Вечность

приятный, прохладный ветерок колыхал легкие занавески и лучи утреннего солнца проникали в комнату. эл лежа, наблюдала за ними. когда-то рыжие волосы одной девушки отливали золотом в свете этих лучей. макс мэйфилд. эта девушка была наполовину богиней, наполовину дьяволом, гребаным потрясающим хаосом, и эл могла увидеть это в ее глазах цвета калифорнийского неба. заглядывая в них, эл выпадала из жизни, застревала где-то в неземном пространстве, и ей было страшно, потому что она никогда не падала с такой высоты прямо в океан ее глаз. эл окунулась в него с головой, тонула в нем, но тем не менее, не хотела всплывать. в глазах макс она также видела солнце. элевен казалось, что она видит его в сотне измерений, и ей приходилось закрывать глаза, потому что это зрелище было настолько прекрасным и совершенным, что ей было не вынести его, но она знала, что если увидит свет в самом конце- это будет солнце в глазах макс. когда эл обнимала девушку, ее окутывал аромат нежной земляники и свежих абрикосов, и ее мысли переносились в далекую июльскую ночь, когда эл вместе с макс лежала и мечтала, глядя на звезды. они были прямо как веснушки рыжей. эл хотелось соединить их в созвездия. эти прелестные звезды составляли им компанию, когда макс провожала домой элевен. ее губы были синими, и она не чувстовала кончиков пальцев, пока максин не отдала ей свою толстовку. эл нюхала ее ночью и спала без кошмаров. она пахла также как макс- земляникой и абрикосами. в голове как назло всплыли строчки: sing me to sleep, sing me to sleep, i'm tired and i want to go to bed sing me to sleep, sing me to sleep эл помнила, что они засыпали под «Asleep», ночуя у макс. стены в ее комнате были сплошь обклеены плакатами, и элевен еще никогда не было так хорошо и уютно, как в ту ночь, когда она лежала, зарывшись носом в рыжие локоны, вдыхая их дивный аромат, и чувствуя тепло макс рядом с собой. однажды, максин, положив голову на плечо эл, задумчиво сказала: — я бы хотела, чтобы наша жизнь длилась вечно, а ты? — только если найду настоящую любовь, — ответила эл. — а ведь это и есть своего рода вечность., но эл и не нуждалась в вечной жизни. каждая секунда с макс была для нее бесконечностью, пока кое- кто на нее не посягнул. эл никогда не нравилось это, но макс заявляла, что это круто. эл чувствовала, что все катится к чертям, но макс уверяла, что все в порядке. гребаную зависимость рыжая называла порядком. девушка с глазами цвета калифорнийского неба по уши влюбилась в дорожки из кокаина. променяла эл на чертову наркоту. океан в глазах макс все еще топил эл, но она пыталась всплыть, соленая вода разъедала кожу, глаза жгло как огнем, а легкие мучительно искали кислород, но не находили. солнце в глазах макс невыносимо пекло. эл не могла открыть глаза из- за палящих лучей, ее кожа покрывалась ожогами, а воздух был слишком горячим, чтобы им дышать. элевен казалось, будто она мучительно и долго умирает., а макс, похоже, наоборот, живет вечно, насыпая очередные дорожки. элевен отвернулась к стенке и закрыла глаза. прохладный ветерок стал холодным, лучи солнца исчезли.