Kill This Love

Жар. Страсть. И ещё какое-то непонятное чувство. Милан никогда не мог более-менее чётко представить этот момент в голове по той простой причине, что у него никогда не было "этого", а порно парень на дух не переносил и поэтому ни разу не смотрел. Но вот он, Адам - предмет его любви на протяжении целого года, и Милан находится прямо под ним. - Не бойся, я аккуратно... Адам страстно целует шею парня, отчего тот издаёт приглушённый стон. Этот момент. Он ждал его так долго. Сейчас их тела сольются в одно целое, а разум окончательно помутнится и отключится. Милан тянется к губам Адама, его желание вкусить их слишком велико. - Стоп. Ты слышал это? Раздался звонок в дверь. Милан, почувствовав некое искажение пространства, через силу открыл глаза, поднялся с кровати, накинул халат и пошёл открывать дверь. На пороге стоял молодой человек с парой каких-то упаковок и рекламного вида униформе. - Здравствуйте! Меня зовут Джейсон, и я торгую... Не успел тот договорить, как Милан молча захлопнул дверь перед его носом. - Грёбаный коммивояжер... Смирившись с тем, что это был всего лишь сон, который к тому же, так нагло был прерван на самом интересном месте, Милан потёр глаза и взглянул на часы. Время - 8:00. "Ложиться спать дальше уже смысла нет" - оценил парень и выдвинулся в сторону ванной. Опустив щётку под горячую воду и выдавив на её щетину немного пасты, Милан стал тщательно чистить свои белоснежные зубы, при этом с отвращением глядя на отражение собственного лица, украшенного парочкой мешков под глазами. Вид даже хуже, чем обычно. И так урод, а сейчас вообще как с бодуна. И кто вообще такого полюбит? Мои чувства к Адаму - всего лишь чувства. Я ему не сдался. И я прекрасно понимаю его. У меня ужасный характер и не менее ужасная внешность. И я не против того, что Адам не хочет со мной встречаться. Но это чувство внутри меня... Изо дня в день оно ест меня всё сильнее и сильнее... Прошёл уже год. Кстати, какое сегодня число? Ах да, точно! Сегодня как раз ровно год, как всё это началось. Как я сначала сам пытался принять свои чувства, как потом настраивал себя на признание... И хоть Адам дал понять, что ничего между нами не будет, моё подсознание никак не принимает этот факт. Иногда мне даже хочется плакать по ночам. Это странно. И временами чтобы нормально выспаться, без навязчивых мыслей перед сном, мне приходилось напиваться до беспамятства, а утром мучиться от похмелья. Да что ж такое! Мне нужно с этим покончить! Раз и навсегда! Прямо сегодня! Да! Прямо сегодня и начну! Милан выплюнул зубную пасту в раковину, открыл кран и стал споласкивать рот. Закончив это дело, он помыл щётку, вернул её на законное место в стакане и уверенно взглянул на себя в зеркало ещё раз. Сегодня он с этим покончит!

* * *

Утро самого Адама тоже началось необычно. Время 10:43. Адам сидит на кухне. В одной руке кружка с зелёным чаем, в другой - вчерашний выпуск газеты. Парень водит глазами по прессе, пожирая взглядом информацию, периодически делая крупные глотки чая. И неожиданно раздался звонок в дверь. - Опять какой-нибудь грёбаный коммивояжер... - выругался Адам пока шёл открывать дверь. Но то, что он увидел и услышал в следующий момент, сильно сбило его с толку. - Помоги мне перестать страдать по тебе! - Милан, ты опять накидался, или я не понял? - Да блин, я серьёзно! Меня задолбало это всё! Я просто хочу чтобы ты помог мне забыть тебя в том плане. Да! - И как же? - скептически подняв бровь, спросил Адам. Ему было интересно, что задумал этот пацанёнок. - Нуу... - засунул руки в карманы Милан, - я пока не придумал. Но! - его глаза по-детски загорелись - Ты же у нас умный! Разве ты не можешь что-то придумать? Адам на момент задумался. Почесав в затылке и окинув взглядом окружающее его пространство, у парня возникла кое-какая идея. - Можно сделать так: мы вместе проделаем то, что по твоему мнению должны делать парочки, тем самым обманув твоё сознание и создав иллюзию того, что мы встречались. Конечно, есть огромная доля вероятности, что это дело с треском провалится, но зато если получится, твой разум перестанет по мне страдать. - Эээээ.... - Милан наклонил голову набок, пытаясь переварить то, что только что сказал предмет его любви. - Короче... - вздохнул парень, - ты же по-любому представлял, как бы мы с тобой вместе проводили бы время. Вот перечисли, хоть примерно, что бы мы с тобой делали, если б начали встречаться? - как можно понятнее объяснил Адам. Милан осмотрелся по сторонам, почесал ухо и неуверенно заговорил: - Ну, во-первых... мы бы точно сходили в парк аттракционов. Во-вторых... прогулялись бы вечером по парку и покормили уток. Ну, и конечно же, провели вместе ночь за разговорами обо всём и встретили рассвет на крыше. Ещё в кафешке вместе посидеть можно было б... И ты меня провожал до дома. Да. - Это всё? - спросил Адам. - Думаю, что да. - ответил парень и обхватил ладонью плечо другой руки. - Тогда начинаем прямо сейчас! - уверенно и громко произнёс Адам, - сейчас я переоденусь, и мы с тобой отправимся убивать любовь!

УБЬЁМ ЛЮБОВЬ! E E E EA РAM-ПAПAM-ПАПA-ПAПAAAAM! УБЬЁМ ЛЮБОВЬ! РAM-ПАПAM-ПАПA-ПAПAAAAM!

Городской парк. Два парня. Один одет в чёрные джинсы и красную клетчатую рубашку. Другой в коричневые бриджи и белую футболку. Двое уверенных ребят идут убивать любовь. День, кстати, выдался неплохой. Солнце, почти безветренно, аллея деревьев создаёт тень. Красота, одним словом. Адам привёл своего друга к лавочкам напротив фонтана и предложил присесть. Тот согласился. Некоторое время они молча сидят и смотрят на водные брызги. Как струя фонтана то плавно, по нарастающей, поднимается высоко вверх, то так же плавно, но уже по убывающей, опускалась вниз и совсем исчезала, чтобы через несколько минут снова появиться и направиться вверх. Милан, сам того не осознавая, положил голову на плечо Адама, на что второй тяжело вздохнул, мысленно поматерился, но вида не подал. Скоро план сработает, Милан перестанет по нему страдать и всё - спокойная жизнь, я приветствую тебя! Осталось немного потерпеть...

...За безумный счастья взлёт Нам всегда приходит счёт...

Просидев так минут пятнадцать, они решили гулять дальше. Адам купил своему другу сахарную вату, которую они съели по дороге в ближайший хлебный ларёк. Адам точно всё спланировал: сначала они посидят в парке, потом пойдут на реку кормить уточек, затем в парк аттракционов, там на колесо обозрения и, может быть, ещё на один-два аттракциона, на которые захочет сам Милан. После этого они пообедают в местном кафе, после чего Адам проводит своего псевдо-возлюбленного до дома. А вечером они вновь встретятся и пойдут на заброшку, на крыше которой и будут встречать рассвет. Не отличный ли план? План-то отличный, никто не спорит. Но вот сколько денег придётся потратить за этот день бедному Адаму! Он прекрасно это осознавал, но от задуманного всё равно не отступил. В конце концов, не только Милану эта любовь доставляла проблемы своей неразделённостью. Сам Адам устал от этого. В конце концов, это был уже не первый парень, неожиданно влюблённый в него. Всех их можно было б собрать в приличный такой гарем. Однако Адама такой расклад событий не сильно-то устраивал. Поэтому он и решил избавиться от этой влюблённости раз и навсегда. Хоть и таким странным способом... Пока "парочка" стояла на мосту и крошила батон в воду, глядя, как утки хватали куски сдобы, плавающие на поверхности воды и жадно глотали, пока угощение не досталось кому-нибудь другому, в голове каждого из них крутились разные мысли. Адам молился, чтобы его план сработал и облегчил существование им обоим. А Милан боялся. Боялся влюбиться ещё сильнее. Вдруг ему будет мало этих нескольких развлечений с возлюбленным и душа потребует ещё, чем ситуация только усугубится? Ему не хотелось об этом думать. Поэтому парень помотал головой из стороны в сторону, словно выбрасывая навязчивые мысли из своего разума. Странно всё это.

...Как сердцебиение это волнение, Словно в раю, но ты можешь туда не попасть...

Когда батон закончился, парни отряхнули руки от прилипших к ним крошек и Адам позвал Милана идти дальше, обещая сюрприз. Хотя о каком сюрпризе могла идти речь, если влюблённый сам рассказал, чего он хочет от возлюбленного? Но всё равно Милан с некой детской наивностью ждал чего-то неожиданного. Да и вообще. Он был готов верить любому слову Адама, что бы тот ему не сказал. Даже если бы он разбудил посреди ночи и сказал спасать мир от лазерных указок, тот бы без тени сомнения отправился с ним на это задание. Вот таков был Милан и его бескрайняя любовь к Адаму. Оказавшись в парке аттракционов, парни стали выбирать, куда сходить. Решив не сильно тратить бюджет возлюбленного, Милан предложил сходить только на один аттракцион, заверив, что ему этого будет достаточно. Адам, как и планировал, предложил колесо обозрения, на что второй горячо согласился. Купив билеты в кассе, парни выдвинулись в сторону аттракциона - его уже через пару минут запустят с новыми посетителями. Милан взял за руку Адама. Последнему это никакого удовольствия не доставляло. Не став даже материться себе под нос, он просто вспомнил, что скоро это всё это закончится, а все действия со стороны влюблённого в него пацана - цена за будущую спокойную жизнь их двоих. Надо просто немного потерпеть. А ещё помолиться, чтобы никто из знакомых не увидел Адама за руку с каким-то пацаном. Это было бы сложно объяснить. Семьдесят метров над поверхностью земли. Красивый вид на их не очень большой населённый пункт. Вдалеке виднеются серые крыши многоэтажек старой части города, между которыми кое-где торчат зелёные макушки деревьев. Вот мимо них пролетела небольшая стая голубей. "Парочка" уже на самом верху колеса обозрения. В кабинке только они, шум ветра и скрежет механизма аттракциона. - Классно здесь... - тихо сказал Милан. - Что-что? - слова парня вывели Адама из его мыслей о том, что скоро они смогут нормально жить. Или нет... - Говорю, классно тут, - повторил тот. - А ты что, никогда не катался на этом колесе? - спросил Адам. - Ну да, вроде того... хах... Не с кем было. А один я не хотел... Милан посмотрел на возлюбленного полными чувства глазами, отчего Адаму вновь стало не по себе и в его голове проскочила навязчивая мысль о том, что его план всё же близится к провалу. Кое-как избавившись от мыслей, Адам решил проявить некое подобие инициативы. Он молча приподнял чёлку парня и коснулся губами его лба. И теперь уже не по себе стало Милану. И теперь уже в его голове стали появляться навязчивые мысли. Нет. Нет, нет и нет! Я не должен влюбляться ещё сильнее! Это не по плану! Так нельзя! Я собирался разлюбить его, а не полюбить ещё сильнее! Как с этим бороться? Нужно с этим боротьсяяяяя! Весь пусть с верхушки колеса до самого низа парни ехали молча, каждый в своих мыслях. Когда они наконец вышли из кабинки на землю, Адам прервал их молчание: - Что же, теперь в кафе! Милан кивнул и направился вслед за парнем.

* * *

- Неплохая тут окрошечка однако! Адам сидел и хлебал свой "холодный суп" напротив своего друга, держащего в руках бургер и хот-дог, которые тот откусывал по очереди и периодически запивал колой. Вокруг было полно народу, бегающих между столиков фудкорта и орущих детей-личинок, их быдло-мамаш и просто обычных вменяемых людей, которые пришли туда отдыхать. В общем, обычная кафешка, ничем не отличающаяся от других. Ещё одно желание Милана было выполнено. Адам проводил друга до дома и велел быть готовым к девяти вечера - дальше будет ночь и встреча рассвета на крыше. Ещё он добавил, чтобы Милан взял с собой тёплых вещей, ведь ночь обещала быть холодной. Парень был польщён такой заботой о нём. - Теперь-то я всё, что ты хотел, выполнил, за исключением ночи и рассвета, которые будут немного позже? - произнёс Адам, уже разворачиваясь в сторону, противоположную дому друга. - Думаю, что да, - радостно произнёс Милан и уже собирался идти домой, как вдруг сам, будто на уровне рефлексов, остановил Адама. - Хотя постой секунду. Есть ещё кое-что. - Что такое? - вполоборота остановился Адам. - Закрой глаза, - полушёпотом произнёс парень. Тот выполнил просьбу Милана. Ему стало интересно, что же сейчас произойдёт. Сначала парень почувствовал дыхание на себе, а потом...как кто-то касается его губ и мгновенно отстраняется. Адам резко открыл глаза, но рядом с собой никого уже не увидел. Как ни странно, это даже слегка его не взбесило. Тяжело вздохнув и уже в который раз подумав, что это такая плата за скорую спокойную жизнь, Адам удалился в сторону своего дома. Идиот! Дебил! И зачем я это сделал?! Что теперь будет?! Адам же больше видеть меня не захочет. Так хотя бы был шанс остаться друзьями и продолжить наше общение. А теперь всё. Я потерял почти что единственного друга, в каком-то дурацком порыве! Нельзя было так легко подчиняться своим чувствам!

...Подчиняюсь чувствам вновь, Да пошла бы ты, любовь!

Милан ходил туда-сюда по комнате и убивался. Что же теперь подумает Адам? А вдруг его кто-нибудь заметил? Да как теперь вообще ему в глаза смотреть-то? Он, наверное, уже и не придёт за ним вечером, и они не пойдут вместе встречать рассвет. А это была мечта всей его жизни - встречать рассвет на крыше! И он сам же её испортил. Да что там мечта! Адам был единственным человеком, с которым он общался день и ночь, с которым у него так много общего! Несомненно, у Милана были ещё знакомые и приятели, но с ними у парня не такие близкие и тёплые отношения. И что теперь? Всё разрушил...по своей же глупости... В порыве нахлынувшей злости к себе Милан схватил лежащий на столе канцелярский нож и полоснул им себя по руке несколько раз. Вид собственной крови немного вернул парню рассудок и он побежал в ванную, чтобы остановить кровотечение. Держа руку с порезами под холодной водой, второй рукой он тянулся к аптечке, находившейся вверху, немного левее раковины. Дотянувшись до заветной коробочки, он снял её с полки, поставил на столик, на котором обычно хранил мыло, шампуни и прочие средства по уходу за собой, и открыл её. Всё ещё держа другую руку под холодной водой, он взял упаковку с бинтом и стал открывать её зубами. Справившись с этим несложным делом, он вытащил руку из-под крана, убедился, что кровь уже почти не идёт (ибо, к счастью, порезы были неглубокие), протёр раны ватным диском и перемотал руку бинтом. И теперь уже им овладел какой-то страх, который он сам не мог объяснить. Из глаз лились слёзы сами собой, а бедному Милану было просто-напросто страшно сделать даже шаг в сторону. Он аккуратно присел на край ванны и попытался успокоиться. Минут через десять он наконец-таки пришёл в себя, умыл своё лицо от слёз и пошёл немного полежать на кровати в своей комнате. Нужно было восстановить силы, потраченные на стресс.

* * *

Тем временем Адам готовился к бессонной ночи со своим псевдо-бойфрендом. Первым делом он приготовил еду: старательно нарезал бутербродов, сложил крекеры, помыл и порезал в отдельный пакетик яблок, а в термосе заварил зелёный чай с лаймовой цедрой. Сложив еду в рюкзак, парень стал думать, что бы ему надеть. Ночь по рассказам метеорологов должна была быть довольно прохладной, однако по всем признакам вечер определённо будет жарким. Поэтому выбор Адама пал на его любимые джинсы и длинную рубашку оверсайз. А с собой он положил ещё толстовку - на всякий случай. В общем, рюкзак был собран, а до выхода из дома оставалось ещё около двадцати минут. Решив, что за это время он ничего толкового не успеет, парень вышел из дома пораньше, чтобы прогуляться и насладиться вечерним городом. Вечерний город - это как отдельный вид прекрасного. Кто-то спешит с работы домой, кто-то только вышел из дома подышать прохладным воздухом, а если выйти попозже, то на улицах почти никого не останется, и можно будет полюбоваться полупустынными проспектами. В такое время к тому же небо окрашивается разными оттенками, которые переливаются и смешиваются в солнечных лучах, заставляя смотрящего то думать о жизни, то надеяться на лучшее, то отпускать прошлое. И вот уже почти девять вечера, и Адам, как и обещал, пришёл к дому Милана. Постучав в дверь, он услышал за ней какие-то шорохи, а потом и вялые шаги. Наконец, дверь открылась. - Адам? - слегка перепугавшись, спросил Милан. - Конечно! Я же говорил тебе быть готовым к девяти. Ты что, не готов? - приподнял бровь Адам. - Нет-нет, я готов! Просто я ещё не успел футболку переодеть! - соврал парень и убежал переодеваться.

* * *

Крыша заброшенной пятиэтажки времён девяностых. И уже знакомые нам двое парней на ней. Милан сидит, облокотившись на Адама. Последний, к слову сказать, даже не возмущается у себя в мыслях, что его самого немного удивило. Уже начинает понемногу темнеть, а на неоднотонном небе стали показываться звёзды. Дул холодный ветер, который колыхал листья на ветках деревьев, заставляя их дёргаться в своём шумном ритме. Бледный диск Луны совершал свой очередной цикл. - Ну что, ты вроде хотел посидеть ночью на крыше и пообсуждать что-нибудь? - глядя вдаль, произнёс Адам. - Да пока даже не о чем говорить... - Да неужели... - с подозрением процедил его друг, - а как насчёт бинта на твоей руке? Что-то с утра я его не видел... - Да я просто... Ударился. Да, - отводя глаза, чтобы не встретиться взглядом с возлюбленным, которому безнадёжно врал, пробормотал Милан. - И как же ты так мог удариться внутренней частью предплечья, что пришлось его бинтом мотать? - скептически посмотрел на него Адам. - Блин, ладно! Расскажу! Я испугался! Ясно? Испугался, что из-за моей выходки меня покинет единственный человек, которому я могу полностью довериться! Нервы меня накрыли. Но я не собирался умирать, так и знай! - быстро проговорил Милан, пытаясь не показывать возлюбленному подступающих слёз, но всё же он не смог себя контролировать. Слёзы бежали по обеим щекам парня, соединяясь вместе где-то под подбородком и под силой притяжения падали вниз. Адам слегка оторопел от этого, хотя и предполагал, что тут не всё чисто. Не в силах сделать что-то иное, он сел рядом с Миланом и крепко его обнял. - Успокойся. Я не покину тебя из-за такой глупости. Ты мне очень дорог. - парень погладил рыдающего друга по волосам. - Честно? - сквозь всхлипы прошептал Милан. - Конечно, - ответил Адам и тыльной стороной указательного пальца вытер парню слёзы.

...Если всё под откос, Если кровь вместо слёз, Кто их сотрёт - лишь ты.

- Ты успокоился? - осторожно спросил Адам. - Вроде да, вот только... - В чём дело? - Холодно... Адам вспомнил о толстовке, которую брал для себя, и полез за ней в рюкзак. Кинув её парню, он кивнул, как бы говоря "надевай". Милан влез с головой в этот предмет одежды и чуть там не затерялся - толстовка оказалась для него слишком велика. Потом Адам достал термос с горячим чаем и напоил им друга. - Тебе самому-то не холодно? - Не-не, сиди в моей толстовке и пей чай. А я закаляюсь уже давно, мне вообще не холодно. Кстати, у меня есть ещё бутерброды. Так и остались они сидеть в обнимку, пить чай и ждать рассвета за ламповыми разговорами друг с другом.

* * *

Проснулся Милан на крыше пятиэтажки, замотанный в плед и огромную толстовку. Он точно помнил, что они с Адамом встретили рассвет, а потом наконец легли спать. Сон доставляет намного больше удовольствия после долгого бодрствования. Милан приподнялся и огляделся вокруг - Адама рядом не было. - Что ж, вот и началась моя жизнь без Адама... а вернее, без любви к нему. Милан встал, свернул плед рулетиком и пошёл к выходу с крыши. Дома парень получил сообщение от своего бывшего возлюбленного, если можно так сказать. Ведь он определённо ещё не успел его разлюбить. Тот писал, что хочет встретиться и как можно скорее. Милан предложил увидеться во дворе его дома через пятнадцать минут. Адам принял его предложение. - Так о чём ты хотел поговорить? - спросил запыхавшегося от быстрого шага друга Милан. - Ни слова больше! Адам схватил за лицо парня и жадно впился в его губы. Милан чуть было не отстранился от неожиданности, но всё же дал языку парня проникнуть внутрь. Мгновение - и он уже сам отвечает на первый в его жизни поцелуй. Наконец этот страстный момент заканчивается, и Милан уже стоит и ждёт объяснения. - Этой ночью я кое-что осознал. Осознал, что я не могу без тебя. Точнее, я осознал это ещё когда мы с тобой развлекались днём, но не решался этого принять. А когда ты лёг спать... Мне просто хотелось взять тебя прямо там, на крыше, пока ты спишь. Поэтому я и ушёл. Понял, что не смогу сдержаться. Пожалуйста, будь моим парнем! - Отлично мы любовь убили... Просто пять баллов...

...Убьём любовь, шансов нет других, Прежде чем она нас убьёт двоих. Убьём любовь, шансов нет других, Прежде чем она, прежде чем... Убьём любовь!