Зависимы

Нажимаю «отправить», съедаемая волнением, и машинально вношу его номер в телефонный справочник, как «Секси». Тут же переписываю, изменив окончание. Девушка уставилась на мой телефон, замерев в ожидании ответа вместе со мной. — Кто это там у тебя, а? — Как раз тот, благодаря кому я сдала этот тест. — Задумчиво улыбаюсь. Она поднимает брови. — Да ну?! Я хочу знать всю эту историю! — подруга хлопает в ладоши, пока я читаю следующее сообщение от него. Секси: «Ни в коем случае! Не суди всех по себе, малышка. Рад, что мы справились.» Что? Я смеюсь и убираю телефон в сумку. Этот засранец прикалывается надо мной. Снова. Но я больше не поддамся. Я собираюсь молчать до тех пор, пока он не признает, что это он флиртует со мной, а не я с ним. Ему не удастся свалить все на меня. Чертов ловелас. Лу ерзает на своем стуле напротив меня, пытаясь вглядеться в мои глаза. — Как долго ты собираешься держать меня в напряжении? Я уже не могу, как хочу знать все в подробностях. — Да там и рассказывать-то нечего. — И все же? Я вздыхаю. От нее не отвертеться, да и к тому же мне надо с кем-то поделиться, иначе я сойду с ума от этих секретов. — Ему двадцать семь, он преступно красив, умен, интересен. Заносчивый и избалованный женским вниманием, и по совместительству, бывший парень моей сестры. Лукреция Монтесинос Хендрих сидит с открытым ртом. — Нечего, говоришь?! — пищит она. — Ты, наверное, пропустила! Он встречался с моей сестрой, он взрослый, и он бабник! — Ты права, я услышала только: красивый, интересный, сексуальный… — Она наматывает прядь своих шоколадных волос на палец. Я закатываю глаза. — Я не говорила «сексуальный». — Все твое нутро говорит об этом. Чжихё, ты хотя бы собираешься с ним переспать? — Ты не слушаешь меня, Хендрих! — Да, я не слушаю тот бред, что ты несешь. Я читаю все между строк. Там написано все более правдоподобно, а именно: ты без ума от этого красавчика, ты мечтаешь о нем, о его губах, ласках, поцелуях… — Остановись, прошу тебя. Иначе, я съем твое пирожное, пока ты разглагольствуешь о невозможном. — Ладно, блондиночка. Пока не услышу всю историю, обещаю не грузить тебя своими домыслами. Сосредоточься, и не упусти никакой детали. Я хочу знать все. Потому что у нас с Феликсом все как-то скучно начинается. И если я выясню, что у других по-другому, я отменю это свидание к чертовой матери, — смеется она. Мои попытки убедить Лу в том, что меня не интересует Крис, и я не хочу, чтоб у нас что-то было, привели к тому, что я стала убеждать в этом себя. Всю неделю я думала о нем. О его сообщениях, которых, кстати, больше не было. О нем в моей комнате, на моем полу, с моим учебником, о нем в джинсах, о нем в машине. О его широкой сексуальной улыбке, о взъерошенных волосах, о глубоком голосе в телефонной трубке. В глубине души я знаю, что в беде. Всякий раз, когда я думаю о нем, а с прошлого воскресенья это каждую минуту каждого дня, напряжение во мне становится все сильнее. Это почти невыносимо. А в следующий раз при встрече… Меня уже даже не волнует, что он был с моей сестрой. Я хочу его. Как и говорила сестра, в субботу вечером мы все собираемся у Джой и Сондже. Оказывается, это их традиция. В выходные они вместе смотрят фильмы, пьют пиво, общаются. И я здесь. Стою со своей сестрой перед дверью квартиры и молю бога о том, чтобы все было хорошо. Не знаю толком, чего я боюсь, или кого. Но меня охватывает паника, и внезапно хочется дать деру. Я не готова встретиться с ним. Не готова. Поздно, Чжихё, ты слишком долго думала. Сондже открывает нам дверь. — Рад видеть вас обеих, — он жестом приглашает нас в квартиру и обнимает сначала сестру, потом меня. — Проходите. Джой скоро приедет, она сегодня встречается с организатором свадьбы. А Крис сейчас подвезет напитки. — Должно быть, у вас появилось много приятных хлопот в связи с предстоящей свадьбой, — я поддерживаю разговор, радуясь тому, что парня от которого я могу потечь, ещё здесь нет. Я могу перевести дух и как-то подготовиться. Хотя, как можно подготовиться к встрече с тем, кто занимает все твои мысли, ничего не делая для этого. Может он вообще приедет не один. Мне становится дурно. Может все-таки еще не поздно смыться? — Именно поэтому милая занимается подготовкой, — смеется он. — Не могу лишить ее удовольствия. Вот черт, эти парни, похоже, мастера выражаться неоднозначно. — Девчонки, извините, мне надо сделать пару звонков наверху. Я вас покину ненадолго. — Я пока выберу фильм, — говорит Джиён — Может, и я могу чем-то помочь? — предлагаю я, все еще чувствуя неловкость. Я постоянно поправляю завитые волосы, что начинает раздражать. Было бы неплохо занять мои руки чем-то другим. — Поищи бокалы на кухне, если не сложно. — О, хорошо. Я радуюсь, что у меня есть задание, и я не топчусь больше на одном месте. Захожу на кухню, заглядываю по шкафам, пока не нахожу пивные бокалы. И принимаюсь их ополаскивать, аккуратно, чтобы не забрызгать одежду. На мне легкая белая кофта «оверсайз» с длинным рукавом и широкой горловиной, обнажающей одно плечо, и узкие голубые джинсы. Кончики волос я завила в локоны и оставила их распущенными. У меня шумит вода, но я слышу мужской голос в гостиной. И это не Сондже. Сердце начинает колотиться быстрее и громче, гоняя кровь по венам. Боюсь разбить здесь что-нибудь. Жду, что он придет сюда. Надеюсь, что он придет сюда. О, Боже. Мое тело начинает чувствовать его присутствие раньше, чем он подает голос. — Привет. Поворачиваю голову, киваю ему, и максимум, что мне удается, это выдавить улыбку. Слова из меня не идут. Молча продолжаю свое дело, замечая, что мою бокалы уже не по первому кругу. Он ставит пакет на стол посреди кухни, гремит бутылками, раскладывая их в холодильнике. Я чувствую его запах. Я ощущаю его рядом с собой. Я изнываю по нему. Я сходила с ума целую неделю, и вот я здесь, и он здесь. Выключаю воду и решительно поворачиваюсь, чтобы взять бокалы и уйти. Очевидно, ему нет дела до моих горячих фантазий, о которых, я надеюсь, он и не подозревает. Что за глупая идиотка. Никогда не думала, что буду так сильно желать попробовать чьи-то губы, чтобы аж молить об этом про себя. Ву И Фань смотрит на меня в упор, сложив руки на груди. Черная футболка так идет к его зеленым глазам. Передо мной будто дьявол. Мой личный дьявол. Его челюсть напряжена, дыхание тяжелое. Его кадык дергается, когда он сглатывает, затем бросает взгляд на дверной проем, и через мгновение оказывается плотно прижатым ко мне. Да! Потемневшие глаза блуждают по моему лицу, которое он держит в ладонях, а затем обрушивается на мои губы. Его язык заставляет меня открыть рот, впуская его. Я охотно делаю это, зарываясь пальцами в его волосы. О, боги! Это потрясающе! Он стонет в мои губы, его язык ласкает мой. Это чувственно. Это божественно. Чувствую его эрекцию между нами. Он отрывается от моего рта и снова впивается в него с еще большей страстью. Я хнычу от удовольствия. — Черт возьми, малышка, — хрипит он, почти не прерывая поцелуй. Возбуждение проходит сквозь все мое тело, заставляя неистово желать этого неподходящего для меня мужчину. Но я никогда не ощущала ничего подобного. То, как он посасывает мои губы, запускает меня в космос. Его аромат, его руки, его тепло… Я растворяюсь в этом. Медленно он отстраняется от моих губ, но не от меня. Оперев руки о край столешницы по бокам от меня, прислоняет свой лоб к моему. — Я не тот, кто тебе нужен, — шепчет он, тяжело дыша. — Прости меня. Я не хочу слышать ничего такого сейчас. Будь он хоть трижды прав в этом, я не готова в этот момент столкнуться с правдой. Я все еще под властью его чар. Я бы сказала ему то же самое, возможно. Если бы в этот момент мой разум не был так затуманен от его сексуальной ауры. Резко оттолкнувшись от края столешницы, он выходит из кухни, оставив меня с распухшими губами и мокрыми трусиками. Мое сердце колотится, я провожу пальцами по нижней губе. Я в шоке. Меня трясет так, что я не могу с собой совладать и дрожу, как осиновый лист, обхватив себя руками. Это было… Вау! Он тот, кого я хочу. Определенно. И мне надо что-то делать с этим, пока я не свихнулась окончательно. Это не мой мужчина. Он соблазняет и исчезает. Примерно вот так, как только что произошло. И хвала небесам, что это не успело зайти слишком далеко для нас. Потому что «нас» нет и быть не может. Он слишком горяч, чтобы согревать только одну единственную. Джиен уже это проходила.