Love (not) my body.

Слезы еле держались в глазах. Я понимала, что причина для них просто минимальная, но от этого не становилось и на каплю легче. Я будто до сих пор чувствовала на себе чужой взгляд и от этого плечи заметно подрагивали. — Алло, — тихо сказала я в телефон, набрав выученный наизусть номер. — Привет, Митч. — Что у тебя с голосом? — взволнованно спросил друг, поняв, что я точно не в порядке. — Что случилось, Клементина? — Ничего, — так же негромко отозвалась я, тяжело вздыхая. — Просто… захотелось поговорить с кем-нибудь. Я села на первую попавшуюся лавочку и, прижав телефон к уху плечом, обняла сама себя. Хоть на улице было и не холодно, но я продолжала содрогаться, словно от порывов ледяного ветра. На душе было так гадко, настолько противно, что хотелось выдернуть её и выкинуть, чтобы ничего не ощущать. Ни страха, ни тревоги, ни… предательства. Да, я знаю, что глупо обижаться на человека, который по сути тебе никто и ничего не обещал, но как это внятно объяснить самой себе? — Ты сейчас где? — продолжал допытываться русоволосый, но я молчала, не желая, чтобы Митч хоть немного волновался. Зачем тогда, спрашивается, звонила? — Скажи, я подъеду. — Не нужно, просто поговори со мной, — уперлась я. Хотелось сесть рядом с другом со стаканом чего-то крепкого в руках и смотреть какие-нибудь глупые комедии, как мы иногда делали, но в то же время я желала побыть одна. И как это понимать вообще? — Хотя… Я возле бара, где ты пытался разбить голову бармену за то, что он ко мне клинья подбивал. — Будь там и никуда не уходи. Я глупо пялилась на потухший экран телефона и вроде бы и жалела о том, что вообще приплела ко всему этому друга, но в какой-то мере была рада, что он сможет помочь мне. Наверное… Если ему не все равно, как Луису. Митч не заставил себя долго ждать. Не успела я как следует загрузить мозги, как возле тротуара остановилось такси и оттуда вышел русоволосый, все так же тревожно следя за моим лицом. — Садись, поедем ко мне в гости, — твёрдо, но как-то смущённо сказал друг и протянул мне руку. Я схватилась за неё, словно за спасительную соломинку, что не даст мне до конца потонуть в мрачных мыслях и почти упала в его объятья, чувствуя тепло, которого мне так не хватало. — Я купил твоё любимое вино и шоколадку. — Спасибо большое, — я уткнулась в плечо парня и тяжело засопела. — Ты не представляешь насколько мне это сейчас нужно. Я так устала постоянно бояться или волноваться, Митч, ты бы знал. — Так для того, чтобы я знал, нужно говорить, верно? — спросил парень, но не с наездом, а лишь с лёгким укором. — Думаешь я не замечал, что ты в последнее время странная? — Не знаю, — честно ответила я, больше даже не пытаясь разгрести кашу в своих мозгах. — Я уже ничего не знаю… Всю дорогу Митч не отпускал меня от себя, поддерживая не только словами, но и банальным присутствием. Мне становилось намного лучше, хоть в голове и крутились сотни не особо радужных мыслей. От усталости, и не только физической, я положила голову на плечо парня и прикрыла глаза, стараясь полностью абстрагироваться от всего, что навалилось. Подняла веки я уже в квартире. Удивлённо оглянувшись, я понимаю, что лежу на кровати, накрытая пушистым чёрным пледом, рядом с шоколадкой и какой-то небольшой запиской. Вино в холодильнике, еда в духовке, вся техника в твоём распоряжении. Дверь я запер, ключей вторых у меня, увы, не было, так что не сердись, а лучше отдыхай. Скоро вернусь.                    Митч P.s: Ну, и ещё в холодильнике есть виски и коньяк, но не напивайся сильно, я хочу поговорить с тобой обо всем, что происходило в последнее время. Первой появившейся мыслью было то, что друг поехал разгребать мои проблемы, но я быстро её откинула. Нужно уменьшить свою самооценку и наконец-то понять, что я никому не нужна, кроме самой себя. Один раз я уже допустила, что Луис сможет помочь, но, получив очень исчерпывающий ответ, теперь не надеюсь ни на кого. За окном уже было темно и я кинула взгляд на часы. Если к Луису я поехала примерно часа в четыре, как раз после пар, то сейчас уже было одиннадцать. Вау, не думала, что могу так долго проспать. Это, наверное, из-за нервов. Я действительно мало отдыхала в последнее время и, почувствовав заботу, не выдержала и просто отрубилась. Свой телефон я не нашла, поэтому просто решила включить телевизор и попытаться отвлечься, что удалось ужасно. Я все думала, думала, думала… Даже вина не хотелось, что уже выглядит настолько странно, что даже немного страшно стало. Я не могла найти себе места, не понимая куда и зачем уехал Митч. Может ему просто позвонили родители и попросили резко приехать? Или в университете проблемы? Да ну, какие у друга могут быть дела в универе, если друг учится почти блестяще? У русоволосого учёба идёт почти замечательно, ведь он в этом с детства крутится. Не то, что я. Писала лет с двенадцати какие-то рассказы, а потом резко подала документы на писателя, хоть эта профессия и выглядела немного необычной. Не успела я поставить чайник, как послышался хлопок входной двери и я, не раздумывая, рванула на звук. — Твою же… — прошептала я, прикрывая рот ладонью. Митч, немного пошатнувшись, попытался снять ботинки, но его тут же повело в сторону, прямо в стену. На светлых обоях остался кровавый отпечаток жидкости, что не прекращала течь из разбитого носа. — Только не говори, что ты ходил бить Даку лицо. — И не только это, — фыркнул друг, когда я помогла ему разуться и дойти до дивана. — Ну вообще я хотел просто поговорить, но он какой-то тупой. — Какой же ты придурок! — фыркнула я, но из глубины души поднялось невероятно тёплое чувство. — Какого черта полез? Давно не получал? Неожиданно Митч резко хватает меня за руку и заставляет посмотреть прямо в глаза. — Я не могу остаться в стороне, — проникновенно говорит друг и я громко сглатываю. Я тут же вспомнила, что сказал Луис и сравнила это с поступком русоволосого. Вот, кому на меня точно не плевать. Вот, кто готов ради меня даже пойти в ущерб себе. Но почему вместо оглушающего чувства благодарности я чувствую лишь горечь от того, что Лу так поступил со мной? — Да и не стал бы. Мне надоело видеть тебя такой грустной и испуганной, вот и принял меры. — Спасибо, — прошептала я, крепко обнимая Митча и утыкаясь носом в его плечо. — Я правда хотела тебе рассказать, но потом подумала… — Что ты подумала, Клем? — парень зарылся рукой в мои короткие волосы и начал неторопливо пропускать их через пальцы. — Что мои проблемы никому не нужны, — на выдохе пробормотала я и почувствовала, как все тело друга напряглось. — Я пыталась разобраться сама, я разговаривала с Даком, но он, как упертый баран, просто стоял и смотрел, похоже вообще не понимая о чем я. И тогда… — Я хотела сказать про Луиса, но оборвала все на полуслове. Митч не очень хорошо к нему относится, в прочем как и я с недавних времен. — Тогда я уже и решила, что эту проблему не устранить. Русоволосый тяжело вздохнул и вновь заставил поднять на него глаза. В этот момент я почувствовала себя немного странно. Мне была очень приятна поддержка друга, но… Всегда есть это мерзкое «Но». Я будто хотела, чтобы все это говорил совершенно другой человек, которому на меня просто плевать. — Дурочка, — Митч попытался улыбнуться, но зашипел от боли в лице. — Тебе нужно было сразу пойти ко мне. Я не собираюсь кидать тебя, Клементина. Почему ты все не можешь начать доверять мне? — Я доверяю, — тихо, почти не слышно ответила я и зажмурилась от неприятного водоворота внутри. — Просто не хотела, чтобы кто-то получал из-за меня проблемы. — Ты сейчас тормозишь так же, как и Дак, — фыркнул друг и мягко опустил руку на мою спину, ласково поглаживая, будто успокаивая. Вроде бы обычный дружеский жест, но мне, кажется, стало немного лучше. — Запомни раз и навсегда: я никогда тебя не оставлю в беде. Даже если после этого все вернётся последствиями — пускай, мы и с ними справимся. — Спасибо, Митч, — искренне сказала я, отстраняясь. — Я… не знаю что бы делала сама. — Обращайся, — улыбнулся парень, вновь притягивая меня к себе. — Я всегда помогу тебе чем смогу, Клем, ведь я… — он замолчал, будто подбирая слова, и я сама закончила фразу: -…мой самый лучший друг, — я крепко, насколько могла, обняла русоволосого, который странно вздохнул, но руки не разжал. — Хочешь чай? — спросил Митч, пытаясь встать с дивана, но я тут же схватила его за плечо. — Только если я его и налью. Я усадила «подопечного» обратно на мягкую мебель и пошла в кухню, все ещё пытаясь побороть странное чувство в душе. Будто я слушала успокоение совсем не от того человека. Черт возьми, Клем, разуй глаза. Луису совершенно плевать на все, что происходит в моей жизни, ему нужен только секс и ничего большего. Ему все равно что я чувствую, желаю или о чем мечтаю, его дело лишь использовать меня для собственного удовлетворения совсем не обращая внимание на то, что скрыто за телом. На душу. Почему-то на коже появилось липкое ощущение грязи. Я посмотрела на руки, ноги, но не увидела совершенно ничего. Ничего видимого. Было такое впечатление, будто я позволила из самой себя сделать какую-то вечно доступную куклу. Противно. От себя же противно. А может… Я достала телефон и открыла диалог с Лу, занося палец над клавиатурой. Я: Я хочу все закончить. Осталось одно касание, всего одно, но… Я стёрла сообщение и кинула телефон на обеденный стол, подходя к закипающему чайнику. Не могу. Я вспоминаю то, как проходят наши встречи и сердце тут же начинает отбивать двойной ритм, будто я заболела. — И почему все так сложно? — устало спросила я у стены, но ответа не получила. Надо что-то делать. Нужно отучить себя от тех эмоций, что постоянно давал мне Луис. Представлю, что я бросаю курить, начну с малого и перестану вечно тянуться к темноволосому. И совершенно плевать, что мне нравится секс с ним. Ведь моя душа при этом страдает.