Холодное сердце

      Как только Джувия зашла в дом, к ней тут же подбежала Касуми и сжала в объятиях. Джувия вздрогнула, вновь ощутив прилив вины и грусти от того, что ее сестра так за нее боялась и беспокоилась. Это было видно по дрожащим плечам и пальцам, что сжимали пижамной майки у нее на спине. Казалось, еще немного, и голубоглазая заплачет у нее на плече. — «В который раз я перед тобой извиняюсь, Касуми? Кажется, я сбилась со счета.» — Думала Джувия, с грустью смотря на сестру.       Синевласка молча обняла ее, гладя по дрожащей спине и распущенным голубым волосам, пытаясь хоть немного успокоить. — Ты не ранена? — наконец отстранилась от нее Касуми, взяв лицо сестры в ладони и повернув в разные стороны. Отступив на пару шагов назад, окинула внимательным взглядом и облегченно вздохнула. На теле Джувии не было даже царапин, а если и были, то уже давно исчезли.       Джувия молча покачала головой из стороны в сторону. Заметив стоящего рядом с сестрой отца, тихо сглотнула, едва не втянув голову в плечи. Хару молча смотрел на нее и она не могла понять, злится на нее отец, считает ли виноватой, или еще что-то в этом роде. Даже присутствие малыша Тони, что прятался в ее лежащих на плечах синих волосах, не успокаивало. — Слава богу, — вздохнула Касуми, приложив ладонь к груди. — Папа, не… — повернулась она к отцу, собираясь положить на его плечо руку, как он молча подошел к Джувии и обнял ее.       Синие глаза Локсар приняли форму блюдец, в шоке смотря на не менее удивленную сестру. Она молча стояла аки солдатик, чувствуя, как ее держат и прижимают к себе руки отца. — «Я уже и не помню, когда мы в последний раз обнимались. Отец долго не мог говорить со мной, не то, что смотреть в глаза после того, как умерла мама, а тут…» — Я рад, что с тобой все в порядке, — тихо сказал он, разжав объятия и отойдя на пару шагов назад, смотря в ее расширенные, наполненные шоком, глаза. — У нас сейчас очень непростая ситуация, над которой всем нам надо хорошенько подумать. Кстати, где Наоми и Ао? — Наоми с Эриком. Помогают другим. А Ао остался в полицейском участке, — при мыслях о брате Джувия грустно опустила глаза. — Сказал, что побудет там какое-то время, чтобы подумать над своим поведением и исправиться. — Понятно. Наверняка тебе это уже говорили, но я все же скажу еще раз. Выкинь из головы все идеи, касательно возвращения ожерелья своими собственными силами и в одиночку. Оставь это мне, хорошо? — строго сказал Хару, нахмурившись. — Да, папа, — кивнула девушка, смотря себе под ноги. — Пока что будешь помогать остальным. Уже завтра мы свяжемся с Магнолией и позовем сюда несколько магов, чтобы они помогли восстановить наши дома. Так что нам будут нужны дополнительные рабочие руки, — все тем же серьезным тоном говорил с ней отец. — Хорошо, — кивнула она, подняв на него не менее серьезный и решительный взгляд. — Сделаю все, что в моих силах. — Также я научу тебя еще нескольким вещам, которые помогут тебе в нынешней непростой ситуации. У всех магов хорошо развито шестое чувство и сенсорика. Это поможет тебе ориентироваться на незнакомой местности, находить полезные вещи и узнавать информацию не только о своих друзьях, но и незнакомцах. А сейчас, — он подошел и положил ладонь ей на плечо. — Иди в комнату и ложись спать. Утро вечера мудренее. И знай, я тебя ни в чем не виню. Так что не надо корить себя. Спокойной ночи, Джувия, — улыбнулся он при последних словах. — «Ого. Я уже и забыла, как это приятно, когда родители тебя хвалят или… говорят столь теплые вещи.» — Спокойной ночи, папа, — улыбнулась девушка, и, подойдя к отцу, встала на цыпочки и чмокнула его в щеку, как в детстве. — Спокойной ночи, Касуми.       Подойдя к теплой улыбающейся сестре, получила от нее поцелуй в лоб, после чего ушла в свою комнату.

***

— Спокойной ночи, Тони, — сказала Джувия спрыгнувшему с ее плеча человечку, ложась в кровать и закрывшись одеялом, после чего выключив стоящий на тумбочке рядом с кроватью ночник.       Сбежав вниз по руке, он устроился на подушке рядом с ее лицом. Она осторожно обхватила его пальцами и прижала к щеке, словно мягкую игрушку, отчего на ее лице появилась детская улыбка. — Спокойной ночи, Джувия, — тихо сказал он, тоже закрыв глаза и тут же уснув.

***

      Синее, усыпанное сверкающими звездами, небо над головой. Под ногами огромная, без конца-края, поляна, усыпанная разноцветными цветами, над которой летают золотые светлячки.       По воздуху разносится звонкий девичий смех, хозяйка которого бегает по поляне босыми ногами, приподняв полы длинного синего платья, позади которого развевается длинная лента. На ее лице радостная улыбка, а в сапфировых глазах отражаются звезды, собранные в хвост синие волосы и обрамляющие лицо пряди болтаются из стороны в сторону. В свете луны кожа на ее лице, руках и босых ногах кажется белоснежной и сияющей.       Заметив краем глаза стоящую краю поляны розоволосую фигуру, она поворачивается к ней с улыбкой и смехом, приглашающе махая рукой. Но вдруг она замирает, а ее глаза расширяются.       Позади Нацу черный туннель. Он молча смотрит на нее, его глаза и лицо ничего не выражают. Он переводит взгляд на туннель, и, повернувшись, заходит в него и идет все дальше и дальше. Улыбка с ее лице исчезает, сменившись страхом, зрачки в синих глазах сужаются.       Она бежит к черной дыре, вытянув перед собой руку. Нацу почти исчез в этой тьмы. Видны лишь его малиновые, пылающие в этой тьме, волосы, и развевающийся белый шарф. На ее губах появилась полная надежды улыбка. Она резко вытягивает перед собой руку и сжимает пальцы. Шарф исчезает и ее пальцы хватают пустоту. Нацу исчез, чернота вокруг тоже. Джувия застыла на месте, смотря на свою вытянутую, со сжатыми в кулак пальцами, дрожащую руку. Лицо и взгляд синеволосой девушки пустые.       Она стоит посреди пустой поляны, молча смотря вдаль. Ветер шевелит листья под босыми ногами, полы синего платья, завязанную на поясе ленту и собранные в хвост волосы. Над головой темно-синее, ночное небо, усыпанное сверкающими звездами, с полной серебристой луной.

***

      Джувия резко открыла глаза и села, судорожно хватая ртом воздух и сжимая пальцами одеяло. Тони спал на подушке, подложив под голову крошечные ладони, поэтому он не видел страха в ее широко раскрытых, с суженными зрачками, глазах, стекающего по лбу холодного пота, дрожащего тела. — «Нацу сказал, что поможет мне. Поможет забрать ожерелье у Ивлета и вернуть его обратно в нашу шкатулку. Но это слишком опасно. Сейчас в руках Ивлета магия основных четырех стихий и не только. Нацу сильный, но недостаточно. Он пока не может использовать всю свою силу на полную мощность. Для него это слишком опасно. И не только это. Сама встреча с Ивлетом… может стать для него фатальной. Нацу слишком безрассудный и неосторожный, а еще смертный. У меня еще есть шанс выстоять против Ивлета в будущей битве, но не у него. Я не смогу его переубедить, да и не стану этого делать, ведь иначе он начнет думать, что я не верю в него и обидится. Дурак. Он все еще ребенок, который много не понимает. Если я хочу отплатить ему за все то, что он для меня сделал, единственным выходом будет оберегать его от опасности, даже если для этого придется иногда жертвовать своим телом. Но это не страшно. Оно крепкое и его так легко не убьешь. Прости, Нацу. Когда-нибудь ты поймешь, что это для твоего же блага. Да. Теперь мне намного спокойнее.»       Вздохнув, Джувия упала головой на подушку, дав синим прядям разметаться по ней. — «Я защищу тебя, Нацу Драгнил. Обещаю.»