Летняя суматоха

Остаток недели прошёл спокойно и немного лениво: никто не хотел учиться или учить, так что большинство уроков стали поводом обсудить планы на лето или возможностью поделиться новостями. А Маринетт паниковала. Из-за нервов она почти не спала, а как впечатлить Габриэля Агреста она не знала. Радовало только то, что Бражник не объявлялся. Однако они с Нуаром всё равно патрулировали, хоть и с меньшим энтузиазмом. И вот наконец настало утро субботы. Вопреки своей привычке, Маринетт поднялась необычайно рано: с шести часов она выбирала наряд для того, чтобы предстать пред очами любимого дизайнера. В конце концов она остановилась на довольно простом сочетании расклешённой бледно-розовой юбки до колена и рубашки без рукавов цвета хаки. В дополнение она надела свой любимый пиджак и, взяв сложенную с вечера папку с эскизами, спустилась вниз. Её уже ждали. Во время поездки Маринетт упорно пыталась отвлечься, стараясь разговорить водителя, но всё безуспешно. Молчаливый спутник лишь пару раз кивнул в ответ на вопросы девушки и один раз улыбнулся. Но она сочла это за неплохую попытку. На пороге дома её встретила Натали: -Доброе утро, мадемуазель. Прошу вас, проходите за мной. Они вошли в холл, где на диване спиной ко входу сидели пара человек. Натали повернулась к Маринетт, указывая на мягкий уголок: -Присядьте пока, месье Агрест ещё не закончил встречу. -Благодарю вас, – Маринетт улыбнулась и направилась к дивану. Когда она приблизилась, то поняла, что этими двумя были Адриан и Кагами. -Привет, ребята! – девушка попыталась придать своему голосу уверенности и беззаботности. -Маринетт? – Адриан выглядел удивлённым. – Ого, сразу двое друзей у меня в гостях. Это событие! – он широко улыбнулся. – А что ты здесь делаешь? -Натали позвонила мне и сказала, что твой отец хочет посмотреть на мои эскизы, – Мари вздохнула и плюхнулась на кресло рядом с диваном, кинув папку на журнальный столик. – Честно сказать, я жутко волнуюсь. -Так вот из-за кого он подвинул встречу с мамой на раннее утро, – Кагами смотрела на Маринетт в упор. Маринетт не чувствовала к Кагами неприязни. В последнее время она всё больше находила в ней положительных черт и симпатизировала этой уверенной в себе девушке. По сути, раньше она недолюбливала Кагами из-за ревности, однако теперь всё стало гораздо проще. -Прошу прощения, если это доставило вам неудобства, боюсь, это не зависело от меня, – Маринетт изобразила извиняющуюся улыбку. -Нет, совсем нет. Наш день начинается в пять утра, так что мы просто изменили время тренировки. Маринетт ужаснулась, представив, что ей надо было бы вставать в 5 утра. Или даже в 6. Или в 7. Проще говоря, раньше 10 часов утра без помощи будильника она не была бы способной подняться, да и у того шансов с каждым разом становилось всё меньше. Девушка была неисправимой совой: ей ничто не мешало засидеться ночью, когда все порядочные люди давно спят. Даже если весь день ранее она украдкой зевала, то к вечеру вся сонливость пропадала, и Мари, увлёкшись рукоделием или вооружившись домашкой, могла просидеть до раннего утра, что, в общем, аукалось ей же на следующее утро. -Не знаю, как ты это выдерживаешь, – Маринетт улыбнулась. – Должно быть, ты очень любишь фехтование, раз уделяешь ему столько времени. Кагами сморгнула: -Хм. Не уверена, что «любовь» – подходящее слово. Я делаю то, что должно, чтобы стать лучшей. Разве не это конечная цель любой деятельности? -Не знаю, – Маринетт нахмурилась, – я не уверена, что смогла бы быть преданной делу, которое на самом деле не люблю. Успехи важны, как и отдача, но это не… – она щёлкнула пальцами, подбирая слово, – безусловная ценность. Куда важнее удовольствие, которое тебе приносит деятельность. Японка задумалась: -Интересная точка зрения. Ты замечательный собеседник, Маринетт, – Кагами ответила на улыбку подруги. – Адриан, а что думаешь ты? Блондин удивлённо поднял на них глаза, словно выходя из транса: -Что? Ах, да, конечно, – он вздохнул. – У всех есть обязанности, которые тяготят, но которые должны быть выполнены. Однако без того, что я люблю, я вряд ли смог с ними справляться, – Адриан улыбнулся Маринетт. Та, в свою очередь, не зарделась. «Прогресс» – подумалось ей. За дверью послышались шаги, и через мгновение в дверном проёме показались Томоэ Цуруги и провожающая её Натали. -Кагами, пойдем. Маринетт встала, чтобы обнять на прощание мгновенно поднявшуюся девушку. Как только Кагами и её мать удалились, Натали кивнула Маринетт: -Месье Агрест вас ожидает. Девушка выдохнула и дрожащими руками взяла со столика свою папку. На мгновение их взгляды с Адрианом пересеклись. -Удачи, – он ободряюще улыбнулся. Маринетт слегка наклонила голову в ответ и, ещё раз медленно вздохнув, отправилась в логово дракона. *** Вот уже двадцать минут Габриэль Агрест перебирал её эскизы. Из папки он раскладывал их на две стопки: большинство отправлялись в левую, малая толика – в правую. Как только папка опустела, дизайнер пристально посмотрел на девушку – первый раз за эту встречу. Даже когда она входила в кабинет, он не отрывался от планшета и бумаг, а работы из рук девушки взяла Натали. И вот теперь он готов заговорить, даже если Маринетт не готова это услышать. Габриэль перешел к делу без обиняков: -Мадемуазель Дюпэн-Чэн, у вас совершенно отсутствует необходимая техника, большинство из ваших рисунков прозаичны, а многие попросту непроработаны, – Маринетт почувствовала, что близка к обмороку – одобрение её кумира означало бы, что она не безнадёжна, но сейчас эта надежда таяла на глазах. – Тем не менее, среди всего этого можно найти кое-что действительно интересное, – Габриэль кивнул на небольшую отложенную им стопку. – И суммарно стоящих идей у вас гораздо больше, чем у многих моих работников. Подождите. Что?! Так она не так ужасна?! -Ваша стажировка начинается с понедельника, – Габриэль говорил тоном, не терпящим возражений. – Три часа в день на протяжении месяца вас будет обучать наш штатный художник. Еще три часа вы будете проводить с Натали – она введёт вас в курс дела и объяснит, как работает наша компания, – он сложил все рисунки обратно в папку и захлопнул её. – На этом всё. -Б-благодарю, месье, – Маринетт не находила слов, чтобы описать свою благодарность, но пара вдохов помогла исправить ситуацию, так что она решила отделаться дежурной фразой. – И спасибо за уделённое вами время. Габриэль не счёл нужным ответить. Натали вернула портфолио девушке и открыла дверь, ведущую из кабинета: -Если необходимо, мы доставим вас домой. -Нет, не нужно, спасибо, – она улыбнулась, – я пройдусь пешком. Санкёр кивнула и, проследив за ней до двери, вернулась к начальнику. Когда Мари пересекала холл, она не могла не заметить, что Адриана там уже нет. «Должно быть, ушёл на китайский» – даже если она и решила перестать сходить по нему с ума, это не значит, что её память так быстро избавится от знания его расписания. Счастливо хмыкнув, она отправилась домой в отличном настроении. *** Месяца занятий с художником не понадобилось – хотя Маринетт и самоучка, она рисовала слишком долго и старательно, чтобы иметь огромные пробелы, так что уже через полторы недели Робье заявил, что ничем больше помочь не может. Помимо ознакомления с функционированием и политикой компании, Натали была посредником между стажёркой и Габриэлем, который еженедельно давал девушке задания. Комбинезоны, шляпы-канотье, шорты-юбки, блузоны, туники, бардотки – всего и не перечислить. Но задания были отнюдь не тривиальны. Кроме стажировки, Маринетт была обязана помогать в пекарне – на этом её гражданский долг заканчивался. Так что, помимо этого и патруля, она была предоставлена самой себе. Девушка была счастлива – по-настоящему счастлива – ведь могла проводить время с друзьями. Ей всё ещё было сложно видеть, как Адриан и Кагами, которые появлялись вместе всё чаще, понимают друг друга с полуслова, но это уже не мешало ей жить: сердце саднило, но не разрывало на части. Люка помогал ей справиться, если вдруг видел, что Мари загрустила – в последнее время они стали очень близки, что было ещё одним положительным моментом этого времени. Такого друга (или больше, чем друга) она не заслуживала. Добрый и чуткий, он всегда знал, что сказать и как промолчать; мелодия её сердца не была для него загадкой, и её это совершенно устраивало. Во время выполнения обязанностей супергероя ни она, ни Кот Нуар не сталкивались со сложностями, если не считать таковыми застрявших на деревьях животных, кои не всегда оказывались представителями семейства кошачьих, и решившими искупаться в Сене детей. Так что большую часть времени на патруле они болтали о глупостях и старались не думать о возможной надвигающейся беде. В конце концов, у Бражника тоже должны быть каникулы! Если бы только не изменившееся к ней отношение Кота, девушка с уверенностью могла бы сказать, что её жизнь наконец-то наладилась. Нет, Нуар не стал пренебрегать обязанностями героя или относиться к ней с меньшим уважением. Пожалуй, даже с большим. Однако за месяц напарник всё реже давал ей милые прозвища и практически не заигрывал – только вот девушка не могла понять, нравится ей это или нет. С одной стороны, было приятно осознавать, что тот наконец двинулся дальше, а с другой… Ей этого не хватало. Не хватало того, как он заискивающе заглядывал ей в глаза; не хватало ужасных подкатов; не хватало его попыток поцеловать её руку. Нет, дело было определённо не в ревности, и она абсолютно точно не была в него влюблена (на эту роль она бы скорее назначила Люку), она лишь ностальгировала по тому, что было раньше – в конце концов, Кот флиртовал с ней с самого первого дня их знакомства. Только и всего. В общем и целом, жизнь была донельзя хороша! *** Последнее задание Маринетт особенно понравилось: ей необходимо было проработать образ для светской вечеринки, используя градиент. Она никогда не играла с цветами, предпочитая использовать чистые оттенки, но здесь было где разгуляться, так что она насладилась заданием по полной. В этот раз Габриэль захотел принять эскиз лично из рук Маринетт. Рассматривая рисунок, он параллельно пояснял: -Как вы наверняка знаете, в Милане ежегодно проходит неделя моды вот уже много лет. Наш бренд, разумеется, участвует в показах. Так что через две недели мы отправляемся в Италию. -Под «мы» вы имеете в виду… – Маринетт задержала дыхание. -Да, включая вас, Маринетт, вы поедете как моя протеже. Думаю, вы не упустите возможность поучиться у ведущих специалистов мира моды. Девушка была ошеломлена: она едет в Милан! Протеже самого Габриэля Агреста! Восторг попросту разрывал её изнутри: -Да, спасибо! Благодарю вас! Я не знаю, как… Он остановил её жестом руки: -Я знаю всё, что вы хотите мне сказать, – он повернулся к ней. – От вас требуется только лишь поведение, соответствующее сотруднику дома Gabriel. Натали, – дизайнер обратился к ассистентке, – отправьте копию эскиза Матильде, платье должно быть готово к нашему прибытию, – Габриэль скользнул глазами по девушке, на лице которой застыла восторженная благодарность. – И снимите мерки с мадемуазель.