Моя маленькая самоубийца

— Мне не нужна твоя помощь, — всё чаще слышал я от неё. — Чем ты можешь мне помочь?! Что?! Что может сделать какой-то никчёмный ублюдок вроде тебя?! — она отталкивала меня и делала пару шагов назад. Затем начинала кусать свои пухлые губы и крик её переходил в еле слышный с хрипотцой шепот. — Прости, но. ты правда ничего не сможешь изменить, — с затуманенными от слёз глазами говорила она, зная что я всё равно не уйду, не позволю остаться ей одной. И не смотря на её резкие, порой совершенно внезапные перепады настроения, я всё равно любил. Любил так сильно, что всё кроме неё теряло для меня смысл и блекло на фоне её красоты: белых локонов, серо-голубых поблеклых глаз, фарфоровой кожи и прекрасной родинки у бледных покусанных самых родных губ. Независимо от того, что она мне скажет, я всегда был готов простить. Она была смыслом моей жизни. Вместе с её с смертью я потерял всё ради чего жил, я умер вместе с ней. Её звали Ева. Знаешь что? Я только сейчас понял, что никогда не обращал внимания на значение её имени. «жизнь». И вправду. Какая ирония. Ничего что я на «ты»? Просто. Сейчас я собираюсь рассказать то, что обычно рассказывают друзьям. Можешь навести себе чай, потому что это очень длинная история. А может быть и нет… Опустив взгляд, рассказчик почесал затылок и пробормотал что-то себе под нос. — Больше всего я боюсь забыть. Забыть всё, что я пережил вместе с ней. Так ты хочешь услышать нашу историю? Я, пожалуй, начну с самого начала. Летние каникулы подходили к концу, не оставив в моей памяти ни малейшего воспоминания о себе, на улице становилось холоднее, чем обычно, начиналось «холодное лето». Так я называл сентябрь. Если быть точнее, до ада (или в народе первого сентября) оставалось меньше двух недель. Думаю, понятно, что я терпеть не могу школу. Причин на это очень много: ну, во-первых, одноклассники-дегенераты, с которыми я буду должен встречаться и проводить каждый день, во-вторых, мои «любимые» учителя, от которых я буду получать замечания по поводу своей внешности (у меня туннели в ушах и да, только это служит для них уже как два года «красной тряпкой»). В-третьих, я потрачу время впустую, можно сказать, добровольно. Не получу совершенно ничего полезного, это уж точно. Причин, как я уже сказал, очень много, но вот три основных составляющих моего отвращения к этому жуткому месту. И это не потому, что я не люблю учиться, наоборот. Дело в том, что в таких условиях этого делать нельзя, невозможно. Ещё один унылый учебный год… КАК МНЕ ЭТО ПЕРЕЖИТЬ? В нашем маленьком провинциальном городе нет никаких секций или кружков. Никаких торговых центров, только жалкие обшарпанные магазинчики с вечно сердитыми и недовольными продавщицами. Уж тем более никаких парков развлечений. Правда, имеется несколько детских площадок, но их вид оставляет желать лучшего, как и всё остальное. Дети младшего возраста пытаются развлекаться, лазая по деревьям, или, купаясь в небольшой речке недалеко от города. А те, что постарше, отлавливают бездомных животных и забивают их до смерти. Иногда, пытаются сделать тоже самое с детьми или стариками. Если выйдете на улицу позже десяти вечера, то будьте готовы к тому, что рослый молодой человек попросит у вас телефон или закурить. Моя мама, маленькая хрупкая женщина, однажды была избита придурком под два метра ростом и пролежала больше трёх месяцев в больнице с тяжёлыми переломами. Нападавшего «не нашли». Вообще-то все, включая полицейских, знали его. Но ничего не могли сделать. Почему? Его зовут Игорь и его девушка дочка мэра. К тому же, у него есть определённые связи со «странными» ребятами. Но я всё же попытался с ним поговорить. Я не то чтобы люблю свою маму, скорее, мне совсем плевать (и не только на неё), но я ощущаю, что моя жизнь без неё станет сложнее. Ведь я несовершеннолетний школьник. И если я не позабочусь о ней, то это может плохо кончиться и для меня. Мне пару раз «прописали по ебальнику» и ещё несколько раз под дых. Да, разговор не удался. Это была плохая идея. Зато я выглядел как какой-никакой герой что ли. Хотя бы в своих глазах. Я живу в кирпичном четырёхэтажном доме. В маленькой квартире, доставшейся нам от умершей бабушки. Собственно, так я и переехал сюда из деревни в возрасте шести лет, абсолютно уверенный в том, что меня здесь ждёт большое будущее. Да, когда-то я смотрел на свою жизнь и окружающих меня людей иначе. Всё изменилось всего лишь за год проживания в этом городе. Я пошёл в школу. Холод, дожди. Повсюду лужи. Нас в классе двенадцать. В первый же день к нам пришли несколько ребят из старших классов. Высокий плечистый парень, представившись Женей, сел на учительское место, двое встали сзади него и, улыбаясь, перешептывались. Он закинул ноги на стол и сложил руки на груди. — У нас в школе есть одна игра. — протянул он — начинается она в первом классе и заканчивается на выпускном бале. Рыжий, усыпанный веснушками, производящий впечатление неплохого парня, мальчик с параллельной парты выкрикнул: — Ого, мы как раз в первом классе! — Не перебивай своего хозяина, мелкий. — очень агрессивно выдал Женя. «Мелкий», в последствии, стало его прозвищем, а сам он стал марионеткой того ублюдка. — Вы внимательно слушаете меня и делаете, что скажу. Вы должны выбрать самого уродливого человека из класса. Все начали оборачиваться, смотреть друг на друга, только я и Мелкий сидели, задумавшись о чем-то. Вдруг он повернулся ко мне и сказал: — Так вот же урод. Все мигом посмотрели на меня и согласились с ним. Одна девочка с короткими аккуратными косичками тихим милым голосом произнесла: — Ты выглядишь так, будто твоя мама использует твоё лицо вместо половой тряпки. Неужели ты таким родился? Класс заполнил хохот, а Женя просто обратил на неё особое внимание. Я уже тогда понял, что она ему понравилась. Сейчас мы перешли в десятый, Жене 29 и они «встречаются». Это не назвать отношениями, она просто одна из его шлюшек. С этого момента я был признан «уродом класса». — Теперь слушайте правила. 1. С уродом запрещено разговаривать. 2. Урод должен подвергаться унижения или насмешкам. 3. У урода нет права голоса. 4. Нарушитель будет иметь дело со старшим по школе. Всё понял, урод? В мае я стал совершенно другим ребёнком. От моего уважения к людям не осталось и следа. Где в это время были мои родители? Отец умер от цирроза печени, когда мне не было и года (жалкий алкоголик.), поэтому большую часть жизни моей матери приходится работать на трёх работах, чтобы содержать меня и квартиру. Каждый день она возвращается измотанной и уставшей, у неё не остаётся сил на меня. Перегрузки отрицательно сказываются на здоровье любого человека, поэтому как только мне стукнуло шестнадцать, я сразу же договорился о работе в антикварной лавке. Когда мы перешли в пятый класс, моя внешность, как и внешность других моих одноклассников, начала меняться. И к девятому классу из маленького бочонка я превратился в высокого худощавого парня. Девушки из моей школы стали поглядывать на меня, но никогда не подходили ведь это запрещено правилами. Несмотря на это, признания в любви не были редкостью. Девчонки из других школ часто клеятся ко мне. Особенно Ира. Та самая девочка, обозвавшая меня половой тряпкой. Внешне она очень изменилась. Но не из-за гормонов или чего-то такого. Во всём виноваты её вредные привычки и частые поколачивания любимого бойфренда. Короче говоря, я пользуюсь популярностью у женского пола. Только они меня не сильно интересуют. Я не гей, если что. Но пидор.