Зависимы

— У каждого свой туалет? Серьезно? –Лукреция кивает. Я рассматриваю одну каюту за другой. Некоторые из них открыты, на других задернуты плотные шторы. Это просто рай для бабников-миллионеров. Можно пить, танцевать, трахаться за закрытыми шторами, затем снова пить, танцевать, цеплять новую цыпочку на танцполе, и провожать ее на свой диванчик. И так до бесконечности. И каково же удивление, когда я вижу, как на одном из этих кожаных диванов развалился мужчина моих снов. На нем черные джинсы и серая рубашка с закатанными рукавами, идеально сидящая на нем. Он расслаблен. В его руке стакан, он разговаривает с каким то парнем. Испытываю облегчение, что он не воплощает прямо сейчас то, о чем я думала секунду назад. Его взгляд скользит мимо меня. Затем резко возвращается обратно. Выражение его лица застывает, темные глаза проходятся по мне с ног до головы, а затем он выгибает бровь, встает, выходит из своей каюты и идет к нам. Мое сердце перестает биться. — Кое-кто направляется в нашу сторону. — Лу наклоняется ко мне, чтобы ей не пришлось кричать, чтобы я ее услышала. — Это он. — Кто он? — Ву Ифань, — одними губами произношу я в тот момент, как он появляется у меня из-за спины. — Здравствуй, Чжихе, — обращается он ко мне с теплотой в голосе. Затем смотрит на мою подругу. — Я Ву Ифань, но можешь знать меня просто Крис. — Я… — Я убью ее, если она сейчас скажет, что знает, кто он такой. Ведь это будет означать, что я прожужжала о нем все ее уши. — Лукреция Хендрих. Посылаю ей благодарный взгляд. Хорошая девочка. Он отодвигает стул и садится между мной и Хендрих. Та то и дело поглядывает то на него, то на меня. — Не знал, что ты собираешься в клуб. Мы могли бы пойти вместе, если бы ты сказала. — Его темные волосы, как всегда, немного взъерошены. И как всегда он выглядит идеально. — Это было спонтанное решение. Лу пригласила меня. К тому же, у тебя, кажется, тоже есть компания. Я оборачиваюсь на парня, которого он оставил в каюте. — Это Гусман. У нас что-то вроде дружеских посиделок с обсуждением некоторых вопросов. Хотите присоединиться к нам? Мы будем только рады, если две очаровательные особы разбавят наше общество. — Я встречаю взгляд его красивых, бездонных глаз с огоньком в глубине, который, безусловно, спалил уже много женщин. Его губы кривятся в ухмылке, все еще не сводя с меня глаз, даже когда Лукреция подает голос. — Хотим, — выпаливает она, когда я только открываю рот, чтобы отказаться. Крис улыбается, глядя на мои метания. Он видит меня насквозь. — Тогда идем, — весело говорит он, встает и отодвигает мой стул. Все это ощущается, как сон. Мои внутренности живут своей жизнью, вибрируя от музыки, окружающей нас, мой мозг бьется в истерике из-за моих необдуманных поступков, давление между ног — вообще мой постоянный спутник, когда я вижу его. А я как будто наблюдаю со стороны. Если не это сумасшествие, то что тогда? — Ты будешь благодарить меня за это, — шепчет подруга мне на ухо, пока мы направляемся за ним. — Я уже благодарю, — шепчу я в ответ, охваченная трепетом. Мы заходим внутрь, я проваливаюсь в мягкий угловой диван, Крис занимает место рядом со мной, окутывая меня своей безумно-сексуальной аурой. Гусман подвигается, чтобы Лу села возле него на другом краю. Таким образом, мы условно разбиваемся на пары. Крис представляет нам своего друга, затем спрашивает, что мы будем пить. — Ну, мы пришли сюда веселиться, так что «Секс на пляже» думаю, подойдет. — Лу чувствует себя вполне в своей тарелке. Она одета в короткое обтягивающее черное платье, а ее волосы уложены в присущей ей небрежно-сексуальной манере. На мне бархатный топ на тонких лямках изумрудного цвета и черная юбка. Но сидя рядом с ним, я чувствую себя обнаженной. — А ты чего хочешь, малышка? — спрашивает он у моего уха. — Мне то же самое. — Черт, мне все равно, что пить. Я слишком нервничаю, чтобы заботиться об этом. Он нажимает на какую-то кнопку на столике, и через мгновение появляется официант. Вот это, действительно, роскошь. В тех заведениях, где я бывала раньше, официантов не дозовешься. — Два «Секса на пляже». — Он смотрит на Гусман, тот молча кивает. — Шот текилы и колу, — диктует он, расположив левую руку на спинке дивана позади меня. Этот жест заставляет меня чувствовать себя его собственностью. Дерьмо, я так очарована, что с наслаждением растворяюсь в его власти надо мной. Должно быть, для официанта, я выгляжу, как его шлюшка, с которой он закроет шторы каюты, уединившись чуть позже. Проблема в том, что это именно то, чего я хочу. Официант, появившийся с подносом в руках через какую-то долю секунды, приводит меня в восторг. У них там что, еще и отдельный бар для каждой каюты, с личным барменом и набором официантов? Потому что, та толпа, которую я видела внизу, когда сидела с Лу, вряд ли могла раствориться в воздухе, чтобы мистер получил свои напитки как можно скорее. Более того, вечер в клубе в одиннадцать только начинается. Я поняла это, когда мы пробирались через километровую очередь, чтобы попасть сюда. Нам с подругой достаются бокалы с коктейлем, Гусман берет текилу и возвращает все свое внимание на Лукрецию. Она хихикает, посылая мне довольные сигналы. Погодите-ка. — Кола для тебя? — удивленно поднимаю брови. Губы моего сексуального мужчины трогает легкая улыбка, которая, вперемешку с его ароматом, продолжает сводить меня с ума. — Мы не напьемся одновременно, — тихо говорит он. — И не мечтай, малышка. Твой план поиметь меня в туалете, пока я буду не в состоянии тебе противостоять, будучи уязвимым, с треском провалился. — Придурок, — огрызаюсь я на его глупую шутку, и он смеется. — Давайте выпьем за встречу, — предлагает он, игнорируя мое оскорбление и поднимая стакан. Все поддерживают. Ловлю себя на мысли, что мы, наконец, одни. Лу и Гусман не в счет. Я имею в виду, здесь нет никого, от кого стоило бы прятаться. И мы можем действительно расслабиться и быть собой, не заботясь о том, что нас могут увидеть, осудить, испортить все. Пропускаю эту удивительную мысль через себя, наслаждаясь ею. Все сейчас ощущается по-новому. — Так вы тут обсуждали что-то важное? — интересуюсь я, обращаясь больше к спутнику Лу, который бесцеремонно ест глазами мою подругу прямо сейчас. — Ву Ифань сказал, что мы не помешаем, если присоединимся к вам, но все же… — Почему так официально? — спросил парень из моих ночных мыслей. Мне не хотелось ему отвечать поэтому… — Верно. Даже если бы мы не закончили разговор, то прервали бы его ради вас, — отвечает Гусман, улыбаясь. Он тоже чертовски горяч и красив с его черными волосами и карими глазами. Хотя, заметно моложе Криса. Что может их связывать? — Ты тоже продаешь дома? Крис сидит так близко ко мне, что мне приходится отвлекать себя разговорами, чтобы не прильнуть к нему, уткнувшись в шею. Он молчит, давая мне пообщаться, и попивает колу. — Пока нет, но возможно буду, как только перееду сюда из Испании. Мы как раз обсуждали это перед тем, как наш вечер стал по-настоящему прекрасным благодаря вашему появлению. Еще один ловелас. За непринужденными разговорами я незаметно допиваю свой коктейль. Официант приносит еще по одному нам с Лу. Мистер Ву кладет на поднос двадцатку, делая официанта особенно радостным. Я же, наконец, немного расслабляюсь. — Имей в виду, что это последний, — предупреждает он меня. — Снова будешь изображать старшего брата? — бормочу я перед его губами, припоминая нашу встречу в кафе. — Ни в коем случае, малыш. Никаких братьев на этот раз. Просто если ты напьешься до беспамятства, я буду еще более уязвимым, чем если это наклоняется еще ближе ко мне, чтобы сказать это. Я закусываю губу, осмелев. Он почти рычит, глядя на это, и отворачивается от меня. У меня тоже есть кое-какая власть над ним. Это открытие наполняет мое существование смыслом.