Дыхание

Акутагава знал, что мальчик-тигр — наглухо отбитый идиот. Акутагава знал, что мальчик-тигр любит геройствовать. Акутагава знал, что мальчик-тигр часто попадает в неприятности. Знал, и ведь всё равно, блять, полез! После очередного сотрудничества и победы над врагом, Накаджима бесстыже «бросил» Рюноске одного, по неопределённым причинам оказавшись в реке. Прождав минут пять на берегу, мафиози немного занервничал… Напарник не всплывал. И, в данный момент, Акутагава заныривал «лягушкой» под воду уже в четвёртый раз, пытаясь найти непутёвого, мать его, коллегу. Тигр был найден на самом дне. Он лежал без движения, только волосы легонько покачивались из стороны в сторону от подводных течений. «Парил» детектив с разорванными рукавами рубашки и кончиками брюк. О не наличии обуви можно вообще умолчать. Нога Накаджимы была между какими-то трубами. «Застрял, придурок?!» — раздражённо подумал Рюноске, подплывая ближе. Полы черного как ночь плаща всколыхнулись. С первой попытки нога не поддалась. И со второй тоже. На седьмую она немного сдвинулась с места, и выскользнула, подняв со дна песок. Мафиози подхватил напарника за шкирку и поспешил выплыть обратно, так как запас кислорода был почти на исходе. Оказавшись над поверхностью, первым действием Рюноске стали несколько глубоких вдохов и выдохов. Акутагава, с кошачьей грацией, выбравшись на берег, не забыл подтянуть за собой детектива. Уложив вышеупомянутого на старый асфальт, брюнет довольно грубо пнул Ацуши под бок. — Эй, Тигр. Никакого ответа. Рюноске схватил блондина за волосы, немного приподняв. — Я к кому обращаюсь, грёбаный Джинко*?! Вставай! Но Накаджима всё ещё не подавал признаков жизни, вися в руках Акутагавы безвольной куклой. — Джинко?.. К брюнету пришла мысль, что тигр без сознания и замер, тихонько подставляя голую ладонь к лицу детектива. …парень не дышал. — Нет… Нет, этого просто не может быть. Может я напутал что-то?.. — успокаивал сам себя Акутагава. — Пульс… Пульс, надо проверить пульс!.. Пульса не было. Паника стремительно нарастала. — Что б тебя, Тигр! — рыкнул мафиози, беспомощно скребя ногтями по земле. «Что делать? Что мне, чёрт возьми, делать?! Не могу же я вот так притащить этого болвана в Агентство! Меня же там с потрохами сожрут!» — думал Рюноске. — «И в мафию нельзя. Слишком рискованно.» Поход больницу, как возможный вариант, даже упоминать не стоит. …дело дрянь. Брюнет снова взглянул на лицо напарника, и приметил что Ацуши был… Бледным. Мертвецки бледным. Акутагава прекрасно мог отличить обычную бледность от мертвецкой, сам же всегда был излишне светлокожим, но Накаджима… Был будто белым. Волосы почти сливались с кожей по цвету. Взгляд Рюноске проскользил по закрытым векам, по скуле, переместился на губы… — «А что если…» — подумал мафиози, но тут же дал себе пощечину. Не будет он делать дыхание рот в рот! Массаж сердца? Пожалуйста! Но это — нет! НЕТ! НИ ЗА ЧТО НА СВЕТЕ!!! Брюнет цыкнул, снова повернувшись лицом к напарнику, и замер на пару секунд. Решение не заставило себя долго ждать. — Ты за это ещё ответишь, чертов Тигр! — буквально прорычал Рюноске, скидывая мешающийся мокрый плащ, и садясь на Ацуши верхом. — Как там… Три нажатия на сердце, один вдох? Нажим. Нажим. Нажим. И мафиози, проклиная весь мир, все-таки потянулся губами к губам, буквально вдувая воздух, в попытке запустить лёгкие, и «выбить» воду. Нажим. Нажим. Нажим. И снова вдох. Нажим, нажим, нажим. Вдох. Накаджима всё ещё не подавал признаков жизни, а только бледнел. Брюнет внезапно осознал, что ему страшно. «Что если правда умер?» «Что если не очнётся?» «Что если… Нет, зараза, не позволю я тебе сдохнуть!» Акутагава неосознанно разогнался, увеличивая темп. Нажим, нажим, нажим. — Дыши, паскуда! Вдох. — Дыши, мразь! Нажим, нажим, нажим. — Не смей подыхать! Вдох. — Вот сейчас вообще никак нельзя! Нажим, нажим, нажим. — Дыши! Вдох. — Дыши, блять! Нажим, нажим, нажим. — Дыши! Вдох. И с громким выкриком Рюноске резко надавил на грудную клетку детектива, а уж последствия тут как тут. Ацуши резко распахнул глаза, согнулся пополам, а изо рта хлестанула вода. Акутагава, тяжело дыша, постукивал Накаджиму по спине, пока тот откашливал прозрачную жидкость. И, кажется, даже парочку мелких водорослей. — Тигр, ты как?.. — прозвучало даже слишком обеспокоенно. — Я… Кха, кха! Т-терпимо… Кха! — последняя тонкая струйка вылилась обратно в реку, и беловолосый немного притих, кашляя намного реже, теперь уже без воды. — Что… Что случилось?.. — спросил детектив, наконец отплевавшись и сумев подняться на ноги. — Мы замочили того гада, а потом ты упал в реку, и мне пришлось тебя вылавливать. — пробурчал мафиози, оправляя уже надетый плащ. — То есть ты… спас меня? — Не обольщайся. В следующий раз убью, тем более… — Спасибо. Рюноске замер. — Что? — Спасибо, Акутагава. — Тигренок лучезарно улыбнулся. -…не думай что твои слова мне приятны. — отвернулся брюнет. — Из-за тебя наши вещи промокли насквозь. — Об этом не беспокойся, химчистку я оплачу! — протопал рядом Ацуши. — Куда денешься… — хмыкнул мафиози, тоже начиная шагать в сторону города. — У тебя, кстати, губы на вкус как шоколад! — выпалил детектив, но тут же закрыл рот рукой, жутко краснея. Рюноске не поменялся в лице, однако, следуя какому-то внутреннему порыву, вынул одну руку из кармана и коснулся костяшками пальцев свободной руки Накаджимы. — А у тебя как вишня. Не отставай, Тигр! Сначала Накаджима оказался крайне шокирован, а потом, неловко отведя взгляд, повторил движение напарника, и они легонько скрестили указательные пальцы. Это было похоже на ситуацию, когда влюблённые гуляют, держась за ручку. Однако, в данном случае процесс был более нежным и трепетным. Оба всё ещё смущались идти на открытый контакт. — Зайдешь на чай? — вдруг спросил Акутагава. — Не откажусь. — тихонько промямлил сконфуженный Тигренок. Кажется, это начало чего-то большего. Чего-то вроде вишни в шоколаде…

И это прекрасно.