Мы не умрём!

      Жуткое и мрачное место, где живёт лишь одна душа. В этом сердце ведётся невидимая для всех борьба: борьба совести и власти.       Чарли всегда стремилась достичь известности, стать неотразимой в глазах тех, кто даже мимолётом бросает на неё свой взгляд. Но она больше всего боялась одиночества. И когда-то Уильям подарил ей возможность обрести всё, о чём она мечтала.       Женщина расхаживала по своему тёмному дворцу, размышляя о том, как поступить дальше. Казалось, что времени совсем не осталось. Она теряла самое ценное, что когда-либо имела — саму себя. —Ну что же… Время пришло. -сказала она, разведя руками. Перед женщиной появился портал. Она видела, как небольшой лагерь ребят жил своей жизнью. Точнее сказать, выживал. Ребята не видели её, но Максвелл обернулся и посмотрел прямо на неё. —Чарли… -тихо прошептал мужчина и сделал пару шагов к порталу.       Женщина протянула руку вперёд и как только её рука чуть вышла за границы, то она сразу задымилась. Чарли опешила, нахмурив брови и прижав руку к груди. Было неясно, чего она добивалась. Но Максвелл стал понимать кто теперь у власти теней. Но он не видел в её взгляде ни жестокости, ни гнева, а напротив, лишь боль и разочарование. —Эй! Максвелл! Они вернулись! -крикнул Веббер, подбежав к мужчне. —Что ты видишь? Ты в порядке?       Как только Веббер подошёл, то портал сразу же исчез. Максвелл растерянно уставился на существо. —Что? Кто вернулся? -тихо спросил он, оборачиваясь. И в этот момент его взгляд столкнулся с карими глазами Уилсона, который вот-вот набросится на него с кулаками.       Максвелл лишь нахмурился, понимая, что этот недоучёный не даст ему спокойно существовать.       Из-за спины учёного показался демон. Он рассматривал всё вокруг, спокойно расхаживая. Вигфрид и Венди всё не могли перестать обниматься, так как очень сильно скучали друг по другу. Такова женская уж сентиментальность. —Ты кто такой?! -возразил Максвелл, делая шаг навстречу Вортоксу. Демон лишь улыбнулся и приветливо поклонился. —Была бы у меня шляпа, я бы её приветственно снял. Я демон, мистер Максвелл. Вортокс. И я… —Тебе здесь не место. Хочешь привлечь подобных себе? Я знаю таких как ты. Коварные и подлые. Вам нельзя верить. —А тебе можно? -ухмыльнулся Уилсон, вставая между ними. —Уже и забыл, как развёл меня на трон! —Я думал, тебе понравилось. -Максвелл ехидно улыбнулся, желая вывести учёного из себя, чтобы выставить его в дурном свете. —Ах ты ублюдок!.. -Уилсон и правда легко мог выйти из себя, но Вокторкс их перебил. —Может успокоишься? -спокойно сказал рогатый. —Они смотрят на вас вообще-то… -сказал он шепотом и все трое обернулись. Веббер, Венди и Вигфрид уставились на них. —Так и знала! Лучше делом займитесь, а не ругайтесь, словно базарные бабы. —Оу… -Вортокс улыбнулся, прикрыв лапой рот и отошёл от этих двоих.       Максвелл и Уилсон посмотрели друг другу в глаза, казалось, что между ними сейчас ударит молния, но они просто разошлись в разные стороны.       Близился вечер. Никто не покинул лагерь. Каждый занимался своим делом. Но тишина была гробовая. И как только все собрались у ночного костра, то Вигфрид нарушила молчание. —Мы должны найти Уиллоу. Она погибнет. Никто не ответил ей. —Вы что?! Что с вами?! —Я готов тебе вам помочь. -отозвался Вортокс, пожав плечами. —Но если она пропала, как вы сказали, несколько недель назад, то нам придётся искать только её останки… Если конечно они сохранились. —Не говори так! Мы должны верить! -возразила рыжеволосая воительница. —Вортокс прав… Это очевидно. Кто из нас мог так долго протянуть в полном одиночестве?       Как по сигналу Веббер, Уилсон и Вортокс подняли руки. —Вы мужчины. Вам проще. Я не утверждаю, что Уиллоу слабачка, но… -она взяла Веббера за руку, глядя вниз. —Но она всего лишь девушка. Хрупкая, нежная и вдобавок вспыльчивая. —Как хотите. Я завтра же начну поиски. -Вигфрид встала с места и ушла к себе в палатку. Каждый уже успел обзавестись своей.       Снова тишина, которая вновь была нарушена. —Мы видели, как ты тянулся к чему-то. Что это было? -спросил Веббер у Максвелла. Тот поправил свой потрёпанный пиджак. —Галлюцинация. Не более. -сухо ответил мужчина. —Слабо верится, что это так. -огрызнулся Уилсон, —Ты всегда лжёшь. Максвелл лишь вздохнул, не желая говорить при всех о той, кто была дорога для него. Он и сам не знал, что он видел, но говорить о неё пока что не время, ведь книга, которую он уже практически восстановил, позволит ему обрести силу, но без серьёзных последствий.

***

      —НЕЕЕЕЕТ! Оставьте меня! Оставьте!!! -кричала Уиллоу, убегая от призрачного ужаса, которых так и желал поглотить её плоть и душу.       Невероятно, но девушка выжила, ведь она не так глупа, как могли подумать некоторые. Но она не могла задерживаться надолго в одном месте, так как её разум сильно пошатнулся. Она видела чудовищ даже при дневном свете.       Звон колокольчиков словно острыми играми вонзился в её разум, но она не боялась его. Ей казалось, что это что-то хорошее и доброе. Этот звук напоминал ей о новых игрушках, которые так радовали её в детстве.       Перед ней возник столик. На нём была шикарная алая роза с бархатными лепестками, скатерть такого же цвета с золотистыми узорами, а по краям украшена кружевом. Уиллоу не могла ничего придумать, как залезть под стол. Так она и сделала. Но как только она скрылась за красной сканью, она снова закричала, но её крик мгновенно стих.

***

      Чарли не могла найти покоя. Облик её близкого человека никак не выходил из её памяти. Она обессилено упала на колени, коснувшись бледными руками шахматного пола. Слёзы капали на белый квадрат. Но каждая капля становилась всё чернее. Её поглотила дрожь, она прикрыла прикрыла рот ладонью и затихла.       Еле слышимый смех доносился из её нутра. Он становился всё громче и громче, а затем она подняла голову к тусклому свету, что светил откуда-то сверху. —Ха-ха-ха! Уильям! Уильяяям! -она безумно смеялась, по её щекам текли чёрные слёзы. Боль и безумие поглотило её, но она боролась до последнего. Осколки памяти пытались воссоединиться. Но боль в душе была такой жгучей и отчаянной, словно она собирала воспоминания голыми руками, раня свои бледные руки об те самые осколки.