***
— Он опаздывает. — нервно произношу я, бросая мимолётный взгляд на циферблат часов на левой руке. Объяснить мою нервозность трудно. То ли боюсь неожиданной подставы, то ли боюсь, что Деккард может передумать, отправив меня к Оуэну прямо сейчас. — Всего на две минуты. — спокойно отвечает Шоу, складывая руки на груди, сидя на краю капота автомобиля. — Когда я опаздывала на минуту, ты уже начинал мерять комнату шагами. — усмехнулась я, бросив на мужа ехидный взгляд. — С чего вдруг такое спокойствие? — Годы тренировок и работы над собой. — улыбнулся Деккард, стремительно вставая с места. — Приехал. Я обернулась в ту же секунду, когда услышала звук заглушающегося двигателя у себя за спиной. В нескольких метрах остановился чёрный бронированный джип, откуда уже через несколько секунд вышло три человека, во главе с Джаканде. Кожаная куртка, тёмные очки, не удивлюсь, если он ещё и бронежилет нацепил. Мысли невольно возвращаются к спрятанному за спиной пистолету, который и я и Деккард предостерегаясь, спрятали заранее. — Воссоединение семьи! — воскликнул Джаканде, вскинув руками. Его псевдоохрана осталась у машины в то время, как сам мужчин шагал к нам. — Как же приятно наблюдать. — Приехали сюда о нас поговорить? — выступаю вперёд, невольно хмуря и без того серьёзное лицо. — Не любите внимание, миссис Шоу? — открыто ухмыляется мужчина, останавливаясь в паре метров от нас. — Не твоё дело. — сквозь зубы отвечает за меня Шоу, делая шаг вперёд и закрывая меня от Джаканде. — Мы приехали сюда о другом поговорить. — Ладно. Хорошо. — с Деккардом сориться было бессмыленно и глупо, что Мозе понял сразу, согласно кивнув головой. — Что вы хотите мне предложить? — Вы хотите выкрасть глаз-бога, а я хочу помочь сделать это с наименьшими потерями. — в разговор встреваю я, вновь показываясь из-за широкой спины Шоу. — И как же это? — удивляется Мозе, вскидывая бровь из-под чёрных солнцезащитных очков. — Пойдёшь к своим друзьям и попросишь вернуть? — Я выкраду глаз-бога, пока вы будете отвлекать Доминика. — отвечаю подобно Деккарду сквозь зубы, сдерживая желание пустить пулю в лоб этому зазнавшемуся ублюдку, на руках которого кровь их сослуживцев и обычных, ни в чём не повинных людей. — Знаешь, где они могут скрываться? — Джаканде, явно заинтересовавшись вопросом, снимает очки, оголяя свои чёрные безумные глаза. — Догадываюсь. — выдаю нервную улыбку, чувствуя со стороны тяжёлое дыхание мужа. Деккарду совсем не нравится наш разговор, а мой план начинает не нравится вдвойне. — Не надейся. Я не скажу. — качаю головой, наблюдая за разгорающейся злобой внутри Мозе. — У тебя есть только один вариант, согласиться с нами. Иначе много твоих людей пострадает, но даже это не даст тебе сто процентной гарантии на то, что ты вернёшь себе глаз-бога. Решай: да или нет. — Хм, интересно. — Джаканде опускает голову, силясь со своей злостью и страхом меня «спугнуть». — И что же ты, Шоу? Отпустишь свою жену в логово врага одну? — План мне не нравится ровно также. — отвечает Деккард, мельком глядя на меня. — Но ради неё я готов рискнуть, а ты? …Попытка договориться.
30 июля 2021 г., 16:34
— Доброе утро. — слегка удивлённо произносит Деккард, явно не ожидая застать меня в такую рань на кухне. Но для человека, который за ночь и вовсе не сомкнул глаз, восемь часов утра звучит вполне нормально.
— Доброе. — я мягко улыбаюсь ему, стараясь скрыть за улыбкой весь багаж проблем, что навалился внутри.
Вчерашний разговор мы больше не поднимали. Делали вид, словно его и не было, не желая вновь выяснять отношения, которые и без того сейчас претерпевали не самые лучшие времена. Но не думать об этом было почти невозможно. Не думать о том, как муж собирается убить твоих друзей, которые были с тобой в самые трудные моменты жизни не представлялось возможным. Это нельзя выбросить из головы. Нельзя перестать искать лазейки, дабы сохранить жизнь всем. Остаётся лишь делать вид, что всё нормально. Но Деккард знает меня слишком долго, что верить каждой наигранной гримасе.
Переворачиваю бекон на сковородке, вновь пряча уставшие сонливые глаза. Не глядя, чувствую грузные мужские шаги, приближающиеся ко мне слишком медленно.
— Как ты? — Шоу оказывается слишком близко, лишая меня всякого пространства на этом небольшом кухонном островке.
— Уже лучше. — говорю правду, ведь боль от падений и ушибов начинала проходить.
Деккард не верит, почти незаметно хмурится, протягивая к моей талии руки. Я в его футболке и в его же власти, когда его пальцы поднимают белую ткань вверх, оголяя огромный синяк в районе ребёр, который начал приобретать фиолетовый оттенок.
— Сильно болит? — тыльной стороной ладони он осторожно проводит по гематоме, пытаясь отследить на моём лице первую правдивую реакцию за утро.
Я не отвечаю. Моё лицо не отражает боли, оставаясь таким же безразличным. Медленно откладываю деревянную лопатку в сторону, всем телом поворачиваясь к Шоу. Приходится встать на носочки, чтобы обхватить его лицо ладонями и поцеловать, не позволяя задать миллион встречных вопросов.
— Сойдёт за ответ? — расслабленно улыбаюсь, наверное, впервые за всё утро. В такие моменты невольно забываешь о том волоке проблем, что тянется за тобой куда бы ты не следовала.
— Нет. — в своих убеждениях твёрд как скала, хотя и видно, что мой поцелуй без внимания не остался, значительно расслабив его уже с утра напряжённые мышцы.
— Значит правды ты от меня сегодня не дождёшься. — усмехаюсь, вновь берясь за лопатку. Видит бог, я делаю всё, лишь бы вновь не накалить наши и без того сложные отношения в то время, как этот мистер «я не доволен всем и вся» продолжает хмурить брови, требуя от меня правды.
И так было всегда, сколько я помню нас вместе. Он хмурится и злится, а я сглаживаю углы, дабы не поругаться. И хотя внутри меня в такие моменты тоже бушевал ураган эмоций я понимала, что с мои сложным характером Деккарду приходится не сладко, и порой приходится со скрежетом в зубах терпеть мои выходки, которые бы точно не одобрил, не люби он меня.
— Ну чего ты так на меня смотришь? — по-прежнему улыбаюсь, мельком глядя на Шоу, также стоящего рядом по правое плечо. — Мы с той блондиночкой хорошо «развлеклись». Ушибы будут заживать ещё около недели. Переломов, разрывов нет, расслабься. Тащить меня к врачу тоже не нужно.
Рядом слышится тяжёлый вздох. Деккард молчит, медленно обходит барную стойку, усаживаясь прямо напротив, напряжённым взглядом продолжая меня изучать.
— Ты плохо спала ночью. — с виду спокойно произносит Деккард. — Всю ночь ворочалась.
— Да … гхм … долго не могла заснуть. — поправляю каштановую прядь волос, пряча взгляд. — Много думала о том, что ждёт нас дальше.
И по сути его я не обманула, сказав лишь ту часть правды, которую он должен был сейчас услышать. Но ведь не скажу я, что не могла заснуть, потому что всю ночь думала, как во всём разобраться, остановив вас, двух твердолобых идиотов, решивших друг друга поубивать. Скажи я так сейчас, и ты бы меня тут же с мешком на голове вывез в аэропорт, отправив к Оуэну, который также бы следил за мной, как за беглой преступницей.
— Через пару часов привезут твои документы. — по голосу слышно, что Деккард боится задевать болезненную для тему, боясь моей реакции, но от своего не отступает. — Оуэн в курсе, что ты приедешь.
— Раз уж ты об этом начал … — беру с кухонной тумбы чистую тарелку, вновь возвращаясь к островку. Делаю короткую паузу молясь, чтобы Шоу не начал спорить.
— Лора, ты уезжаешь, мы уже говорили об этом … — пытается возразить, как и всегда, возвращая в голос нервозность.
— Декс, я хочу помочь. — резко поднимаю на мужа чёрные глаза, вынуждая замолчать. Тарелка невольно с грохотом опускается на стол, отчего вздрагиваю даже я. — Джаканде хочет выкрасть глаз-бога. Я могу помочь сделать это так, чтобы другие, ни в чём не повинные люди не пострадали.
— Лора, это не обсуждается! Я не позволю тебе вновь в это ввязаться. — видно, как играют желваки на его лице, а мышцы на оголённом торсе сжимаются при каждом слове.
— Декс, я прошу тебя, позволь мне помочь. — не сводя взгляда, тяну ладонь навстречу, плотно накрывая его своей. — Последний раз. И я уеду. Как ты хочешь.
— Я хочу вывести тебя из этой игры. — голос его более спокойный, то ли от моего касания, с которого он сейчас не сводит взгляда, то ли очередной попытки сдержаться.
— Позволь помочь, и с дороги я уйду сама. — приходится давить на самое больное. — Если ты меня всё еще любишь, Декс …
В его твёрдом взгляде я вижу брешь и отчаянно за неё цепляюсь, надеясь воплотить в действительность план, родившейся в голове от бессонной долгой ночи.