Шкатулка Пандоры

По замку разносились громкие шаги. Высокая тень промчалась вдоль огромных окон, попутно взмахнув палочкой. Тяжелые алые шторы сомкнулись и в Большом Зале воцарился мрак. Она довольно посмотрела на результат своих действий и вдохнув побольше воздуха, ожидала тех, кто так грохотал на всю школу. — Канди, дорогая, чая? — милая девушка с высоким кудрявым хвостом аккуратно поставила маленькую чашечку поближе к подруге, — они скоро прибудут, не переживай. — Переживать? — темные глаза просверлили дверь, испещренную мелкими рунными символами. Защита, стоящая ещё с тех времён, когда Школа только только начинала набирать учеников. — Хельга, эти двое... Невежественные хамы! Ладно, Гриффиндор, он за каждой юбкой поспешит и как кавалер ее поднимет, аргументируя, что так удобнее, но Салазар! Его почему потянуло в Весёлый Квартал? — было видно, что Когтевран явно смущена, но взвинчена намного сильнее. Хельга фыркнула и отпила чай, а потом начала качать ногами под столом, задумчиво посматривая на большую трещину в одной из колонн Зала. Хаффлпафф всегда была из них всех самой спокойной. Конечно, рассуждениями занималась именно Кандида, но Хель привыкла оттягивать на себя все ссоры, превращая либо в увлекательное путешествие, либо, в подобие пира. Впрочем, иногда и она могла разозлиться на парней, но тогда... Дрожали стены Хогвартса, потому что именно она была «сердцем» этого прекрасного строения. Магия любила волшебницу, а она ее, и потому, Хельга точно знала, что через пару мгновений, два раздолбая, имена которых были известны на всю Англию, примчатся в Зал. Кандида поджала губы, заметив, как подруга щёлкнула языком. Ей никогда не нравилась неряшливость Хель в манерах, но увы, воздушную и взбалмошную волшебницу равновесия... Попробуй заставить прекратить дергать ногами или грызть ногти! Кстати, второе очень сильно выбивалось из идеальной красавицы Хельги, но даже сама волшебница давно смирилась с глупой привычкой, на эмоциях грызть ноготки. Белокурая блондинка, к слову, сотни раз перекрашивающая свои кудри, кого угодно могла заставить рыдать на коленях. Вот такая вот, тихоня. И ее побаивался даже Салазар, привыкший, из-за его высокого происхождения, что ему все обязаны отдавать почести и поклоняться, как подобает низшим сословиям перед высшим. — Канди, Хель!!! — Годрик гордо шел размашистым шагом, сверкая точно начищенный галлеон. Парень перепрыгнул два стола, звонко хихикнул и улыбнувшись девушкам, бросил на стол большую книгу в потрепанном переплете. — Что это? — Когтевран брезгливо поморщилась, рассматривая томик магических трансформаций. — Всего лишь интересная теория, которая была недавно выдана Салазаром и естественно, подслушана мной, — хмыкнул Гриффиндор, приосанившись. А то! Он за этой патлатой блондинкой следил по трем домам господ! Прятался под чарами невидимости, ухищрялся таскать довольно секретные бумажки из под носа всяких графов... В общем, пакость это его второе имя. — Ты своровал важную тайную информацию, Годрик! — Слизерин яростно сверкал глазами, едва ли не убивая одним лишь взглядом. У них с этой отбитой на голову дрянью не было ничего общего. Годрик, однажды, ещё во времена учебы возомнивший, что дружба с Салазаром возможна, больше не отлипал. И ему было все равно, что волшебник против и не собирается водить дружбу с нищенским простолюдином... Разве Гриффиндора это когда-то останавливало? Закатив глаза, Салазар сел на стул, очевидно, приготовленный специально для него, потому что обе девушки сидели за столиком со сладостями, а Гриффиндор скакал по Залу как мартышка, стараясь исповедаться в очередной пакости. — Вот ещё! Салази, вы как всегда, ваше святейшество, грубы с простыми магами, — рассмеялся Годрик, выхватывая из тонких и изящных пальцев Хельги печенье и быстро суя в рот, — понимаешь, мы, как основатели Хогвартса, вполне заинтересованы вашими разработками. — О чем речь? — Кандида смирилась с беспардонным поведением Годрика ещё на курсе пятом их ученичества, что уж говорить о многих годах дружбы?.. — В общем эта книжка даст нам оценить труды нашего создания, — пафосно изрёк Гриффиндор, подбоченясь и даже выправив осанку. Наступила гробовая тишина... Хельга подпиливала свои ноготки, напевая песню о лунатиках, Кандида допивала чай с ароматом жасмина, а Салазар смотрел в закрытое шторами окно размышляя, зачем вообще эти толстые шторы нужны в столь светлом месте... Видя, что ни один из друзей не оценил потрясающего прорыва в магии, Годрик рухнул на стол грудью. — Как вы можете, друзья мои, столь неподобающе игнорировать такое невероятное событие!.. — он не понимал, где же запал. Почему Хель продолжает мучить пальцы, а Канди допивает едва ли не пятую кружку чая. Ладно с Салазаром, тот знал и поболее него, но девчонки! Он бесцеремонно протиснулся между ними, усаживаясь на маленькую табуретку и открывая книгу на нужной странице. Девушки все же заинтересовались. Тем более, поведение Салазара вызывало любопытство. Он не выхватил палочку, не крикнул какое-нибудь опасное заклинание/проклятие, которое бы попало в Годрика и Хель бы страдала над античарами... Слизерин заторможенно наблюдал за недругом, который по какой-то ошибке Вселенной назвал его другом. — Эта книга покажет нам будущее Хогвартса. Понимаете? — Насколько я знаю, по Конвенту Магии, запрещено использовать и создавать заклинания, которые будут менять нить времени, — нахмурилась Кандида, вчитываясь в бессмысленный набор слов на странице. Хельга утвердительно кивнула. — Салазар, а это не те чары, которые ты опробовал на мышах?.. Парень хмуро глянул на Хаффлпафф, но кивнул. Именно, уже несколько лет он изучал материю времени и пространства, не вовлекая в эти эксперименты никого из троицы основателей Хогвартса. Потому что это было запрещено и даже если Слизерину было плевать на судьбу Годрика, за жизнь девушек он напрягался. И все же, этот алый прохиндей смог пролезть, словно крыса и узнать то, о чем он не собирался распространяться! Блондин зыркнул на Годрика, сощурив глаза. И когда уже этот оболтус начнет реально соображать мозгами, а не тем серым веществом, что даровала ему по ошибке природа? Гриффиндор был силен, и в плане физических драк, превосходил всю их троицу в несколько раз. Чистая грубая магия — это про него. Парень со школьной скамьи привык действовать напролом и добиваться всего своими силами. И все же... За каким-то неясным нарглом, Салазар всё ещё общался с этим ущербным простолюдином. — Эта книга — созданный Домом Магии артефакт, который переносит не в прошлое, а в будущее. Но использовать его могут лишь те, кто закреплён на определенном магическом месте. Вроде нас с вами в Хогвартсе. То есть, нас швырнет в то время, когда будет четко ясно, что произошло с нашей школой и достойны ли волшебники использовать наш дар. — Это же просто чудесно! — Хельга хлопнула в ладоши, радостно вскочив, — я бы хотела увидеть, во что превратится наше чудо. Представляете, жизнь Хогвартса без нас! — она любовно огладила взглядом высокий потолок Зала, а потом повернулась к серьезной Кандиде. — Я понимаю твое рвение, Хель, но разве не опасно встревать во временные пространства?.. — Канди, ты как всегда слишком идеальна для нашей троицы, — фыркнул Годрик, — до сих пор не могу поверить, что ты переспала с тем профессором по Защите и... — Хватит! — вскипела Когтевран, краснея на глазах друзей. Пунцовая девушка дала неслабую затрещину другу и вскинула на него полные стыда глаза, — он был замечательным магом и как человек тоже... И вообще, кто бы говорил! Все трое смеялись в голос, после чего, к ним присоединилась и Кандида. — И все же, это опасно, — заключил Слизерин, беря в руки книгу и собираясь убрать ее в карман, — как-нибудь потом поэкспериментируем с перемещениями, ладно? — Это так надо, чтобы книга светилась? — Хель заинтересованно ткнула пальцем в золотое свечение. Салазар зло посмотрел на свистящего Годрика, который делал вид, словно он тут вообще не при чем! — Какого Мерлина!?. — Подумаешь, прогуляемся немного в будущее... Свет все усиливался, а потом книга внезапно вспыхнула алым и распахнулась, окутывая четверых основателей магическим куполом. Хельга удивлённо воззрился на воронку, что образовалась прямо из недр книги, а потом взвизгнув, спряталась за Кандиду, подозрительно наблюдая за творящейся чертовщиной. Салазар покрыл Годрика всеми известными ему карательными словами, а Гриффиндор радостно потер руки, мечтая об одном — поскорее увидеть, что же произошло с их детищем там — в далёком будущем. Когтевран успела спохватиться и выхватить со стола свою палочку, а Хель — небольшую коробочку шоколадного печенья. Салазар же, костеря на все лады Гриффиндора, в последний момент взял книгу, которая яростно вибрировала и выплевывала огненные искры. И все исчезло.

***

— Мерлин и Моргана, что это!?