маленькие шаги и пленный ты

      — Ты обещал, что не позовёшь его, Чимин, — Тэхён тяжело выдыхает, но из-за шумной музыки не слышно. Младший сидит за барной стойкой и не подозревает, что его любимый хён стоит позади, готовый возмущаться наглости друга позвать этого парня. Он хотел отвлечься, но разве перед этим ребёнком можно показывать свою страсть подростка, которую ему приходилось (и приходится до сих пор) игнорировать из-за младшего брата? Ким правда любит алкогольные напитки, забитый людьми танцпол, духоту клубных заведений, но он искренне ненавидит разочаровывать кого-нибудь в себе.       Вечный пример для подражания, восхищения... Как он сейчас вообще может отвлекаться от реальной жизни, текущей по быстрому течению, когда в этом месте двадцатиоднолетний Чонгук-и, знающий Кима с отвращением к алкоголю и открытому образу жизни.       — Принеси мне что-нибудь из алко, я хочу выпить и танцевать. Не говори ему, что я здесь, — хватает Чимина за руку и игнорирует его колкий взгляд. — Я не просил тебя звать его с нами.       — Что мне сказать? Он ждал, что ты придёшь, я обещал...       — Разве это моя вина? Просто придумай что-нибудь и купи мне выпивку. Я приду позже, когда расслаблюсь. Так мне будет проще, зная, что он не в курсе, что я правда нахожусь среди толпы. Обещаю, это максимум на час, — парень улыбается, Пак не может ничего сделать с этим ребёнком. Ему позволительно, он заслужил свободы за эти годы. — Пожалуйста?       — Иди в уборную, возьму что-нибудь выпить и приду. Просто приди к нам на второй этаж позже, мы будем сидеть там, — старший не успевает договорить, как Тэхён разворачивается в сторону туалетов и скрывается довольный в толпе. Никто не может противостоять обаянию Кима, никто не противится. Чонгук принял это как должное, добровольно стал жертвой плена такого красивого мужчины, с которым хотел отдохнуть. Он ни разу не видел предмет воздыхания пьяным. Какой он, когда подвыпивший? Весёлый, плачущий, нейтральный?

      Тэхён прыгает в толпе под мощный бит популярного диджея, приехавшего на праздник. Музыка просачивается в кровь, увеличивает пульс, добавляет щепотку адреналина и наслаждается пьяными людьми, которые либо развлекаются, либо отвлекаются от чего-то. В этот момент все забывают о том, что жизнь не стоит на месте. Они молоды, глупы. Время для них замирает ночью, а молодость всё прощает.       Парень не обращает внимания на девушку, которая клеится к нему уже минут десять. Разве должен? Клубные люди — это секс на одну ночь чаще всего; вероятность того, что они встретятся в жизни хотя бы раз снова очень мала, тогда в чём смысл? У всех только одна цель: расслабиться. Каждый ищет расслабление в чём-то своём. Тэхён ищет его в активных танцах, приятно растекающейся водкой внутри организма и забитой музыкой — а не мыслями — голове.       — Хэй, парень, не хочешь выпить? — она, наконец, решает заговорить, и Ким переводит на неё взгляд. Если выпить, то почему бы и нет? — Идёшь?       — Разве что только на выпивку, — стараясь перекрикнуть музыку, отвечает он и следует за ней, невольно засматриваясь на привлекательный вид сзади с усмешкой. Парень встряхивает головой, отвлекаясь от похабных мыслей. Он здесь не за этим. Даже если это облегающее платье на девушке сидит слишком шикарно, но было бы куда лучше без него. — Три шота, бармен.       — Рюджин, — кажется, представляется она, ожидая того же от знакомого. — Что насчёт тебя?       — Тэхён, — Ким берёт одну из рюмок и опрокидывает в себя, не сводя взгляда с девушки. Она берёт бокал с мартини и делает короткий глоток, сохраняя зрительный контакт. — Почему ты здесь?       — Что? — возможно, Рюджин ожидала вопроса о её номере телефона или вовсе не хотела говорить, играя в гляделки, но... Тэхёну ведь правда интересно. Люди в клубе разве не общаются просто так? Не о сексе или чём-нибудь диком, а просто об элементарных вещах. — А, да ничего интересного, просто развлекаюсь после рабочего дня, забываю все это дерьмо, которое происходит за стенами клуба. А ты?       — Впервые за долгое время оторвался от дел, друг заставил расслабиться. Тяжёлая жизнь двадцатитрёхлетнего парня с небольшим кафе и маленьким братом, которого родители повесили на шею, — он смеётся, пытаясь прикрыть своё разочарование. Может, ему просто нужно выговориться? Они ведь не знакомы, да и вероятность встречи на самом деле мала. Так ведь это работает?

Live Forever — Bazzi

      Клубный микс сменяется медленной музыкой: люди собираются в пары, не зная друг друга, подключаются к такому же медленному танцу, прикрывая глаза и расслабляясь. Рю смотрит с понимающей улыбкой и кивает в сторону толпы. Парню не нужно включать мозги, чтобы понять предложение. Он опрокидывает за один заход два оставшихся шота и поднимается со стула, протягивая руку девушке. Джентльмен, как же без этого. Принц, забывший свою принцессу, уходит в пляс с другой. Та из башни наблюдает за разворачивающейся картиной и недовольно цыкает; Чимин пытается успокоить, но разве мы контролируем ревность? К человеку, с которым встречаемся, возможно, а вот к тем, кого добиваемся — нет.       Вот и Чонгук закипает, вливая в себя остатки пунцовой жидкости, лицо его принимает такой же оттенок от обиды. Так значит на свидания не ходит, но стоит прийти в клуб — не отказывается? Чон фыркает и отворачивается к Паку, который лишь смеётся на такое поведение.       — Не будешь? — девушка аккуратно кладёт руки на плечи парня, улыбаясь, когда тот немного неловко кладёт на её талию. Он выглядит грустно, ещё недавняя улыбка уже не видна на лице. — Давай, я без плохих намерений.       — Я пропускаю всё это время, тратя его на младшего брата. Ему шесть, знаешь, и он очень сладкий, маленький милашка. Нет ни одного человека, который не любит его, он слишком хороший, — Тэхён бегает глазами перед собой, невольно замечая, как серьги-кольца в аккуратных ушах девушки переливаются в неоновой подсветке клуба. Рюджин слушает внимательно, кивает на слова, прося продолжать. — Но я вообще не чувствую жизни, потому что... Да ладно, кому сейчас легко, да? Просто забью на это, давай танцевать.       Однако после песни диалог продолжается в течение всей песни, после ещё около двадцати минут за стойкой. Киму становится значительно легче. И всё же он обменивается номерами с Шин, обещая написать ей, чтобы прогуляться. Ничего особенно, просто есть вероятность, что они поладят. Не романтически, конечно. Ему всё ещё это не так уж и нужно, наверное.       — Эй, Чонгук-и, — поднявшись, наконец, к столику на втором этаже, подвыпивший падает рядом и кладёт голову на плечо младшего, смотрит на Чимина и спрашивает: — Что?       — Да нет, — он отвечает в тот момент, когда Гук в очередной раз хватается за стакан, заливая в себя уже другую, более обжигающую жидкость, — просто планировали ехать домой. Думали, ты к нам уже не вернёшься, блудный сын.       — О, так вы видели? Рюджин милая, — Чонгук усмехается. — Но не для отношений.       Плечо под головой немного расслабляется, и Тэ издаёт смешок, разворачиваясь телом к младшему. Чон смотрит с вопросом, а потом резко сдаёт назад, чувствуя горячее дыхание на своём лице.       — Тэ, тебе больше не наливать, — младший кладёт ладонь на его щеку, отталкивая от себя с силой. — Что? Почему ты так смотришь?       — Ты ревнуешь?       Весь клуб, кажется, внезапно погрузился в мыльный пузырь, вакуум, в котором нет той громкой музыки. Пак издаёт громкое «воу!», бегает глазами по двум парням, между которыми развязалась драма.       — А я не могу? Эй, чувак, если я зову тебя на свидание почти каждый день — значит, я делаю это не просто из желания потрахаться с тобой. Я бы мог перепихнуться с кем-нибудь здесь и забыть о том, что было. Я делаю это, потому что ты реально нравишься мне, — Чонгук загорается, как спичка, смеётся со своей наивности и разглядывает карамельные глаза. Ким же просто задал вопрос, зачем он вообще так отреагировал, глупый... — Хотя о чём я вообще? Обещал же больше не пытаться.       — Мне некогда, Чонгук, — начинает Тэхён и замечает, как Чонгук закатывает глаза, усмехается и даже не смотрит на него. — У меня младший брат, работа...       — Может, дело в том, что я парень? Просто на работе ты не хочешь потерять работников, которые могут словить отвращение, да и братика тебе нужно воспитывать правильно, чтобы не вырос таким же. Гомофоба растишь, Тэ, — Чон говорит правду, он видит Тэхёна насквозь и очень давно. Ким прикусывает нижнюю губу и кладёт руку на плечо младшего, Гук сбрасывает её со злостью. — Тебе всего-то нужно сказать, что я неприятен тебе в плане отношений и не париться, потому что я не дикарь, чтобы надоедать беспричинно. Я... чёрт, отвали, я просто думал, что ты чувствуешь ко мне что-то.       — Чонгук, расслабься, всё окей, — Чимин вмешивается и кладёт руку на чонгукову. Ким вовсе не вмешивается, решая, что лучше не будет делать хуже. — Тэ, ты не хочешь домой?       — Думаю, нам нужно обсудить с Чонгуком всё это дерьмо. Ты не против, если сегодня без ночёвки? — он невинно улыбается другу, который обиженно выпячивает нижнюю губу, но кивает. — Чонгук, поехали.       — Я не говорил, что буду впускать тебя в свою квартиру на ночёвку.       — Тогда поедем ко мне. Нам нужно поговорить. Серьёзно поговорить, Чон.

      — Ну, и о чём нам нужно поговорить? — Чонгук открывает входную дверь и пропускает старшего в свою квартиру, заходя следом. Они стягивают верхнюю одежду, младший направляется на кухню и присаживается за стойку, хватая абрикос и разламывая его на половину, закидывая в рот.       — Слушай, да, ты прав по поводу того, что я против этого из-за твоего пола, но... да, я...       — Давай просто выпьем чай и пойдём спать, — Чон не спрашивает, а утверждает, сухо улыбается, поворачиваясь к Тэхёну и доедая костянку. — Эй? Боже, только не здесь, Ким Тэхён!       Старший прикрывает рот ладонью и разворачивается к двери, сверкая пятками. Он опускается напротив унитаза и позволяет выпитому алкоголю выйти наружу, как-то не сдружились. Тэхён в клубе — человек простой, кто нальёт — с тем и гуляет. Перегулял, наверное. Бедным не назовёшь, сам виноват. Хотя Чимин заставил, он виноват. Правда же?       Парень сгибается в три погибели и хнычет, ведь знал, что не нужно, давно не пил, да ещё и так резко — никогда. Чонгук заходит в уборную комнату и присаживается на корточки рядом, медленно и нежно поглаживая по спине. Он тяжело выдыхает и заправляет парню волосы за уши, поднимается на ноги и уходит, возвращаясь со стаканом воды. Заботливый мальчик.       Чон отрывает пару бумажных полотенец и протягивает старшему, который принимает помощь и выдавливает тихое «прости», почти залпом выпивая воду.       Уже через пару минут младший расстилает кровать и укладывает хёна, скрываясь за дверью комнаты и отправляясь в прохладный душ, чтобы остыть после клуба. Когда он возвращается — старший спит, укутанный в одеяло так, словно в этой квартире слишком холодно, хотя всё как раз-таки наоборот.

      — Тэхё-ёон, — Чонгук толкает парня ногами, глубже кутаясь в одеяло, чтобы избежать звук разрывающегося телефона. Ким потягивается, но не реагирует, чтобы ответить на звонок. Младший выхватывает подушку из-под его головы и сильно бьёт, на этот раз парень моментально реагирует, открывает глаза и подскакивает с гнездом на голове. Лицо опухшее, красное, на щеке след от одеяла, а кости ломит. Из-за резкого движения в глазах все плывёт, темнеет, но всё же двадцатитрёхлетний вынимает телефон из лежащих на полу штанов, не задумываясь о том, когда вообще умудрился раздеться.       — Да? — хриплым голосом отвечает и падает на спину, бесшумно потягивается и едва слышно зевает. На том конце провода смеётся Пэхёль. — Пэхёль, в чём дело?       — Вы не пришли на работу, а я как раз хотела отдать Вам бухгалтерский отчёт. Я могу просто оставить в кабинете или переслать в электронном виде. Сегодня не выйдете на работу?       — Не, беру выходной. Плохо себя что-то чувствую, заболевать, наверное, начал, — Чонгук сбоку хихикает и прижимается головой к тёплой груди, поправляя одеяло. — Вышли мне электронную версию, напомни персоналу, что зарплата завтра будет перечислена. Ты считала, сколько было пропусков в этом месяце?       — Вообще, пять, но если включать Вас — шесть, — она улыбается в трубку, владелец кафе может представить её улыбку. — Три пропуска от Юнги, один от Сокджина и Джихван.       — Позвони Юнги, напомни, что после пяти пропусков он будет уволен. Либо пусть предоставит справки, — он завершает разговор после женского «да, поняла» и разворачивается телом к Гуку, что тут же оплетает руками его торс, головой вновь прижимается к груди. — Мы вчера не договорили.       — Ага, потому что тебе приспичило вырвать, дед. Просто закрой тему, я буду относиться к тебе так, как относятся друзья, если так тебе нравится больше, — Тэ молчит недолго, и когда хочет заговорить — Чонгук поднимается с кровати и разворачивается к двери, покидая комнату. Такой же опухший, с налившимися свинцом красными глазами, петушатником на голове.       — Так и не скажу, что к тебе чувствую!       — Ну и не надо!