Против судьбы не попрёшь

— Килька, что собираешься делать с другой версией себя? На мой счёт, его надо найти и дать такую взбучку, чтобы он лично повеситься захотел! — сказала появившаяся рядом девочка с кровожадностью в глазах. После достала из-за спины ножик и протянула Киллеру — Ты знаешь, что делать! — К моему сожалению Хоррор его уже убил и как бы я не хотел убить этого уёбка сучий потрах уже пыль. — с сожалением сказал убийца, пожав плечами. — Эх, жаль не воскресить эту мразь. Найтмер только недавно меня обучил парочкой пыток… И не ори так блять, Найти разбудишь. А ей нужно спокойствие и тишина. — Ой-ой, и кто мне это говорит? А, мистер-убийца-тушь-из-глаз-потик? — язвительно сказал ребёнок, хмыкнув в конце фразы. — Это не я, из нас двоих, поперебивало кучу ни в чем не повинных монстров! Так что, тут ещё нужно подумать кто из нас более е… — звук прервался резким пищанием, после чего слово продолжилось. — нутый. — ребёнок, верующий в существование пришельцев или взрослый дядька-маньяк. — Ребёнок опять внезапно исчез, словно его и не было. — По-моему человек с блядской кастрюлей на голове. И какой я тебе, сука, дядька, придурошная?! И это — скелет указал пальцем на свои чёрные полосы. — Ёбаная ненависть, а не тушь! Я тебе грёбаная девка что ли, чтобы краситься?! — взбесился он. — Килл, когда Найт проснётся, поддержки её, ведь она поссорилась с Найтмером, и достаточно сильно… Так что я рассчитывают на тебя, и надеюсь, что ты не будешь творить глупостей, ведь теперь нож у меня всегда наготове. — предупредил Чара. Стоило ему это сказать, как Найтмер заметалась по кровати, переворачиваясь, с одной стороны, на другую, ударяя конечностями по кровати, со всей силы вырываясь из крепких рук Киллера, из-за чего на его костях появлялись сильные трещины, а их выбитые кусочки за считанные мгновения превращались в пыль. Дыхание девушки сбилось, и она пронзительно заорала, распахнув глазницы, наполненные слезами. Крик отразился от всех стен и мрачного замка, отражаясь эхом и пугая находящихся там. — Блядство! — возмущённо рявкнул парень. — И что это блять Босс наговорил моей Луне?! Да и какого хуя происходит?! Чара, тащи ебучую ледяную воду! — крикнул он читателю, который прибывал немного в шоке, но за водой сбегал быстро. — Ну наконец! Выливай на Найт! — ААА! — закричала девушка от ощущения ледяной воды, будто по команде смирно садясь на кровать, начав дрожать, когда глаза устремились в пустоту. Зрачки потухли, а лицо перестало выражать эмоции. — Сука! — ругнулся скелет, начав трясти тело любимой за плечи. Такое происходило впервые и очень неожиданно, что напугало убийцу не на шутку. — Эй! Найтмер! Найти! Приём, блять! — испуганно орал он, пытаясь получить хоть какой-нибудь отклик. — Твою мать! Нужно срочно к Саенсу! — с этими словами он взял не на что нереагирующую Найтмер на руки и открыв портал уже собирался прыгнуть туда, как ослабевшая костяная ручка коснулась его куртки, аккуратно дёрнув. — Найти?.. — К-Килл… Э-Это ты? — слабенький голосок девушки донёсся до его «ушей» со стороны девушки, которая смотрела не него потускневшими зрачками, наполненными болью. — Да, это я Луна. Найтмер, мы блять сейчас идём к Саенсу и это нихуя не обсуждается. С тобой творится какой-то пиздец! — не сдержавшись крикнул он, пытаясь скрыть свой страх. Простой страх за любимую. Но показывать ей свой страх он даже под пытками не согласится. — Найти, скажи, что Босс блять с тобой сделал? — уже спокойнее спросил Киллер и Найтмер словно взорвалась, как бомба. Чувство ненависти, ярости, вины, страха и чёрт знает чего ещё. Девушка будто пылала изнутри, душу разрывало на части, на мелкие кусочки. Она чувствовала, как ей безумно хочется сорваться, наорать, выкинуть весь этот гнев, обиду и страх на кого-угодно, излить на этого «кого-то» всё, что скопилось внутри, но она не могла сделать этого, потому что существуют определённые рамки, за которые она не хочет выходить. Чувство отчаяния. Наверное, одно из ужаснейших на свете чувств — когда наступает понимание, что ты причинил боль одному из самых близких тебе существ на свете, тому, кто всегда был рядом, помогал, поддерживал, любил. Когда ты понимаешь, что причинил боль частичке себя, самой близкой души. Ты произнёс вслух то, что ранило это существо… И уже вряд ли выйдет что-то изменить. Это убивает изнутри. Это больно, жутко от одной только мысли, что это тупик. Конец. Конечная остановка ваших отношений. Что этого создания никогда больше не будет рядом. Что эта душа больше не хочет иметь с тобой никаких отношений. В глубине души она понимала, что это когда-нибудь произойдёт, но упорно не хотела это признавать. У неё больше нет сил, не хватает духу. У неё началась истерика. Она начала судорожно плакать, вцепившись в парня мёртвой хваткой, кричит, тело дрожит, не переставая царапать Киллера по рёбрам. Было чувство, что её разрывает изнутри. — Сука, как же боль… — не успел он договорить, как его ослепил свет. Проморгавшись он увидел, а точнее почувствовал, как тело Найтмер стало легче, хотя казалось, куда ещё легче, она перестала биться в конвульсиях, кричать и царапать его кости когтями. Вместо этого она мирно лежала на его теле и тихо шептала: — Я отказываюсь от него, отказываюсь, не могу, отказываюсь, не хочу, отказываюсь. — говорила девушка, а затем яркая вспышка вновь ослепила его. Через пару секунд, придя в себя, он увидел, как Найти дрожит, прижавшись к нему спиной, а перед ними валяется тело Найтмера, смотрящего то на свои руки, то на Найтмер с Киллером, то на окружение. В его зрачках было счастье, удивление и неверие в происходящее. Некоторое время назад, у Найтмера. Появившийся Чара сел рядом с Найтмером и протянул бутылку хорошего коньяка со словами: — Успокаивать я тебя не буду, как и жалеть, все равно это не поможет, но хочу сказать, что Найт все же часть тебя, и ты не должен так её отталкивать — встал, исчезнув в пустоте. — Спасибо чувак, но знаешь, у меня было время всё обдумать. Она сказала, что думает обо мне. Разрушать их отношения с моей «правой рукой» ниже моего достоинства, так что лучше уж я просто не буду лезть туда. Нужно просто отпустить эту блядскую влюблённость. Именно поэтому я хочу отказаться от неё. Нет, не так… Я отказываюсь от неё! Так будет легче, если не ей, то хотя бы м- — не успел он договорить фразу, как душу буквально начало разрывать на части. От боли из глазниц по скулам скатились пара слезинок, хоть ему хотелось судорожно плакать, но «Нужно сдержаться» — подумал он. От боли он впился в своё тело хваткой, дрожа и тяжело дыша, не переставая царапать по рёбрам. Было чувство, что его разрывает изнутри и снаружи одновременно. А затем ярка вспышка и вот он уже лежит в его с Найтмер комнате, соображая, что только-что произошло? Сейчас. — Что за хуйня? — наконец прервал тишину Киллер, обнимая любимую, чтобы та немного успокоилась. — Я… Я… Я свободен! У-у меня собственное тело! Наконец! Неужели! Наконец-то! — бормоча себе по нос радовался Чёрное Яблоко, трогая себя везде руками, пытаясь убедиться, что это не сон. — Два Найтмера… О-ху-еть… — сказал убийца. — Найт… Почему ты здесь? Ты ведь часть моей души! Как ты?.. Получается… Святой Тоби! Твоя мечта исполнилась! — она хотела напрыгнуть на него с объятиями, но… Её как током ударило. Зрачки уменьшились и она с испугом обратно попятилась в объятия любимого монстра, продолжая смотреть на бывшую близкую душу. — Ты отказался от меня… Т-ты… Ты отказался от меня! — шептала она без остановки. — Так будет лучше… для всех. — собираясь с мыслями и духом произнёс Найтмер и, открыв портал в рандомную альтернативную вселенную, скрылся без следа под строгим взглядом Киллера, что поглаживал любимую по спине. — Пойдём Луни, всё будет хорошо… Пойдём, тебе нужно, эм… Поесть и выпить успокаивающего чаю. — скелет подхватил свою лёгкую даму и понёс на кухню, пока та изо всех сил пыталась сдержать слёзы, так как глазницы уже болели от этой влаги. Киллер аккуратно посадил девушку на стул и, разложив перед ней некоторую еду, что принесли читатели, убрав остальное в холодильник, пошёл заваривать ромашковый чай. — Покушай, тебе станет легче. — с некой мольбой в голосе сказал парень, ставя чайник. — Н-не хочу. Мне противно. — на удивление сухо кинула она, но всё же взяла булочку и откусила маленький кусочек. — Вкусно. — проконстатировала Найтмер. Убийцу это напрягло, но ничего говорить по этому поводу он не стал. Вместо этого он просто сел рядом и взял её за руку, переплетая костяные пальцы. И больше ничего не было нужно. Вот так, без слов, в полной тишине, даже не смотря друг на друга, они всё равно ощущали тепло, поддержку. Они ощущали, что не одни. Что не смотря на все их ошибки, бездарность, внешность, психику и многое другое, они кем-то любимы. Ощущали, что именно сейчас всё если не хорошо, то будет. Для них двоих никогда словно и не существует слова «нормально». Потому что они уж точно не подходят под эту «нормальность» в понимании большинства. Убийца, мир которого настолько наполнен ненавистью, что существа оттуда способны чувствовать либо только её, либо с примесью. Существо, чья душа — это мишень, которую поразила лишь одна пуля, засев там надолго, если не на целую вечность. Монстр, полюбивший то, что является негативом, тем, что заполняет его и его вселенную до краёв и больше, но при этом то, что являлось самым добрым, что он когда-либо встречал. И она, ненавистная всеми, от злости и обиды на весь мир, спрятавшая себя, съевшая яблоко. Та, кто питается лишь болью и страданиями. Та, в чьём теле жили две души. Та, кто умеет только рушить. Она та, кто породила ужасное зло и нашла с ним общий язык, сдружилась и смогла полюбить больше, нежели родного брата. Именно она та единственная пуля, поразившая заветную мишень и засевшая там надолго. Та, кто полюбила ненависть. Для них в корне не подходит привычное слово «нормально». Для них существует лишь «ненормально». И это «ненормально» — самое родное, самое дорогое, самое ценное, что они только могут иметь. И никто не смеет нарушать их «ненормально». Сколько они так сидели не понятно, но чайник уже яростно свистел, выгоняя их из раздумий. Нехотя отпустив костяшки Найтмер, парень поднялся со стула и пошёл наливать им чай, в то время как сама девушка доедала уже 4 булочку. — Спасибо. — глухо произнесла девушка, когда перед ней поставили её любимую кружку с чаем и вновь взяли за руку. Отпив глоток она слабо улыбнулась, этого почти не было видно, но не для Киллера. И когда улыбалась она, пусть и вымученно, пусть и слабо, ему тоже хотелось улыбаться вместе с ней. По-настоящему. У Эррор. — Ты умеешь играть на гитаре?! А какая твоя любимая мелодия? — просила появившаяся рядом девочка. — Ну немного умею. — нервно усмехнувшись сказала девушка. — А на счёт мелодии… Хм… Думаю таковой нет. Каждая мелодия по-своему прекрасна и уникальна. Ой… Блять, кажется я начала говорить как Инк. Но, в любом случаи, если хочешь, я могу что-нибудь сыграть. Я давненько не практиковалась. — Если Инк позовёт тебя замуж, ты согласишься? — Картонка появилась рядом, немного напугав Эррор. — Ох блять Святой Тоби! Не пугай так больше, я ведь и убить могу от неожиданности. И н-на счёт свадьбы… — девушка смутилась, отводя взгляд от читательницы в сторону. — М-мы сл-лиш-шк-ком мало встречаемся и, ну, как бы, ещё рано говорить о св-вадьбе. — смущаясь ещё сильнее наконец ответила она, синея и хрустя костяшками. — Ох, в любом случае, эм… К этому нужно обдуманно подойти, ну и, в-общем… Ну, то есть, да, я бы, думаю, согласилась, но, как бы… Да и с чего вообще такой вопрос? — смущённая девушка быстро поднялась и пошла готовить чай, в то время как читательницы благополучно исчезли. У Паллета. — Предлагаю тебе рассказать на телевидение о том, что твой приёмный отец впервые пришёл на какое-то мероприятие! Кстати, мне интересно, какой у тебя любимый урок? Вот у меня это математика. — произнесла беловолосая, сама не понимая, как она может любить этот предмет. — Хех, прекрасная идея, как по мне, но не думаю, что папа обрадуется, узнав, что я это сделал. О нём и так столько ерунды по телеку передают, что ужас. А на счёт любимого урока, то это астрономия и рисование! Помню, что на одном уроке ИЗО нам дали свободную тему и я нарисовал Готи в космосе среди млечного пути! Правда мы тогда ещё не встречались и, ну… Я так и не отдал этот рисунок ей, так как я, как бы, ещё не очень хорошо рисовал, да и мы тогда не встречались ещё… Но, если хочешь, я могу его показать. Он у меня лежит с остальными рисунками о ней. Ой… — поняв, что он сам только что спалил свой тайник Паллет покраснел. — Нет у меня никакого тайника, нет, совсем нет! И никаких рисунков с Шарфиком у меня нет и никогда не было. То есть они есть и были, но все они у неё, а не только одна десятая, нет, у меня вовсе нет большой коробки, что вы! Да-да, ничего нет, просто вам послышалось, ничего такого нет, да, нет! — оправдывался смущённый донельзя Палли, размахивая руками и желая провалиться сквозь землю. — Приветик. — Като появилась прямо перед носом парня — Ой, извини. И. — девушка задумалась, явно вспоминая, что хотела сказать, — Точно! Инк знает о ваших отношениях с Гот? Если нет, то собираешься ему рассказать? — Ох, папа вроде знает о них. Ну, то есть, я ему говорил, что встречаюсь с Готи, но не удивлюсь, если он забыл об этом. Я не скрываю от него подобное, так как знаю, что он примет любой мой выбор. Ну, только если это не будет вредить мне. Но да, он знает и я не скрываю от него свои отношения. И всё в порядке, я начинаю привыкать к неожиданным появлениям читателей. — отходя от смущения сказал парень, неловко почесав затылок. — Паллет, а можно тоже прийти на твоё выступление? — радостно спросил появившийся Чара, после чего немного замялся и добавил шёпотом — Просто… Я на таких мероприятиях не бывал… — Ох, конечно можно! Я буду только рад! Это почти первый раз, когда кто-то приходит ко мне на выступление, так что я буду рад видеть там вас! Это придаёт мне уверенности! — радостно воскликнул паренёк, счастливый от того, что на его выступление придёт ещё один знакомый. Читатель же подумал, что собирается хлопать громче всех и хрен его кто остановит в этом стремлении. Ниже этажом, у Инка. — Инк, да твоей работе не позавидуешь… Неужели ты знаешь обо всех вселенных, Мультивселенных и т.д., НО НИ РАЗУ НЕ ВСТРЕЧАЛ ВСЕЛЕННУЮ С ПАПЕРДЖЕМОМ? Просто… как? — спросил телепортировавшийся со второго этажа Чара, офигевший от слов Хранителя Мультивселенных. — Не обо всех, а о большинстве. Да и, ну, просто я не помню никого по имени ПаперДжем. Можешь описать его внешне, я так быстрее вспомню или, по крайней мере, пойму, о ком идёт речь? — попросил Инк и читатель принялся описывать монстрёнка внешне, пока Художник пытался вспомнить кого-то похожего. — О! Точно! Я вспомнил! Это же наше с Эррор слияние из некоторых Альтернативных Мультивселенных, куда я попадал по случайности! Спасибо, что описал его. Я ужасно запоминаю названия и имена чего-либо. Знаешь, меня удивляет, что таких вселенных довольно большое количество. — задумавшись подметил он. — Хех, помню, что, когда впервые наткнулся на подобную вселенную я очень дивился, что кто-то додумался, что нас вообще можно совместить и что два врага смогут когда-то полюбить друг друга. Забавно, что в итоге всё вышло так. Нет, не думай, я не жалею, просто это довольно, скажем так, странновато вышло. Я и предположить не мог раньше, что мне вернётся душа и что я всей ей полюблю своего врага. Судьба и вправду непредсказуемая штука… — начал тараторить Инк, наматывая круги по гостиной и размахивая руками, всё больше и больше уходя в свои раздумья, начиная переставать замечать что-либо происходящее вокруг. Чара же исчез к тому времени. У Хоррора и Ласт. — Что ты сказал?! Такая же дырка, как у тебя? А может мне тебе, ну так, для симметрии, вторую дыру оформить?! — человек выглядел злым. Оно достало откуда-то сковородку, блинную, мать его, сковородку и уже было замахнулось для удара, но вдруг… — Кья-ха-ха-ха, да я же шучу. — Дитя вновь убрало кухонный инвентарь. — Пошути так ещё раз, и я тебя точно ёбну, хренов человечек. — цыкнул раздражённо убийца, даже не поворачиваясь к созданию. Разговаривать с кем-либо вообще не хотелось. Появившаяся девочка просто поставила перед Хорей корзинку с пирожками и перед тем, как уйти сказала: — С правой стороны пирожки с мясом, с другой пирожки с яблоком! — после этих слов она рассеялась. — Спасибо. — кинул парень, доставая пирожок с мясом и откусывая кусочек. — У Ласт получаются намного вкуснее, хех… — усмехнувшись произнёс каннибал, вспоминая вкус её кексиков, печально улыбнувшись. — Я влип в это дерьмо с головой и точно не вылезу. Ну вот какого хуя я умудрился полюбить её?! — Хоррор, ты влюбился, понимаешь меня? ВЛЮ-БИЛ-СЯ. Ведь ты бы не стал придумывать план жестокой мести ради «просто друга/подруги» или задумываться о том, что «он/она не будет человечины». Да и она тоже к тебе не ровно дышит, и это могут все подтвердить. В общем, удачи тебе с завоеванием сердца Ласт! — пожелал Чара, удаляясь так же быстро, как и появился. — Да знаю я блять! Зна-ю! Я понимаю, что полюбил эту дуру хуже некуда! Но смотрите объективно! Убийца каннибал и милашка, которая не то, что не дружила с кем-то, а даже не влюблялась не разу! Сука! Как же бесит подобное дерьмо! — взбесился парень, ёбнувшись об стол своей рожей, что как-то успокаивающе подействовало на него и он немного угомонил своё жопное горение. — К тому же чувства к Даст, мать её, откуда-то, да вылазят. А как вытравить эту тварь я не ебу. — он, тяжело вздохнув, повернув череп набок, к окну. — Не знаю, но когда я вижу Даст прошлые чувства вылезают обратно, но стоит мне лишь вспомнить Ласточку, увидеть её, прикоснуться, как мысли выветриваются и я становлюсь влюблённым придурком. — он вновь тяжело вздохнул и замолчал на несколько минут, поедая пирожки и, тем самым, успокаиваясь. — Думаю я дам этим грёбанным чувствам шанс. Может тогда я наконец смогу забыть о ней… — Забыть о к-ком? — спросила Ласти, стоящая в арке, что соединяла кухню-гостиную с коридором. Её моська была залита румянцем, а костяшки то и дело слегка похрустывали от переминания. Ей было жутко неловко, что она подслушивала, пусть и только под конец разговора. — Ой, я забыла с-сказ-зать «привет». И с-с-спас-сибо, что ты опять выручил меня! Мне очень неловко, что из-за меня тебе приходится терпеть неудобства. Извини! — она резко поклонилась, удивив парня и Фриск, которое до сих пор было на кухне. — О Святой Тоби, Ласт, ты опять? Мне не приходится терпеть никаких неудобств, успокойся. И хватит постоянно извиняться за всё. К тому же не меня нужно благодарить, а читателей и это создание в частности. — сказал Хоррор, беря девушку и поднимая обратно, в стоячее состояние, после указывая большим костяным пальцем в сторону человека. — Ох, прости, просто мне неловко, что, ну, я… — смущённо начала тараторить скелет, в то время как душа грозилась улететь на седьмое небо, но её перебили. — Даже блять не начинай. Всё норм, окей? И вообще, иди в постель, вся вон в румянце, наверняка заболела там. Как самочувствие? Тот долбаёб тебя не ранил? — спросил парень, осматривая тело девушки, в то время как её зрачки метались по всему, что вокруг, лишь бы не смотреть на него. — В-всё в п-порядке, н-не в-волн-нуйс-ся… — еле пролепетала она, пытаясь сообразить, что ей делать и куда бежать. — Это хорошо. — наконец выдал убийца, спустя где-то 15-17 минут осмотра на наличие ран или каких-либо других видимых увечий, и отпустил её. — У-угу… Ой, прошу прощения, я забыла тебя поблагодарить за то, что спасло меня. — выбравшись из рук Хорька, когда тот отступил, подбежала к Фриск и поклонилась, выражая благодарность. — Я могу отплатить тебе и другим читателям своей выпечкой! Ну, то есть, если вы захотите, конечно… — смущаясь выдала она. — Нда… — сказал Хоррор, сев за стол и отодвинул стул рядом с собой для Ласточки, которая покорно села рядом с ним. Она несколько раз хотела кое-что спросить, поворачиваясь к нему время от времени. — Ты хочешь о чём-то попросить? — наконец спросил парень, желая прервать её метания. — Да, ну, как бы… Мне неудобно спраш-шивать, но… Может ты знаешь, так, случайно, где нужны работники?.. Просто, ну, эм, я уволилась и ищу н-новую работу, вот. — собравшись с духом выдала она, не решаясь смотреть парню в зрачки. — Неа. Сорян, но я не ебу, где нужны работники. Но знаешь я могу походить с тобой по городу, и мы вместе посмотрим? Не против? — предложил каннибал. Зрачки девушки чуть ли не сияли от восторга. «Мне поможет Хорёк! Он б-будет водить м-мен-ня по городу и поможет найти работу! Никто раньше так не делал! Ох, святой Тоби, мне кажется я ещё сильнее влюбляюсь в него…» — девушка смутилась от собственных мыслей, чуть ли не подпрыгнув на месте. — Ты чего так покраснела? — спросил парень. — Н-нич-чего! Просто, ну… — Если хочешь, то можем прямо сейчас прогуляться по городу в поисках твоей работы. К тому же я ведь обещал тебе весь город показать, а не только центр, да и Новый год относительно скоро, мне нужно подарки закупить парочке идиотов. — от этих слов душа Ластик затрепетала, а в зрачках загорелась яркая, детская радость. Она обожала Новый Год с самого детства, веря, что все её письма Дедушке Морозу когда-нибудь дойдут и хоть одно её желание исполнится, если она будет себя хорошо вести. — «А ещё, одной маленькой девочке» — в мыслях продолжил Хоррор, смотря на радостную девочку и мягко улыбнувшись. — Надеюсь в этот раз моё письмо дойдёт до Дедушки Мороза! Как думаешь, я достаточно хорошо себя вела в этом году, чтобы он пришёл ко мне?! Он давно ко мне не приходил, но я уверена, что в этот раз он обязательно придёт! Я уверена! — радостно сообщила девушка, глядя на число в календаре, повешенном на холодильнике. — Так ты веришь в этого старика? Как по-детски. — по-доброму рассмеялся он. — О-Он н-не старик! И это вовсе не по-детски! Я… Знаешь, он давно ко мне не приходил, ещё со смерти братика… Но я уверена, что в этом году я достаточно хорошо себя вела, чтобы он снова пришёл ко мне! — заявила она, показывая что-то руками. — Бля, не ври, ты самая хорошая девочка, которую я видел. — Хоррор легонько погладил её по черепу, хваля, словно девочку лет пяти, на что она лишь мило улыбалась и чуть ли не мурча подставлялась под ласки, улыбаясь ярко-ярко. Счастливые моменты так прекрасны, но долго ли они продлятся? Кто знает, кто знает… У Дрима и Кросс. — Дрим, а ты хочешь девочку или мальчика? Имена то хоть придумали? И да, кого крёстным делать собираетесь? — появившаяся девочка задала бы ещё 100 вопросов, но у неё было ещё одно дело, поэтому она быстренько исчезла. — Мне без разницы, кто родится, главное, чтобы здоровым был. А на счёт имён, то нам уже подсказали. Нам они понравились, неплохие имена. Но нужно придумать ещё варианты, я полагаю. Да, милая? — спросил будущий отец, обращаясь к своей любимой. — Нет, не думаю. А на счёт крёстных… Я уже знаю, кого сделать крёстной, а ты сто пудово сделаешь Найтмер крёстной и крёстным в одном лице. Знаешь, довольно забавно будет, когда мы будем объяснять это ребёнку… — усмехнувшись сказала девушка, приложив руку к грудной клетке, где билась душа ребёнка. — Да, будет очень весело. Как думаешь, какие ещё имена смогут подойти нашему ребёнку? — спросил Дрим, положив свою руку по верх руки Кросс, мягко улыбнувшись. — Понятия не имею. Да и тех имён хватит. — утвердила она, мягко улыбаясь, смотря в глаза любимого. — Раз ты так говоришь, то и ладно. Пойду ужин приготовлю. Хочешь помочь или отдохнёшь? — задал вопрос он, на что получил кивок и подал любимой руку, помогая встать. — Чур сегодня будет тако и шоколадное молоко с чёрным перцем! — заявила она. — Как хочешь дорогая. — смеясь согласился парень и они вместе прошли на кухню. У Гено и Рипер. — Гено, Рипер, как назовёте детишек? — Като появилась перед ними, — И Рипер, как самочувствие и… Э… Ощущение…? — девушка слегка задумалась, продолжила — Окей, я просто не умею вести диалоги. — она обняла их и добавила — И я не умираю от твоих прикосновений. Я итак мёртвая. — девушка улыбнулась, а затем исчезла. — Блять, точно, имена! Я совсем забыла! Чёрт, я и не думала! — начала Рипер, но её прервал Гено: — Не при детях пожалуйста, будь добра. Да и придумаем, успокойся. Да и меня больше волнует второй вопрос. Как самочувствие и ощущение? — спросил Гено. — Да как обычно. Ну, за исключением, что я чувствую биение душ детей. Это очень приятно… — ответила Смерть, делая глоток свежего чая с ягодами. — А можете мне побольше рассказать про беременность, пожалуйста? — попросила Блупринт, пока её мужа утащили сёстры с братом, чтобы тот поиграл с ними. — О, тебе так интересно? — не без ехидства подметила женщина, с ухмылкой глядя на девушку, от чего та засмущалась, но не отвернулась. Гено же только тяжело вздохнул и решил удалиться к детям, дабы не мешать женскому разговору, а ещё провести побольше времени с ними. — Угу, очень. — честно ответила девушка, сжимаясь под взглядом свекрови. — Ну тогда слушай, я как-никак опытная в этом деле женщина! — гордо заявила она, после начав свой рассказ. — Во время секса, как ты знаешь, скелеты могут использовать свои души. Так вот, при контакте душ двух скелетов каждый отделяет от своей души её маленькую часть. Эти части воссоединяются, и в душе «мамы», становясь маленькой душой. Душа ребенка 9 месяцев развивается в душе «мамы», а потом отделяется от неё, превращаюсь в тело ребенка. За эти 9 месяцев души родителей успевают полностью восстановится. Сам процесс беременности происходит примерно так: сначала в твоей грудной клетке просто «плавает» душа или души твоего ребёнка или детей, этот процесс длиться около недели-двух. В это время меняется гормональный фон, может появиться чувствительность к запахам, тянущие ощущения внизу живота, повышение либидо, развитие чувственности и сексуальности и тому подобное. Так же тебя может тошнить, но это уже зависит от твоей чувствительности. Потом у тебя формируется живот, состоящий из эктоплазмы, где душа младенца формируется всё остальное время беременности. В это время тебя будет тошнить, будешь чувствовать слабость и головокружение. Самое главное на этом этапе обеспечить достаточное поступление в организм белка, фолиевой кислоты, кальция и железа. Поэтому нужно отрегулировать питание и режим дня, так как переутомления и стрессы могут пагубно отразиться на протекании развития и в крайнем случаи привести к выкидышу. Но зацикливаться на этом не стоит, это только усиливает стресс. На четвёртой неделе будет резкая смена настроения, сонливость или наоборот — прилив энергии, повышенная раздражительность к запахам, вкусам, ебучая тошнота по утрам, головокружение. Ещё уже может увеличиться, состоящая из эктоплазмы грудь, усилится чувствительность сосков. На пятой увеличивается количество выделений, тяжесть и боль внизу живота могут сигнализировать о развитии угрозы или быть частью естественного процесса, в любом случае, необходима консультация у Саенса или гинеколога, но лучше у Саенса. У тебя будут обмороки и головокружения, которые говорят о резких скачках сахара, поэтому весь дневной рацион нужно разделить на небольшие порции, увеличив количество приёмов. У тебя появятся страхи, сомнения, волнения за возложенную ответственность и так далее. Меняются пищевые привычки, постоянно ощущается голод, или наоборот, продукты вызывают тошноту, ты набираешь вес, появляется токсикоз. Потом у тебя будет расти живот и на шестом месяце ты сможешь чувствовать, как душа ребёнка толкается и всячески даёт о себе знать. Знаешь, вообще, это очень тяжело, а родить — вообще адская боль, несравнимая ни с чем, но… Потом ты так радуешься, когда видишь своего ребёнка, которого так долго ждала. И Гено ещё тогда улыбался, как полный придурок. Он плакал, и я тоже. А ещё… Я очень боялась прикоснуться к ребёнку, как и Гено, но через две недели я всё же смогла на это решиться. И я так радовалась тогда, что хоть кто-то ещё не умирает от моих прикосновений. Потрясающее чувство, если честно… — Рипер продолжала вспоминать тот момент, рассказывая своей невестке обо всём, а та умилялась и восхищалась, что теперь у неё есть такая хороша свекровь. Они и не заметили, как время пролетело… У Тома. — Так, от пацана отцепился, а то в тюрьму тебя отправлю по всем статьям. И запомни читателей много, а ты один! И Чару мы в обиду не дадим! — после этого девочка бросила в волка кунай нарочно промахнувшись — Пока! — и исчезла. — Да блять, нахуй вещами бросаться? — огрызнулся полуволк, вставая с пенька и идя к своему дому через лесную тропинку. — Пиздец… Иди на хуй! Не на мой, сука! Я тебя сейчас так отпизжу, ни один врач не поможет! — появившейся Чара был вне себя от ярости, белок глаза почернел, глаза светятся красным, из рта и глаз вытекает черная ненависть, а голос периодически становится очень жутким. — А если ты это из-за того, что я тебя «спас», то знай, я бы НИ ЗА ЧТО не спас тебя, если бы Ласт о тебе не волновалась, ублюдок! И это я, Я дал ей нож, хотя сам мог тебя еще тогда прикончить! Ведь я, сука, идиот, который решил не защищать её! — парень истерически засмеялся, а на глазах стали видны крупицы слез. — И сейчас всё с ней было бы хорошо… — он потихонечку стал успокаиваться, поэтому продолжил уже более спокойным тоном. — Ты бы мог умереть прямо там, если бы она не оказалась такой доброй… Но меня ты все равно очень взбесил! — парень достал нож и сделал несколько ударов, оставив несмертельные порезы на лице, груди и руках. — А теперь я могу лично отомстить тебе за Ласт… — радостно заявил читатель и херанул кулаком по морде со спокойным выражением лица и наполовину белым белком глаз, в конце довольно добавил перед тем, как исчезнуть. — Пусть этого и мало, но пока что достаточно. — Сука, опять я влюбился не в того. Эх, третий уже… — грустно констатировал факт Том, взявшись за щёку и то место, где находилось его сердце, что стучало бешено и тоскливо. — Как всегда мать твою… — вздохнул он и поплёлся домой, пока по всему лесу разносился грустный волчий вой. Фриск с довольной улыбкой на лице наблюдало за действиями Чары и Волка, весело жуя карамельный попкорн и активно подбадривая юношу громкими выкриками в духе: «Да, Чара, давай! Вмаж ему по самое ни хочу! Сделай ему ещё больнее, чтоб знал своё место! И тому подобное» На студии. — Если не секрет как к тебе вообще пришла идея писать этот фанфик? Кстати, уже 49 лайков на ФФ! Ещё один и будем отмечать! — девочка достала из-за спины детское шампанское — Но это только когда будет 50 отметок «Нравиться!». И да, Бета, лови! — в Бету полетел шоколадный кекс. — Ты тоже заслужила сладость! А тебе Кристи мы в Найти превратиться не позволим! А ну кушай! — перед автором появились пончики с различными начинками. — Пока хотя бы один не съешь буду смотреть на тебя террористическим взглядом! — Ну, я читала комикс, где читатели могли общаться с персонажами, вот так и зародилась идея. А если ты про сюжет, то я просто спала на английском, мне прилетела стёрка в голову от мальчишек, так и пришла идея. И с диеты я уже как месяц слезла. Старший брат как узнал, что я на диете, так протест устроил и мне пришлось перестать худеть. Вот такой у меня лисокотик — падла, а не братик… И спасибо за всё! — поблагодарила девушка и начала быстро хомячить первый кексик с шоколадом. — Приветик! Какого работать с бетой? — Картонка обняла автора и бету, завалив их вкусняшками. — Вай, спаибочки! Ты тоже присаживайся, кушать будем. А с Бетой работать довольно весело! — сказала Кристя обнимая её в ответ. — Кстати, Бета, привет! Можно узнать о тебе немного, или много? И я не помню… А мы знакомились или нет? Но в любом случае, я — Чара, приятно познакомится — улыбнулся ей парень, представившись. — Эмм… ну… Эээ… — Бета осознаёт, что не придумал себе имени. — Блин. — в голове этого создания происходят глубокие размышления, после чего он наконец произносит. — Что ж… Привет Чара! Моё имя Энвиджи, можешь звать меня Невежа, или Энджи, или нох, или просто Вика — как тебе удобно, хотя мне больше нравится Невежа. И, мне тоже приятно познакомится. Я, так-то, не знаю, что могу рассказать о себе… мне нет 14, я українка, мои отп это ЭпикКросс и РиперИнк. Неожиданно, да? Ненавижу Дрима и ДрИнк до тошноты, очень эмоциональная личность. — Бета начала плакать от осознания: «Боже, она правда мне!», когда на неё посыпались вкусняшки. — В общем, вот такой вот я недо — человек. — После этого Бета осознаёт, что никогда раньше не общалась с читателями и испытывает полнейший кринж. — Ну что ж, Энджи, мы все рады видеть тебя здесь! Благодаря тебе, прекрасный фанфик Крист станет еще прекраснее! И как уже говорила Marina_Star, мы должны стоять друг за друга горой. И раз ты бета, то тебе скорее всего тоже нравится этот фик! — заявил радостный Чара. — Юху, вкусняшки! — Выкрикнул человек, садясь за стол, после чуть призадумавшись, сказало — Хм, диета, значит-с… Ну чуть-чуть то можно? — Можно, так как из-за одного создания я с неё слезла. Ну и ладненько! — сказала девушка, доставая банку пива и делая глоток, протягивая вторую Чаре со словами. — Мне скучно пить одной, так что ты со мной.