Наше последнее лето

Я хотела курить. Очень сильно. Такой жажды к никотину я не испытывала никогда. Видимо здешняя атмосфера на меня так повлияла. А то и не удивительно. Я сидела за столом в архиве следственного отдела СК (следственный комитет) в окружении протоколов и документов, изучала дела десятилетней давности. Так получилось, что неделю назад я блестяще раскрыла серийное убийство, поймав маньяка, который кошмарил улицы Самары на протяжении месяца. А до этого раскусила ещё парочку мелких преступлений. Маньяк конечно не сравнится с бабушкинскими мошенниками, но всё же они тоже заслуживали быть в списке моих личных достижений. И вот, пару дней назад в мой участок поступил вызов из Тольятти. Они в срочном порядке просили выслать меня на расследование серийного убийства. Мой выбор обосновали в связи недавнего успеха в закрытии дела «Самарского потрошителя». Обговорив со мной детали, начальство дало добро. Я, если честно, была абсолютно не против. Во-первых, это опыт. Во-вторых, если мне повезёт и я всё же раскрою личность убийцы, то начальник обещал выплатить щедрый аванс и повысить в звании. А в-третьих, первые девятнадцать лет я прожила в Тольятти. Так что, можно считать, что я еду на свою родную землю спустя десять лет. Я не знала из-за чего конкретно мы с мамой переехали из Тольятти на Дальний Восток, но помню, что это был август 1995 года. В тот год, летом, я попала в страшную аварию и получила сильное сотрясение. Из-за этого мои воспоминания о лете полностью стёрлись. Врачи говорили, что со временем я всё вспомню, но прошло десять лет, а пробел в моей памяти так никуда и не делся. Приехав в Тольятти меня быстро ввели в курс дела, ознакомив с двумя версиями: в городе объявился «Вестник» — маньяк, серийный убийца, который орудовал в Тольятти десять лет назад. Его тогда не смогли задержать и он залёг на дно. А теперь, набравшись сил, начал возобновлять свои тёмные дела. Вторая версия — это подражатель «Вестника», который осуществляет своё правосудие, прикрываясь чужим именем. Обе теории имеют право на существование. Я похлопала по карманам. Пусто. Ну конечно, по закону подлости пачка сигарет осталась мирно лежать на столе в кабинете. Возвращаться туда совершенно не хотелось, лень брала вверх над моим телом. Тихо выругавшись, я открыла протокол, взяла ручку и начала вписывать пометки в свой рабочий блокнот. Первой жертвой маньяка стала некая Ольга Титова, женщина тридцати лет. Смерть наступила 19 июня 1995 года. Способом убийства послужило удушение. Пробежав глазами по строчкам, меня передёрнуло. А маньяк оказался изобретательной личностью. У женщины были выколоты глаза, а на лбу красовалась вырезанная буква «П». Второй жертвой оказался Захар Абрамов мужчина средних лет. Маньяк не тронул его глазные яблоки, но отрубил на обеих руках все пальцы… Время близилось к одиннадцати вечера. Я зевнула, устало потянулась и начала массировать затёкшую шею. Передо мной лежал последний протокол. Изучив его содержание, я записала в блокнот необходимые данные. Последнюю жертву звали Воронцов Валерий, парень девятнадцати лет. Умер 15 августа 1995 года от пулевого ранения, язык отрезан, на лбу высеченная «П». Закончив с работой, я радостно хлопнула в ладоши. Ну что ж, теперь можно идти в отель и уже в более-менее домашней обстановке ломать голову над полученной информацией. Неожиданно кто-то схватил меня сзади и приложил к носу тряпку, полностью пропитанную хлороформом. Я даже понять ничего не успела, когда перед глазами всё помутнело, а веки предательски начали закрываться. Последнее, что я услышала, перед тем как окончательно погрузиться в непроглядную темноту, голос похитителя: — С возвращением…