Что такое любовь?

— Что в этом такого страшного, нахуй, что ты так разорался?! — Да блять! Это та девка! Бляяяяять! — Милс истошно вопил, он орал так, что соседи начали стучать по стенам и батареям, мол Кел мешал дневному сну детей. Сейчас внутри его разрывала злоба. Он готов был рвать и метать, будто и вправду случился конец света. — Да сука! Объясни мне уже нормально! Что за девка? — Да блять! Хорошо! Эт… — Только, пожалуйста, хватит орать! — перебил Антона Женя. Ему уже успели сильно надоесть эти крики. Волк был спокойным человеком и не выносил сильный шум и оры. — Ладно! — Антон не мог слишком резко понизить голос, так как его внутренние чувства вырывались наружу. — Слушаю. — Короче, перед отъездом в аэропорт я ходил в магазин. Там меня с яростными объятиями нашла одна девочка, я сразу понял, что это была одна из моих фанаток, мы сфотографировались, и я пошёл домой. Она увязалась за мной хвостом до самого подъезда. Позже, когда нужно было уже выезжать, я увидел, что под окнами столпились дети, эта та девчонка их и позвала. Плюсом ещё такси не приехало вовремя. Короче, я всё-таки решил выйти к ним, пока машина не приехала. Они набросились на меня, — Антон посмеялся, уже немного успокоившись. — Мне было приятно, они фотографировались и говорили со мной. Та девочка, по моему её звали Арина, сказала, что живёт в доме напротив моих окон. — Ты думаешь, это она нас сфоткала? — А кто же ещё, блять? — Успокойся! Хватит уже материться! — Ох, ладно. — Ну? — Что? А. Да. Я считаю, что это она, потому что она говорила, что живёт ко мне ближе всех, то есть в том доме, — Милс указал на здание, на которое были направлены его окна, — то, что её окна находятся почти напротив моих, и то, что она позвала всех своих друзей, которые меня знают. — Жёстко. — Теперь я точно не знаю, что мне делать… — Тоша уже совсем понизил голос. Его лицо было печальное, чтобы скрыть грусть, он наклонился к рукам, что были на коленях, и закрыл ими лицо. — Успокойся, — успокаивал его Женя. — Всё будет хорошо, — он обнял своего вроде как друга сзади за плечи, тот слегка повеселел и усмехнулся. — Знаешь, давай забудем всё, что сегодня с нами было? Ты же мой лучший друг, — улыбка наконец появилась на его лице Кела. — Хорошо, но сначала успокаивающий поцелуй, потом мы всё забудем. — Такое чувство, будто мы используем друг друга, как девушек, из-за их недостатка в нашей жизни… — Милс засмеялся очень громко. Женя его понял и тоже выдал свой смех и радость, которую сдерживал. — Типа того, но такого больше не повторится! — Договорились! И парни слились в последнем поцелуе. Он был нежен и полон какой-то любви, странной любви, что-то вроде дружеской, но вроде и нет. Они упали на кровать и оторвались друг от друга. — Всё, а теперь забываем. — Забываем!

***

Друзья вскоре встали со спального места и направились на кухню, ведь после приезда они так и не поели. Антон достал из холодильника приготовленную им вчера еду, и они принялись за её употребление. На большое удивление парней, она была съедобна и даже вкусна. — Фига! Ты готовить научился? — Сам в шоке!

***

После прекрасного ужина парни направились в гостиную, где на стене располагался огромный телевизор. — Теперь я понимаю, почему ты не хочешь уезжать. — Ага. Что смотреть будем? — Ты начинал смотреть третий сезон «Ривердейла»? — Угу, вчера вот последнюю вышедшую серию смотрел, восьмую вроде. Господи! Там такооой трэш! — Ох, окей, ты же не против посмотреть ещё раз? — Женя усмехнулся. — Ок, давай включай, а я пока какао с печеньем принесу. — Окей Друзья очень хорошо расположились на диване и смотрели новый сезон сериала, попивая горячий напиток. Они ни в коем разе не обращали внимание на свои мобильники, потому что те стояли на беззвучке, но после этого киномарафона они всё-таки решили проверить их перед сном. Антон спокойно листал ленту инстаграма, а Женя заметил пропущенный вызов с телефона Германа. — О! Гера звонил! Сейчас приду. — Не думаешь, что он сейчас спит? Уже почти двенадцать. — Пфф, Антон, ты хоть раз спал в такое время? — Женя был прав. Какой же блогер спит в это время? — Ладно, иди уже. Спустя пару минут Женя возвращается из другой комнаты с печальным личиком. — Ну что там? — Да так. походу зря приехал. — Всмысле зря? — Нуу. Мари передумала делать прощание. — И? Это что-то меняет? — Ну да, я же ради этого приехал. — Всмысле ради того?!!! — Зачем и почему ты кричишь? — Не, серьёзно, только из-за этого?!!! — неудивительно, что Милс был очень эмоционален, в отличии от друга, так как он опять поднял голос. — А как же я? — Ааа! Ты про этооо… — Волк посмеялся и закатил глаза. — Конечно я к тебе приехал, просто дел много в Барнауле, а пришлось срочно ехать сюда. Я очень рад, что приехал к тебе! Не переживай! — Женя потрепал волосы Антона. — Ладно. Просто звучало обидно, — Милс увёл взгляд.

***

Беспечно парни жили целых две недели. Они снимали и загружали на свои каналы совместные ролики, а по интернету всё ещё гуляли те фотографии. Друзья и не скрывали, что это были они, но убеждали зрителей, что этого больше не повторится, и что вообще это было случайностью. Подписчики, конечно же, им не верили.

***

Дата уже подходила к Новому году. 26 число. Пора заливать новый ролик на канал Антона. Парень сидит за столом и монтирует видео. Женя в это время был у в гостях у Геры и Мари в МоскоуСити. «Эх, жаль я не знаком с ними» — думал Милс, но его размышления прервались сильными болями в животе.

***

Вечером приехал Женя и увидел, что Антона не было дома. — Ну и где этот идиот? Волк слегка заволновался и начал звонить другу. Телефон не выдавал ничего кроме долгих гудков. Женя уже отчаялся дозвониться Милсу и пошёл есть, так как из-за нервов его аппетит разыгрался. После ужина Пушистый решил снова позвонить на номер друга. Гудки. гудки. О! Кто-то ответил. — Алло? — в трубке Евгений услышал хриплый женский голос. — Ал-л-ло! Это к-кто? — Женя начал заикаться от своих странных мыслей и этого голоса. — Это медсестра Антона Щура. Он в больнице. — Что?! Как?! Что случилось?! — Ах, так вы не знаете. У Антона острый аппендицит. Сегодня ночью будет операция. — Какая больница? — Евгений был слишком взволнован. — Сто тридцать шестая. Но вам нель… Гудки. Женя бросил трубку, недослушав до конца. Он быстро отправился на остановку и сел на нужный ему автобус почти сразу. Такси смысла вызывать не было, слишком долго ждать, а Женя очень беспокоился о друге.

***

Приехав в больницу, он тут же побежал к врачам. — В какой палате лежит Антон Щур?! — голос Евгения было слышно на всё отделение, так громко он кричал. — Успокойтесь! Вам всё равно туда нельзя до операции! — Какая, чёрт тебя подери?! — Тридцать вторая, — он указал на дверь. — Вам это не поможет. Женя направил глаза на палату. Оттуда вышла медсестра, та самая, которая говорила с ним по телефону, на вид ей было больше сорока, не удивительно, что голос был хрипловат. Она сразу поймала взглядом этого чудака и направилась к нему. — Пройдёмте со мной, — Ирина, как прочитал Волк на бейдже, пошла в приёмный отдел. Женя поплёлся за ней. Медсестра привела парня в белопокрашенную, как почти во всех больницах, комнату, точнее, широкий коридор. В нём находились бело-бежевые диваны, столики для детей, стояли стеллажи с книгами и журналами. «Странное помещение» — думал Пушистый. — Если вам уж так не терпится с ним увидится, то сидите здесь и ждите, — Ира указала пальцем на диван. — Вон книги, можешь почитать, — она показала стеллаж. — Это уж лучше, чем сидеть в телефоне! Волк невольно подчинился её воле, сев на неудобную софу, но всё же наперекор уставился в телефон. — Во сколько операция? — Через четыре часа. — А что так долго?! Он же помрёт нахрен! — Женя уже начинал орать от происходящего. — Не волнуйтесь, всё будет хорошо, мы могли бы раньше, но очередь, — Ирина вздохнула и ушла дальше по коридору. Волков продолжил залипать в телефоне, но при этом его руки тряслись, будто он был не в трезвом состоянии.

***

00:13. Резкий скачок. Парню приснился страшный сон. Что его друг умер и теперь лежит средь ползучих тварей в могиле. — Ёб твою мать! Сука! Как такое вообще могло присниться?! — Пушистый вскочил с дивана, как ошпаренный, и вцепился себе в голову. В отделении почти никого не было, а те, кто был, находились не в этом крыле, поэтому за крики Женю не отчитали. — Блять. Сколько ещё ждать? — Волк нажал на кнопку блокировки телефона. — Сука! Почему время так медленно идёт?

***

Время операции. Женя сидит, уже весь измученный долгим ожиданием в приёмной. Живот урчал неимоверно, но парень не хотел отвлекаться от своей цели, дождаться своего лучшего друга. Боль мучила его ещё минут двадцать, Евгений сдался, он пошёл в ближайший круглосуточный магазин и купил себе поесть. Ничего особенного. Лишь воду и булочку.

***

Яркий свет. Палата. Антон, лежащий на кушетке. Врачи, ходящие вокруг него. Сильная и резкая боль в животе. Странный предмет. «Что за хрень?» — еле размышлял парень. Маска. Наркоз. Операция. Минуты ожидания Жени тянулись так медленно, как раньше тянулись его нелюбимые школьные уроки.

***

Парень приходит в себя. Время более часа ночи. Его везут в палату. И опять яркий свет в глаза. Чувство зашитого и больного живота. «Была операция?» — мысли Антона проносились очень медленно. Он наконец чувствовал себя как обычно. Парень уже понял, где он находится и куда его везут. — Где Женя? Он в курсе? — обратился Милс к своей медсестре. — Это тот нетерпеливый паренёк? Ох, конечно, узнав о случившимся, примчался он очень быстро. Ждал тебя всё это время в приёмной. Какой упёртый парень. — Вы пустите его ко мне? — Как врач скажет. Дмитрий Александрович, когда Щура можно посещать? — Если ты про того голубка, то пусть хоть сейчас к нему бежит. На лице Кела появилась широкая улыбка: — Позовите его прямо сейчас. — Хорошо, только довезём тебя до палаты.

***

Белая палата. Две кровати. На одной из них лежит отдыхающий Антон. Стук в дверь. — Входите. На порог зашёл Евгений. Он закрыл дверь и, полный радости, направился к Тоше. — Антон! Как же я переживал за тебя! — парень обнял друга со всех сил, что чуть было не раздавил. — Я тоже очень скучал! — Знаешь, когда я узнал, что ты в больнице, и пока я ждал тебя дофига часов в приемной, я кое-что вспомнил. — Что же? — Знаю, мы договорились забыть об этом, но сегодня, неожиданно для самого себя, я вспомнил то, что было в тот день, когда я приехал. Я… — Не продолжай. Теперь моя очередь признаваться. О том дне, — Тоша замедлил свой говор. — Я ничего тогда не забыл и до сих пор не забывал. — Чт… Поцелуй. Страстный. Нежный. Влекущий. Женя поддаётся. Неужели они оба ждали этого дня? Парни оторвались друг от друга. Счастливые лица. Влюблённые лица. Ответ очевиден — да! — Женя, я люблю тебя. — Правда? — Нет! Это была шутка, — лицо Кела стало таким серьёзным, как никогда.