от друзей и обыденной цивилизации сложно назвать идеальной, учитывая старый распорядок и привычки, но она действительно была до спокойной, во всех смыслах этого слова. Нет, добровольная изоляция не помогала избавиться от проблем и сомнений, которые уже на подсознательном уровне мешали нормально существовать, но тогда я хоть не чувствовала себя так паршиво, моя внезапно проснувшаяся совесть не терзала душу, а страхи из прошлого не заставляли задыхаться, на каждом углу поджидая «призраков» из старой жизни, от которых я всё это время бежала. В особо тяжёлые моменты, когда страшные панические атаки мешали спать, а воздух из лёгких исчезал, словно его там и не было, меня выручал алкоголь, горький и крепкий. Несколько глотков, и я успокаивалась, вновь предпринимая попытку заснуть в надежде, что не увижу войну; не увижу кровь, потери; не почувствую ту боль, что испытывала когда-то наяву. Больше не испытаю обречённость, не окажусь в ситуации безысходности, не потеряю сразу двух близких человек… Я покинула базу мистера Никто не раздумывая. Оставаться там, где даже некогда самые близкие смотрят на тебя искоса, метаясь из крайности в крайность в попытках понять предатель ли я на самом деле, я не хотела. Благодаря Хоббсу, нашему вершителю человеческих судеб, друзья узнали обо много нового, и сейчас им просто было необходимо переварить свалившуюся на них информацию и спокойно прийти к выводу, стоит ли мне верить на самом деле. В тот момент, наверное, единственным, кто не смотрел на меня косо был Шеппард — человек, который со мной плечом к плечу служил на Британскую армию тот, кто ни на мгновение не усомнился в моей надёжности и тот, для кого было не важно кем я была и кем стала. Для него я всегда оставалась Лорен Картер, девушкой, не раз прикрывавший его спину и той, кто чертовский плохо готовит итальянскую пасту даже спустя года. И сейчас, именно Шеппард вызвался подвести меня, несмотря на все попытки мистера Никто его остановить. Он не пытался добиться от меня правды, потому что как никто другой знал — это бесполезно. Не старался задеть больные для меня темы, спрашивая о Шоу или Джейсоне, на похоронах которого несомненно присутствовал. Он прекрасно знал, хоть может и не до конца, в какое дерьмо я вляпалась, поэтому сейчас, сидя на водительском, старался всеми способами перевести острую тему, вспоминая наконец приятные моменты, которые когда-то нас связывали. — Можешь высадить меня здесь. — заприметив ещё вдалеке неброский бар на одной из не самых проходимых улиц, прошептала я, мельком бросая взгляд на друга. — Уверена? — автомобиль притормозил на обочине, но Шеппард всё-таки уточнил. — Да. — медленно приоткрывая дверь машины, ответила я. — Хочу ещё немного пройтись. Спасибо, что подвёз. — Лора… — он окликнул меня вновь, стоило мне переступить порог его служебной машины. — Ты в порядке? — Конечно. — я натянуто улыбнулась мужчине, пытаясь состроить безучастный вид. — До встречи. — дверь автомобиля наконец захлопнулась, а я кроткими шагами поплелась к бару, который, надеюсь, в который раз поможет мне забыться. Догадки подтвердились. Бар не пользовался особым интересом у местных, отчего даже сейчас, когда луна опустилась на город, посетителей было очень мало, а те, кто всё-таки ошивался у барной стойки, очевидно были завсегдатаями. — Виски. — коротко бросила я, нехотя усаживаясь на грязный стул у барной стойки. Доверия место точно не вызывало. Надеюсь, хоть в стакан не плюнут… Молодой бармен коротко кивнул мне, дежурно улыбнувшись, и отвернувшись к обширному бару, начал глазами выискивать необходимую бутылку. — Привет. — послышалось растянутое откуда-то со стороны. Нахмурив брови, я плавно обернулась к источнику противного шума, заправленного знойным перегаром и не менее противным парфюмом. Невысокий, в потёртой джинсовой жилетке и мерзкими засаленными волосами, поплывшим взглядом осматривал меня с головы до ног, скверно облизываясь. — Я даю тебе секунду. — видит бог, я на конфликт выходить сейчас не хотела, спокойно осушая мерзкий виски в дешевом баре, и не сводя пристального взгляда с одной точки, на не менее грязной стене. Отвлекаю себя как могу, честное слово. — И многим ты даёшь? — не унимался будущий инвалид, продолжая мерять меня похотливым взглядом. Совесть мой свидетель, я не хотела… Сделав последний глоток, я отставила стакан на барную стойку, и резко встав с места, заломала руку, опрокидывая пьяного мудака лицом на всё ту же стойку. — Тебе хватит. — процедила я, отпуская стонущего от боли, со сломанным носом кретина, которому увы, но сегодня немного не повезло с выбором девушки. Вечер достиг своего апогея. — За моральный ущерб. — я бросила застывшему в удивлении бармену несколько купюр, быстро удаляясь в сторону выхода. Побега от полиции мне ещё не хватало .... Ночная прохлада заставляя тело трястись, и даже плотная кожаная куртка не спасала от дрожи, бежащей по позвоночнику. Казалось, жизнь на этой мрачной улице застыла с наступлением вечера. Беглым взглядом осмотревшись я поняла, что даже такси мне здесь не поймать, что уже говорить о прохожих, которые даже под дулом пистолета не согласятся прогуляться в богом забытом районе. — Опять ищешь приключения на свой прекрасный зад? Голос, хоть немного и хриплый, словно специально созданный для меньшей узнаваемости я распознала без особой сложности. Шоу. По ощущениям, он стоял совсем близко, может в двух или трёх метрах от меня, взглядом упираясь в затылок. Действие алкоголя не сказывалось, сейчас я дрожала даже больше не от холода, а от страха… страха перед неготовностью встретиться вот так, наедине. — А ты так и продолжаешь подкрадываться к людям со спины? — нервно усмехнулась я, опустив взгляд. Больше всего на свете я сейчас не хотела видеть его — причину своих ночных кошмаров и непомерного ужаса, который периодически возникает в груди. — Как видишь, своих привычек мы не изменили. — я слышу, как он медленно приближается, оставляя мокрые следы на дороге, ещё не высохшей после проливного дождя. — Почему позволила сбежать? — словно между делом спросил Деккард, останавливаясь прямо за спиной. — Не хотела невинной крови на своих руках. — глубоко выдохнув, я всё же обернулась, с замеревшим сердцем взглянув в горящие карие глаза, которые даже в кромешной темноте отдавали всепоглощающими искрами на десятки метров. — Ты нисколько не изменилась. — его взгляд пристально следил за мной, словно выискивая ответы на те вопросы, что застыли в его сознании. — Ты ошибаешься. — процедила я, за спиной ногтями впиваясь в нежную кожи на ладони. — Я перестала доверять, даже самым близким… Почему-то всегда именно они и придают… — Я не убивал Джейсона … — хрипло прошептал некогда самый близкий, без доли сомнения в собственных словах глядя на меня. — Ты ведь это не хуже меня знаешь. Сердце чертовски сильно болело сейчас, словно от него каждую секунду отделяли часть, словно резали наживую, терзая ещё не зажившие раны… Предательские слёзы накатывали на глаза, грозясь ураганом чувств ударить прямо сейчас, в минуту, когда и без того тяжело сдерживаться, когда внутри всё разрывается от чувств, предательства и надежды в то, что в его словах всё-таки нет подлой лжи. — Прощай. — напоследок бросила я перед тем, как обернувшись, начала удаляться в неизвестном даже себе направлении, растворяясь в непроглядной ночной темноте. — Ты знаешь меня с детства. Знаешь, какой кофе я люблю, знаешь во сколько встаю по утрам и какой калибр предпочитаю. Но до сих пор веришь, что я мог просто так промахнуться? Голос его не свойственно дрожал, создавая заметные бреши в привычном образе, который когда-то так плотно засел в сознании. — Я верю тому, что видела. — через плечо бросила я, на мгновение замерев на месте. Деккард молча кивает, словно пытаясь смириться с той «истиной», что застряла в моём подсознании и памяти, а потом внезапно добавляет, кидая уже вслед: — Спасибо за машину. — ключи от любимого… автомобиля летят к своей владелице. — Я рад, что ты её сохранила… Незаметно стерев с лица прохладную слезу, скатившуюся по щеке, я плавно обернулась на все сто восемьдесят, в который раз пытаясь сбежать от проблем. Ночь. Пустые дороги, тускло освещённые уличными фонарями. Миллион мыслей в голове. И необъяснимая тяжесть на сердце. Будь я дома, то обязательно бы поехала на очередную гонку, устроенную Стивом, чтобы в который раз не чувствовать себя паршиво… одиночество сжирало меня в такие моменты. Рядом никого. И это тяжело. **** — Да, Брайан? — коротко бросила я, выруливая на нужную улицу. — Где ты? — тревога в уже родном голосе прослеживалась за доли секунд. Типичный Брайан, переживает за кого-то больше, чем за собственную шкуру. — Подъезжаю к твоему дому. — придерживая плечом сотовый, выкручиваю руль в сторону нужного дома, в окнах которого уже горел свет. — Что-то случилось? — Нет. — тревога в голосе спадает, а звучность меркнет. — Жду тебя. — добавляет парень, сбрасывая вызов. Что-то не особо похоже на дежурное: «всё в порядке»… Неужели я пропустила что-то важное? Ладно, Картер, как бы ты не хотела, принять очевидное придётся: ты их обманывала, даже Брайана, которому десятки раз доверяла собственную жизнь. Человеку, который был с тобой в самые сложные минуты; человек, который понимал и поддерживал; тот, чьи чувства всегда были искренними, а намерения чистыми, тот… тот кто тебя любил, а ты не замечала… От одной лишь мысли, мелкая дрожь пробегает по телу. Вы столько лет знали друг друга, через столько прошли, и ты никогда, даже спустя время не давала шанса нашим отношениям. Мы познакомились с О’Коннором ещё в период работы в ФБР, когда он, заядлый преступник переквалифицировался в хорошего копа, спасающего мир от зла, а я, за несколько лет до этого покинула секретные службы Британии, пытаясь найти «спасение» в федеральном бюро, в тот период активно разрабатывающих некого Артуро Браго — главу мексиканского наркокартеля. На нём наши интересы сошлись. Кто бы знал, что Браго станет причиной начала нашей дружбы… Для кого дружбы, а для Брайана… Отношения людей подобных нам всегда были странными, нетипичными что ли. Вместо свиданий мы сидели в штабе за поиском нужной тачки, проводя чуть ли не целые сутки в душном помещении, а вместо обоюдных подарков накрывали небольшие притоны местных заправил. Очень романтично… Да мы даже поцеловались в первый раз после того, как я вытащила пулю из плеча Брайана, находясь в небольшом скрытом убежище Доминика. А в Рио… После организации побега Торетто, мы вдвоём исколесили половину Южной Америки, скрываясь от федералов, трясущихся над поиском наших голов. Потом ограбление… Реанимация… Он сидел надо мной дни напролёт, сжимая тонкую кисть в своих сильных ладонях, словно пытаясь вселить надежду, желания жить. Вспоминая прошлое, сердце начинает болеть. Мы через столько прошли. Каждый чёртову минуту, когда кому-нибудь нужна была помощь находились рядом, прикрывая спины друг друга. Целовались и тянулись в попытках быть вместе, но дальше это так и не зашло. После больницы я сразу же уехала, скрылась от лишних глаз и новой семьи, которая хоть и с трудом, но приняла мой выбор. Старая жизнь осталась позади. А сейчас… сейчас всё возвращается на круги своя, образуя сложное кольцо из проблем, страха очередных потерь и жуткого прошлого, от которого я всю жизнь бежала. Судьба принуждает сделать выбор. Вечно бегать от воспоминаний не получится… — Брайан? — дверь за моей спиной закрывается, я вхожу в дом, но парня не вижу, лишь тусклый свет освещает комнаты. — Я здесь. — мужской голос доносится с кухни, привлекая моё внимание. Представлять было куда проще, чем действовать… Шаги тяжёлые, в голове путаются мысли да так, что начинаешь смешивать реальность с вымыслом, а руки, нервно перебирающие пальцы за спиной уже болят от незамысловатых махинаций. Но объясниться я должна. — Поговорим? — я говорю на выдохе, запинаясь на полуслове. Парень стоит ко мне спиной, что-то старательно готовя на плите. Запахи удивительный витают над кухней, не спорю. — Ты всё объяснила. — с заметной тревогой отвечает друг, распахивая верхний шкафчик. — Я верю тебе. Повторяться нет смысла. Говорит, что понял, но напряжение в голосе не скроешь, сколько бы не пытался. Моё дыхание замедляется вместе с шагами, которые я неожиданно для себя предпринимаю. Парень, нервно постукивая пальцами по столешнице ждёт, устало опустив голову. Обстановка в комнате достигла своего пика. Отпустив всё, что в тот момент было на сердце, я плавно прикрыла глаза, и подойдя к Брайану вплотную, осторожно приобняла, утыкаясь носом в район лопаток. Я чувствую, как сильно бьётся его сердце, как прерывисто он дышит, пытаясь удержаться руками за холодное дерево столешницы, но на деле лишь сжимая его до посинения в костяшках. Ещё один глубокий вдох, и мои ладони начинают скользить вдоль его груди, касаясь каждого миллиметра кожи, так невовремя закрытого плотной футболкой. — Лора… — тяжело выдыхает парень, смакуя моё имя. Мои руки осторожно легли на его плечи, слегка нажав, а дрожащие губы начали неуверенно касаться его спины, оставляя еле ощутимые поцелуи, от которых сердце внутри сжималось, а душа дрожала, словно была не готова испытывать подобное… Я слышу, как он выдыхает, одним резким рывком разворачивая меня к себе и усаживая всё на ту же тумбу, предназначенную немного не для этого. Я вздрагиваю от испуга, приоткрывая губы, которые уже через секунду оказываются накрытыми его. Он разводит мои колени в стороны, плотнее пристраиваясь между ног, и тем самым только напористее вдавливая меня в поверхность стола. Его руки, сжимающие талию медленно скользят вдоль спины, стягивая тонкую ткань футболки, под которой дрожащее тело всё еще не готово к его прикосновениям. От каждого касания я вздрагиваю, словно меня обжигают огнём, словно пытают сладкой пыткой, так испытывающие сжимая бёдра. Воздуха в лёгких не хватает, но Брайан не останавливается, продолжая терзать мои искусанные губы. Скользнув пальцами к краю его футболки, я ответно стягиваю с блондина мешающую вещь, отбрасывая вслед за моей. — Ты уверена? — на мгновение отрываясь от меня, смотрит в затуманенные глаза О’Коннор. — Твою мать, Брайан. — нервно усмехаюсь, пытаясь отдышаться. — По мне не видно? Действительно, О’Коннор, я тут полуголая сижу перед тобой, раздвинув ноги, а ты спрашиваешь готова ли я?! Нам надо было сделать это ещё несколько лет назад, кто знает, может что-нибудь и вышло? … Мой ответ служит для парня зелёным сигналом. До посинения сжав мои ягодицы, парень резко стягивает меня со стола, и усадив на себя, уносит в сторону спальни, дорогу к которой я ещё не забыла.